Через всю Атрею за мечтой!

      На просторной тренировочной арене Форта Тиамат ежесекундно вспыхивали яркие молнии. Светловолосая девушка, что раз за разом спускала с острых коготков магические разряды, старательно целилась в нападавших на неё балауров и, при этом, пыталась уклоняться от их атак. Испарина на её лбу и довольно потрёпанный вид говорил о том, что бой слишком затянулся. Она была уже на пределе своих сил, но, не смотря на это, продолжала шептать одно и тоже заклинание, поражая соперника молнией.       — Сиара, это никуда не годится! Произноси четче и увереннее. Не забывай размеренно дышать. — обратилась к светловолосой ученице, балаурская волшебница, закрепляя орб на руке. — Так не пойдет! Тебе нужно немного отдохнуть.       Девушка от досады упала на колени. Она тяжело дышала и со всей силы сжимала подол туники. Пытаясь сдержать подступившие слезы, светловолосая закричала:       — Я оттачиваю этот прием уже неделю, по несколько часов в сутки, но вместо магии огня получаются какие-то молнии! — чтобы не дать слабину, Сиара закусила губу. — Легат Садх, что со мной не так? Как бы я ни старалась, магия огня не подвластна мне.       Балаурша лишь тяжело вздохнула. Уже не в первый раз тренировка заканчивалась одним и тем же. Помимо неумелой ученицы, у неё было еще много других забот: дерадикон, бумажная волокита, разбор полетов с «недалёкими» подчиненными. «И почему именно мне Тиамат доверила обучать магии свою дочь, — пронеслась мысль в голове Садх. — Да и как наследница пятого лорда может быть таким непутевым магом — ума не приложу?!»       — На сегодня закончим, — не выдержала легат, — можешь быть свободна.       Сиара, удрученно опустив голову, тихо поблагодарила наставницу и скрылась в сиянии телепорта.       — Ну, наконец-то я дома, — появившись на пороге просторной комнаты, принцесса облегченно вздохнула.       Наследница Тиамат освободила от золотой заколки свои длинные волосы и направилась в ванную комнату, по пути роняя части тренировочного доспеха. Оставшись в одном белье, она включила воду, чтобы набрать расслабляющую пенную ванну, и обернулась к напольному зеркалу. Из отражения на нее смотрела девушка восемнадцати лет, невысокого роста, с темно-серой кожей и аккуратными коготками на руках, с невероятно-красивыми глазами без зрачков, что переливались зелёно-голубым цветом . Сиару легко можно было принять за асмодианку, если бы не присущий всем балаурам хвост. Покрытый чешуей, он рос чуть ниже шеи и едва достигал колен.       Полукровка, ошибка природы, бастард — за всю свою недолгую жизнь девушка слышала в свой адрес много обидных прозвищ. А все потому, что она не была истинным потомком древних драконов. В принцессе смешалась балаурская и асмодианская кровь. Тиамат тщательно скрывала истинного отца своей дочери. О том, что он был даэвом из холодной части Атреи, знали лишь несколько доверенных балауров, включая саму Сиару. Однако, личность отца знала только сама Тиамат. Эту тайну она хранила даже от дочери.       Внешность полукровки доставляла ей много неудобств. Чем чаще она появлялась в обществе сородичей, тем больше слухов плодилось за её спиной. Воины, слуги, даже высокопоставленные личности (например, та же Садх) относились к ней с толикой презрения. Но, разумеется, никто не мог сказать что-то обидное девушке в лицо. Все же статус балаурской принцессы и страх познать гнев Тиамат делали свое дело. Из-за этого она не нажила друзей. Их ей заменили книги. Да, Сиара была тем еще книжным червем! Еще с раннего детства девушка проявляла неистовую тягу к знаниям. Больше всего ей нравилось читать о легендах Атреи. С каждым днем наследница Тиамат все больше узнавала о различных расах, их быте и традициях. А как только немного подросла — принялась за изучение языков. Первым светловолосая освоила асмодианский. Элийский оказался для неё слишком сложным и витиеватым, поэтому она едва смогла его изучить на разговорном уровне. Сейчас же принцесса, по наставлению матери, вовсю пытается освоить язык юнов.       Окунувшись в горячую пенную воду, Сиара достала учебник и принялась старательно читать вслух. Язык юнов давался ей с трудом (по произношению он был похож на элийский), но девушка даже не думала сдаваться и продолжала смиренно зубрить.       — Зачем мама заставила меня учить этот язык? — полукровка захлопнула книгу. — Юны же враждуют с нами, потому вряд ли мне когда-то удастся побывать на их землях. Вряд ли мне удастся вообще выбраться из этого замка.       Девушка печально вздохнула. За учебой она не заметила, как вода в ванной остыла, а пузырьки пены давно растворились, оставив легкий мыльный след.       — Как бы я хотела очутиться где-то далеко за пределами этих стен и повидать своими глазами те места, о которых читала в старых фолиантах, — Сиара резко встала из воды и обмоталась большим полотенцем аки плащом, — я бы пересекла пустыню Элтенена и покорила горы Белуслана. Возможно, даже стала даэвом и зачистила бы все существующие подземелья!       — А еще…, а еще нашла бы друзей. Да, точно! Я бы подружилась и с асмодианами, и с элийцами, надеюсь, что они не прибьют меня, увидев мою физиономию, — светловолосая скорчила рожицу отражению в зеркале, — да, и, конечно же, какое путешествие без бравой команды? С собой в поход я возьму… возьму тебя!       Взор девушки упал на мирно посапывающего персидского кота. Почуяв неладное, питомец, похожий на большой серый комок шерсти, проснулся и недовольно покосился на хозяйку.       — Да, Гегемон, ты обязательно пойдешь со мной. — Сиара подхватила кота под передние лапы, от чего тот растянулся чуть ли не на половину роста девушки. — Отважная команда в сборе!       Принцесса застыла в причудливой позе: одной рукой она обнимала питомца, второй держала воображаемый меч (им послужила расческа), правую ногу девушка поставила на ванну, аки на поверженного врага, придавая этим эпичности.       — Госпожа Тиамат желает, чтобы Вы немедленно явились в её покои, — горничная не вовремя появилась в дверном проеме ванной комнаты. Заметив «эпичную» позу полукровки, прислуга поскорее скрылась из виду, чтобы лишний раз не смущать залившуюся краской юную госпожу.

