Две линии

"Время летит быстро", - так думал я вечером, лежа в кровати. Только подумать, еще пару дней назад Артур был для меня никем. И вот мы с ним разобщались и, наверно, сдружились. За это время мы успели побывать на охоте, устроить конную прогулку, пикник, сбежать из замка ночью, провести за разговорами много часов. Он должен был жить у нас все то время, что оставалось до бала. Артур был идеален во всем. Прекрасно и с первого раза попадал в цель, умел не просто кататься на лошади, но и делать трюки, как цыркач, готовка тоже давалась ему легко. Его правильная речь и бархатный голос текли плавно, донося до тебя какие-то рассказы. Он был умным, но не надменным, а еще был довольно веселым. Все это делало его, как будто нереальным. - Не жалеешь, что женишься? – Услышал я шепот из глубины комнаты. - Артур! Как ты сюда забрался? - Я постучался, но ты не ответил, вот и вошел. А ты просто задумался. Немного подумав, я ответил на его вопрос: - Я не имею права жаловаться. Артур поморщился, свет от свечи прыгал по комнате, создавая полумрак. - Я тебя о другом спросил. - Жалею… Но я не откажусь от брака, у меня еще есть совесть. - Совесть и трусость - одно и тоже, Дейм. Если бы отец не настаивал и если бы от этого не зависела ваша репутация, состояние вашей семьи и устранение конфликта между родами, то ты бы отказался от свадьбы, - то ли спросил, то ли утвердительно сказал парень. - Отказался бы не раздумывая, - вздохнул я, поправляя упавшие на глаза черные локоны. - Пошли прогуляемся. Я быстро собрался, и мы тихо вышли из замка. Через сад побрели к пруду. Всю дорогу мы прошли молча, но на месте Артур подал голос: - А ты просто не женись. - Нет, как я могу? – Взвинчено ответил я. – Как я могу так поступить с той девушкой? - Ты трус, Дейм, а трусам не дано узнать торжества победы. - И они избавлены от горечи поражения. - Во истину, трус! Время ревниво, а ты молодость прожигаешь. Тебя никто не запомнит после твоей смерти, цель жизни – самовыражение, а не потакания своему эфемерному долгу, от которого каждый в праве убежать. Я не открою для тебя святой истины, до которой еще не додумались, а скажу тебе, что никто никому ничего не должен, и это, черт побери, правда, - разошелся Артур, правда не только он уже разгорячился. - А тебя кто будет помнить? Что ты сделал такого, чтоб тебя кто-то запомнил? - О, поверь, память обо мне будет жить ВЕЧНО. А дальше все как в тумане. Один сплошной густой туман. Я до сих пор не могу толком вспомнить, что случилось... а может это и к лучшему. Но Артур был прав, память о нем жила вечно…