Ревность - основа любви

Володя, волнуясь, вздохнул. Он внимательно осмотрел комнату, которую так долго готовил к празднованию Нового года. Мужчина дико волновался, повар очень долго думал, что же подарить Маше, чтобы та по всем канонным капризам беременных не отослала его ночевать к Галине. Ужин был готов, салаты нарезаны и одобрены будущей мамой, которая поспешила в другую комнату, переодевать. Хоть Володя и не понимал к чему это все, однако спорить не стал. Сначала Маша трое суток таскала его за собой по магазинам в поисках идеального платья на Новый год, а затем заявила, что это сюрприз. Повар вышел из комнаты и направился к той, в которой скрылась Маша. Стоило поторопить девушка, хотя он уже догадывался, что получит за это по башке. Чем дальше в лес, тем больше дров, как говорится, так вот, чем больше месяц, тем сильнее у нее удар. Володя подошел к двери, за которой скрывалась Маша. Он хотел постучать, но ученик, проходивший по коридору, нечаянно задел его плечом, тут же извинившись. Мужчина с отчаяньем вспомнил толкучку в супермаркете, на которую Машу он, слава богу, не взял. Что послужило причиной очередной обиды. Повар постучал. Маша отозвалась звонким: «Минуточку» и снова заходила по комнате. Володя вздохнул. «Сколько же еще можно собираться? У меня уже руки трясутся, я так долго готовил…», - в этот момент из комнаты вышла Маша. Увидев ее, повар потерял дар речи. Да, на ней было то самое платье, которое они покупали вместе, но тогда оказывается, он не особо присматривался к тому, что мерит любимая. Наверное, был слишком утомлен сидением на диванчике. Платье было темно-синего цвета, коротким, но не слишком, выгодно подчеркивающим ее животик. - Красиво? – по-детски наивно поинтересовалась Маша, проводя рукой по волосам, закрепленным заколкой. - Умопомрачительно, - выдохнул Володя, поцеловав свою возлюбленную. – Идем, - он улыбнулся, - я приготовил подарок. Очевидно, мужчина был рад этому подарку больше Маши, поскольку он помчался вперед по коридору, буквально таща за собой девушку. - Володь, не беги, - окликнула его Маша. - Я не бегу, - отчего-то запыхавшись, сообщил повар. Он быстро завязал девушке глаза, так что она сама мало, что успела понять и возразить, и завел в комнату. - Так, Володь, если к седьмому месяцу ты решил меня до инфаркта довести, то это не лучший способ. Мог бы просто из-за угла выскочить, - вцепившись в руки мужчины, произнесла Маша. - Не бойся, сделай три шага вперед. - Раз, - девушка шагнула, мысленно матеря жениха всеми приличными и неприличными словами, которые знала, - два, три. - Снимай шарф, - довольный Володя встал впритык позади нее, боясь, что любимая все-таки потеряет равновесие и может упасть. Маша сняла шарф, прищурилась, пытаясь привыкнуть к темноте, и невольно прижалась спиной к жениху. В углу, между окном и их кроватью стояла кроватка, увешанная погремушками. Она была застелена двухцветным постельным бельем, готова к любому исходу. Над ней красовался крутящийся ночник со зверушками. - Володь, - нежно произнесла она. Девушка почувствовала, как в уголках глаз появляются слезы. Она повернулась и грустно посмотрела на повара. - Машуль, ну ты чего? Тебе не понравилось? Маша отрицательно покачала головой, давая понять, что дело не в этом. - Эта же та кроватка, которая понравилась тебе в магазине. Ночник не нравится? - Нравится, - девушка шмыгнула носом. - Ну а что же тогда? – он улыбнулся. - Володь, ты обещал..., - Маша замолчала, смотря на жениха глазами брошенного котенка. Он вздохнул, и устало закатил глаза. - Пирог с рыбой и мандаринами в духовке. Маша издала какой-то непонятный звук, радостно захлопала в ладоши и повисла на шее у Володи. «Ну, вот, и С Новым Годом!», - подумал повар, прижимая к себе любимую. Он то знал, что через пять минут ей будет плевать на этот пирог, а организм потребует, что-нибудь другое.