Верь мне!

Так как Ник был зол, он с радостью поднялся с кровати. Даже пинки не понадобились. Парень быстро вышел из комнаты, но не ушёл далеко, встав рядом с дверью, заглядывая в комнату, и увидел, как мужчина корчится на полу. А ведь Ник подумал, что выгнали его за наглость... Но у Михаэлиса на лице отображалась боль, он сжимал голову руками. Ник нахмурился, вглядываясь в напряженное лицо мужчины. Он сам удивился, когда разобрался в своих чувствах. Он переживал за Мэлиса. Нет, на него не снизошло озарение, что он влюбился в этого ненормального. Ник просто ненавидел наблюдать за чужими мучениями. Ему сразу хотелось помочь, кем бы этот человек ни был. Паника. Непонимание, что делать. "У него и правда что-то с головой... Но что? Черт! Нужно зайти и помочь. Но чем? Как? Хм. Может, есть у него какие-то таблетки?" Но пока Флетчера одолевали сомнения и одни вопросы, Мэлис сам успел себе помочь. Когда мужчина вышел, Ник прижался к стене, стараясь быть незаметным. Но Мэлис отошёл дальше, в другую от него сторону, и Ник все же подошел к нему, осторожно кладя руку на плечо мужчины. - Что с Вами? - обеспокоенно спросил Ник, выглядывая из-за спины Спанка. От неожиданного прикосновения мужчина мигом напрягся. Его мышцы окаменели, так как тело подготовилось к подвоху. Нож в спину или что еще... - Уже на "Вы"? - Холодно спросил Михаэлис, понимая, что Ник видел его. "Черт возьми!" - Спанка это злило, огорчало и пугало одновременно. И в итоге он просто закрывался, ожесточаясь. - Да. Уже на "Вы". Все же незнакомый, старший человек. Так, не уходите от темы. Что с Вами? Я... Могу чем-то помочь? Абсурдно предлагать помощь и беспокоиться о человеке, который тебя самого мучил, и его не волновало твоё состояние. Но все же Ник не хотел его смерти. Возиться еще... Тем более сейчас уже не мучили ведь. Мэлис медленно повернулся к Нику. - Можешь, - сухо ответил Спанк, кивнув. - Иди за мной. И после этих слов, он отвернулся, направляясь дальше по коридору. Пришли они к одной из двух пустующих гостевых спален. Мэлис открыл дверь и махнул рукой в приглашающем жесте. - Возвращайся в постель и выспись как следует. Я хочу, чтобы ты был здоров уже к концу недели. Сейчас мне надо уходить. В мое отсутствие можешь пользоваться в квартире чем угодно, но не заходи в мою спальню! Когда вернусь, сделаю тебе еще один укол и сменю повязки. Всё. На этом мужчина поспешил в свою спальню, где быстро переоделся и покинул квартиру, напрочь игнорируя Ника. Николас сначала хотел остановить Михаэлиса и все же выбить признание. Но открыл рот и тут же закрыл, плетясь за мужчиной. Он посчитал, что сейчас не стоит его трогать. Не время. А вот когда вернется... Тогда и стоит попробовать узнать, что же это. Боль слишком сильная для обычной головной боли. Бывает, что она заставляет морщиться, но до такой степени... Нет, это невозможно. Но упускать шанс побыть одному? На такое Ник в нынешних обстоятельствах пойти не мог и выбрал все же послушание. Еще его очень интересовало: почему запрещено заходить в спальню? Но все же каким-то чудом сумел справиться с соблазном и не пошел разведывать, а смиренно направился готовить. Прям как примерная жена. Ну а что? Он столько времени проработал домработницей, что это не казалось чем-то странным, даже если пища готовилась своему мучителю. В конце концов, зачем так явно враждовать? В таком случае Спанк всегда будет начеку. А так, можно попробовать хитростью... Приготовив ужин, Николас даже немного убрал в квартире, а уж потом принял ванну, забыв о своих ранах, после матерясь и тщетно пытаясь вытереться. Но повязка слишком намокла, чтоб ее можно было реабилитировать, так что пришлось снять и пачкать футболку. Кутаясь в нее, мальчишка босыми ногами пошлепал в комнату, которую ему