One heartbeat

      Таканори впервые за долгое время чувствовал себя плохо не из-за своих мыслей, которые крутились вокруг него и его погибшего друга. Сейчас ему было херово от собственных поступков. Хотя, что он, по сути, сделал? Только прекратил отношения, которые и отношениями сложно было назвать. И считал, что сделал правильно, пусть и понимал, что Койю наверняка чувствует себя примерно так же или даже хуже. Как же, оказывается, тяжело учитывать и чувства других людей.       Новая квартира, в которой остановился Матсумото, была меньше, но ему одному и не нужно было много. Правда, она казалась ледяной в своей пустоте и тишине. Оставалось только надеяться на то, что, когда он разберет коробки, это место хоть немного оживится.       Сидя на полу под подоконником, парень думал, что ему делать с работой. Кроме ресторана у него была подработка, но она была больше от случая к случаю. Может, где-то полгода назад на него вышла бывшая одногруппница, попросив помощь в организации одного мероприятия. Не хватало рук, а она помнила, что Таканори-кун в этом деле разбирался, если судить по его учебе. Решился на это тогда он из-за обещанного гонорара. А в итоге это дело втянуло. Да, ему приходилось общаться с большим количеством людей, чем когда он стоял на импровизированной сцене ресторана и пел, да и убийственный взгляд не покажешь. Но при этом процесс подготовки чего-то масштабного завораживал настолько, что на какие-то неприятные моменты внимание просто не обращалось. Чувствовался какой-то душевный подъем, особенно, когда Таканори делал свое дело, а не отвлекался на посторонние вещи.       Так и получилось, что его приработок шел от двух дел, которые, как казалось, приходились по душе. Странно, но с его нелюбовью к людям при этом вся его деятельность крутилась вокруг выступлений на публике и организации достаточно больших мероприятий.       И от одного из них придется отказаться.       Наверное, и вправду стоило разорвать максимально все то, что связывало его с собой прошлым. Особенно, если эти связи другим причиняют боль. Така был уверен — если его не будет рядом, у Койю переболит. Может понадобиться много времени, но это произойдет. А сейчас надо строить и себя потихоньку.       Такие серьезные вещи не должны были решаться за один вечер, но Матсумото понимал, что если не сделает все под влиянием сиюминутного желания, то найдет тысячу и одну причину это не делать после. В этой ситуации подобное было совершенно не нужно.       Он затылком чуть стукнулся о стену позади себя, глядя на полоску подоконника над собой. Что же имеется на данный момент? Согласился на фотосессию от того странного, но и вправду знаменитого фотографа. Таканори успел помониторить по нему информацию. А еще он съехал от Койю, вырвал почти с корнем все те ниточки, которые их связывали, и решил уволиться из ресторана. Деньги больше откладывал, чем тратил, особенно, когда не надо было платить за съем квартиры, поэтому кое-какие приличные сбережения оставались. Еще были мысли найти себе психолога, потому что один Така вряд ли бы смог разобраться со всем дерьмом, накопившимся внутри. Идея, по сути, была очень хороша, но он себе еще четкого ответа не дал. Слишком сильно решил перевернуть свою жизнь. Умные люди делают это постепенно, а не сразу переворачивая все с ног на голову. У такого было только два варианта — либо полный провал, либо выигрыш. И последний был точно с наименьшим количеством процентов.       Матсумото посмотрел на экран телефона. Встреча с фотографом должна быть завтра во второй половине дня. Завтра у Койю вечерняя смена, поэтому утром можно будет съездить в ресторан и уволиться. Скорее всего, найти подобное место быстро у него не получится. Потому остался еще один возможный вариант. Всего лишь написать одногруппнице, не нужен ли им штатный сотрудник. Если нет, то придется искать еще какой-то вариант.       Молодой мужчина снова вздохнул и прикрыл глаза. Надо бы перебираться на футон. Там хотя бы можно будет спать. Но вместо этого он задумался об Акире Сузуки. Упорный человек, хотя видеться с ним пришлось всего лишь два раза. Вроде два. Така помнил, как он подошел к нему в ресторане и пытался узнать настоящее имя. Это было очень забавно. Конечно, это была далеко не первая просьба. Симпатичный парень, красиво поет. Почему бы не познакомиться? Но, видимо, тот человек погряз полностью в своей работе и рассматривал незнакомого певца исключительно как объект для фото. Что с получившимися изображениями могли делать дальше, Таканори знать не хотел. Впрочем, он до сих пор мог включить обратных ход и банально не прийти или не ответить на звонок. И все же раз решил открываться людям, значит, надо выполнять свои договоры.       Видимо, Сузуки что-то почувствовал, потому что на телефон пришло сообщение:

