Другое кино

1 ноября 1983 года. Лоурэнс, штат Канзас. Ноябрьское солнце играло золотом в кронах деревьев. Мэри Винчестер шла по тротуару в направлении своего дома с полными пакетами продуктов. Рядом с ней с чрезвычайно важным видом её четырехлетний сын Дин толкал вперёд коляску с младшим братом. - Мам. Сэмми спит? – спросил он. - Да, милый, - тепло улыбнулась ему мама. - Ему одеяло не нужно поправить? – Дин был немного ниже короба коляски, а потому каждый раз на прогулке с братом он атаковал родителей вопросами, лишь бы убедиться, что с Сэмом всё в порядке. – Ему не холодно? Мэри в очередной раз умилилась, каким заботливым и самостоятельным растёт её сын. Мамин помощник. Несмотря на то, что миссис Винчестер души не чаяла в своих сыновьях, уже первым декретом она была сыта по горло. Дин с рождения был настоящим сокровищем: тихий, серьёзный малыш, с которым никогда не было хлопот, и свободного времени у молодой мамы было слишком много. Воспитанная в строгости, при практически армейском распорядке жизни, молодая женщина места себе не находила от безделья и готова была лезть на стену. Поэтому, узнав, что беременна во второй раз, Мэри твёрдо решила, что ей будет по плечу и забота о детях, и совмещение с работой на дому. Должность в аудиторской компании никогда не была верхом её мечтаний, зато оплата была неплохой, да и свободный график не связывал ей руки. Джон днями напролет пропадал в автомастерской, чтобы прокормить семью. Каждое утро, уходя на работу, Винчестер с серьёзным видом подходил к старшему сыну и говорил: - Дин. В моё отсутствие ты – старший мужчина в доме. Позаботься о маме и брате. И Дин счастлив был выполнить наказ отца. Маленький мамин рыцарь. Уже свернув в свой двор, Мэри услышала, как в доме зазвонил телефон. Она ускорила шаг, но пока дошла до крыльца, отворила входную дверь и вошла в прихожую, аппарат уже умолк. Сердито вздохнув, женщина прошла на кухню, поставила на стол пакеты с продуктами и вернулась на улицу, чтобы помочь Дину занести в дом Сэма. - Милый, забери почту, - Мэри взяла на руки младшего сына, сонно потирающего кулачками глазки. Остаток дня пролетел незаметно: стирка, уборка, купание Сэма, приготовление ужина. Джон неожиданно вернулся с работы раньше обычного. Он бесшумно прокрался на кухню, где хозяйничала Мэри, и она явно была застигнута врасплох, когда перед её лицом, словно из ниоткуда, материализовался букет маргариток. Винчестер встал за спиной супруги, обвил руками её талию, положил подбородок ей на плечо и прошептал: - Дорогая, я дома. За ужином Джон сообщил домашним, что назавтра взял выходной. Лучшего подарка на день рождения Мэри[1] и на полугодие Сэма и придумать нельзя – семья весь день проведет вместе: зоопарк, парк аттракционов, поход в кафе и, быть может, даже в кино. Сразу после ужина молодые родители уложили своих чад спать, глава семейства отправился мыть посуду, а Мэри засела за авансовый отчёт, который ей предстояло сдать через два дня, а она терпеть не могла откладывать все на последний момент. Сквозь море денежных счетов и бесчисленных статей расходов женщина слышала, как вновь зазвонил телефон, но Джон ответил ей, что кто-то просто ошибся номером. Ему не хотелось накануне дня рождения расстраивать супругу, сообщая, что ей вновь звонил её отец. С тех пор, как Мэри сбежала из дома, прошло уже 10 лет[2], а неугомонный тесть всё ещё надеялся помириться с дочерью, вернуть в семью и не принимал отказов. Время близилось к полуночи, Джон из последних сил боролся с дремотой, но всё же сдался, выключил телевизор и направился спать, заглянув предварительно в столовую, которая на время превратилась в кабинет бухгалтера, где в окружении распечаток и фантиков от конфет его жена корпела над счётной машинкой. Глядя на супруга, она устало вздохнула: - Мечтаю о том дне, когда наконец-то снова смогу пить кофе с кофеином. И надеюсь, он настанет прежде, чем у меня повыпадают от сладкого все зубы, и я перестану проходить в дверь. Джон перегнулся через стол и