Колесо Сансары

      Джек вошёл в гостиную, вытирая голову полотенцем.       - Лошади это, конечно, здорово, но я завтра просто не встану.       Наполеон потушил сигарету и жестом предложил сесть в кресло напротив:       - Ты неплохо смотришься в седле. Я уже давно не получал такого эстетического удовольствия.       Джек фыркнул и сел на предложенное место.       - Может быть я и смотрюсь в седле, но это в перерывах между приступами паники.       - Ты напрашиваешься на комплимент.       Джек закурил и только тогда обратил внимание на столик между ними. Рядом с пепельницей лежала большая книга страниц на пятьсот в толщину, оплетённая коричневой кожей. Углы книги были отделаны металлом. Книга казалась потрёпанной, но совсем не старой.       - Это то, о чём я думаю? - спросил Джек смотря на книгу.       - Дневник того колдуна, который здесь жил триста лет назад, - пояснил Наполеон. - Нашёл его сегодня. Помнишь, ты спрашивал почему я тебя так просто пустил к себе пожить?       Джек кивнул. Наполеон взял книгу, пролистал несколько страниц и показал Джеку разворот. Джек подался вперёд и переменился в лице. Со страниц дневника на него смотрел он сам. Точнее, тот парень был похож на него, как две капли воды. Те же черты лица: лукавый прищур, тонкий нос, изгиб губ в улыбке. Прямые волосы перевязаны лентой. Несколько прядей выбились из хвоста и лежали на лице. Рисунок был очень детальным, линии чёткими. Автор неплохо управлялся с грифелем.       - Это он? - Джек перевел взгляд на Наполеона.       - Нет, это его любовник. Почти все записи адресованы ему.       - Ещё изображения будут?       Наполеон перелистнул ещё несколько страниц и снова развернул дневник к Джеку. Лондон закашлялся. Новый рисунок сильно отличался от предыдущего. Тот же парень сидел в кресле. Волосы на этот раз были распущены и струились по плечам. Рубашка расстёгнута, правая рука ласкает левый сосок. Он хитро улыбается, прикусив нижнюю губу.       - Ты уверен, что мне стоит это читать? - спросил Джек у Напа.       - Более чем. Развлечёшься хоть, пока радость в мышцах не пройдёт.       - Ну хорошо. - Джек закрыл дневник и отложил в сторону. - Но мне не нужны разъярённые призраки в спальне.       Нап рассмеялся.       - Учитывая, как тебе везёт, разъярённые призраки - последнее, что тебя может ждать в спальне. - На вопросительный взгляд Джека он примирительно вскинул руки. – Прочитаешь, поймёшь. В любом случае дневник даётся тебе. Его без разрешения не прочитать.       - Как это?       - Я когда его читал, он пропадал сам собой и появлялся через некоторое время. Бывало, читал его перед сном и оставлял на тумбочке у кровати. Утром его уже не было. Находил я его через неделю где-нибудь на кухне или в подвале.       - А что камеры показали? - Джек покосился на красный огонёк в углу комнаты.       - Сильные помехи. Пара секунд и всё снова работает исправно. Чувствительная техника.       - Очень интересно. Но ведь что-то или кто-то же их сбивает?       Наполеон кивнул.       - И ты выяснил что это?       - Я видел кто это был.       - И кто? – Джек подался вперёд.       Нап неопределённо пожал плечами.       - Тоже увидишь как-нибудь.       Джек поёжился.       - Как ты тут не свихнулся ещё?       - Есть люди, которые говорят, что двинулся слегка. Но меня это мало волнует. Мне здесь нравится.       - Это главное, - Джек поднялся на ноги и взял дневник. - Пойду я спать. Спокойной ночи.       