«Завтра все еще в силе?»

      Матсумото хмыкнул и быстро ответил.

«Да. Ты должен был скинуть мне место»

      Не особенно уважительно, но черт с ним. Он ведь только начинает.       Адрес пришел на его телефон быстро. Это не была пометка типа «парк такой-то», значит, скорее всего, все будет происходить на студии этого Сузуки. Интересно только, на кого он так работает, что ему разрешают приводить сторонних людей и уж тем более их снимать. Или просто все уже давно было оговорено. Тоже вполне себе возможный вариант.

«Понял, где находится? Или же я могу забрать тебя, откуда захочешь»

«Нет, спасибо. Для меня все понятно. Буду вовремя»

      Матсумото все же переполз на футон, забирая с собой телефон. Лениво стянул с себя штаны и откинул их в сторону, не особенно запариваясь насчет того, чтобы их сложить, как надо. Туда же кинул и кофту. Сегодня он разрешил себе не придерживаться обычного для себя же порядка, немного пошалив и с мыслями отругать себя за бардак завтра. Все равно еще вещи не разложены. От пары вещей на полу хуже не будет.       Парень перевернулся на бок, откладывая телефон. Пока его одногруппница не написала, у него весь день свободный. Надо будет и самому поднапрячься с поиском работы. Токио — не тот город, что жалует бездельников. А Таканори сам не любил сидеть на месте, особенно если решил что-то менять в своей жизни.       Вот только что-то ему подсказывало, что уснуть будет не так-то просто. Сузуки Акира в другой части Токио был с ним полностью солидарен.       Фотограф не мог понять, что именно заставляло его сейчас лежать на своей двуспальной кровати в одиночестве и пялиться в потолок. Но точно знал, что всему виной был тот парень, который привлек его в первую очередь своим голосом, будто проникающим в каждую клетку тела. Уже потом рассмотрелся и привлекательный профиль, и пухлые губы, и глаза, которые манили своей глубиной.       Пожалуй, если раньше Сузуки думал, что его интерес заключается только в желании запечатлеть молодого человека с интересным типажом, то сейчас все казалось лишь оправданием и прикрытием настоящего желания. Этот парень, Руки, который так и не сказал своего настоящего имени, невольно притягивал, заставляя своим поведением только сильнее хотеть с ним сблизиться. И дружеского плана явно могло быть недостаточно.       Акиру волновало не то, что ему понравился парень. Подобное случалось у него не раз и не два. У него были и отношения с девушками, и с парнями, и сложно было сказать, с кем нравилось больше. Во всех случаях мужчина выступал в качестве инициатора и доминировал по всем фронтам, а тут ему попался маленький ощетинившийся зверек, который в любую секунду мог показать и очень красочно продемонстрировать свои зубки. Это было понятно из простого общения. Но это не отталкивало, а даже наоборот. Может, в самом фотографе проснулась тяга к моральному мазохизму, другого объяснения не находилось.       Волновало то, что слишком мало времени и встреч прошло для того, чтобы так на ком-то зациклиться, а очень хорошо чувствовалось, что до этого недалеко.       Он не думал, что этот паренек вообще согласится на фотосессию. И вправду не думал. Когда от Руки пришло сообщение, пришла в голову мысль, что это шутка. После — что тот стушуется и не придет. А сейчас постепенно приходило осознание, что этот парень придет завтра к нему. Что же делать, чтобы их встреча не оказалась провалом?       Пока в качестве максимально логичного варианта пока представлялось постепенное сближение с Руки. И надо бы, наконец-то, узнать его настоящее имя.

***

      Звонок от привлекательного бариста застал Юу врасплох. Во-первых, время было достаточно позднее. Во-вторых, голос по ту сторону телефонной трубки звучал так отчаянно, что даже если бы сейчас Широяма был еще более уставшим и готовился ко сну, маты в свой адрес Койю бы не услышал. Поэтому мужчина лишь спросил адрес и тут же, накинув на себя рубашку с джинсами, сорвался с места. Место, куда ему надо было ехать, находилось не очень далеко, но пришлось задержаться, чтобы зайти за чем-то горячительным и не идти в качестве внезапного гостя с пустыми руками.       Когда брюнет поднимался в квартиру, с удивлением заметил, что дверь была не закрыта. Она не оказалась распахнута, приглашая зайти всех, кто только захочет. Просто хозяин не посчитал нужным закрыть дверь. Или не смог закрыть.       Юу нахмурился, проходя в квартиру. Свет горел только в одной комнате. Мужчина разулся, проходя в прихожую. Ему эта вся ситуация не очень нравилась. Не то, чтобы у него с Такашимой Койю были крепко дружеские отношения. Нет. Наоборот. Широяма не скрывал своих намерений добиться этого паренька, постоянно проявляя к нему в меру сдержанные знаки внимания, чтобы не спугнуть. А тот только улыбался и отшучивался, все равно смущаясь. А гейский радар мужчины прямо орал о том, что у него с Такашимой есть кое-что общее. Например, любовь к привлекательным мужчинам. К тому же, и слова о наличии молодого человека с одной стороны подтвердили мысли о гомосексуальности, но в то же время охладили пыл насчет встреч. Но Юу всегда отличался терпеливостью и способностью достигать поставленных целей.       И что-то сейчас с его поставленной целью произошло.       Он зашел на кухню и чуть усмехнулся.       - Вот ты где. В курсе, что дверь нараспа… шку, — мужчина не сразу заметил перебитую посуду на полу и чужую окровавленную руку. — Черт возьми, Койю, что произошло? Что у тебя с рукой? — Юу поставил пакет с бутылкой на стол, опустившись рядом с парнем, который и не обращал внимания на рану.       - О, Юу-сан… вы все же приехали, — по губам Койю скользнула печальная усмешка. Он поднял глаза на пришедшего. — Извините, тут небольшой бардак. Думал, уберу до вашего прихода, но…       - Да уж, я вижу. Где аптечка?       - Где-то на кухне… вроде в дальнем верхнем ящике.       Широяма кивнул, поднимаясь на ноги и отправляясь за предметами для оказания первой помощи, надеясь, что сам не наступит ни на какой осколок. Только себе еще не хватало потом ничего доставать из ноги.       Он взял перекись и бинт, возвращаясь к Такашиме, который так и не пошевелился. Продолжал сидеть, глядя в одну точку. Это серьезно пугало. Но несмотря на это, почти ночной гость только снова присел, обращая внимание на ладонь своего внезапного подопечного. Порез был неприятный, но не очень глубокий. Крови было не особенно много. Страшная картина окровавленной ладони была таковой из-за размазанной по ней красной жидкости, но сама рана уже не особо кровоточила. И все равно Широяма намочил ватку и принялся обрабатывать ее. Главное, что ничего себе не перерезал. Это место на ладони всегда более болезненно, чем другие участки тела, но нечего было устраивать такие истерики, пусть для них точно был повод.       Койю чуть шикнул и поморщился, но не стал останавливать Юу, который думал, что пить алкоголь сейчас — не самая лучшая идея. Ведь он потом уедет, а это чудо после отходняка только сильнее накроет то, из-за чего он сейчас в таком состоянии.       - Вот так… — Широяма успел осторожно перемотать ладонь и прочно закрепить бинт. — Теперь от кровопотери не умрешь.       - Спасибо, Юу-сан…       - Юу. Я ведь не один раз говорил. А теперь поднимайся, усаживайся на стул и скажи, где в этом доме веник с совком.       Такашима чуть дергано кивнул и встал при помощи своего знакомого, подхватившего его под руку.       - Веник в уборной… — негромко сказал парень, забираясь с ногами на стул. Благо, кроме руки и его собственного самомнения ничего не пострадало.       Широяма, будто не он тут гость, прошел в другую комнату и вернулся с веником, начиная убирать воцарившийся хаос. Пострадала только эта комната, и это сейчас радовало несказанно.       - Видимо, кому-то понадобится покупать новый набор посуды? — заметил он, выкидывая осколки. — Кружки-то у тебя хотя бы две остались?       Шима шмыгнул носом.       - Почему кружки, а не стаканы или бокалы?..       - Потому что в таком состоянии тебе пить вряд ли стоит, если потом ты не хочешь сойти с ума. Алкоголь не решает проблемы, а только их заглушает на какое-то время. Я очень хочу, например, чай. Будешь тоже? — конечно, вопрос был больше риторический, потому Койю и пожал плечами. Юу этого все равно не увидел, начав искать чай и поставив греться для него воду.       Взгляд младшего упал на оставленный на столе алкоголь, а затем перенесся на спину, скрытую черной тканью рубашки. Сейчас этот человек не задавал ему больше вообще никаких вопросов. Только молча разводил чай вместо того, чтобы налить стакан крепкого виски. Приехал ведь именно на предложение выпить, не так ли? А сейчас нянчится с ним, как с маленьким. Ну, почти.       Койю посмотрел на свою руку. Да, поступок был и вправду детский и, скорее, совершенный на эмоциях. Придется на работе пугать клиентов перемотанной ладонью. Но Такашима в тот момент просто и вправду не смог себя проконтролировать. Его будто какая-то темная пелена накрыла. А сейчас… сейчас он понимал, что это того не стоит.       - Ну-с, крушитель, не расскажешь мне, из-за чего решил такой погром устроить? — Широяма нашел две кружки, стоявшие на стойке за дверцей, и, залив в них чай, поставил на стол. Спрятал алкоголь в один из шкафчиков и сел напротив.       - Думаете, я расскажу так просто?..       - Ну я ведь не зря приехал к тебе поздно вечером. Перематывать окровавленную руку, знаешь, ли, такое себе веселье.       Такашима снова усмехнулся, притягивая к себе чашку. Он молчал пару минут, которые ему казались едва ли не часами. Собирался с мыслями, прокручивал в голове события, чтобы понять, как именно стоит начать. А Юу в это время только молча потягивал горячий чай, глядя на задумчивое лицо.       Наконец-то Шима заговорил.       - Как… вы относитесь к людям с нетрадиционной ориентацией?       - Ну… скажем так, я к ним отношусь. Если ты еще не заметил.       - Может, я думал, что мне показалось?       - Не исключено. Это все произошло из-за твоего молодого человека? — мужчина подпер подбородок кулаком.       - Как оказалось, он не совсем был таковым… с его стороны, — Койю поднял взгляд. — Сколько у вас есть времени?       - Ну, можно сказать, и вся ночь. Если тебе не будет жалко моих подчиненных, потому что я бываю крайне скверным в не выспавшемся состоянии.       Парень чуть улыбнулся.       - Не волнуйтесь… я постелю вам. У меня есть кровать и диван.