Все в порядке, я не влюбилась

POV Микеланджело Принять решение незамедлительно разыскать Кристину было легко. Быстро приняв контрастный душ и приведя себя в чувство, я вернулся на кухню, где нашел Флорана практически в бессознательном состоянии. Выпытать у него адрес оказалось тяжелее, но я сделал это. И через сорок минут я уже стоял у двери незнакомой квартиры. Постояв в нерешительности несколько секунд, я нажал на кнопку звонка. На пороге появилась девушка, я с удовольствием заметил, что она все еще была в моей рубашке, правда она была уже застегнута на все пуговицы. На секунду я подумал о том, что мне очень хотелось бы, чтобы она всегда ходила по моему дому в моей рубашке. Но я тут же отогнал ненужные мысли. - О, - запнулась девушка, - А тебе чего здесь надо? - я не удивился грубости, я страшно обидел ее. А Флоран еще больше. Мы унизили эту девушку. Мельком пришла мысль, что обязательно нужно будет хорошенько вправить ему мозги, как только протрезвеет. - Я пришел извиниться, - я стянул темные очки и виновато посмотрел на Кристину, - прости, Флоран все рассказал мне. Я не хотел оскорблять тебя. Я ничего не знал, - девушка пыталась сфокусировать взгляд на моем лице, но никак не могла этого сделать. - Ты прощен, - она слегка пошатнулась, - А теперь проваливай. Что-то с ней не то. Я вгляделся в ее лицо внимательнее... Боже, да она пьяна! - Постой, Кристина, - я протянул руку и взял ее ладонь в свою, - давай поговорим? - Я не взяла твои деньги и не буду брать их у Флорана, так что я тебе ничем не обязана, - протянула она и, развернувшись, отправилась вглубь квартиры. То, что она не закрыла дверь перед моим лицом, я счел за пьяную забывчивость, но, тем не менее, вошел. Я прошествовал на ее кухню, девушка поставила передо мной стакан и полупустую бутылку виски. - Поухаживай за собой сам, - я наполнил наши стаканы и посмотрел на нее. - Расскажи мне все, - тихо сказал я и выпил до дна. ***** Темно. Как открыть глаза? Черт бы тебя побрал Флоран! Я же говорил, что не хочу пить! Интересно, который час? О-о-о, наверное, как обычно, намешал разного алкоголя. С Фло по-другому не бывает. Сколько раз я зарекался с ним не пить? Кое-как приоткрыл глаза, меня тут же ослепил солнечный свет. Снова зажмурился. В голове происходила какая-то война. Да чтобы я? Еще хоть раз? Я снова предпринял попытку открыть глаза, на этот раз медленнее, постепенно привыкая к свету. Что за черт? Вместо темных обоев на потолке, я вижу желтые, облезшие куски пенопласта или чего-то такого! Где я? И как я тут оказался? Я медленно повернулся на бок и обнаружил у себя под боком крепко спящую девушку. - Вот дьявол! - вслух выругался я, вспомнив Кристину и то, как я обидел ее, и как пришел извиняться. В лучших традициях бессмысленного и глупого кино, я заглянул под одеяло. На мне только трусы. Да уж! Извинился, так извинился. Я вновь посмотрел на девушку. Она повернулась на спину, откинув покрывало. На ней все еще была моя рубашка, верхние пуговицы расстегнуты. Моему взору открылась ее округлая грудь, почувствовав, что мой член напрягся, я аккуратно вылез из постели, чтобы не потревожить девушку и закрылся в ванной. Кое-как успокоив свое разбушевавшееся воображение и приведя себя в чувство, я натянул джинсы и прошел на кухню. После небольшого исследования шкафчиков, я нашел кофе, турку и поставил ее на плиту вариться. В это время, потирая глаза на кухню вышла девушка. Я ужаснулся. Она такая маленькая, почти ребенок. Как я умудрился напоить ее ночью и заняться с ней сексом? - Что ты тут делаешь? - спросила она хрипловатым голосом. - Прости, я немного похозяйничал тут, - я поставил перед ней на стол две большие кружки кофе. - Я думала, что ты уже ушел, - она забралась на высокий стул, подобрав под себя