Исцеление золотоволосого ангела

Появление Бриджет заставило Беллу и каждого из Калленов задуматься. Белла вспомнила о своём желании стать вампиром, чтобы быть с Эдвардом вечно. Что ещё важно, быть вечно молодой. Подумать только, через пару месяцев она будет старше его на год! Последние события наглядно показали, насколько Белла уязвима, оставаясь человеком в мире вампиров. Насколько вся семья уязвима, пока Белла человек. Но, откровенно говоря, история Бриджет натолкнула Беллу на мысль о том, что будет с Чарли и Рене. Как они переживут то, что больше никогда не смогут увидеть свою любимую дочь? А она сама? При всём её желании, сможет ли она контролировать себя? Быть красноглазым вампиром ей вовсе не хотелось… Эдвард думал о том, что общение с Калленами становилось для Беллы все более опасным. Оно изначально было опасным, но он не мог заставить себя быть далеко от Беллы или от своей семьи. Эгоизм и желание защитить любимую боролись в нем с неистовой силой. В конце концов, Эдвард понял, что не сможет бросить Беллу, даже ради ее безопасности. Ещё он беспокоился из-за Виктории и Бриджет. Первая совершенно точно мечтает убить Беллу. Едва ли в Виктории осталось что-то кроме жажды мести. Эдвард корил себя за то, что не разглядел в этой женщине серьёзного врага с самого начала. За его ошибку пришлось платить Эсми… А теперь Бриджет… Девочка была честна, когда говорила, что ей не нравится убивать. Но гарантии того, что её моральные принципы и воспоминания о матери окажутся сильнее жажды, если она ещё раз встретит Беллу, нет. А Белла вкусно пахнет… Бриджет ещё не осознаёт того, что в ней живёт высший хищник, охотник. Но, со временем, монстр может взять верх. Эдвард обязан подумать об этом уже сейчас. У него больше нет права на ошибку. Карлайл думал о судьбе несчастной одинокой девочки. Думал о её матери, об Эсми и матери Эдварда. Думал о Розали, которая очень расстроилась из-за того, что ещё одну, едва начавшуюся, жизнь сломали. О Джаспере, который, едва услышав слово «новообращённый», переносился в своё военное прошлое. К его огромной незаживающей ране под названием «Эсми» прибавилась боль за каждого члена семьи. Каждый из них отдал бы если не всё на свете, то многое, чтобы снова стать человеком. Все они страдали. Хотя в их жизни сейчас и была любовь, но прошлое, нереализованные мечты, которые никогда не сбудутся, терзания совести и чувство вины отравляли их счастье. Кто знает, может, они и благодарят его, Карлайла, за путь, который он открыл для них. А может, они в глубине души проклинают его за то, что он лишил их права на смерть. Эдвард, Розали, Эммет… Эсми… «Была ли она так уж счастлива со мной, как мне казалось? Может, я обрёк их всех на вечные страдания?» Карлайл вновь погрузился в глубокую депрессию. Возвращаясь с работы, он запирался в своём кабинете. Не то, чтобы дверной замок мог остановить вампира, но Каллены уважали друг друга, а потому не нарушали его уединения. Однако Белла была менее тактична, чем Каллены, и достаточно упряма в своём стремлении загладить свою вину в смерти Эсми. Она, опираясь на свои знания в психологии, считала, что Карлайлу сейчас необходимо с кем-то поговорить по душам. Белла смогла убедить Эдварда дать ей шанс. Итак, Белла, набравшись смелости, попросила Эдварда и Элис остаться внизу, а сама поднялась на второй этаж и уверенно постучала в дверь кабинета доктора Каллена. Несколько секунд стояла полная тишина. Белла уже подняла руку, чтобы постучать ещё раз, но тут дверь распахнулась. Она едва сдержала удивлённый возглас. Вид у Карлайла был настолько безжизненный… Пустые чёрные глаза смотрели сквозь неё, плечи были ссутулены, верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, галстука не было. – Белла, извини, но я сейчас не настроен на общение, – могильным голосом произнёс доктор Каллен. Он стоял на пороге, загораживая ей проход. Это привело Беллу в чувство. – Ну, уж нет! – она упёрлась рукой ему в грудь и безуспешно попыталась втолкнуть обратно в кабинет. Карлайл никак не отреагировал на её действия. Тогда Белла просто напросто проскользнула под его рукой. – Вам придётся поговорить со мной! – упрямо заявила она. Карлайл флегматично прикрыл дверь и повернулся к незваной гостье. Его взгляд