Ты не забудешь меня?

Все еще спали, когда Мейбл тенью выскользнула из комнаты, оставив храпящего Диппера в одиночестве, и прокралась на крышу. Солнце только-только выглянуло из-за горизонта, небо, все еще темное после ночи, казалось поделенным на две половины: темную и светлую. Мейбл зажмурилась, когда первые лучи, робко показавшиеся сквозь густые деревья, упали на ее лицо. Встречать рассвет — так чудесно, подумала девушка, осторожно спускаясь к самому краю. Она собиралась сесть, свесив ноги вниз и наблюдать, как расцветает небо. Но когда Мейбл попыталась сделать это, позади послышалось громкое шебуршание. От испуга она оступилась. Крыша была ветхой, поэтому, как только Мейбл потеряла опору и упала, шифер под ней затрещал, грозясь сломаться, обрушиться вниз и утянуть ее за собой. Все так бы и случилось, если бы чья-то крепкая рука не схватила Мейбл за запястье. — Не дергайся, — сказал незнакомец. — Кто... Билл? — воскликнула она, подняв голову. Билл с легкостью втащил ее назад и уложил на полосатую раскладушку, а сам сел рядом на колени и уставился на девушку. Сейчас, когда рассветное солнце золотило его светлые волосы, он казался старше и мужественнее Билла, которого она знала. Мейбл смутилась. — Я... — начала она, но осеклась, натолкнувшись на взгляд Билла. Это не был осуждающий взгляд или, наоборот, радостный, что все обошлось. Нет. Это был заинтересованный взгляд, словно он видел ее впервые. — Билл? — тихо позвала Мейбл, протягивая к нему руку. Билл ничего не ответил, тогда девушка осторожно коснулась его лица подушечками пальцев. Не дождавшись сопротивления, она осторожно села и обвила руками шею Билла. Он подался вперед, почти касаясь губами ее губ. Мейбл затаила дыхание,  закрыла глаза и наклонила голову вперед. — Эй! Хозяева! Билл резко отскочил от Мейбл, словно она его ударила. Затем он развернулся, быстро спустился на край крыши и спрыгнул. — Билл! — в ужасе закричала Мейбл, бросившись к лестнице. Перепрыгивая через ступеньку, она спустилась на первый этаж и выскочила на улицу, чуть не столкнувшись с каким-то молодым человеком. — Где Билл? — заорала она на него. — Билл? — удивился молодой человек. — Парень в желтой толстовке! С повязкой на глазу! Он спрыгнул с крыши. Вы его видели? — Мейбл размахивала руками и крутилась на месте, но Билла и след простыл. — Пират что ли? — засмеялся он. — Нет, не было такого. По крайней мере с крыши он не прыгал. Иначе бы я заметил, все-таки не слепой. Мейбл осела на землю и растерянно подняла голову к небу. Солнце уже во всю сияло, прогоняя остатки ночной мглы. — Ты была на крыше одна, — сказал молодой человек, — но я уверен, что с твоим Биллом все в порядке. Пират и не такое переживет. Мейбл не обратила внимания на тщетные попытки парня ее успокоить, а повернулась к крыше, где только что едва не поцеловала Билла. Он был таким теплым, таким настоящим... может, она задремала и просто не заметила этого? Девушка вытянула руки и с нарастающим ужасом обнаружила на локтях свежие синяки. Они появились, когда она едва не упала с крыши. «Получается, я не спала? Или уснула после падения? Тогда кто же меня спас? Но если никто меня не спасал, получается, я упала. Но я не падала, а спустилась по лестнице, когда бежала к Биллу. Но если я уснула, а не пыталась полюбоваться рассветом, то откуда у меня синяки? А не приснились ли они мне?» — чем больше Мейбл об этом думала, тем сильнее запутывалась. Еще бы чуть-чуть, и она бы закричала, но все еще стоящий рядом молодой человек вежливо покашлял. Мейбл вскочила и принялась тереть рукой синяк на локте. — Что-то не так? — поинтересовался молодой человек, выглядывая из-за ее плеча. — Могу я как-нибудь помочь? — А ты вообще кто? — Мейбл оставила свои руки в покое и удивленно воззрилась на него. — Я Юрий, — Юрий скромно потупил взгляд. — А я Мейбл. Приятно познакомиться, Юрий, — улыбнулась она. — Вы путешественник? — С чего ты взяла? — удивился молодой человек по имени Юрий. Он был высоким, нескладным, веснушчатым и рыжим, прямо как Рон из книги про Гарри Поттера. На нем были рваные джинсы и вытянутый пушистый свитер с милым котенком, а за плечами большой грузный рюкзак. Мейбл пальцем указала на него. — Нет, я не путешественник, — засмеялся он, поняв, о чем говорит Мейбл. — Просто я исследую культуру России! — А там все носят рюкзаки? — удивилась Мейбл. — Некоторые даже ночью не снимают! А что самое интересное, живут они в лесу в палатках, в суровых первобытных условиях и разводят — ты не поверишь! — домашних медведей! — Домашних медведей? — как и предупреждал Юрий, она не поверила. — Вместо котят, — закивал доверчивый горе-исследователь. Он с громким стуком и металлическим лязгом поставил рюкзак на землю и почти наполовину залез внутрь. Когда Мейбл испуганно окликнула его, Юрий вынырнул, сжимая в руках толстую брошюрку с крупными бело-сине-красными буквами «РОССИЯ: СМЕРТЕЛЬНАЯ ЛОВУШКА ИЛИ КУРОРТ? ИССЛЕДУЕМ!» — Автор кто? — Дирепп Найпс! — с гордостью произнес Юрий, подняв указательный палец. — Знаешь такого? «Это же наша с Диппером книга! — вспомнила Мейбл, поглядев на обложку. На ней был нарисовал толстый медведь с усатым всадником в одних штанах на спине. — Мы ее прошлым летом написали от скуки!» Мысленно Мейбл уже неслась вверх по лестнице, на чердак, чтобы обрадовать Диппера, что нашелся-таки чудак, принявший эту писанину за чистую воду. Но виду девушка не подала. — Нет, не знаю, — вежливо сказала она. — Юрий, не хотите пройти в Хижину Чудес? — Ну зачем же так официально, — смутился молодой человек, пряча брошюру в бездонный рюкзак и закидывая его на спину. — Я же тебя всего на пару лет старше. Тебе сколько лет? — Шестнадцать. — А мне восемнадцать! — В дом-то идем, нет? — нахмурилась Мейбл. Ей хотелось поскорее избавиться от назойливого Юрия и сбегать к милому Биллу. Она не стала ждать его ответа и вошла внутрь. — Да-да, извини. Он неловко засеменил вслед за ней. *** Мейбл оставила Юрия осматриваться в Хижине Чудес, а сама бросилась по коридору, выискивая глазами заветную комнату. Наконец-то она заметила ее: старую дряхлую дверь, которая, несмотря на старания Зуса, все равно сильно сливалась со стеной. Мейбл зажмурилась и без стука распахнула дверь. В голове стучало лишь одно: пожалуйста, Билл, будь на месте! Но Билла в комнате не было.