Недосказанность

             - Я говорю вам, они правда в отличной форме. Нам необходимо придумать что-то новое, что-то необычное, чтобы суметь составить конкуренцию "Новым направлениям" на Региональных!       В просторном кабинете снова поднялся шум, и председатель совета едва смог успокоить взволнованных Соловьев.       - Что ты предлагаешь, Блейн?       - Я. Я не знаю. Но, послушайте, если Дестинис Чайлд и прокатили на Отборочных, то это слишком мелко для претендентов на Национальные! Возможно, нам стоит поискать что-то бродвейское...       - Всего один день в компании хора МакКинли, и Соловей-Блейн готов снять пиджак и скакать по сцене под аккомпанемент попсовых арий Мамма Миа...       - Пошел ты, Смайт!       - Следом за тобой!       - Успокоились оба! - стукнув молоточком по столу, прикрикнул Джеффри. - Последнее, что нам нужно - это конфликты. Мы же Соловьи. Братство.       Обменявшись неприязненными взглядами с Себастьяном, Блейн насупился. Ребята совсем не хотели его слушать и продолжали стоять на своем. Андерсон понимал, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, но разве Джеффри только что сам не сказал, что они - семья? Блейн с самого первого дня в Академии слышал, что однажды Соловей - всегда Соловей, а значит, победа студентов Далтона на Региональных должна быть для него в приоритете, как бы хорошо ни складывались его отношения с Куртом и как бы он в тайне ни желал позволить Хаммелу почувствовать себя триумфатором конкурсного вечера.       Только вот с каждым днем Андерсон все больше убеждался, что все эти традиции Далтона - ничто более, чем пережиток прошлого. Соловьи всегда выступали за честь Академии, демонстрируя только лучшие качества: толерантность, честность, благородство. Но разве одно только вчерашнее предложение Смайта запугать соперников уже не отбрасывает тень на безупречную репутацию хористов Далтона?       Окончательно удостоверившись, что никто его так и не услышал, Блейн попросил у Джеффри разрешения выйти и, хлопнув дверью, быстрым шагом направился к себе.