остановился на девушке и стал чуть более осмысленным. – Белла, ты добрая девочка, но, боюсь, ты мне ничем не сможешь помочь, – неожиданно тёплым голосом произнёс он. Белла отчаянно замотала головой и воскликнула: – Нет! Должен быть какой-то способ уменьшить Вашу боль! Я знаю, Эсми очень много значила для Вас, но мы все Вас очень любим и нам невыносимо видеть, как Вы страдаете! Я очень хочу увидеть Вас прежним… Поймите, нам всем не хватает Эсми… Она была для нас матерью, даже для меня, хотя я так мало времени провела с ней. Но без Вас семья не семья! Вы нужны нам. Пожалуйста, скажите, что мы… что я могу сделать, чтобы Вы стали хоть чуточку счастливее? Чтобы Вы улыбнулись? – Белла умоляюще смотрела на безучастного Карлайла. Казалось, её эмоциональный монолог не тронул его. Однако через полминуты он моргнул и удивлённо посмотрел на Беллу. – Ты переживаешь за Эдварда? Вопрос озадачил девушку. – Да, и за него тоже… – недоумённо ответила она. – Белла, ты ещё так юна... Не трать время на меня, наслаждайся тем, что у тебя есть, пока не потеряла это. Спеши любить и быть любимой. Если бы можно было всё вернуть… Я бы не отпустил Эсми ни на мгновенье! Иди к Эдварду. Он так долго ждал тебя… И сейчас ты… – А Вы ждали Эсми ещё дольше! – перебила Белла. Карлайл снова удивлённо посмотрел на неё. – Верно… – Пожалуйста, расскажите мне о том, как Вы жили до появления в Вашей жизни Эсми! – попросила Белла. – Нечего рассказывать, – Карлайл внезапно исчез. Белла недоумённо обвела глазами комнату и обнаружила его в кресле. – Те мои годы были пусты. Лишь работа, книги и океан одиночества. – Неужели совсем ничего? А в Вашей человеческой жизни? У Вас была возлюбленная? – Белла была настолько поглощена любопытством и желанием понять собеседника, что не заметила, что переходит все границы. – Нет, – Карлайл вздохнул. Теперь он выглядел уставшим, но, по крайней мере, не безжизненным. – Тогда мне было не до девушек. А когда я стал вампиром… Разве я мог мечтать о чём-то подобном? – Но Вы же мечтали? – предположила Белла. Карлайл грустно усмехнулся. – Многих женщин привлекала моя красота. За столетия я привык к их восхищённым взглядам. Поначалу они заставляли меня чувствовать отвращение к себе, но потом… Однажды, это было в конце 19 века, я лечил одну юную девушку. Она была такой слабой… физически. Её родители внезапно заболели и умерли, и бедняжке пришлось зарабатывать на жизнь себе и двум младшим детям. Это истощило её. Её руки были также холодны, как мои. Я даже боялся касаться её: казалось, она растает… Но сколько в ней было света! – взгляд Карлайла горел восхищением. – Она смотрела на меня таким любящим и заботливым взглядом. Уж не знаю как, но она ухитрялась, лёжа на больничной койке, практически при смерти, жалеть меня. Как она разглядела моё одиночество, мои страдания – не знаю. В ней было столько искренности… Тогда идея создать себе компаньона только начала формироваться в моём сознании. И я подумал, что, возможно, эта девочка могла бы привнести смысл в мою бесконечную пустую жизнь. Она любила меня, это было очевидно. А я… Разве я мог не ответить на её чувства? Когда ей стало лучше – я делал для неё всё, что мог – я понял, что боюсь. Боюсь и потерять её, боюсь и сломать её жизнь. Я долго мучился, прежде, чем решился спросить, согласна ли она быть со мной навсегда? Она улыбнулась и сказала, что хотела бы подарить мне всю любовь, весь свет, который есть в ней. Когда я предупредил, что в таком случае ей придётся покинуть семью, и она никогда не сможет иметь детей, она задумалась. Я с трепетом ждал ответа. Наконец, она произнесла: «Моя душа вечно будет стремиться к тебе, но есть ещё и долг. Моя обязанность – воспитать своих брата и сестру. Моё предназначение, как женщины – родить ребёнка. Я не могу поддаться эгоистичному желанию и уйти с тобой. Ты прекрасен и душой и телом, я верю, что немало девушек полюбит тебя и отвергнет ради тебя прежнюю жизнь, но я не могу. Прости!» После этого разговора я её больше не видел. Я уехал из того города. Но она была права: я встретил Эсми. Каллен давно замолчал, а Белла всё ещё не могла прийти в себя. Эдвард не рассказывал ей ничего подобного. До этого момента она считала, что Эсми была первой и единственной любовью