До слез

Нет, в прямом смысле Кот, конечно, не плакал, хотя порой казалось будто Женя задалась целью довести его до слез. Только вместо того, чтобы размазывать сопли по лицу, Вася совершал безумные поступки, а если их по счастливой случайности удавалось все же избежать, то мечтал… о том, как сломает сопернику шею, вырвет хребет, ну и тому подобное в этом роде. С Кавказа вернулся уже не уверенный в себе и своем обаянии Василий Ионов, а потерянный и полностью разбитый маленький мальчик Вася, которого интересовал ответ на один единственный вопрос «за что она с ним так?». Подпустила к себе слишком близко, позволила гораздо больше, чем того требовали приличия, подарила надежду, а потом отмахнулась, словно он был блохастой дворняжкой, досаждающей своим лаем. А ведь в те дни ему на самом деле хотелось выть. От бессилия, от тоски, от обиды. Так легко променять его на какого-то там Химика. Нет, при всей своей любви к себе, Вася никогда не считал кого-то хуже, но, черт возьми, не так же быстро. Он, как сопливая девочка-подросток, перебирал в памяти каждое мгновение, проведенное рядом с ней, стараясь не упустить ни одного поцелуя, ни прикосновения, ни слова, а Женя в это время прекрасно чувствовала себя в компании своего нового знакомого. Молодой человек с силой сжал стакан. Еще мгновение, и тонкое стекло треснуло, и только по счастливой случайности ему удалось избежать глубокого пореза. Химика больше нет, а значит, у него у самого есть шанс. Нужно прекращать страдать и жалеть тут себя любимого, ведь впереди еще столько дел. Впереди борьба за сердце неприступной красавицы и самое сложное – доказать, что для него все это далеко не игра. Ему категорически нельзя было вставать, пока еще было рано, но когда Кота останавливали врачебные запреты? Да, он сам только что попросился обратно в палату, аргументировав это тем, что замерз на улице. Поймал на себе понимающий взгляд Бати и сочувствующий Бизона и тут же опустил глаза в пол. Сколько времени он ждал именно ее визита? Неделю, полторы? А Женя все не приходила. В госпитале побывали, кажется, все, включая Пригова, а Мура почему-то не приходила. А он ждал. Каждый Божий день. Оборачивался на каждый стук в дверь и уже даже представлял, как мило нахмурит бровки его Мурка, выскажет все, что она о нем думает, а он в ответ пообещает впредь быть осторожней и, поймав ее ладошку, прижмется к ней губами. И только теперь стало понятно, почему ее так долго не было. Там же был Ваня! – Батюшки, – пожилая санитарка всплеснула руками, – ты чего вскочил-то, заполошный?! Нельзя тебе! Парень медленно обернулся, отворачиваясь от окна, и женщина не поверила своим глазам. Еще минут двадцать назад это был совершенно другой молодой человек – с живым взглядом и лучезарной улыбкой. Санитарка тогда поняла все по-своему. – Случилось чего? С кем-то из друзей. А он так и не нашел в себе силы признаться. Случилось, но только не с товарищами по оружию, а с ним самим. Кажется, он влюбился. Он толком не спал с того самого момента, как узнал, что Женя находится на территории чужой страны. Вася вообще не имел ни малейшего представления, где она, что с ней, жива ли девушка? В идеале группа «Смерч» вообще не должна была ничего узнать о задании Мурашовой, но так уж получилось, что вернувшись в КТЦ, Ионов первым делом бросился к Багире. Женщина ведь поначалу долго держалась, отнекивалась, заверяла, что с Мурой все отлично, дескать, девушка просто на полевых учениях. Но на самый простой вопрос, почему тогда у нее не доступен телефон, ответа так и не нашлось. А потом… Рита ведь тоже не железная, да и переживать за подругу легче с кем-то. Только вот женщина никак не ожидала такого поворота событий. Ионов, частенько нарушавший приказы, но при этом всегда чтивший субординацию, буквально взбесился. Оказалось, что кричать он может не хуже самого генерал-майора. Конечно, его тогда никто не отпустил, не отправил на помощь Жене, более того, влепили несколько нарядов вне очереди и строгий выговор (хорошо хоть без занесения в личное дело), а уже на следующий день нашлась и Мурашова. Живая и невредимая. И вроде бы все должно было быть уже хорошо, но как-то не получалось толком расслабится. Вот вернется Мура, сожмет он ее в объятиях, вдохнет знакомый аромат и только тогда поверит, что опасность ей не грозит. Девушка ему так и не позвонила, вместо нее это сделала Багира, уж слишком тяжело было смотреть на мающегося из угла в угол любимчика. Василий даже успел заехать в цветочный магазин, вот только букет так и остался лежать в машине, ведь возле ворот КТЦ Мура, его Мура, мило улыбалась какому-то хмырю с букетом хризантем в руках. Впрочем, цветы быстро перекочевали к Жене, а Ионов, наблюдавший за всем из окна своего автомобиля, изо всех сил вцепился в руль. Он и сам не понял, чего именно он тогда ждал, все равно ведь расслышать их разговор не получилось бы при всем желании, а смотреть на вроде бы уже свою девушку в компании другого парня оказалось совсем неприятно. Кот ведь в тот день даже попытался поговорить с ней на эту тему, да только оказался послан далеко и надолго, а уже вечером Мурашову Евгению Валерьевну у ворот КТЦ встречал тот же самый блондин. И опять с букетом. Только на этот раз уже с розами. – Все-таки все мы дуры, – подошедшая Багира встала рядом с парнем. – Ты о чем? – Да так, – Рита неопределенно пожала плечами, – не всегда понимаем, что нужный человек, оказывается, рядом. Ищем идеал, не подозревая, что он под боком. – Так я идеал? – негромко хмыкнул кап-лей. – Нууу… почти, – она ласково потрепала его по голове, – и Женя это скоро сама поймет. Только дай ей время. Если честно, то ждать, пока витающий в облаках Ионов придет в себя, Муре надоело. Девушка его даже окликнула, но, не добившись абсолютно никакой реакции, несильно толкнула в бок. Кот встрепенулся. – Чего дерешься? – Ты обещал рассказать, когда это я доводила тебя до слез, – напомнила ему Мурашова. Кап-лей непонимающе моргнул, нахмурился, будто пытался вспомнить что-то очень важное, а потом вдруг широко улыбнулся. – Да пошутил я, Мур. Мура недоверчиво прищурилась. – Это я так защищался, – он открыто улыбнулся, – ты ведь меня практически обвинила в своих слезах, вот я и ляпнул первое, что пришло мне в голову. – Значит, я хорошая? – А то! Все в прошлом. Все обиды, недоразумения, недомолвки, сейчас, хочется надеяться, у них все стало налаживаться. Медленно, без всех этих взлетов и падений, безумных выходок, прыжков в водопады, взрывов, лихорадочных поцелуев и жарких объятий. Сейчас все гораздо спокойней: и улыбки, и взгляды, и вроде бы нечаянные прикосновения, и признания. И совсем не обязательно ей знать, сколько раз он хотел напиться и забыться в объятиях другой женщины. – Мы дураки, да? Кот кивнул: – Еще какие. Горячее дыхание опалило кожу, и было совсем нетрудно догадаться, что именно сейчас хочет сделать Вася. Женя только прикрыла глаза и подалась ему навстречу. Еще мгновение, и губы бы соприкоснулись, но… – Эм, ребята? – Уманова! – два голоса слились в унисон. – Все поняла, – девушка вскинула руки в примирительном жесте, – я отвернусь.