одну ногу. - Я думал уйти, но я не хотел, чтобы ты решила, что я воспользовался тобой и сбежал. - Воспользовался? - она усмехнулась и отпила горячий напиток, - ты что, ничего не помнишь? Я виновато улыбнулся, провел рукой по волосам и сел напротив нее. - Я буду счастлив, если ты посвятишь меня в события прошлой ночи. - Ты уверен, что хочешь услышать это? - девушка отставила кружку и, ловким движением рук, закрутила на голове тугой хвост. - Ты пугаешь меня, Кристина. Что я натворил? Когда я пьян, я веду себя как придурок. - Ты напился, очень быстро напился. Ты рассказывал мне о Натали, о ее беременности и вообще обо всем. Прости, что говорю. Ты даже плакал. - Вот черт, - ругнулся я, закрыл лицо руками и глубоко вздохнул, - а как мы оказались в одной постели? И почему я был раздет? - Ты предпринял попытку поприставать ко мне, но я объяснила тебе, что влюблена в другого и с тобой у нас ничего не будет. - Но ведь вчера вечером у меня дома, ты была готова переспать со мной, - задумчиво протянул я. - Это был детский, глупый и необдуманный поступок. Вчера, когда ты оставил мне деньги на комоде, я почувствовала себя законченой шлюхой и поняла, что даже если бы это произошло вчера, я бы не взяла у Флорана ни цента. Но хорошо, что ты смог остановиться, я рада, что у меня ничего не было с тобой, - я даже вздрогнул:настолько силен контраст между почти детской, наивной внешностью и тоном, словами взрослой, рассудительной женщины. - Что у тебя за проблемы? Я хочу помочь тебе, бескорыстно, - сделав ударение на последнее слово произнес я, - я не Флоран. Девушка тяжело вздохнула. - Я не хочу об этом говорить, Микеле. - Как скажешь. Но, помни, мое предложение всегда в силе. И вообще, обращайся ко мне по любым вопросам. Надеюсь мы подружимся, Кристина, - я взял ее за руку и на этот раз она не стала ее отнимать. POV Кристина. Ночью Микеланджело доверился, открылся мне, но я не могу ответить ему тем же. Хоть и после рассказа о печальном конце его любви от моей обиды на этого несчастного человека не осталось и следа. Слишком больно. Что может быть хуже, чем потерять родителей в возрасте восемнадцати лет? Наверное, только осознание того, что это ты убила их. Прошло полтора месяца, но я никогда не смогу примириться с тем, что они умерли из-за меня. Все так банально. Вот, мы едем за город к друзьям родителей. Папа трёт ярко-синие, потускневшие от бесчисленных забот глаза, обрамлённые сетью морщин. Он слишком устал после месяца работы без выходных. Мама, женщина с седыми волосами и самой доброй улыбкой во всём мире, предлагает мне сесть за руль. Папа поддерживает. Они ведь не знают, что накануне я была на вечеринке и вернулась домой далеко за полночь. Алкоголя на этой тусовке было выпито совсем не мало. Я стараюсь вести аккуратно, понимая, что еще не полностью пришла в себя. Но в какой-то момент что-то идёт не так, то ли я отключилась, то ли что-то еще, но я пришла в себя, только когда машину уже закрутило... Отец, сидевший на переднем пассажирском сидении, погиб сразу. Мать еще два дня пролежала в реанимации, где и скончалась. Что же стало со мной? Один несчастный синяк на плече и царапина на лбу. Все. Я была невредима. И все, о чем я мечтаю последние полтора месяца, это чтобы у меня обнаружили какую-то скрытую травму, которая будет медленно и мучительно убивать меня. Но ее так и не обнаружили. Есть еще нечто, что намного хуже смерти родителей. Это то, что в двадцати километрах от Парижа, в небольшом городке Гуссенвиль, в доме моей тети живет моя младшая сестренка. И нет, она не просто сирота, она была с нами в машине. Теперь это милейшее, крошечное создание никогда не сможет само ходить в школу, гулять в парке, играть с подружками в догонялки. Она навсегда прикована к инвалидной