Дикая охота. Полотно дорог.

Бурые пятна сухостоя с тонкими рыжими стеблями былья резко выделялись на фоне белоснежных тропинок – серебристая пороша ночью замела их, и теперь если бы кто глядел на долину у подножия Караласских гор сверху, то увидел бы тонкую белую сеть, растекающуюся меж оврагов и крутых склонов. Морозный воздух колко искрился, когда ветер поднимал с земли облака снежной пыли и швырял их во все стороны, как шаманы швыряют свои порошки в пламя. Ати хорошо помнила полубезумного старика-пророка, на изломе весны певшего странные песни и жгущего костер до самого неба – тогда на деревенской площади собралось столько зевак!.. Только никто из них не слушал его. Потеха - да и только, нелепая сказка для маленьких детей… Когда старик ушел из Нернаэнна, покой Ати тоже ушел следом за ним. Девочка не могла спать, не могла есть – кусок в горло не лез. Пророк говорил страшные вещи: о смерти, что спустится с черных горных склонов, заросших мертвым лесом. О стылом холоде, проникающем в самое сердце и губящем все тепло. О том, что беда снова пришла на порог. - Ати из Нернаэнна! Девочка дернулась, словно от пощечины, и боязливо подняла глаза на Крылатую, стремительно краснея. Сольвэ ненавидела, когда на ее занятиях ученицы были рассеянными и не следили за ходом ее мысли. - Ты слышала, что я сказала? Голос женщины стал опасно вкрадчивым. Ох, не к добру… Ати сглотнула, опустив взгляд на носки сапог Сольвэ, выглядывающих из-под широкого подола. Подумать только, такая крохотная аккуратная ножка… - Стало быть, не слышала, - заключила Сольвэ после непродолжительного молчания. - Замечательно. …и такой скверный характер. Гробовая тишина, повисшая под каменными сводами Птичьей башни, тоже не предвещала ничего хорошего. Казалось, можно даже различить тихий звон снежинок снаружи, острыми иголочками-краями царапающих шершавые камни стен Гильдии. Ати приготовилась и мысленно начала обратный отсчет. Три-и… два-а… - Так какого беса ты вообще здесь делаешь?! Думаешь, все твое учение - глазками хлопать да мечтать, как тебе вручат Крыло, а лучше сразу оба?! Клинками махать и называть это Танцем?! Да никто из вас в жизни не видел настоящего Танца, и если ты, Ати из Нернаэнна, думаешь, что сможешь обучиться этому искусству, не слушая меня, то разочарую: так не будет!.. Ати покрепче стиснула зубы, душа в себе обиду и раздражение, поднимающееся горячей волной внутри. Ну почему Сольвэ постоянно вызверяется на нее?! Никому так не доставалось от Крылатой, как Ати, и девочки даже начали скалиться по этому поводу – каждое занятие они ждали, когда наставница в очередной раз обратит внимание на новую ученицу. А обращала внимание Сольвэ весьма своеобразно. - …глупее птенца голубя! – раздались смешки. Сольвэ резко развернулась и рявкнула. - Рты закрыли! Вы тоже не умнее, чтоб губы кривить! – ученицы тут же притихли, стараясь не встречаться взглядом с зеленым пламенем, беснующимся в глазах наставницы. Крылатая оглядела их всех, а затем снова обернулась к Ати. Глаза ее опасно сузились. - Вечером после занятий чтоб была в Вороньем Гнезде. Ну нет, ну она ведь это несерьезно… - И только попробуй опоздать хоть на одну минуту. Я лично справлюсь у Гаэры о том, когда ты явилась - и узнаю, если задержишься, уж поверь, - пообещала напоследок Сольвэ, а затем развернулась на каблуках и принялась неспешно расхаживать по залу, продолжая урок с того места, на котором остановилась. - Итак. Если задействовать в прыжке для толчка только колени либо стопы… Дальше Ати не слышала. Перед ней снова, насколько хватало глаз, расстилались белые поля с рыжими пятнами пожухлой жесткой травы и бескрайнее серое небо над ними, небо без дна. Перламутровое, холодное, в него бы падать и падать… А на границе меж землей и небом – острые клыки Караласской гряды, хищно впивающиеся в податливую хмарь. И черные башни, виднеющиеся далеко-далеко – башни ее нового дома, Келерийской Гильдии. Когда-то она так мечтала увидеть мир за пределами своего родного Нернаэнна, увидеть хоть что-нибудь такое же величественное, как здешние горы и долины… Ничего, пожалуй, с тех пор не изменилось. Разве что пророк разбередил всю душу, и теперь в сердце девочки звенели натянутые струны – что-то будет. Что-то будет. Совсем скоро. Из высоких стрельчатых окон на ступени лился свет – бледный зимний свет. Птичья башня считалась одной из самых красивых во всей Гильдии: тонкий изящный силуэт обвивала каменная кладка, на которой восседали, раскинув крылья, вышлифованные из камня птицы. Время и ветра стерли их резкие черты, но не смогли стереть гордых изгибов крыл и плавных линий. Впервые увидев Птичью башню со двора, Ати чуть не задохнулась от восхищения – такой дивной красоты она, девочка из маленькой деревеньки, никогда не видела. И сейчас это место стало ее Домом. В