Ты не забудешь меня?

Несмотря на то, что еще раннее утро, небо над Гравити Фолз было затянуто тяжелыми грозовыми тучами. Казалось, один лишь порыв ветра, и они с яростью обрушатся на маленький город. В Хижине Чудес горел свет. Мейбл сидела на своей кровати, сосредоточенно водя пальцем по строчкам книги про какую-то незамысловатую историю о любви двух подростков, чьи родители были оборотнями и вампирами. На первый взгляд она казалась невинной читающей девушкой. Но только на первый взгляд. Если присмотреться, то можно заметить, что взгляд ее расфокусирован и устремлен явно не в книгу, а куда-то поверх ее. Подобная задумчивость была редкостью в полной отпимистической глупости жизни Мейбл, так что через некоторое время Диппер разволновался и даже бросил читать свой детектив, устремив взгляд на подозрительно тихую Мейбл. — Мейбл, что-то случилось? — с тревогой спросил он, медленно сползая с кровати, чтобы в случае чего тут же подбежать к сестре. — А? Что? — встрепенулась она, хлопая глазами. — Да, я буду обедать! — Мейбл! — строго сказал Диппер, хмуря брови. Он покинул кровать и теперь грозно надвигался на девушку, глазами намекая, что он очень зол. Таращиться пришлось долго и, к сожалению, безрезультатно, потому что Мейбл вспомнила древнюю поговорку, придуманную специально для таких случаев: — Че зыришь, глаза пузыришь? Диппер мгновенно смутился. Но даже покрытый боевым алым окрасом, он не растерялся: — Я не зырю! Я... я... вежливо смотрю! Мейбл фыркнула, но ничего не ответила. Вместо этого она спрыгнула с кровати, махнула Дипперу рукой и скрылась за дверью. — Пока, Мейбл, — растерянно сказал Диппер, глядя на захлопнувшуюся дверь. *** Поскольку после превращения в растение дядя Стэн просил поить его исключительно водкой (его прекрасный цветок при этом переливался всеми цветами радуги, а белки подозрительно часто собирались под окном, на котором он стоял), то обязанности по содержанию и процветанию Хижины Чудес легли на хрупкие плечи близнецов Пайнс. Мейбл, правда, не долго думая поручила все Дипперу и очень часто брала в охапку Билла и тащила его куда-нибудь в лес на полдня. Вот и сейчас она писала торжественную записку, адресованную брату, чтобы тот не щадя жизни оберегал дядю Стэна, заботился об экспонатах и обязательно кормил банду белок каждые полчаса небольшими порциями орешков. — Билл! — закончив с запиской, завопила Мейбл. — Эй, цыпленок! Билл! Реще! Когда Билл выполз из комнаты и спустился вниз, лицо его напоминало старый валенок, который годами, не стирая, носил какой-нибудь старый дедушка. В руках у парня была подушка. Лицо его выражало вселенскую грусть и осознание никчемности бытия. — Давай переодевайся и махнем в лес, — растянув губы в улыбке, скамандовала Мейбл. Она умилилась пижаме с утятами, но все-таки они не в театр идут, а в лес. Запачкается еще. — Ладно, — не задавая вопросов, Билл развернулся и пошлепал наверх. Мейбл проводила его взглядом и мечтательно вздохнула, плюхнувшись на диван перед телевизором. Хаотично щелкая кнопки на пульте, она все думала о том, какой Билл милый. Даже с лицом-валенком. У него такие мягкие блондинистые волосы, как пузо котенка. Мейбл закрыла глаза, представляя, как зароется пальцами в его светлые пряди. Слегка массируя его голову кончиками пальцев, она бы приблизилась к его губам и нежно поцеловала... — Мейбл, зачем ты мнешь скатерть? Мейбл ощутимо взрогнула, чуть не подпрыгнув. Открыв глаза, она поняла, что сидит, закусив губу и с наслаждением мнет скатерть обеими руками. — Эм. Это стиль такой. — Брякнула девушка, мысленно представляя, что было бы, если бы вместо скатерти была голова Билла. «Да я бы раздавила ее» — смущенно поняла она. — А. Ну да. Стиль. — Пробормотал Билл, смущенно потирая затылок. Мейбл заметила это и в который раз умиленно вздохнула. Каждый раз, когда Билл волновался, он смотрел в пол и либо теребил краешек толстовки, либо пытался проделать рукой дыру в своем очаровательном затылке. Выпустив наконец несчастную скатерть, она бодро вскочила на ноги и перепрыгнула через бортик дивана. Взяв теплую ладошку Билла в свою, Мейбл поспешила к выходу. — Пока Диппер не пришел, — пояснила она. Заметив на окне кайфующего от водки дядю Стэна, Мейбл помахала ему свободной рукой. — Пока, дядя Стэн! — До свидания, мистер Пайнс! — успел крикнуть Билл, прежде чем Мейбл утащила его на улицу. Некоторое время они шагали молча. Билл вцепился в руку Мейбл, словно ища в ней свое спасение от окружающего его мира. В его движениях чувствовалась скованность и