выделили, и с наслаждением нырнул под одеяло, сворачиваясь калачиком и засыпая. Мирно, спокойно... Николас хотел проснуться раньше, чем вернется Михаэлис, и расспросить его, но жуткая усталость заставила Ника не пробуждаться еще очень и очень долго. Вернулся Мэлис уже за полночь. Первым делом проверил парнишку: спит, мелкий, в отведенной ему спальне. Это хорошо. Затем мужчина прошел на кухню. Есть не хотелось совсем, а вот бутылка виски где-то там початая была. И тут, на кухне, блондин понял, что мальчишка еще и поел. Это порадовало Мэлиса: хороший аппетит у Ника - признак того, что Алим не нанес ему каких-либо серьезных увечий. Похоже, малец старался приготовить ужин... Мясо, салат, панакота... Михаэлис улыбнулся, но от одной мысли о еде его начало подташнивать. Нет уж, сигареты и стакан Джек Дениэлс - это вполне приемлемый для него ужин. Спанк принес Нику подарки: шмотки всякие, обувь, плеер, наушники, телефон, приставку игровую. В общем, он просто шел по торговому центру и скупал всё подряд, пока не закончились деньги на карте. Но это была не проблема: у Мэлиса были еще три другие карты. Однако на сегодня он решил с покупками завязать. Оставив приобретения у парнишки в комнате, блондин принял душ и расположился в гостиной с книгой, которую начал недавно читать. Заснуть он всё равно сегодня не сможет, а вот приятно провести время за чтением было отличной мыслью! На утро Спанк поджарил булочки и сделал домашние чизбургеры с мясом, приготовленным Ником, помидорами, огурцами, листьями салата, сыром и, разумеется, со всякими вредными соусами-кетчупами. Приготовил только на Ника, себе же заварил крепкий кофе и поставил на стол пустую тарелку, испачкав ее кетчупом, будто уже съел свой чизбургер. Но парень продолжал крепко спать. Тогда Спанк вытащил свой телефон и набрал номер нового мобильника парня, в который вчера вставил ему и симку, и контакт свой вбил. У юного раба на столике возле кровати заиграла родная тема iPhone, а на экране высветилось "Старикашка". Проснувшись от трели телефона, который он принял за будильник, Николас, вытащив руку из своего кокона, где даже голова была накрыта одеялом, уже хотел привычно поднять и со всей дури опустить "будильник" о тумбочку, но, нащупав не круглую ненавистную штуку, а плоский телефон, недоуменно начал его ощупывать, таким образом тут же просыпаясь. Откинув одеяло, Ник поднес телефон к лицу, хмурясь. - Старикашка... - растеряно пробормотал парень, принимаясь лихорадочно вспоминать, кто это. А потом – откуда вообще у него телефон. Но все же принял и сонным голосом пробормотал: - Да? - Доброе утро, мелкий, - зашелестел в трубке спокойный голос Михаэлиса. - Вставай, одевайся и приходи завтракать. Я жду на кухне. У тебя двенадцать минут. И на этом связь оборвалась. Часы на плоском экране телефона явственно показывали 9:00. Пакеты с одеждой и обувью – в количестве двух штук – стояли посередине комнаты, но чуть ближе к стене, чтоб Ник уж точно о них не споткнулся. И чтоб точно заметил. Внутри были вещи разных размеров: ни больше ни меньше, ровно столько, сколько могло бы пригодиться парнишке. Спанк не знал, какая подойдет, поэтому брал разной величины. На столике чуть дальше пакетов стояли еще пакетики, но уже значительно меньшего размера. В них для юного сорванца томились в ожидании, когда же их наконец используют, различные современные гаджеты. Не смотря на то, что спал парнишка достаточно долго, все равно вставать совершенно не хотелось. Неимоверным усилием воли Флетчер спихнул себя с кровати и сразу же увидел пакеты. Зевнув, Николас поплелся к ним, рассматривая содержимое. Вещи, обувь... Это его или склад вещей Спанка? Да нет, вряд ли на двухметрового мужика налезла бы столь маленькая одежда. Да и подростковая