расщелинах окон танцевали пылинки. Стекло отливало едва заметной синевой, поэтому в башне стояло голубоватое небесное сияние. Чем ниже они спускались, тем глубже становился этот свет. Белокурые прядки волос Марги, сбегающей по ступеням перед Ати, казались лазоревыми, словно весеннее бледное-бледное небо. Ати глядела на эти мягкие волны, струящиеся по ее спине – и видела хрустальные водопады в лунном свете. Так красиво. Цейра, идущая рядом, искоса взглянула на подругу и в очередной раз принялась ее отчитывать: - О чем ты вообще думаешь? Если так пойдет и дальше, Сольвэ не отстанет от тебя – будешь каждый вечер подниматься в Воронье Гнездо. Ати промолчала. Перспектива провести вечер в стылой башне наедине с суровой старухой Гаэрой, прозванной Вороной, ее вовсе не радовала. Но ничего с собой поделать она не могла – воспоминания втягивали ее в себя все чаще. Иногда она видела то, чего даже не помнила: белые леса, древние руины и страшных существ, до того жутких, что сердце замирало от ужаса. Может, сны? Ати не могла ответить на этот вопрос, а между тем видения приходили все чаще, и им было плевать на то, что на занятиях ей запрещалось отвлекаться. Потому наставницы часто отправляли девочку к Гаэре, надеясь, что отвратительная старуха научит ее контролировать странный, совсем бесполезный дар. Только пока не помогало. Цейра, не дождавшись ответа, вздохнула – совсем по-взрослому, с укором. - Ати, Ати… - Все в порядке, - невпопад ответила девочка, тряхнув копной русых кудрей. - За домом скучаю, вот и все. Пройдет. Цейра наградила ее понимающим взглядом. - Ох, ну да… Ты же недавно здесь. Я тоже сначала скучала. Но ты не грусти, Ати! Вернешься же! Вот вручат второе Крыло – а там уже можно и выбирать путь, какой пожелаешь! – и Цейра заботливо похлопала подругу по спине, да так, что Ати чуть со ступеней не слетела – рука у девочки была тяжелая. - А до того времени будет много интересного, и наука все равно впрок пойдет. Скоро и думать забудешь о своем Нернаэнне – мы вот-вот начнем учиться Танцу. Да. Это было здорово. Ати очень ждала дня, когда наконец теоретические занятия закончатся и начнется настоящая учеба – только с каждым днем тревога в сердце нарастала. Мы будем Танцевать по-настоящему. Сразу. Цейра безмятежно щебетала, перепрыгивая со ступеньки на ступеньку – но Ати не слушала ее. Лестница из камня обернулась заснеженным склоном, на котором виднелась узкая цепочка следов, и где-то в тумане метели - размытый, далекий силуэт. Крохотные фигурки девочек далеко внизу казались игрушечными – словно живые куколки в сказочном зимнем дворце. В небе над Гильдией звенели их голоса, слышался звонкий смех, тонущий в перламутровом небе. Беспечные птенцы… Глупые беспечные птенцы. Дети холмов и зеленых полей, не привыкшие к холодам, неоперившиеся, не умеющие летать. Их голые крылья сломаются от одного порыва горного ветра, их крохотные сердца не сумеют выдержать объятий зимы – если они не поумнеют и не поймут того, насколько сейчас уязвимы и слабы. Они грезят о собственном величии, о красоте Танца и о Крыльях – обоюдоострых, сверкающих, поющих. И понятия не имеют, как же реальность далека от их снов. Сольвэ потерла переносицу, устало хмуря тонкие брови и прикрывая глаза. Эти девочки должны стать Танцующими во что бы то ни стало. Пока еще не поздно, их нужно обучить Танцу, чтобы они сумели выстоять – и передать древнее искусство другим, тем, кто придет после. Келерийские Птицы не сражались с людьми – их готовили для других войн. Призрак такой войны уже завис над горизонтом, раскрыв громадные рваные крылья и хищно скалясь, глядя на заснеженные просторы. Сольвэ видела его во снах все чаще – да и другие Крылатые тоже. И не только они. Девочка из Нернаэнна с задумчивыми серыми глазами, громадными, словно у испуганной лани. Сольвэ не сомневалась в том, что Ати умеет видеть. Гаэра должна разобраться и помочь птичке – иначе та с ума сойдет. Сольвэ не сомневалась в том, что часть ее видений будет весьма болезненной. Раз уж даже она, обычная Крылатая, чувствовала такую усталость и напряжение, что спать порой не могла, то что говорить о маленьком необученном птенце, на которого навалилась непосильная ноша? Но девчонка должна справиться – она гораздо сильнее, чем кажется, а потому выдержит. Зима будет тяжелой. Ладонь сама легла на рукоять Крыла, привычно огладив гарду. Скоро будем Летать, скоро. Скоро снова запоешь. Снежинки тихонько звенели, сталкиваясь в воздухе и закручиваясь белыми вихрями. Неоглядный простор Караласской гряды тянулся далеко на север, и вдали уже невозможно было различить, где небо, а где – земля. Сольвэ замерла у окна, глядя туда – и не видела ничего. Ни-че-го. И от того тревога росла еще сильнее. Скоро грядет буря – такая, какой мир еще не видел. Они должны быть готовы.