***

      Сарфан. В зале заседаний снова разгорелся нешуточный спор. Юны уже по сотому кругу обсуждали вопрос мирного договора. Большинство, несомненно, поддерживали идею, узнав благоприятные условия контракта, но были и ярые противники союза с балаурами. Каруну уже давно пора бы обзавестись громкоговорителем, чтоб перекричать всю эту толпу, либо новыми советниками, ибо эти, в ходу жаркого спора, даже не обращали внимания на вождя. Лидеру оставалось лишь попивать ромашковый чай с валерьяночкой, заботливо принесенный помощницей Гарнон.       — Тиш... кхм-кхм. Тишина!!! — крик вождя разнесся по залу вместе с последующим бурным потоком брани и всего-всего, что он думает о своих разбушевавшихся подчиненных. Обескураженные советники с глазами по пять копеек мигом умолкли и, со страху едва ли не забились под стол.       — Повелитель, может еще чаю? — помощница уже суетилась рядом.       — В мире не хватит ромашкового чая, чтоб успокоить ярость в моей груди! Сколько можно об одном и том же? Мирный договор будет подписан и точка! Поговорим о другом. Я хочу услышать отчет лазутчиков о моей будущей кхм… жене, — на этом его голос немного помрачнел.       — О балаурской принцессе известно очень мало. Тиамат хранит её как зеницу ока и дальше Форта не выпускает, — начал доклад один из советников. — По замку ходят слухи, что принцесса эта наполовину балаур, наполовину асмодианка. По залу прошелся удивленный шепот.       — А еще есть слушок, что даже драканы считают её уродливой и обходят стороной. Ведь она и не человек, и не балаур, а некая ужасная смесь, что страшнее монстров подземелий.       — Да-да, мой лазутчик что-то подобное слыхал. У нее половина тела балаурского, а половина — асмодианского, а вместо рта — пасть со страшными клыками, с которых слюна капает.       — Не, ну это уже перебор. Ты, похоже, её с Натаразом попутал. Максимум чешуя по всему телу.       Карун, выслушав сплетни советников, стукнул себя ладонью по лбу, допил ромашковый чай и со словами: «А к балауровой матери вас всех!» удалился из зала.

***

      Сиара бодро зашла в кабинет Тиамат. Оглядываясь по сторонам, она заметила повелительницу балауров за рабочим столом.       — Зачем ты меня звала, мама?       — Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, — пятый лорд отвлеклась от дел и подошла поближе к дочери. — Не знаю с чего бы начать.       Принцесса никогда еще не видела свою мать настолько взволнованной и растерянной. Но, собрав волю в кулак, женщина смогла продолжить речь уже более твердо и решительно:       — Завтра балауры заключат мирный договор с юнами. И одним из условий договора является политический брак.       — Не хочешь ли ты сказать, что я… — прошептала удивленно девушка.        — Да, доченька… — Тиамат уже вытирала платочком выступившие слёзы.       — …что я смогу, наконец, покинуть осточертевший Форт! — Сиара взорвалась криками радости и принялась скакать по комнате.       — Что? — леди балауров недоуменно покосилась на дочь. — Вообще-то, я хотела сказать, что ты вступишь в брак с вождем юном Каруном, но твоя версия тоже в какой-то мере правильна.       Но светловолосой было уже все равно: замуж её отдают или на вечное изгнание. Главное то, что она, наконец, обретет желанную свободу и возможность попутешествовать по миру. Так она думала…