страх. Мейбл, заметившая это, удивленно остановилась. — Ты чего-то боишься? — в лоб спросила она, в упор глядя на Билла. Вот в который раз она попыталась понять цвет его глаз... глаза. Но взгляд словно соскакивал, не желал фокусироваться и наотрез отказывался определять цвет. — Н-нет... — Билл смущенно опустил голову и прикусил губу. — Просто я ничего не помню. Только темноту, какая сейчас в небе. Меня пугает неизвестность. Мейбл хлюпнула носом от переизбытка чувств и стиснула Билла в объятиях, так что тот начал хрипеть. — Ты не должен бояться! — уверенно сказала она, отстранившись. — Меня тоже пугает неизвестность, но ведь нам все равно когда-нибудь нужно будет ее познать. Если бы все наши предки были такими нерешительными, как ты, то вряд ли смогли добиться того, что мы имеем сейчас. Понимаешь? Билл покачал головой, глядя на Мейбл сверху вниз, прямо в глаза. От такого пристального взглядя девушка даже смутилась, но смущение сразу же исчезло, после того, как Билл робко подался вперед и обнял ее. Мейб на миг показалось, что она сейчас завизжит от восторга. Улыбаясь от уха до уха, она стояла, уткнувшись носом в шею Билла и мысленно купалась в море счастья. Билл неуверенно отстранился и виновато потупил взгляд. — Извини. — Да ты что, Билл! — ужаснулась девушка. — За что ты извиняешься? — Но я... — Это был риторический вопрос, родной, — хихикнула Мейбл, подмигивая юноше. Но тот был в шоке, так что не мог понять причину ее веселья. Через некоторое время они дошли до развилки с тремя тропинками. Мейбл уверенно пошла в правую сторону, утянув за собой и Билла. Вокруг них на многие мили вокруг росли деревья. Многие цвели и пахли, и даже нависшая над самыми их головами гроза не могла испортить прекрасного ощущения блаженства. Особенно сильно пахло сиренью. Тяжелый душный воздух потрескивал от напряжения, словно вот-вот сверкнет молния, прогремит гром и польет дождь, но густой аромат сирени кружил голову, так что все эти проблемы забывались. — Чем это пахнет? — шепотом спросил Билл, не отрывая взгляда от раскинувшейся перед его взором благоухающей поляны с прекрасными цветами всех цветов. Тут были и прекрасные алые розы, и синие очаровательные колокольчики, и розовые ромашки, и самые разные тюльпаны, и очень много полевых цветов. — Сиренью... — тихо выдохнула Мейбл. Они негласно решили, что говорить стоит потише. Не хотелось нарушать царившую в лесу хрупкую атмосферу. Не говоря друг другу ни слова, девушка и юноша дружно шагнули на полянку. Вокруг них тут же закружились самые разные ароматы. Все они были сладкими и, казалось, опьяняли. Билл опустился на колени перед кустиком герани. Покосившись на свою спутницу, он кончиками пальцев погладил лепестки цветов. На его ладонь скатились сверкающие капельки росы. Осторожно, стараясь не повредить еще не распустившиеся бутоны, он принялся плести из герани венок. Ритмично связывая стебельки между собой, юноша то и дело поглядывал на Мейбл, улыбаясь уголками губ. Тем временем сама Мейбл времени не теряла и самозабвенно обнималась с кустиком лютиков, носом зарываясь между бархатных лепестков и вдыхая душистый аромат. Оторвавшись от этого занятия, она хитро оглянулась на Билла, сидевшего к ней спиной и стала тихо к нему красться, стараясь не шуметь. Когда осталось всего ничего до его спины, огромная молния вспорола темное небо. Прогрохотал гром, Мейбл испуганно взвизгнула и, споткнувшись о какую-то палку, упала прямо на Билла. Билл, не ожидавший такого, тут же распластался на земле, пока она, скомканно извиняясь, пыталась слезть с него. — Прости, я не специально, — вздохнула Мейбл. Билл принял сидячее положение и вместо ответа протянул ей немного помятый, но все равно очень красивый венок. Девушка, обильно покраснев, взяла его и водрузила себе на голову. На ее лице невольно появилась широкая улыбка. Билл тоже несмело улыбнулся. Момент испортил очередной гром. Он эхом разлетелся по всему небу, и был таким громким, что едва не оглушил весь Гравити Фолз. Испуганная Мейбл напрыгнула на Билла, обняв его руками и ногами и повисла на нем, уткнувшись носом куда-то в воротник его толстовки. Послышался тихий ритмичный стук. Начался дождь. С каждым мгновением он усиливался, и вскоре оба наших героя сидели абсолютно мокрые. Мейбл подняла голову и встретилась взглядом с Биллом. В груди у нее все расцвело, сердце забилось быстрее. Между их лицами было всего лишь несколько сантиметров. — Мейбл... — прошептал Билл, подавшись вперед. — Да, Билл? — не дыша, выдохнула Мейбл. — По-моему, нам уже пора домой.