совсем. Учитывая, что даже в неформальной обстановке блондин предпочитал костюмы, вряд ли эта теория имела право на существование. Определенно это были его вещи. Еще и новые. Ник перерыл все, раскидывая их вокруг себя, и выбрал трусы, легкие и приятные домашние штаны (обрадовавшись так же наличию джинс естественно) и одну из многочисленных футболок, решив сделать ее тоже домашней. Благо Михаэлис не выбрал никаких особо ярких цветов. Никаких тебе красных, желтых и так далее. Преобладали черные, синие, серые и коричневые цвета. Ник был доволен. Одевшись, Николас зашел на кухню. Сел на диван возле стола и положил голову на стол, собираясь дальше спать. Уложился почти в двенадцать минут. - Ты опоздал, - строго констатировал Спанк, блокируя телефон, на котором смотрел время, откладывая его на стол. - Остаешься на сегодня без обезболивающего. Но после этих слов мужчина пододвинул к парнишке вторую кружку с ароматным кофе и одобрительно осмотрел его внешний вид. - Вижу, ты уже разобрал кое-что из одежды. Хорошо. Всё, что лежит в твоей комнате, твоё. Перебери за сегодня все вещи, оставь те, что подходят, а остальное собери в один пакет. Я отдам их на благотворительность. И... Ник, ешь быстрее, мне надо уходить, а перед этим я хочу еще осмотреть тебя. После завтрака, за которым Михаэлис хранил молчание, так как читал утреннюю прессу, вышел маленький конфуз, если можно так выразиться. - Встань! Подойди ко мне! - приказал Спанк уже сытому и более довольному жизнью парнишке. Когда же Ник, хоть и явно нехотя, повиновался, мужчина обвил его руками и силой поставил на колени перед собой. Одна рука намертво сжала запястья Ника за спиной, а вторая вцепилась в волосы, фиксируя голову парнишки в нужном Господину положении. Блондин, сидя по-прежнему на стуле, наклонился, чтобы удерживать непокорного мальчишку, но вместо боли или унижений последовал... Да-да, поцелуй! Мэлис подался вперед, приблизился вплотную лицом к лицу юноши, приоткрыл рот, обжигая его уста горячим дыханием, и, проникновенно заглянув в зеленые глаза напротив, смял губы мальчика решительным, но мягким поцелуем. - Спасибо за вчерашний ужин, мелкий... - выдохнул мужчина, разрывая поцелуй. И отпустил руки Ника. Затем осторожно волосы... Он стал медленно выпрямляться, пристально глядя на парня, не прерывая зрительного контакта. - Как без обезболивающего?! Я ж сдохну! Всего на две минуты опоздал! И то только потому, что разбирал одежду! Не приду же я в джинсах! Вот черт... - Ник от досады поморщился, понимая, что никого не ебет, почему он опоздал. "Вот точно садист! Ну и пошёл он в жопу", - в сердцах подумал Флетчер, спрятав голову в руках. - Не стоит утруждать себя. Не надо меня осматривать. Обезболивающего нет, и в осмотре не нуждаюсь. Езжайте, езжайте. Ник взял свой завтрак и начал медленно жевать. Очень медленно. Отчасти из-за просьбы есть быстрее, отчасти из-за того, что Ник просто ещё не проснулся. Даже после завтрака Николас не особо был доволен жизнью и был хмур даже, пожалуй, больше. Он встал. Подошёл, ожидая удара, что было более вероятным и даже разумным. Но нет. Мэлис потянулся к его губам и поцеловал. Николас скривился как от чего-то мерзкого и, как только мужчина отстранился, отвернулся и вытер губы рукой. Нет, он не был категорически против мужчин, позиционируя себя как исключительно натурала. Более того, он как-то встречался пару недель с парнем... Мальчиком даже. Тогда они были совсем-совсем юными. Четырнадцать лет. Но было! Однако это была совсем другая ситуация. Он совершенно не хотел этого поцелуя. - Пожалуйста, - буркнул "мелкий". Юноше настолько была противна близость Мэлиса, что он даже не стерпел отпечаток поцелуя на своих губах: моментально вытер рукой при первой же возможности. В ответ на это глаза мужчины похолодели. "Брезгуешь моей лаской? Что ж, значит возьму тебя силой. Не хочешь по-хорошему - будет по-плохому. Очень по-плохому..." Мэлис поднялся на ноги, схватил Ника за плечо повыше локтя и, вздернув на ноги, поволок в оборудованную под медицинский кабинет комнату. Эта комната запиралась на ключ, который блондин держал при себе - нечего посторонним ошиваться возле его медикаментов! Вот и сейчас Спанк достал из кармана ключ, открыл дверь и толкнул Ника вперед, заходя следом. Новый толчок в спину заставил мальчишку налететь животом на жесткую кушетку. Мужчина подошел, рывком содрал с раба футболку и принялся грубыми, быстрыми, профессиональными движениями обрабатывать ссадины антисептиком. - Не нравятся мои поцелуи, раб? - холодно спросил Спанк. - Тогда наслаждайся моей жесткостью. Мужчина оскорбился и разозлился. Нет, он не передумал подарить юнцу волю, просто... Ай, не важно! - Повязки тебе уже не нужны, - констатировал результат медосмотра он. - Пошел! - Спанк вытолкнул парнишку прочь из комнаты. Снял перчатки и тоже вышел, закрывая за собой дверь на ключ. А после – вернулся в кухню, забрал со спинки стула пиджак и проследовал в коридор, обуваться. Николас нахмурился, когда Мэлис поднял его за плечо, но не вырывался, позволяя тащить себя. Блондин швырнул парня на кушетку, не заморачиваясь по поводу мягкости. Михаэлис решил стать злым опять. Пусть так. Так привычнее. Николас не поднимался, пока не услышал хлопок двери. Только через несколько минут после этого, после полнейшей тишины, он поднялся и направился в кухню. Кофе. Ещё кофе. После желанной чашки Николас принялся мыть посуду, прятать продукты. Замечая, что их осталось слишком много. "Что, он все же дьявол и ему не нужна еда? Отлично. Больше корячиться ради него не буду". Ник захлопнул дверцу холодильника. В комнате он разобрал остальные покупки Михаэлиса. Всякая разная техника. Откупился что ли? "Надо будет спросить насчёт интернета. А пока все это бесполезно. Не играть же". Флетчер решил лечь спать. В комнате Михаэлиса. Запачкает постель кровью. Скоро боль будет чувствоваться очень хорошо, так что лучше в это время спать. Михаэлис вернулся от юриста, в очередной раз убедившись, что безвыходных ситуаций нет - есть просто слишком высокие цены. Но Спанку удалось запустить процесс оформления документов для Ника. Паспорт с прочими личными бумагами будет готов уже через неделю, а переоформление квартиры - через два дня. Главным условием Мэлиса было время, ведь как раз его у него и не было. А за срочность пришлось платить. Но блондин уладил все нюансы и теперь мог отдохнуть. «Мда... Отдохну не скоро», - понял Михаэлис, увидев черную макушку, которая торчала из кокона одеяла на его кровати. ЕГО. КРОВАТИ. - Ничего-ничего, ты поплатишься за это, мелюзга! - едва слышно произнес мужчина. Он беззвучно разделся догола, достал припрятанные в шкафу веревки и подошел к парнишке. Аккуратно стащил с него одеяло, очень нежно, осторожно и тихо привязывая юношу к кровати. Сначала руки к изголовью, сведя их вместе над головой. А затем и ноги, тоже сведенные вместе, к изножью. Зафиксировал парнишку на животе. После чего, видя, что тот уже потерял крепость сна, взобрался на постель и лег на Ника сверху, вжимая раба в постель весом своего тела. - Кажется, я запрещал тебе заходить сюда, - прорычал он мальчику на ухо. Николас дернулся от мужчины, который опять посягал на его тельце. А уж спросонья... Как только сердце не выскочило. - Руки убрал, скотина! Ты меня всего лишаешь, а я должен тебя слушаться?! Хуй тебе! Это плата за моральный ущерб. А если продолжишь лапать - забудешь о спокойной жизни навсегда. Я такого не прощу. Выпутаться все равно никак нельзя, а вот поугрожать – запросто. К тому