Правда о семье гробовщиков: харьковский голубец вкрутую

-Ч-что? Я думал, что ты приличная девушка, я верил тебе, я хотел тебя защитить... А ты выбросила мои чувства, как этот окурок мне в глотку! - Василий был вне себя от переполнявшей его в тот момент обиды: отец исчез, Ирина оказалась холодной расчётливой злодейкой... -Извини, Ирина, у меня больше нет на тебя времени. У меня есть незаконченные дела... -Если ты об Арсенчике, то он уже далеко отсюда. Лови, - с этими словами Ирина бросила Васе записку. На старом скомканном листке бумаги, замазанном фаршем и покрытом пятнами от капустного сока, пропитавшего его и издававшего сильный запах, было выведено неровным почерком следующее: "Вася-джян, для меня, одинокого воина, было высшей наградой увидеться с тобой, но это не твоя война. Найди безопасное место и жди. Я же должен покончить с голубцами раз и навсегда, чтобы мир больше никогда не знавал этого страха. Аркаша - лишь адепт этого культа, потому его смерть лишь замедлила наступление зелёной армии. Я намерен найти великого Голубцеманта Несваренного и убить его, во имя светлого будущего для человечества! Всегда твой, Арсен." -Откуда у тебя это? Ирина, где отец?! Ты же знаешь где он, правда? -Не так быстро, Вася. Не ты ли сказал, что не хочешь тратить на меня время? - Ирина неприкрыто ухмылялась. Она что-то знала. -...Чего ты хочешь? - Ещё по своим студенческим годам в кулинарном техникуме Вася знал, что если отдать деньги хулиганам, то они не будут тебя бить. Любой вопрос имеет свою цену. -Сейчас ты будешь только мешать ему. Я отвечу на твои вопросы. Пусть мне это и кажется пустым, но, пожалуй, только ты можешь помочь Арсенчику, хотя он и против этого. Иди за мной, мальчишка, - Ирина громко засмеялась и стремительным шагом отправилась в ночь, увлекая за собой юного Комаренко-Свистоперделли. Тем временем где-то. -Приготовления закончены, о великий! -Хорошо. Займи своё место, Пётр. За большим круглым столом в тёмной комнате, освещаемой только свечами и индикаторами на духовках, забитых кипящими кастрюлями с голубцами, собрались люди в зелёных одеяниях. Их лица были закрыты ниспадающими капюшонами балахонов. Вдруг тот, к которому все обращались не иначе как "великий" привстал со своего места и обнажил лицо. То, что скрывалось под капюшоном, напоминало более всего чудовище из страшных историй: один глаз этого человека был полностью заменён на голубец, аккуратно вставленный в глазницу; брови привычно срослись и нахмурились; изо рта куда-то под одежды устремлялись множество тонких корешков. Обычный человек не выдержал бы его взгляда, но все присутствующие уже давно привыкли бояться, ведь их лидер был не просто могуществен, он был безгранично силён. -Братья! Голубцы - это мы! Люди - наш фарш, а весь мир - капуста! - бурно жестикулируя, "великий" начал свою речь. -Воистину фарш! Воистину капуста! - подхватили сидящие. -Наш план по мировому перевороту встал под угрозу. Брат Аркадий не справился с юным наследником клана Голубцеборцев. По комнате пополз шёпот, люди были явно взволнованы. -Что ещё хуже, убийца, посланный нами ранее, чтобы убить его отца, тоже провалился. Теперь мы имеем двух опаснейших противников. Шёпот постепенно перерос в гомон. "Великий" подал знак, и тот, кого звали Пётром, похлопал крышкой от кастрюли по столу. Все смолкли. -Но не стоит волноваться, мои верные братья. Ибо настал день, когда мы, наконец, постигнем тёмную кулинарию в совершенстве. Любуйтесь! Пётр приоткрыл занавеску и в комнату вошёл молодой человек, понуро опустивший голову. -Этот человек добровольно сдался голубцам. Он сказал, что жаждет мести. Он ненавидит юного Голубцеборца всем сердцем. Верно, Армэнка? Не поднимая головы, человек прошипел: "Мои... Десять... Рублей... Не прощу...". Глаза всех присутствующих перестали изображать панику от недавних новостей, они жадно впились в Армэна. -Что за чудесный поворот, братья мои? В нашей незыблемой библии, "Голубикус Мортис", сказано, что тот, кто по своей воле будет обращён в голубец, сможет стать высшим созданием! Если мы все отдадим ему частицу своей силы, Армэн станет немёртвым Личем капусты и мяса! Бессмертным Рыцарем-Голубечником! Мва-ха-ха-ха-ха! Вперёд же! В ту же секунду все сидящие кинулись на испуганного Армэна, и, скинув с себя балахоны и обнажив тела, полностью соединившиеся с кочанами капусты, стали оплетать его. -Наполнись же благословением лучшей из аграрных культур, Армэн! Исполни нашу давнюю мечту! Уничтожь наших врагов, и ты будешь благословлён! Мва-ха-ха-ха! - сам "великий" запустил из своей руки корень туда, где под телами его приспешников беспомощно вырывался обманутый Армэн. Вскоре члены культа отступили, и с пола поднялось нечто, внушавшее поистине первобытный страх. Тело Армэна более не было человеческим: его покрывал тройной слой свежей, крепкой капусты, образовавшей некое подобие лат. Единственное, что позволяло судить о том, что под слоями листьев есть нечто, способное мыслить, были два ярко горящих из-под забрала шлема огня. Рыцарь излучал ненависть в каждом своём движении. -Иди же, Армэнка. Теперь Василий не станет для тебя угрозой. Размажь его, обрати в пыль, пусть Арсен страдает! Когда он будет ослаблен потерей сына, мы нанесём наш последний удар. Мва-ха-ха-ха-ха! - "Великий" и все окружавшие его залились в жутком хохоте, сливавшемся в единую чудовищную какофонию. Рыцарь трясся от переполнявшей его злобы, но разум того, кого раньше звали Армэном, уже был порабощён. Он лишь промолвил: "Вася... ВА-А-А-СЯ-А-А-А!" Всё в тех же подворотнях. -Не отставай, Вася. Я не намерена тебя ждать. -Мне показалось, что меня кто-то зовёт... Да, Ирина, идём скорее. Двое всё глубже окутывались во мрак Харьковской ночи...