Карлайла. – Эдвард говорил, что если вампир полюбил, то это до конца его существования… А как же Вы? Вы же любили ту девушку, а потом полюбили Эсми? – нахмурившись, спросила Белла. – Думаю, дело в том, что у каждого человека есть несколько «вторых половинок» или «родственных душ». Человек может встретить за свою жизнь одну из них, а может и никого не встретить. Наверное, труднее всех тем, кто разрывается между двумя любимыми. Но это бывает очень редко. А вампир… У нас всё сложнее. Встретить «родственную душу» среди нам подобных удаётся далеко не всем. А к людям подавляющее большинство относится, как к еде. – Но Вы не из их числа! Получается, что Вы встретили одну «половинку», но она отказалась быть с Вами, а потом встретили Эсми. То есть выходит, что у Вас ещё есть шанс кого-то встретить и полюбить? – предположила Белла. Карлайл смотрел на неё с непониманием. – Я не думал об этом. – Вот и подумайте! Не нужно изолировать себя от семьи! Вы еще сможете быть счастливым! Хотя бы попытайтесь… – Всё не так просто, Белла, – взгляд Карлайла потеплел, как и голос. Белла смутилась. – Я знаю… Просто Вы нам нужны… – она опустила глаза. Карлайл улыбнулся. – Думаю, остальные уже ждут нас внизу? – он встал из-за стола. Белла счастливо улыбнулась. – Всё не так просто, – повторил Карлайл. – Но ты права, вы обе правы… У меня есть долг перед моей семьёй… Белле снилось, что она лежит на огромной кровати, застеленной красным шёлком, вокруг всё усыпано розами. Вдруг появляется Эдвард и берёт её за руку. Его холодная красота заставляет её трепетать. «Ты станешь моей навсегда?» – спрашивает он своим бархатным голосом. Глаза Эдварда таинственно мерцают в свете свечей. В его свободной руке появляется коробочка с кольцом. Белла в замешательстве. Вдруг картинка сменяется. Она уже не на роскошном ложе, а на скромной больничной койке. Рядом на табурете сидит Карлайл. Он смотрит на неё взглядом, полным тревоги и затаённой надежды. «Я буду с тобой, Карлайл, навсегда…» – произносит Белла и просыпается. «Какой странный сон…» – она нащупала будильник. – «Пять утра!» Белла со стоном завернулась в одеяло и моментально заснула. Эдвард бесшумной тенью скользнул в окно. Его глаза потемнели. В них плескалась боль. В это время в коттедже Калленов Элис рассказывала Джасперу о странном видении, в котором Белла подходит к Карлайлу и целует его. Рядом стоят все Каллены, кроме Эдварда, и улыбаются. Элис ждала Эдварда на террасе, когда тот вернулся домой. «Эдвард, почему я вижу теперь два варианта будущего для Беллы?» – спросила она мысленно. – Один из них с Карлайлом? – догадался он. «Да», – Элис показала ему свои расплывчатые видения. – «Выглядит так, будто она любит вас обоих. До сегодняшнего дня было несколько вариантов будущего для Беллы, но во всех она либо была с тобой, либо мертва…» Эдвард насупился. «Кстати, Карлайл решил взять отпуск. Он уедет в понедельник. Сегодня он забронирует билет до Лондона». – Почему именно туда? Он не был в родном городе уже больше трёхсот лет. «Ему нужно многое обдумать. Карлайл решил вернуться в начало, – Элис заглянула в будущее. – Это поможет ему подобрать нити прошлой жизни». – Надеюсь, когда отец вернётся, существование для него снова обретёт смысл… – а потом тихо-тихо добавил: –Даже если моё потеряет… – Что ты такое говоришь?! – Элис была возмущена. – Элис, давай рассуждать трезво. Отец очень любил мать. Теперь, когда её нет, он не сможет жить, как до встречи с Эсми. Единственная возможность для него – заменить Эсми кем-то. Ты видела, что это будет Белла. А Белла… сегодня ночью во сне сказала, что хочет быть с ним… – с отчаянием закончил Эдвард. – Карлайл ни за что не пойдёт на это! Он слишком тебя любит! Он не отберёт возлюбленную у своего сына, – пыталась убедить его Элис. – Независимо от того, что решит Карлайл, Белла уже любит его. А не меня… – Ты не прав! Она по-прежнему любит тебя. Правда, теперь не только тебя. Но тебя она меньше любить не стала. – Это пока… – Эдвард, не будь таким пессимистом! Возможно, я ошиблась, и Белла просто слишком жалеет сейчас Карлайла. Может, это любовь не как к мужчине. – Но ты видела… – Не все мои видения точны, – отрезала Элис и спрыгнула на траву. – Не спеши с принятием решения, – она скрылась в лесу.