Лондон поднялся в свою комнату, переоделся и лёг в кровать. Некоторое время Джек вертел дневник в руках, изучая его потёртый переплёт. Припомнив содержимое, описанное Наполеоном и иллюстрации к этому содержимому, Лондон не спешил приступать к чтению. Опасно было брать в руки личный дневник и приобщаться к чужим откровениям, пусть якобы и с разрешения хозяина. Воображение резво нарисовало косматого, костлявого старика, тянущего руки с обрывками ржавых цепей к дневнику. Джек вздрогнул. Наполеон чего-то не договаривает. Не мог он за столько лет не понять по какому принципу дневник перемещается по замку и, что ещё более важно, каким образом. Отбросив эти мысли, Джек открыл первую страницу. Вместо текста он увидел ещё одину иллюстрацию. В живописи он разбирался неважно, но решил, что рисунок был выполнен другой рукой, не автором дневника. На рисунке был изображен молодой мужчина. Светлые волосы ниспадали на плечи, скрываясь концами где-то за спиной. Глаза были ясные, широко раскрытые, на губах чуть заметная улыбка. Жаль не в цвете. Красиво бы смотрелся. Под рисунком имелась подпись. Округлые буквы складывались в короткую фразу: "Теодору от Джека с любовью на вечную память." Джек глянул на дверь. Любовника колдуна звали Джеком... И Наполеон умышленно не стал ему об этом сообщать. Он перелистнул страницу и вчитался в написанное. Буквы прыгали, строка шла то вверх, то вниз, почерк был неаккуратным, но различимым:       «Не так я себе представлял первую запись в этом альбоме. Хотя даже писать здесь не рассчитывал. Но когда я держу в руках твой подарок, душу наполняет тепло, которого сейчас ужасно не хватает. Я не знаю сколько пролежал в бреду и не слышал, как ушёл Маршал. Когда я очнулся, поблизости не было ни одной живой души. Надолго ли... Дверь оказалась не заперта и даже не прикрыта. Но выбраться я смог только сейчас. Как больно… Ощущения такие, будто в теле не осталось ни одной целой косточки. Срастаться будут долго. Минувшие события вспоминаются с трудом. Вероятно я слишком сильно ударился головой. Надеюсь у меня будет достаточно времени чтобы восстановиться.»       Джек некоторое время изучал запись. Если судить по дрожащим буквам, автор из подвала выбрался совсем недавно. Стиль написания его немного смутил. В коротком сообщении просматривалось что-то очень личное, предназначенное кому-то одному. Впрочем, это же был дневник, чему тут удивляться. Джек вернулся к чтению. Следующая запись была более разборчива:       «Единственное хорошее событие за последние дни: я восстановил левую руку. Теперь могу лучше писать. Необходимо отвлечься. Тяжело, но я не должен сдаваться. Полезно давать обещания, которые почти невозможно выполнить. Угрозы Маршала меня бы здесь ни за что не удержали. Не знаю, как, но я должен помешать его планам, если жив останусь. Боль не отпускает. Кровь горлом идёт с подозрительной частотой. Не думаю, что меня оставили в покое. Замок без охраны со сломанными воротами. Кто угодно может зайти. Я слишком часто теряю сознание. Кто знает что со мной будет, если кто-нибудь найдёт меня в таком состоянии. Собрал вещи, какие смог, перебрался на чердак. Вряд ли меня там кто-то искать додумается. Попробую привести себя в порядок.»       Джек перелистнул страницу. Следующая запись оказалась совсем короткой:       «Заперт. Окно на втором этаже.»       Пояснение оказалось изложено в сообщении ниже:       «Я обошёл весь замок. Ни одного выхода. Ни разу не видел таких щитов. Кто-то сильно постарался, чтобы я не выбрался из замка. Окончательно переехал на чердак. Им не пришло в голову обыскать все комнаты. Только на этажах мебель поломали. Еды хватит месяца на четыре. Надеюсь, я найду способ выйти отсюда прежде, чем кончится провизия. Жаль, что часть библиотеки сгорела. Я так долго её собирал.»       Джек оторвался от чтения и посмотрел в дальний угол комнаты. Ему показалось, что там что-то шевелится. В углу было пусто, лишь густая тень от кресла перекрывала его наполовину. Лондон потёр глаза и отложил дневник. Он слишком устал за сегодня, следовало поспать. Положив книгу на тумбочку, он завернулся в одеяло и долго вслушивался в окружающие звуки. Мерное тиканье часов и шелест зимнего ветра за окном быстро убаюкали его. Спал Джек неспокойно. Ему виделось что-то неуловимое и неприятное. Сны казались мрачными, обрывочными и в единую сюжетную линию складываться не хотели.       