Ничего не обещаю, но...

      Скрипнула открывающаяся дверь в кабинет, и маявшийся в коридоре слуга оказался рядом прежде, чем хозяин успел заорать, подзывая кого-нибудь.       — Гурт! — взгляд лорда остановился на нем. — Живо найди мастера Орэйта! Хоть с девки его снимай, но чтобы через десять минут ждал внизу, готовый к выходу!       Старый слуга понимающе кивнул и поторопился вниз, где последний раз видел мага. Чутье не подвело. Да и нужно ли было тут оно, чутье-то, когда к его лорду примчался его коллега из соседних земель, ради скорости даже взгромоздив свои старые кости в седло, а не усадив бережно в карету.       Ох, что-то случилось. Ох, что-то происходит...       Мастер Орэйт оказался у выхода через восемь минут, три из которых ушли у слуги на его поиски. Еще пять — забежать в покои, накинуть дорожную мантию поверх куртки и спуститься вниз, как раз в тот момент, когда подоспели и лорды.       — Лошади готовы, — Гурт привычно чуть поклонился хозяину, а тот уже спешил мимо.       — Что случилось, Ринар? — только и успел спросить маг, беря протянутые конюхом поводья. Ему легкое панибратство в отношении своего лорда прощалось — все-таки как-никак без двух минут великий по силе, что в этой глуши забыл — вообще непонятно.       — На месте, все на месте, — отрезал лорд.       Он бы и рад был рассказать магу все сразу — да не когда лошади несутся вперед рысью, потому что нужно успеть до поздних летних сумерек.       Оставалось надеяться, что Орэйт сумеет сориентироваться. Лорд Ринар прекрасно знал, что под простенькой с виду дорожной мантией скрываются мало что не вязанки амулетов, а голова у мага на удивление светлая. Он потому и держал его на службе, платя немалое жалование и закрывая глаза на то, что все служанки помоложе да посимпатичней уже давно перепорчены. Кобелем Орэйт был знатным, но кобелистая натура как-то сочеталась с изрядной осторожностью и смекалкой, которой лорд мог только изумляться. У него бы не вышло вертеть столькими женщинами одновременно, причем умудряясь обходить замужних и просто тех, кто могли доставить неприятности.       Дорога заняла не больше часа. Владенья лордов здесь разделялись узенькой болотистой речкой, со стороны Ринара преходящей в корявый лесок, а со стороны соседа, лорда Кодана, был холм, плавно перетекавший в возвышенность, на которой испокон веков находилось фамильное кладбище его рода.       Ринар придержал коней лишь у самого моста. Маги магами, а суеверие, что текущая вода неплохо защищает от всякой потусторонней дряни, были сильны.       — Орэйт!       — Да, лорд? — тот замер, готовый слушать.       Вечернюю тишину, разморенную золотистым теплом солнца, непреклонно клонившегося к горизонту, нарушало лишь журчание воды и всхрапывание коней. И еще тяжело дышал лорд Кодан, не привычный к таким нагрузкам. Маг покосился на него, заметив, что мужчина напряженно смотрит вперед, на холм, где темнела листва дубов, кольцом высаженных вокруг кладбища.       — Если вкратце, там, — Ринар кивнул на холм, — завелось... что-то.       — Мой маг пошел за травами на дальнюю поляну, так вернулся весь белый, — вмешался Кодан. — Сказал, ему не по силам, и чуть ли не на коленях умолял разобраться, пока оно не созрело окончательно.       Орэйт нахмурился, подергал кончик перекинутой на грудь толстой косы.       — Давно?       Кодан тяжело помотал головой.       — Шут его... Дарон говорит, может, с месяц. Как сестру мою похоронили... — подумав, добавил он.       Маг кивнул. Причин не верить магу соседа, пусть и лекарю, не было. Тот голову на плечах в свои почти три десятка имел и напрасную панику поднимать не стал бы.       Значит, какая-то нежить...       