***

      - Курт?       - Блейн, - улыбнулся ему поднявшийся со скамьи шатен, тут же оказавшись в крепких объятиях Андерсона. - О-ох, да, привет. Ты сегодня выглядишь счастливым. Что-то хорошее случилось?       - Просто рад снова тебя видеть.       Блейну понравилось, как покраснел после таких слов Курт. Они не виделись уже несколько дней, но не проходило и суток, чтобы парни не обменялись хотя бы десятком порой ничего не значащих сообщений. Такая переписка их сблизила, и Андерсон был рад тому, что Хаммел, кажется, открыто и с радостью идет на контакт. Решив, что прошло достаточно времени, Блейн пригласил его прогуляться на свежем воздухе и с облегчением получил положительный ответ.       - Какие-нибудь новости?       - Ничего, о чем бы я не успел написать тебе, - пожал плечами Курт. И это была правда. Сообщения Блейну заменили шатену личный дневник: он мог рассказать тому что угодно, и в ответ получал лишь необходимый совет, поддержку и одобрение.       - Тогда предлагаю забежать за кофе через дорогу, и после ты покажешь мне какое-нибудь отличное место для прогулок здесь, в Лайме.       Звонкий смех Курта щекотным эхом отозвался в груди Андерсона, и тот не сдержал улыбки при взгляде на все еще не успокаивавшегося парня.       - Да-а-а, ты явно не знаешь мой город, если надеешься найти подобное место.       - Окей, тогда что насчет твоей школы?       - Воу, - жестом остановил брюнета Хаммел, когда они уже стояли в очереди за кофе. - Мне даже искренне стало любопытно узнать все фрагменты цепочки. Как ты дошел от "отличного места" до "школы МакКинли"?       Мгновение посмотрев на Курта с укором, Блейн усмехнулся и повернулся к баристе.       - Добрый день. Большой мокко с обезжиренным молоком и средней крепости. Возьмешь что-нибудь пожевать? - повернулся за уточнением Блейн и встретился глазами с удивленным взглядом Хаммела. - Что?       - Ты. Ты знаешь мой заказ?       - Конечно, знаю, - как само собой разумеющееся, подтвердил Андерсон. - Ты заказывал это при мне в прошлый раз. Так что, выберешь десерт?       - Нет, не хочется.       Курт все еще не мог отвести взгляда от задумчиво закусившего губу брюнета, склонившегося над прилавком со сладостями. Улыбнувшись девушке за стойкой, он указал на небольшой пакет с шоколадным печеньем и полез в задний карман за бумажником. Словно опомнившись, Хаммел тоже достал свой, но не успел его даже раскрыть, когда теплая ладонь Блейна легла поверх его.       - Кажется, я тебя пригласил. Может потешишь мое эго, позволив оплатить твой кофе?       Медленно кивнув, Курт убрал бумажник и, все так же не отводя взгляда от просиявшего Блейна, потянулся за своим стаканчиком.       - Всегда хотел вот так, как в фильмах, посидеть на пустых футбольных трибунах. И пусть в руках у меня кофе с печеньем, а не кола с хот-догом, это все равно того стоит.       - Странные у тебя желания, - усмехнулся Курт. - Не понимаю, что в этом месте особенного.       Хаммел определенно лукавил. Именно в этот момент футбольные трибуны были особенным местом. Но лишь благодаря парню, сидевшему рядом. Курт бы никогда не сказал об этом вслух, поэтому лишь повел плечом и фыркнул, визуально подкрепляя свои последние слова.       - Место не ответственно за контингент, - задумчиво сказал Соловей скорее сам себе, но, заметив заинтересованный взгляд собеседника, улыбнулся и пояснил. - Курт, у меня тоже связаны не лучшие воспоминания с футбольной командой из старой школы. А так же я, мягко говоря, не очень-то люблю птиц, после того как мальчишки с моей улицы решили, что будет забавно запереть меня в голубятне. Но я не готов из-за этого отказаться от любви к футболу, от прогулок в парке и сидения у воды, в непосредственной близости с утками или чайками или все теми же до дрожи ужасающими меня голубями. И я определенно не готов отказаться от возможности сидеть сейчас с тобой здесь, - Блейн взял в свою ладонь холодные пальцы Курта, во все глаза смотрящего на него, - здесь, на футбольном поле, держа в одной руке свой любимый кофе, а в другой - твою руку.       Казалось бы, куда уже, но глаза Хаммела открылись еще шире. Он не прервал их прикосновение, но Андерсон заметил, как парень немного ссутулился в попытке стать незаметнее.       - Боже, я такой дурак. Слишком. Слишком рано, и я снова тебя пугаю, прости, - расстроенно опустив голову, тихо сказал парень.       - Нет. Блейн, нет, - повернув руку ладонью вверх, чтобы обхватить пальцы занервничавшего брюнена, Курт склонился, чтобы посмотреть ему в глаза. - Это очень трогательно, и... И ты прав: думаю, я действительно еще никогда так хорошо не проводил время, находясь в настолько пугающем меня месте. Однажды я полдня просидел вон в той старой будке для снаряжения. Но ты прав, сейчас это совсем... - Хаммел на мгновение посмотрел куда-то за его спину и, резко сжав губы в тонкую полоску, покраснел от напряжения.       - Курт?       Парень с веселящимися чертиками в глазах все еще пытался справиться с собой, но уже начинал издавать странные хрипы в кулак, которым старательно прикрывал рот. Блейн подумал, что, возможно, он подавился, но, услышав характерный звук за своей спиной, все понял.       - Курт, там. Там, за моей спиной...       - Да.       - Их несколько.       - Всего парочка.       - Хорошо, - глубоко вдохнул Андерсон, сам едва сдерживая улыбку. - Думаю, нам пора?       - Да, только не протягивай руку за печеньем. Оно вряд ли теперь тебе понадобится.       - Ч-чертовы... Аргх, - обиженно нахмурившись, Блейн поднялся со скамьи. Двое голубей, ничуть не испуганных резким движением человека, продолжали по-хозяйски вытаскивать раскрошенное шоколадное печенье из открытого пакета.       С улыбкой посмотрев вверх, Курт заметил умело скрываемую напряженность в теле Блейна. Если бы не сжатые до белых костяшек кулаки брюнета, Хаммел даже не подумал бы, что что-то не так. Честно говоря, он даже сначала решил, что парень слегка преувеличивает, говоря о своей орнитофобии. Поднявшись вслед за Блейном, Курт снова взял руку парня в свою и, направляясь вниз, молчаливо потянул его за собой.       Рейчел: Расскажи. Мне. ВСЕ.       Курт: Боже, Рейч, ничего не было.       Р: Ну хватит, ты каждый раз будешь так ломаться? Что вы делали?       К: Мы сидели на трибунах, гуляли, болтали. Ничего, что не делают обычные друзья!       Р: Курт.       Р: Ты просто маленькая       Р: Скрытная       К: Кто-кто?       Р: Никто! Завтра я вытяну из тебя все!       К: Рейч.       К: Рейчел, я пригласил его на репетицию завтра.       Р: Н Е У Ж Е Л И       Р: Соло твое.       Р: НО ТОЛЬКО ЗАВТРА.       Р: И только ради привилегии стать подружкой жениха.       Закатив глаза, Курт бросил мобильный на кровать и, подойдя к открытому окну, вгляделся в горизонт. Как ни странно, он действительно не знал, что рассказать подруге. Блейн определенно в открытую показывал свою симпатию, и это было так непривычно. Хаммел еще никогда не встречал открытого гея в жизни, и тот факт, что первый же оказался настолько замечательным человеком, смущал шатена. Он боялся, что это чувства не Курта и Блейна, а просто двух гомосексуальных парней, впервые получивших зеленый свет от понравившегося человека. Курт часто ругал себя за излишнее самокопание, но после стольких лет, на протяжении которых ему в один голос твердили, что его ориентация ненормальна, противоестественна и чуть ли не преступна, встретить такого парня, как Блейн... Мягко говоря, это было необычно.       Услышав сигнал нового сообщения, Курт отошел от окна и посмотрел на загоревшийся экран мобильника. Блейн. Чувствуя как что-то затрепетало в груди, шатен, мгновение помедлив, бросился на кровать, нетерпеливо хватая телефон.