Damaged

– Да не смотрю я на тебя, – отрицал Юнхо, широко улыбаясь толпе людей со сцены, продолжающих их фотографировать. – Ты смотрел до этого. И не думай, будто я не знаю, что у тебя на уме, – шепотом обвинил его Чанмин так, чтобы только он мог его услышать. – Я всего лишь думал о том, что сегодня прекрасный летний день, и я провожу его со своим любимым макне, – усмехнулся Юнхо, продолжая смотреть на толпу. – Не играй со мной, Юнхо. Ты злишься из-за того, что я сказал репортеру... Просто признай это. Упаси нас Боже сказать правду. Я не завидую их успеху! Они общаются с преступниками, они не невинны, и нам сейчас без них лучше, – резко прошептал Чанмин. Несмотря на уверенность его слов и не дрогнувшую улыбку, в его голосе проскользнула нотка отчаяния. – А что насчет комментариев про личную жизнь Дже? – осторожно спросил Юнхо, вставая и кланяясь толпе по инструкции ведущего. – Они предназначались не для записи, – объяснил Чанмин, повторяя те же действия за другом. Юнхо развернулся к нему и произнес спокойным, твердым голосом: – Ну и кто теперь с кем играет? Мы оба прекрасно знаем: что бы мы о них ни говорили, и когда бы мы это ни говорили – это будет записано. Ты сказал, что хотел. Ты давно хотел этого. И сейчас ты в восторге от того, что сделал. Улыбка Чанмина исчезла. – Верно. Я в восторге от мысли о том, что причиню им всем боль, особенно ему. Я сказал в этом интервью только правду. Вся его ложь в том, что нет ничего важнее Донг Банг Шин Ки и его участников... Как бы я хотел собрать все его старые фразочки и ткнуть в них хорошенько его лживое личико. – Чанмин, нападки на них только злят фанатов и вредят нам, – предостерег его Юнхо, продолжая так же искренне улыбаться толпе. – Я знаю... просто иногда так хочется сказать правду. Я бы хотел написать книгу и все рассказать. Рассказать историю о жадности, амбициях, предательстве, одержимости и сексуальном отклонении, – едва слышно произнес Чанмин, улыбаясь от одной мысли об этом. Они прошли вместе туда, куда указывал ведущий. Слегка задев Чанмина, Юнхо прошептал: – Только убедись сперва, что я буду мертв, прежде чем издать ее. – Ладно, издам сразу после твоей смерти, – прошептал Чанмин, наблюдая за тем, как лидер поднимается на сцену, чтобы произнести речь. Юнхо, не прекращая улыбаться, приветствовал толпу. – Я так рад, что мы сегодня здесь. Это большая честь для... – он замолчал, заметив в толпе девушку с чем-то, похожим на пистолет, в руках. Он увидел, как она, злобно улыбаясь, направила его на Чанмина, который, как и всегда, стоял рядом. Не раздумывая, Юнхо инстинктивно бросился в его сторону, опрокидывая на пол. Облегчение накрыло его волной от осознания того, что Чанмин не пострадал, а потом мир заполнила темнота.