коляске. И виной тому - я. Есть, конечно, небольшая надежда на то, что она сможет ходить. Но на это нужны деньги. Немалые деньги. Которых у меня нет. Да, именно так я и оказалась в доме у Микеланджело Локонте. Флоран предложил помочь мне на взаимовыгодных условиях. Раздвинуть один раз ноги перед незнакомым мужчиной, ради спасения маленького родного создания, в мучениях которого виновата ты сама, разве это такая большая плата? Вот только, когда Микеле протянул мне "неотработанные" деньги, я ощутила всю свою никчемность и стыд. Нет, ни за что! Я найду работу, влезу в долги, возьму кредиты, только не секс за деньги! Когда Микеле в тот же вечер появился на пороге моей квартиры, я была удивлена. Он даже извинился за то, что он принял меня не за ту. Хотя он не ошибся, я ведь чуть не стала проституткой. Я впустила его в свою квартиру, он был выпивший, я тоже, мы продолжили пить дальше. На него накатило почти сразу, заговорила его душа. Он рассказывал мне о своей девушке, что он любил ее всем своим сердцем, вот только ей этого оказалось мало, она забеременела от другого и ушла. С одной стороны, я бы могла ее понять. Как девушке, ей хотелось внимания от своего мужчины. Но с другой стороны, когда я посмотрела в глаза итальянца, я увидела в них столько боли... В его душе и по сей день страшная, незаживающая рана. Я поняла одно - время не лечит. Мы пили до победного, когда языки уже начали заплетаться, а ноги не слушались, я предложила Микеле вызвать ему такси. - Можно я останусь у тебя? Не хочу никуда ехать. Пожалуйста, - устало и немного жалобно попросил он, - ты не против? Я могу лечь на полу. Не гони меня, - просил он и смотрел мне в глаза. Я до сих пор не знаю что произошло в тот момент, но внутри что-то сильно сжалось, мне стало его безумно жаль. - Пошли, - я протянула ему руку и повела в комнату. Оказавшись у кровати, он начал медленно раздеваться, футболка, джинсы, аккуратно, хоть и неуклюже из-за алкоголя, развязал платки на своих запястьях. - Спасибо тебе, Кристина, - он медленно подошел ко мне, наклонился и его горячие и влажные губы коснулись моей шеи. Он покрывал ее влажными поцелуями, постепенно поднимаясь к моим губам, я безвольно прильнула к его голому телу, он потянул меня к кровати и повалил на нее, оказавшись сверху. Его губы терзали мои, а рука пролезла под рубашку, аккуратно сжав грудь. Я почувствовала, что он очень возбужден. - Постой, - я вытянула руки, отстраняя его от себя, - я не могу, Микеле. Я люблю другого. Я предупреждала, что не буду с тобой спать. - Прости, Крис..ти..н.., - у него чуть заплетался язык, откинулся на подушки, - это все алкоголь. - Отдыхай, - я наклонилась и коснулась губами его щеки, - я пойду спать в спальню к...кхм... в другую комнату, - я не осмелилась сказать про спальню родителей. Он резко притянул меня к себе. - Микеле, я же... - начала я. - Я не буду ничего делать. Просто останься со мной этой ночью. Я так давно не чувствовал тепла. Я так устал, - прошептал он, - пожалуйста. Я не буду приставать к тебе. Снова что-то сильно сжалось в груди, стало больно. Я почувствовала, как слезы потекли по лицу. Что происходит? Почему я так прониклась к нему, к его горю? А может это просто все алкоголь. Да и какая разница, завтра он протрезвеет и сбежит по-тихому домой, когда вспомнит кто он и кто я. От этого осознания больнее не стало. Вспомнив его глаза, когда он рассказывал о Натали, мне так захотелось сильно к нему прижаться и прошептать что-нибудь успокаивающее, как когда-то, с ее неповторимой улыбкой, меня обнимала мама. Слезы потекли сильнее. Я молча крепко прижалась к Микеле, его руки аккуратно обняли меня, я немного успокоилась. - Спокойной ночи, Микеланджело, - чуть слышно прошептала я. - Кристина, - выдохнул он и засопел.