Renew

15 февраля. Тецуя вышел из школы. Он склонил голову и наблюдал за тем, как его кроссовки опускаются на серую плитку тротуара. Шаг, ещё один, ещё... В голове эхом звучали слова Кагами. Но с каждым шагом они становилось всё тише, медленно опускаясь куда-то ко всем воспоминаниям о прошедших месяцах, превращаясь в ещё один кусочек пустоты. Это лучший способ — просто загнать всё подальше, не думать, не чувствовать. Надо просто дойти до дома и лечь спать. - Куроко, ты сейчас врежешься в столб. Слова прозвучали совсем рядом. Он поднял голову и увидел Мидориму, который, скрестив руки на груди, стоял в шаге от него. - Мидорима-кун? Почему ты здесь? - Пришел посмотреть на ваш дружеский матч. - И что скажешь? - Паршиво. - Наверное, я тоже так думаю. Мидорима внимательно разглядывал его, а затем развернулся и пошёл в сторону детской площадки, кивком головы приглашая Куроко за собой. Они сели на бортик песочницы. Вокруг было почти пусто, только две девочки лет десяти катались на качелях, подозрительно на них поглядывая. - Я перейду сразу к сути, Куроко. Я не знаю, что ты собираешься отвечать Акаши и собираешься ли вообще. Сейчас ты выглядишь не совсем готовым к каким-либо решениям. Но это всё - не моё дело. Я просто хочу удостовериться, что у меня не будет проблем, когда я снова буду играть с ним в одной команде. - О чём ты говоришь, Мидорима-кун? - Тецуя наклонил голову к плечу. Слова пробивались к нему словно через вязкий туман. - Мда... пожалуй, я выбрал не совсем подходящее время для визита, - Мидорима бросил на него недовольный взгляд. - Я говорю о том, что Акаши собирается снова собрать всё Поколение Чудес в одну команду, и я дам положительный ответ на это предложение. Но перед этим я хочу кое в чем удостовериться, и для этого мне нужно, чтобы ты был в адекватном состоянии. Предлагаю поговорить позже. Тецуя смотрел, как Мидорима подымается и собирается уходить. Каждое слово ввинчивалось в сознание, принося с собой понимание сказанного и... тусклые, едва различимые эмоции. Впервые за месяц он так чётко ощутил, что в нём ещё есть эмоции. - Подожди, пожалуйста. Мидорима-кун, я хочу поговорить с тобой сейчас. Тот смерил его оценивающим взглядом сквозь стекла очков и, кивнув, снова сел рядом, недовольное выражение на лице, правда, никуда не исчезло. - Что ты можешь сказать сейчас об Акаши, Куроко? Тецуя неловко сглотнул. Слова как будто давили на все нужные кнопки, которые заставляли мысли в голове оживать и метаться в беспорядке. Он постарался подобрать нужные слова. - Он стал прежним. Но я не знаю, почему и как. И... и я не верю, Мидорима-кун, что это надолго. Они замолчали. Тецуя терпеливо ждал, пока Мидорима некоторое время рассматривал бинты на пальцах левой руки. Снова подняв глаза, тот продолжил: - Куроко, ты не думал, что мы были тоже виноваты в том, что Акаши перестал сдерживать свою вторую личность? - Думал, много раз. Хоть нас и нельзя было назвать в последний год командой, мы всё же играли вместе, и вместе были причинами всего, что происходило. Я не уверен, смогли бы мы что-то изменить или нет, но... - Мы — не знаю, а вот ты — очень вероятно. - Я не понимаю, Мидорима-кун. - Куроко. Я сделал довольно сложный выбор и решил снова поменять команду. И я не хочу, чтобы это оказалось ошибкой. Акаши сейчас тот же, но ты прав — это может измениться в любую минуту. Я не знаю, как он сумел справиться с этим — сам, или же ему помогали. Но, обдумав ситуацию, я пришёл к выводу, что его желание собрать нас вместе — не просто возникнувший порыв. Это - Акаши, он никогда ничего не делает просто так. За каждым его поступком стоит