же, Мэлис наверняка подумает, что Ник просто болтает, и только сам парень прекрасно осознавал, что не сможет НЕ выполнить этого. И пусть сейчас, если Спанк все же его трахнет, будет унизительно и больно, месть будет ещё более сладостной. Слова Ника совсем не понравились Михаэлису. Совсем. Они были, во-первых, несправедливы, а во-вторых, агрессивными и лишенными всякого уважения. - Ах, всего лишаю?! - в голосе бушевал гневный вызов. Спанк оскорбился и не собирался спускать это шмакодявке с рук. - Не кормлю, не одеваю, не выделил тебе личную комнату, так? Что ж, славно. Мужчина слез с парнишки и взял в правую руку тяжелый широкий ремень. - За непослушание ты получишь порку, - горячим от ярости тоном произнес блондин. И его голос звучал словно набат. - А после, тварь неблагодарная, можешь валить отсюда ко всем хуям собачьим! Как только закончится порка, я тебе больше не Господин. Делай, что хочешь! На этом Спанк замолчал, грубым рывком стащив с парнишки штаны с бельем и замахнулся. Порка была жестокой и долгой. Мужчина яростно отхаживал ремнем худые ягодицы, вымещая всю накопившуюся злость: на Ника, на его вечные капризы, на слепое непонимание мальчиком того, что этот мужчина - счастливый билет для него в безбедное будущее... На несправедливость судьбы, на свою чертову болезнь... Остановился Спанк только тогда, когда задница несчастного покрылась черными, кровавыми синяками. Мучитель опустил ремень, тяжело дыша. Ему было наплевать на истерику Ника. Крики, слезы - всё это было лишь фоном для него. Переведя дыхание, он отвязал мальчишку, даже не натянув толком на него штаны, схватил за локоть и поволок прочь из квартиры. Распахнул дверь и вышвырнул зареванного юношу прямо на лестничную площадку. - Через неделю заберешь свои документы в почтовом ящике. Не явишься - тебя найдет интерпол. Радуйся, со мной ты больше никогда не увидишься! Николасу даже стало немного стыдно. Ведь действительно, его не так уж и многого лишили. Ну без обезболивающего, и что? Если уж даже смог выжить на улице и в пыточной, что говорить о какой-то боли? Его никто не лишал еды, питья, тепла, крыши над головой, в конце концов. Уже успел забыть как это, когда приходиться искать место на ночлег каждый вечер. Но долго подобные чувства не терзали парнишку. Теперь он задался вопросом, какого черта вообще поддался на эти подачки?! Решил стать ручным зверьком за еду, поступившим оставшимся принципам?! Мерзко... Николас скривился от осознания собственной никчемности. Порку он воспринял как заслуженное наказание за подобные слабости. Жалкий. Он опять становится жалким. Ник не мог сдержать крика, слёз, метался в путах, но ни разу не взмолился о пощаде даже на самых болезненных ударах. Это урок, чтоб впредь больше не проявлял слабости. Если будет выбор: жить в золотой клетке, в тепле, но расплачиваться своим телом, быть обязанным, сдаться в конце концов или жить на улице, Флетчер должен выбрать улицу. Ник не слушал про документы. Он вообще ничего не слышал. Рухнул на грязный пол подъезда, не утруждая себя нормально натянуть штаны. Где-то в глубине Ник переживал и за то состояние Мэлиса. Ведь он ничего об этом не узнал, и вряд ли это все же было особо радужным. Но что он сейчас сможет сделать? Мэлис не хочет его видеть, да и Ник не особо горит желанием возвращаться. Но и уходить не было сил. Нужно было немного переждать, отдохнуть, а потом опять пойти искать. Дом, работу. Опять сначала... Николас свернулся возле двери, в последний раз шмыгая носом и почти моментально проваливаясь в сон. Сильно много энергии забрала истерика. Боль не чувствовалась. - Это еще что за новости? - незнакомый мужской голос коснулся уплывающего сознания парнишки, что свернулся клубочком на коврике перед дверью Михаэлиса Спанка.