Недосказанность

             - Себастьян, но он же наш друг!       - Друг? - закатив глаза, насмешливо повторил Смайт. - Ваш друг бросил вас. Переметнулся к нищим неудачникам и наверняка уже выболтал им все наши планы на конкурсную программу!       - Блейн ни за что бы не сдал нас! Однажды Соловей - всегда Соловей, - гордо возразил новому главному солисту чей-то голос с заднего ряда.       - А теперь послушайте меня. Вы живете иллюзиями. Имя Соловья ничего не значило для этого труса, и ничего не значит для вас, если сейчас вы, поджав хвосты, только и можете, что бросаться красивыми афоризмами. Я же по горло сыт честной игрой, ясно?       Обменявшись взглядами, Соловьи смущенно опустили головы. Доводить эту историю до сведения совета было опасно, ведь тогда бы всплыла и новость о парне, который чуть не потерял зрение по их вине. Старшим по значимости после председателя совета с недавнего времени стал Себастьян, а это предполагало, что хористы будут вынуждены послушаться его, невзирая на свои возможные муки совести. Тот же Соловей, что оспорил слова Смайта вначале, уже с меньшим энтузиазмом решился задать вопрос от лица всех:       - Каков план?

***

      - Я понимаю. Но, черт возьми, Рейчел, это не так просто...       Курт теребил пальцами накрахмаленный пододеяльник, мучительно закусывая губу. Подруга рассказала ему все, что ей говорил Блейн, и парень не без усилий признал, что ситуация и правда двусмысленная. Ведь сам он никогда не спрашивал в открытую о том, в какой школе учится брюнет - и это лишь камень в его огород. Хаммел никогда не интересовался такими деталями. Он всегда готов был выслушать друзей, дать совет, и иногда даже сам выпытывал подробности, но никогда не спрашивал у собеседника такие простые вещи, как, где он родился, кем работают его родители и в какой школе он учится.       Возможно Блейн и правда хотел начать общение, как он сказал Рейчел, "с чистого листа". Не как Соловей, не, тем более, как главный солист хора соперников. Просто Блейн. Забавный парень с литром геля для волос на голове и очаровательной улыбкой.       - Все куда проще, чем ты думаешь, - отвлекла его от раздумий подруга. - Он здесь, Курт. Должно быть, своими шагами уже подсчитал площадь напольного покрытия в коридоре.       Хаммел улыбнулся, представляя, как мило сейчас наверное выглядит брюнет.       - Я позову его? - заметив улыбку на лице Курта, Рейчел едва сдержалась, чтобы не запищать от облегчения.       - Да. Да, позови. Наверное.       Издав радостный писк и сжав напоследок ладонь друга в своей, она вызвала у того еще одну улыбку и уже почти вылетела из палаты, когда Курт вдруг шепотом позвал ее.       - Рейч!       - М?       - Я... Эм, как я выгляжу? - нервно проведя рукой по спутанным волосам, которые - что, к слову, приводило парня в ужас - он не укладывал уже несколько дней, спросил шатен.       Прыснув со смеху, девушка взялась за ручку двери и вышла в коридор. Просунув в дверной проем голову, она не сдержалась, чтобы не ответить напоследок:       - Определенно в два раза горячее *Раджетти!       Пообещав, что еще припомнит ей это, Курт взволнованно прислушался к звукам за стеной. Неожиданно громко хлопнувшая дверь известила его о том, что в палате теперь находился не он один. Уловив невероятно развившимся за эти дни слухом едва различимый шум прерывающегося дыхание справа от себя, Курт повернул голову в эту сторону и решил, что уже достаточно измучил парня, чтобы еще заставлять его говорить первым.       - Если ты набираешься смелости, чтобы озвучить еще одну пиратскую шутку, не сдерживайся, - с улыбкой заговорил Хаммел.       Андерсон недоуменно поднял на него взгляд. Парень был настроен... Доброжелательно?       - Это Блейн, - решив, что его приняли за кого-то другого, уточнил брюнет.       - Я знаю.       Вот так просто. Он знает.       Но почему тогда он улыбается ему, почему не просит объяснений и не выпроваживает за дверь?       - Послушай, я буквально кожей чувствую твое недоумение. Блейн, Рейчел рассказала мне все. Я был поражен и... Задет, когда увидел тебя, стоящим в одном ряду с Соловьями, в этой дурацкой форме. То есть, ладно, она не дурацкая. Но, я имею в виду, боже, как ваша психика справлялась с тем фактом, что изо дня в день вы вынуждены были ходить в одном и том же? - усмехнулся Курт, тут же становясь серьезнее. - Так вот. Я, наверное, могу понять тебя, твой испуг. Но эта недосказанность... Именно с нее всегда начинается конец. Знаешь, ты мог бы рассказать мне об этом в первый день, в кафе. Я бы ни за что не принял тебя за шпиона! Кто в трезвом разуме будет подсылать в качестве разведчика самого чувствительного и доброжелательного человека в Огайо?       