Проснувшись, он долго лежал, думая над тем, что увидел во сне. Окончательно проснуться его заставило ощущение чужого присутствия в комнате. Как если бы кто-нибудь сидел рядом и смотрел на Джека. Предприниматель обернулся, садясь, но никого не увидел. В своей спальне он был один. Джек облегчённо вздохнул и пополз к краю кровати, но замер. Поверхность кровати с той стороны была тёплой, при том, что он всю ночь проспал на одном месте и никак не мог её нагреть. Ещё раз обведя круглыми глазами комнату, Джек выбрался из постели, поспешно оделся и пошёл приводить себя в чувство холодной водой. Посмотрев на своё отражение в зеркале ванной комнаты, он пригладил волосы и замер в удивлении. На его шее красовалось яркое пятно. Не иначе, как след от поцелуя. Джек прокашлялся и поспешил найти Наполеона. Нашёл он его на кухне. Тот расставлял продукты в холодильнике.       - О, доброе утро, - Наполеон убрал в холодильник молоко и потянулся за бутылкой кетчупа.       - И тебе доброе, - Джек осмотрел тёплую куртку, в которую хозяин дома был одет. – Куда-то собираешься?       - Только приехал. Решил в магазин сгонять, пока ты спишь. Как ты кстати? Я купил тебе аспирин.       - Я, нормально. Даже не болит ничего.       - Уверен? – Наполеон закрыл холодильник и оглядел собеседника с ног до головы. – Ого… Это откуда? – он указал на шею Джека       - Об этом я у тебя хотел спросить, - Джек подал ему коробки с хлопьями. – Я проснулся и мне показалось, что кто-то рядом сидит, а когда обернулся, никого не увидел. Постель оказалась тёплой, а на шее след от засоса красуется.       - Вот как... Занятно, - Наполеон убрал коробки в настенный шкаф.       - У тебя кто-то был ночью?       - Нет. И я спал как убитый.       Джек прищурился.       - Откуда это тогда? - он ткнул себе в шею.       Наполеон вздохнул.       - Можно посмотреть камеры. Если кто-то заходил к тебе в комнату, он в любом случае вошёл через дверь.       Джек кивнул.       - Хорошо. Только давай сначала позавтракаем.       Пока Джек наливал себе кофе, Наполеон разложил остальные покупки по полкам. После быстрого перекуса они пошли в комнату наблюдения. Наполеон быстро нашёл нужную запись.       - Сколько ты спал? – спросил он, наблюдая, как Джек на записи заходит в комнату.       - Часов восемь, - Джек придвинул к столу ещё один стул и уселся рядом с Напом.       Наполеон включил промотку. Пару раз в коридоре появлялся он сам, ходил в туалет и возвращался обратно, проходя мимо комнаты Джека. Лондон отпил кофе не отрывая глаз от записи.       - Стоп, стоп! – закричал он, замахав рукой.       Наполеон чуть отмотал назад и нажал на "стоп". Его изображение на экране замерло в самом углу монитора.       - Что это? – Джек ткнул пальцем в конец коридора, скрывающийся в темноте.       В середине коридора в полумраке виделись очертания человека в длинном тёмном балахоне. Нап присмотрелся, включил дальше запись. Высокая фигура выходила из соседней с Джеком комнаты и скрывалась на лестнице в конце коридора. Джек посмотрел на Бонапарта.       - Мне же не мерещится?       Наполеон покачал головой.       - Двоим мерещиться не может.       - Тогда что это за хрень такая?! Наполеон развел руками.       - Приведение?       - Тёплое приведение, оставляющее засосы? – возмутился Предприниматель. – Чего-то ты не договариваешь.       - Можем ещё раз пройти по дому, - пожал плечами Наполеон. – Но сомневаюсь, что мы сейчас найдём всему этому объяснение.       - Я возьму фонарик, - Лондон допил кофе и вышел из комнаты.       Они встретились в коридоре возле комнаты Джека. Увидев входящего в коридор Напа, он прикрыл дверь и прошёл ему навстречу.       - Дневник исчез, - сообщил Джек.       Наполеон кивнул.       - Я говорил. Много прочитал?       - Пару страниц. С чего начнём?       - А с чего бы ты хотел?       Джек уверенно пошёл в сторону лестницы, где на записи исчез незнакомец. Бонапарт последовал за ним. Лондон, проходя мимо соседней с его комнатой, заглянул в неё. В комнате ничего примечательного не оказалось. Стандартный набор из кровати, тумбочки, стола и шкафа. Шторы раздвинуты, окно закрыто. Обычный стеклопакет.       - У тебя разве витражи не во всех комнатах? – спросил Джек, оборачиваясь к Наполеону лицом.       - Их двенадцать. И один разобран.       - Почему? - Джек прикрыл дверь и поравнялся с ним.       - На реставрации. Не успели собрать ещё.       Они дошли до лестницы и начали подниматься. Дойдя до самого верха Джек достал из-за пояса пистолет.       - Ты действительно думаешь, что это тебе поможет? - осторожно спросил Наполеон, даже не попытавшись забрать у него оружие.       - Да ты жестокий человек, - упрекнул его Предприниматель. - Вдруг это кто-то живой, пусть ты и не знаешь о его существовании. И он рискует получить пулю в голову.       - Больше рискуешь ты. Разорвать нам барабанные перепонки стрельбой в закрытом помещении. А того, кого мы ищем, пули не берут, хоть ты из автомата стреляй.       - А что, уже пытались? - Джек посмотрел на оружие. - В бестелесных призраков не верю. А против живых в целях самообороны есть глушитель. Он показательно прикрутил тёмный цилиндр к стволу. Наполеон покачал головой, но ничего не сказал. Джек открыл дверь и осторожно выглянул. За дверью располагался небольшой коридор без окон с тремя дверьми. Не долго думая Лондон выбрал ближнюю к нему и открыл её. За дверью располагалась узкая каменная лестница, ведущая наверх и уходящая из поля зрения за угол каменной стены.       - Что там? - уточнил он уже на лестнице.       - Самая высокая точка замка. Комнатка небольшая. Автор дневника жил там последние годы своей жизни.       - Ты и там делал изменения?       - Я - нет, прежний владелец дома пытался, но у него ничего не вышло. Там всё на удивление хорошо сохранилось. Лондон помедлил немного и начал подниматься по ступенькам. Лестница упиралась в очередную дверь. Она оказалась в отличном состоянии, массивная, прочная, без единого следа краски или лака. Пока Джек разглядывал дверь, его догнал Нап. Он подошёл, прислушался, потрогал пальцем ручку, прежде чем взяться всей рукой. Наконец он навалился на дверь. Заскрежетали петли, дверь открывалась очень туго. Открыв дверь наполовину, Наполеон проскользнул внутрь. Джек ещё раз окинул взглядом дверь и вошёл следом. Они оказались в небольшой комнате с конусовидным потолком. У дальней стены стоял большой шкаф с витражом вместо стекол. Справа от шкафа в самом углу стояла небольшая кровать. Вдоль левой стены стоял небольшой комод, резная вешалка и декоративный каменный столик. На полу в центре комнаты лежал бесформенный кусок чьей-то шкуры. Джек оглядел комнату:       - Да, сохранилось неплохо. Так почему ты всё оставил?       - Комната очень интересная. К тому же, переставлять здесь вещи неприятно. Словно в чужой могиле копаешься. Тут слишком много личного. До сих пор, - с этими словами Наполеон прошёл к шкафу, поправил плед на кровати и повернулся к Джеку.       - Ты не часто сюда ходишь, - заметил Джек облокотившись о комод.       - Не часто пускают. Видишь, что с дверью творится.       Наполеон указал рукой на дверь, которая в этот момент без единого скрипа захлопнулась как от сквозняка. В следующую минуту в пистолете, который Джек продолжал сжимать в руке, что-то щёлкнуло и из дула выпала пуля. Джек уставился на неё, потом на пистолет. Тот внезапно задрожал. Джек вздрогнул и выронил оружие. Пистолет ударился о комод и упал на край шкуры. Тут же его подбросило на месте, затем из него с щелчком вылетела обойма. Джек присел и перебрался за комод. Наполеон последовал его примеру, укрывшись за шкафом. Ожидать можно было чего угодно. Тут же пистолет поднялся метрах в полутора над полом и резко метнулся в стену, так, если бы его швырнул кто-нибудь со всей силы. От удара оружие разлетелось на запчасти, как игрушечный пистолетик. В комнате воцарилась пострясённая тишина.       - Это был подарок на двадцатипятилетие, - убитым голосом прокомментировал наконец Джек.       Вслед за этим из ниоткуда на пол перед ним упал злосчастный дневник. Джек пару секунд таращился на него, потом схватил и побежал к двери, с поразительной лёгкостью открыл её, и кинулся бежать вниз по лестнице.       - Джек! Джек, погоди! – Наполеон догнал его в коридоре.       - Я не сумасшедший? Мы же оба это видели? – Джек резко остановился и вцепился в плечо собеседника свободной рукой.       - Видели, - согласился Наполеон. – Пойдём, тебе нужно успокоиться.       - Успокоиться? Что-то за секунды превратило мой пистолет в кучу металлолома! Я не успокоюсь, пока не узнаю, что здесь на самом деле творится.       Наполеон шумно выдохнул.       - Пока есть возможность, почитай дневник. Он ответит если не на все, то на большую часть твоих вопросов.       - Жаль пистолет вернуть не сможет… - грустно заметил Джек. – Он был мне дорог.       Он обошёл Напа и скрылся на лестнице внизу. Зайдя в ближайшую комнату на первом этаже, оказавшуюся каминным залом, Джек некоторое время растерянно смотрел по сторонам, потом швырнул дневник на стол, кинулся на диван и начал избивать кулаками диванную подушку. Выбившись из сил он опустился на пол, уткнувшись лицом в диван. Сердце бешено колотилось. Паника навалилась запоздало и с удвоенной силой.       - Часто здесь такое? - хрипло спросил он, заметив вошедшего Наполеона.       - Всё зависит от того, как себя вести, - Нап сел на диван рядом с ним.       - То есть? - Джек непонимающе на него посмотрел.       - Ты же призраков тут искать собрался. И не смотря на всё, что нам известно об их бестелесности, ты потащился наверх с пистолетом.       - Я уже сказал что не верю в призраков, - отметил Джек, потирая рукой расцелованную шею. - Не верил...       Наполеон покачал головой.       - Звучит абсурдно, но всё это похоже на заботу. Во время ремонта мой гвоздомёт отказывался работать четыре недели.       - Из опасения что ты поранишься?       - Да. Вот и здесь та же история. Моих предупреждений ты не послушал, поэтому тебе пояснили по-другому. Если бы он хотел тебе навредить - пистолет мог бы просто взорваться у тебя в руке. Я не шучу, было и такое. Человек так и не вылечил руку до конца.       Джека передёрнуло.       - Ты сказал он? Или всё-таки они? Путаешься в показаниях.       Нап устало вздохнул.       - Как думаешь, в каком состоянии может быть человек, несколько лет находящийся в одиночестве?       - Ну, в плохом? – Джек устал сидеть на полу, взял дневник и забрался на диван.       - Мягко сказано. Я знаю одного. Но его иногда становится слишком много.       - Не совсем понимаю о чём ты, - пробормотал Джек, изучая переплёт дневника.       - Если не сбежишь - поймёшь, - Наполеон похлопал его по спине и встал. - Не могу обещать, что это последняя твоя встреча с необъяснимым в замке.       - Ты сам-то почему это терпишь? - Джек проводил его взглядом до двери.       - Я не терплю, я этим наслаждаюсь, - ответил Наполеон, обернувшись на пороге и вышел.       - Свари мне кофе! – крикнул Джек ему вдогонку и растянулся на диване, углубившись в чтение дневника.       Книга легко открылась где-то на середине. Лондон решил не искать, где он остановился в прошлый раз.       «Сегодня рухнула стена в северном коридоре. Я несказанно этому рад. Ты не представляешь, как я был зол. Разбирал позавчера библиотеку и нашёл тайник с планами замка. Если бы у меня была возможность, я бы проклял Орден ещё раз. Все знали как построен замок. Даже Тристан. Никто бы мне, конечно, ничего сам не рассказал. Но сейчас это не нужно. В коридоре огромный завал. У меня вечность впереди чтобы его разобрать, но я не хочу. Джек, родной, если бы я тебя послушал... Надо было уехать. Мы бы справились. Но я не успел это обдумать."       Лондон захлопнул книгу и огляделся. На тумбочке у его головы стоял стакан с молоком. По гладкой поверхности на стол стекали капли воды. Молоко казалось ледяным, словно его только что достали из холодильника.       - Мне показалось или ты хотел кофе?       Джек подскочил на месте и повернулся к Напу.       - Ты сам ходишь как привидение, - буркнул Лондон. - Чьё молоко?       - Не знаю, - пожал плечами Нап. - Тут стояло.       Джек снова посмотрел на стакан и встал.       - Не буду это пить, - сказал он, направившись к двери.       - А зря.       Нап пошёл за ним, но в коридоре задержался у двери.       - Не люблю молоко, - мрачно ответил Лондон, наблюдая за владельцем дома.       - Здесь довольно вкусное молоко, - Наполеон стоял спиной к Джеку и что-то рассматривал в комнате. Потом будто опомнился и закрыл дверь.       - Что там? - Джек указал на дверь.       - Стакан пропал, - отмахнулся Бонапарт и направился в сторону кухни. - Пойдём нормально позавтракаем.       Джек перехватил увесистый дневник поудобнее и пошёл следом.

***

      Нап оказался прав. Призрак напоминал о себе с завидной регулярностью. Ничего криминального больше не происходило. Но и бытовые столкновения ничего приятного не приносили. Невидимый обитатель замка оказался помешан на чистоте и порядке. Пока Лондон боролся с приступами паники, ему некогда было замечать всякие мелочи. Но вскоре пропажа личных вещей начала его злить настолько, что задвинула панику далеко вглубь сознания. Где бы он ни оставил свои вещи, они неизменно в разные промежутки времени переносились наверх, в шкаф выделенной ему комнаты. Джек и сам был не против порядка и чистых, отглаженных вещей. Но осознание, что руку к процессу прикладывает сила сверхъестественная, сильно нарушало душевное равновесие. Камеры не могли показать ничего вразумительного. Лежал носок на видном месте, раз и пропал. Никаких теней или фигур ни одна запись больше не отражала. Даже помех не было. Джек три дня потратил на изучение видеозаписей, но безрезультатно. Дневник читать он пока не торопился. Книга то и дело попадалась на глаза, но желание читать вызывала редко. Ночью Джек спал с включенным светом. Однако под утро лампочки всегда гасли как только начинался рассвет. Свет в комнате так же не спасал от ощущения кого-то постороннего рядом. Никто не приходил, следы от поцелуев больше не появлялись. Усталость рано или поздно брала своё и Джек забывался беспокойным сном.       - Если тебе совсем невмоготу - съезди в город. Бальзак же приглашал тебя, - предложил Наполеон, когда Джек в очередной раз натолкнулся на косяк и чуть не сел мимо стула.       - Ты меня так вежливо выпроваживаешь? - обиделся Джек, вцепившись в кружку с кофе.       - Нет, конечно. Твоё общество мне только в радость. Но такими темпами ты себе нервный срыв заработаешь.       Джек задумчиво жевал шоколадный кекс и думал о том, что во всей этой истории есть какой-то очевидный подвох, о котором Напу хорошо известно. Как при всём этом безобразии, творящемся в замке, Наполеон ухитряется быть таким спокойным? Этими подозрениями он незамедлительно поделился с хозяином замка.       - Это только кажется, что всё просто, - отмахнулся Нап. - Видел бы ты мои истерики, когда я первый раз с подобным столкнулся. При том, что тогда даже камер не было. Всё в ручную приходилось искать.       - Смирился?       - Не совсем. Пугался долго, это да. Неделю из комнаты боялся выйти. Но когда из замка с треском вылетел десятый по счёту экстрасенс, переломавший себе обе ноги и руку, я подумал, что не так уж плохо здесь живу, если до сих пор не покалечился. А когда у меня улетучилась язва желудка, я и вовсе успокоился. Куда спокойнее знать, что рядом кто-то есть и списывать на него все посторонние шумы. Как кота завести. Ты его не видишь, а он есть.       - Ты же язву в больнице вылечил, - поддел его Лондон.       - Не лечится это дело за два месяца. Доктора острое состояние сняли и прописали мне долгое и муторное лечение с убийственной диетой. Я честно следовал указаниям первый месяц, потом сходил к доктору планово показаться. Выяснилось, что я здоров как бык и лечение мне вообще никуда не упёрлось.       - Чудеса... - пробормотал Джек. - Может это доктора чего-то не увидели?       - Всей клиникой? Меня чуть на опыты не отдали. Еле отбился.       - И как это связано с полтергейстом? - вернулся к теме Лондон.       - Это сложно объяснить. Сам видишь, какие тут странности творятся. Язык не поворачивается сказать, что всё прошло само после всего, на что я тут насмотрелся.       - Ладно, - Джек взял ещё один кекс и кружку. - Пойду, поработаю.       - Давай, давай, - подбодрил его Нап. - Вечером лобстеров есть будем. Возвращайся.       - Откуда деликатесы? - удивился Лондон.       - Из магазина. Откуда же ещё?       - Ты их готовить умеешь?       - Раки и раки, что там готовить. Иди работай, я позову, когда готово будет.       Джек вышел из кухни. Идея вернуться к проекту посетила его внезапно и немного отвлекла от накаляющейся обстановки в замке. Нет, Джек, конечно же, не хотел отсюда съезжать. Но и мириться с нынешним положением вещей был не в состоянии.       - Показался бы что ли? - пробормотал он, входя в комнату.        Но Лондон тут же прикусил свой язык, пожалев, что сказал это вслух. Он не был до конца уверен, что действительно хочет видеть призрака.       Вытащив ноутбук, Джек улёгся с ним на кровать и открыл текущий проект. Первое время он вчитывался в мелкие строчки кода. Нашёл пару мелких ошибок и окончательно углубился в чтение. Время пошло быстрее. Джек прошерстил код ещё раз, добавил пару строчек и с облегчением закрыл документ. Проект готов, завтра можно связаться с Марком и получить заслуженный гонорар. Лондон довольно зажмурился. С деньгами жилось как-то веселее, чем без них. Хоть он их почти и не тратил. Открыв глаза, Джек снова посмотрел на экран ноутбука и замер в оцепенении. В отражении за его спиной отчётливо просматривался человеческий силуэт. Не сводя взгляда с фигуры Джек нащупал клавишу включения камеры. Раздался щелчок и на экране появилось окно с получившимся фото. На изображении Джек оказался один. Резко обернувшись он так же никого не увидел. Оглядев комнату Джек улёгся обратно. Когда сердце перестало бешено колотиться, он снова осмотрел получившуюся фотографию. Ничего особенного в ней не увидев, он сохранил изображение и открыл браузер. Оставшееся время до ужина он гулял по сайтам парапсихологов, экстрасенсов и просто эзотериков-любителей.       Местный призрак не отличался какими-то особыми способностями, но и под описание среднестатистических привидений тоже не подходил. Джек просмотрел массу статей и историй о призраках и полтергейстах. И ни один из них даже не пытался наводить порядок в окружении своих жертв.       - Я что первый, до кого призрак домогался?! - возмущался Джек, читая очередную слезливую историю о том, как страшно жить в старом доме с покойной бабушкой.       Запрос о домогающихся призраках тоже радовал только первые полчаса. Потом Лондон решил, что для похода по порно-сайтам сейчас не самое подходящее время. Тем более смотреть, как эти "призраки" имеют всё, что движется было не очень интересно. Плюнув на поиски, Джек выключил ноутбук и пошёл вниз - смотреть, как Наполеон готовит лобстеров.