продуманная до мелочей стратегия. И я считаю, что это один из способов для него сохранить результаты в игре с самим собой. - Мидорима-кун, ты думаешь, что мы сможем как-то повлиять на него? На Акаши-куна? - Ты заставляешь меня повторяться Куроко. Мы — не знаю, а вот ты — очень вероятно. В наступившей тишине слишком громко прозвучал смех девочек, которые, спрыгнув с качелей, убегали с площадки. Вокруг стало совершенно пусто. - Повлиять — это не то слово, Куроко. Повлиять на Акаши Сейджуро не входит в возможности обычного человека. Скорее подстраховать, - Мидорима посмотрел на него, нахмурив брови. - Я не знаю, почему ты тянешь со своим решением. Это совершенно понятно, что, оставаясь в Сейрин, ты не сможешь и дальше улучшать свои навыки. Мне, в принципе, на это всё равно. Но, как я уже говорил, я хочу быть уверенным, что сделал правильный выбор. Я прекрасно знаю, что на протяжении долгого времени ты, Куроко, был гарантией того, что Акаши спокойно загонял свое «второе я» подальше в сознание. Поэтому он пошёл именно к тебе. Поэтому я сейчас тут и настаиваю на том, чтобы ты согласился. Я хочу видеть перед собой адекватного капитана, а это более вероятно, если ты будешь поблизости. К тому же, если ты откажешься, не думаю, что он будет и дальше действовать, чтобы собрать нас вместе. Ты, - Мидорима замолчал и сжал губы, но всё-таки продолжил, - ты нужен ему. Трещины. Много трещин расходились в разные стороны. Тецуя показалось, что он даже слышит скрежет и звон: пустота рушилась, оглушая звуками и заполняя сознание вихрем эмоций. Он не слышал, как Мидорима встал и собрался уходить. Видимо тот не раз повторил его имя, когда он наконец поднял взгляд. - Наконец-то, - поправив сумку на плече, Мидорима снова скрестил руки. - Такао говорил, что я плохо разбираюсь в социальной сфере жизни, но по-моему ты, Куроко, делаешь это ещё хуже. Ты действительно не понимаешь, что для Сейрин будет лучше, если ты уйдешь? Тецуя качнул головой. - Они злятся, Куроко. Кагами на тебя, а все остальные — на вас обоих. Злятся и считают себя обделенными. Или обманутыми. Ты всегда свято веришь в командную игру, поэтому тебе сложно это понять. Но попытайся представить то, что они чувствуют. Их называют победителями, они держали в руках кубок, но каждый из них думает только о том, что если бы не ты и Кагами, то они бы даже дальше отборочных не пробились. А на вопросы журналистов «Ну и как себя чувствуют победители», половина из них бы ответила: «Отвратительно». Это, - Мидорима прижал очки к переносице, задумчиво смотря в сторону, - это, например, как сдать экзамены на сто баллов каждый, принимать поздравления, но в душе знать, что тебе за день до них дали все правильные ответы. Кагами чувствует это всё, вероятнее, ещё острее, потому что у него вообще чувство собственной важности ещё выше, чем у Аомине, - он возмущенно фыркнул. - Я не пытаюсь их оправдать. Во время матча против Ракузан я сделал довольно много выводов о командной игре и о важности каждого игрока. Но пока ты играешь с ними дальше, они такие выводы сделать не смогут. Дай Сейрин понять, что и без тебя они останутся сильной командой, и через какое-то время все они осознают это сами. Хотя не гарантирую, что все — у некоторых идиотизм просто иногда не лечится... И ещё. Почитай спортивные журналы за последний месяц. Не прощаясь, тот пошел в сторону станции. Тецуе вдруг пришла мысль, что кое-какой вопрос остался для него неясным. - Мидорима-кун! - Что такое? - в голосе слышалось раздражение. - Такао-кун сильно обиделся? - Куроко, решай свои проблемы. Их у тебя достаточно для того, чтобы не лезть не в свое дело.