Заметив, как Курт неуверенно скользит рукой по одеялу, Андерсон в один шаг приблизился к его постели и, присев на край, сжал прохладную ладонь парня в своей.       - Но смотри, что вышло в результате. Я доверял тебе, Блейн, - заметно более уверенным голосом продолжал Хаммел. - И сейчас я тоже верю твоим словам только лишь потому, что продолжаю доверять тебе, несмотря на то, как тяжело мне это дается. Помнишь, однажды ты сказал, что место не ответственно за контингент? За эти несколько последних дней я так же понял, что и один человек не ответственен за толпу. То, что сделали Соловьи - подло, но ты - не один из них.       - Это правда, я перевелся в МакКинли, - тихо согласился Блейн, не веря своим ушам.       Он правда поверил ему и простил? Этот парень вообще с какой планеты?       - Глупый, я не о том, - мягко улыбнулся Курт, поглаживая большим пальцем ладонь брюнета. - Я хочу сказать, что ты не должен винить себя за поступок твоих бывших... Друзей.       - Я мог бы остановить их!       - Нет, не мог, и я понимаю это. Ты знал не больше меня. Тем более, этот слаш предназначался Сантане - я лишь вовремя среагировал.       Искренняя улыбка на лице Курта волну за волной посылала теплую энергию по всему телу Блейна. Чувствуя себя переполненным этим светлым чувством, он не успел сдержать сорвавшееся с губ       - Курт, я так тебя...       - О-о, стоп, - заметно напрягся шатен и нервно выдохнул. - Пожалуйста, не произноси то, о чем я подумал, только под влиянием момента. И даже если я слишком самонадеян, и ты сейчас подумал не о том, о чем, как я подумал, подумал ты - все равно ничего не произноси.       Склонив голову к плечу, Андерсон шумно выдохнул. Он так забавно занервничал, что сердце брюнета сжалось от нежности. Крепче сжав в руке холодные пальцы Курта, Блейн приблизился и, поднеся его ладонь к лицу, выдохнул на нее теплый воздух, ненароком задевая фарфорово-белую кожу своими губами. Реакция Хаммела, открывшего рот, чтобы судорожно вдохнуть кислород, определенно понравилась Блейну. Он даже был рад, что его прервали. Произнести эти слова впервые он хотел, имея возможность увидеть, как расширятся зрачки шатена, и лазурное море его глаз потемнеет от желания.       Картинки того, как бы это могло быть, не переставали мелькать у него в голове, пока Блейн крепче прижимался губами к подрагивающей тонкой кисти. Он сам никак не мог справиться с трепетом в груди, поэтому как никто понимал состояние Хаммела. Немного осмелев, Блейн, не выпуская из ладони прохладные пальцы, аккуратно пересел ближе так, чтобы их с Куртом бедра слегка соприкасались через тонкое покрывало. Заметив ускорившееся дыхание шатена, Андерсон провел рукой по его предплечью, поддевая рукав невесомой больничной сорочки.       Приблизив лицо так близко, что он мог кожей почувствовать теплый воздух, который сбивчиво выпускал из легких Курт, Блейн все не решался преодолеть последние миллиметры между ними, поэтому его имя, тихо выдохнутое Хаммелом, возымело эффект отпущенного спускового крючка. Прижавшись ртом к таким же холодным и дрожащим, как и его руки, губам Курта, Андерсон не сдержал стона. Целовать его наяву было в тысячи раз приятнее, чем фантазировать об этом. Но, запустив ладонь в волосы парня и нащупав пальцами шершавую поверхность глазной повязки, Блейн снова испытал невыносимое чувство вины за случившееся и, оставив еще один быстрый поцелуй на губах парня, медленно отстранился. Открыв глаза, он успел заметить, как Хаммел провел языком по краешку рта, и едва удержался от того, чтобы не повторить эту дорожку на его губах своим языком.       Андерсон не был через чур самонадеянным, как не был и глупцом. Он чувствовал, что Курт испытывает к нему что-то, но так же знал, что парню было необходимо время. Когда-нибудь он скажет Курту то, что собирался, и остановить его смогут лишь эти мягкие, порозовевшие сейчас, отвлекающие от лишних мыслей губы шатена.       Блейну только лишь осталось дождаться подходящего момента.       Сверившись с расписанием, молодая практикантка направилась к шестьдесят восьмой палате. Беззвучно распахнув дверь, она умиленно прижала руку к груди. На постели, скомкав и сбросив одеяло на пол, с поджатыми ногами, на расстоянии вытянутой руки лицом к лицу сидели двое парней. Глаза одного были скрыты плотной непроницаемой повязкой, а другой же с силой зажмурился, отчего нос его смешно сморщился. Держась за руки и то и дело срываясь на громкий смех, они спорили, какого на самом деле цвета, по их мнению, должно было быть *платье на Гермионе в четвертом фильме о Гарри Поттере.       - Мистер Хаммел, - нехотя прервала молодых людей санитарка. Оба парня синхронно повернулись в ее сторону, и через мгновение открывшиеся глаза брюнета загорелись взволнованным испугом. - Мистер Хаммел, я провожу вас в операционную.