посмотрел жене в глаза. - Ты ведь знаешь, что я не перестану любить тебя, даже если у меня не будет хватать сил носить тебя на руках? - Идиот, - надулась Мэри. - Думаю, это одно из качеств, которые ты любишь во мне больше всего, - продолжил паясничать мужчина и, подцепив жену за подбородок, заставил взглянуть на него. Она не смогла сдержать улыбки. Джон наклонился ещё ниже и поцеловал её. От долгого и нежного поцелуя у Мэри закружилась голова, тело обмякло, а сознание улетало куда-то в ночное небо. Пересилив себя, она отстранилась, откинулась на спинку своего стула и простонала: - Джон, я не могу. Мне нужно поработать ещё хотя бы пару часов. Ложись спать без меня. - Попытаться стоило, - уныло пожал плечами Винчестер, а в глазах плясали чёртики. Явно переигрывая, с печальным видом он поплелся в спальню. Минут 20 спустя тишину спящего дома нарушил телефонный звонок. Мэри буквально подлетела к аппарату, мысленно уже проклиная придурка, решившего позвонить им среди ночи. Она схватила трубку и замерла, прислушиваясь. Кажется, Сэм не проснулся, дом по-прежнему хранил молчание. - Алло, - почти прошипела женщина собеседнику на другом конце провода. Ей ответила тишина. – Алло? Кто это? – повторила она, слыша в трубке лишь треск и помехи. - С днём рождения, Мэри, - от этого голоса у Мэри по всему телу будто пробежал электрический разряд. - Сэмюэль, - констатировала она, предчувствуя неладное. С тех пор, как много лет назад женщина разругалась со своим отцом, иначе как по имени к нему не обращалась. - Ты опять за старое? – сердито сказала ему дочь в полголоса. - Прошу, не бросай трубку! – нотки тревоги в голосе Кэмпбелла заставили её насторожиться. - У тебя 60 секунд, - холодно отрезала женщина. - Ты проверяла свою почту? - Нет ещё. Снова прислал мне свои вырезки? Знаешь ведь, что я даже не взгляну на них. Всё это время ты упорно надеялся вернуть меня к прежней жизни, подбрасывая статьи о сверхъестественных случаях в соседних городах и штатах. Я думала, когда 5 лет назад ты прекратил свои попытки, в тебе, наконец, проснулся здравый смысл, ведь я ждала ребёнка. Но вот ты снова взялся за старое. Отец проигнорировал ядовитые слова дочери. - Мэри, прочти подборку, что я прислал. Знамения. Дьявольские знамения повсюду, Мэри. Гибель скота, погодные аномалии. Я знаю, что это. Я видел такое прежде. А потом в тех городах погибали матери младенцев. В день, когда тем исполнялось полгода. - Что за ерунду ты несёшь?! - Ты в смертельной опасности, девочка! Срочно проверь все окна и двери, насыпь всюду соль, начерти... Но Мэри не стала слушать безумного охотника и бросила трубку. Её сердце бешено колотилось от гнева на человека, который по сей день, как бы она ни старалась отгородиться от него, продолжал отравлять ей жизнь. Женщина поднялась на второй этаж дома и по очереди заглянула в комнаты своих любимых мужчин. Все трое спали, как ангелочки. Немного успокоившись, Мэри спустилась назад в столовую. На глаза попалась стопка свежей почты, в которой явно выделялся конверт, перевязанный черной лентой – типичное послание от Сэмюэля. Тревога, поселившаяся в душе после звонка отца, подстегнула хозяйку дома вскрыть его. На стол выпал ворох газетных вырезок. Беглого взгляда хватило, чтобы понять, что их объединяло – дьявольские предзнаменования и смерти на пожарах. Красным карандашом были помечены несколько листков: похожие события не так давно начали происходить в Лоурэнсе. По спине Мэри пробежал холодок. Женщина инстинктивно оглянулась. В большом доме слишком много окон и дверей. В самом начале совместной жизни с Джоном Мэри по привычке оставляла у входных дверей замаскированные дьявольские ловушки и посыпала подоконники солью, но муж то и дело открывал окна, чтобы проветривать комнаты, так что защита от нечисти была бесполезна. Да и как объяснить супругу такие выходки? В конечном счёте, бывшая охотница научилась верить в мир без монстров, избавилась от ночных кошмаров и перестала держать под подушкой пистолет. Быть может, зря?