Маг тронул поводья, и копыта его коня застучали по доскам моста. Лорды, чуть замявшись, поехали следом. Иллюзия хоть какой-то преграды, отделявшей от опасности, развеялась, и теперь казалось, что со стороны холма тянет едва заметным холодным ветром.       А может, и было что. По крайней мере, руки мага, легким ударом колен заставившего лошадь идти дальше, плясали в воздухе. Ринар одернул себя, чтобы не поежиться. Обычно мастер колдовал без единого жеста или звука — просто приходил и что-то да случалось. Ну не нужны ему уже были для простых заклятий такие костыли. А тут...       Лошади окончательно встали, нервно прядая ушами, и Орэйт спешился, похлопав своего коня по шее.       На холм шли молча, настороженно. Оба лорда чувствовали, как волосы встают дыбом, будто во время грозы, а по спинам пробегает холодок, собираясь где-то между лопаток, будто вот-вот туда ударит кинжал наемного убийцы.       Тяжелые кованые ворота были распахнуты настежь — да и кому бы пришло в голову явиться сюда? Сокровищ в склепах не было. Да и склепов-то не было — только каменные надгробья с изредка встречающимися статуями. Род был не настолько богат, чтобы помпезно провожать своих сыновей и дочерей в небытие. А для памяти хватало и этого. Надписи на многих надгробиях уже стерлись десятилетиями, но род жил и здравствовал.       Свежая могила была ближе к реке, до нее требовалось идти мало что не через полкладбища. Но не пришлось. Минул первый ряд могил — и что-то колыхнулось в воздухе. Дохнуло холодом, уже без шуток. Теплый вечер остался где-то там, за каменной оградой — куда легким взмахом руки Орэйта вынесло лордов, не церемонясь, так что оба кубарем покатились по траве, глотая внезапно обретший запах воздух.       Ринар поднялся на ноги первым, помог подняться лорду Кодану, с ужасом глядя, как белесая дымка стекается с кладбища к замершему магу.       — Что за... — выдохнул Кодан, вцепившись в его плечо. Дарону он верил. Но увидеть своими глазами...       Жутко и мерзко захохотал женский голос, и старый лорд вздрогнул, признав визгливые нотки сестрицы.       А Орэйт просто стоял, только чуть наклонил упрямо голову, так что выбившаяся из косы прядь упала на лицо. Стоял — и будто собирался сделать шаг вперед, перенося вес, продавливал какую-то незримую стену плечом.       Что-то со звонким щелчком разлетелось, дымка поплыла клочьями, обрывками, заметалась меж могил.       Шаг, еще один. Орэйт уверенно шел к пятну темной земли, постепенно удаляясь от ворот.       Истерический хохот сменился злым визгом, похожим на клекот хищной птицы, и из дымки внезапно соткался женский силуэт. Кодан прищурился, думая, что сейчас увидит сестрицу, но нет — гибкая фигура никак не могла принадлежать ей, раздобревшей с годами. Более того — не было у нее ни таких серебристых, невозможных волос, ни белоснежных свободных одеяний. И ощутимо выпирающего вперед животика не было. Женщина умерла бездетной.       А эта шла, поглаживала живот длинными тонкими пальцами. Шевелились изящно очерченные губы на нереально красивом лице. Шевелились, говорили что-то остановившемуся магу.       — Твою же... Орэйт! — рявкнул Ринар, надеясь вывести мага из ступора. — Орэйт!!!       Тщетно. Тот поднял руки, но вовсе не колдуя, а пытаясь отгородиться от наваждения. Даже от ворот было видно, как они дрожат. Маг сделал шаг назад. Еще. Женщина приближалась слишком быстро. Подняв руки, она тянулась заключить его в объятья.       Белые пальцы коснулись мантии, легли на нее, провалились внутрь... Торжествующий смех, понесшийся над кладбищем, внезапно оборвался невразумительным бульканьем.       А потом весь мир потонул в яркой вспышке.