Много Гарри Поттеров для Литтл-Хэнглтона

  – Гарри Поттер, мой величайший враг... здесь, чтобы засвидетельствовать мою победу, – указал Волдеморт на Гарри и улыбнулся своим пожирателям, его зубы пожелтели, а глаза светились красным. Гарри выпрямился и одарил его темной ухмылкой.   – О, думаю, нет, – ответил он, его голос был так же низок и бархатист, как у Тома Риддла в 16.   – Поттер... ты... одержим? – нерешительно спросил Волдеморт, его злобная ухмылка немного соскользнула.   – Нет, просто это облегчение избавиться от этой мирской маски, – вздохнул он, его внезапно-готические волосы упали на глаза. Он отбросил их, и привязывающие его к камню веревки вдруг испарились в темных тенях.   – Но это невозможно! – театрально заявил Волдеморт. – Эти веревки наколдовал мой самый верный слуга!   – Верность не всегда равна магической силе! – насмешливо напомнил ему Гарри. – Во всяком случае, я уверен, что мой слуга гораздо вернее твоего.   – Кто? – с подозрением прищурил глаза Темный Лорд.   – Драко Малфой, – самодовольно ответил Гарри.   – Проклятье, – притопнул Волдеморт ногой и прорычал. – Я думал, у меня вся семейка!   – Неа. И он влюблен в меня, – скрестил на груди руки Гарри и триумфально кивнул.   Волдеморт отчаянно оглядел окрестности, прежде чем сосредоточиться на неуютно пошевелившимся пожирателе смерти.   – Люциус.   – Д-да, мой лорд?   – Поцелуй меня.   – Ч-что мой лорд? – обычно растягиваемые слова Люциуса Малфоя прозвучали скорее испуганным писком.   – Поцелуй меня! Если твой сын может поцеловать предателя крови и моего злейшего врага, ты точно сможешь коснуться губ своего лорда и повелителя! – нетерпеливо потребовал Волдеморт. – Или ты хочешь Crucio?   Гарри фыркнул:   – Шикарно.   – По крайней мере, мне не нужно накладывать на него Imperius! – усмехнулся Темный Лорд.   – О нет. Никакого Imperius! Только красота, манипуляция и много тяжелой работы, – пожал плечами Гарри и изучил свои ногти.   Люциус Малфой трясущимися руками снял маску и поправил мантию. Обычное достоинство Малфоя пропало, когда он, спотыкаясь, побрел к своему повелителю, бормоча что-то вроде «Чертов сын – я убью его!» Люциус метнулся вперед и едва задел сухие губы Волдеморта, сглотнув от полученного бешеного взгляда.   – Мой Малфой лучше! – оскорбительно присвистнул Гарри. Ощерившись от подразумеваемой клеветы, Малфой схватил Волдеморта за воротник его мантии и попытался высосать из него жизнь. Затем он пискнул и заторопился обратно на свое место, спешно надевая маску.   – Ну, я бы не хвастался этим, – насмешливо пробормотал Гарри, его непринужденная элегантность раздражала Волдеморта больше, чем он мог сказать.   – У меня все состояние Малфоев, – фыркнул Волдеморт.   – Avada Kedavra!   Лорд Малфой упал мертвым.   – Теперь нет, – показал язык Гарри.   – Я обманул весь Хогвартс!   – Я обманул Альбуса Дамблдора!   – Я обнаружил Тайную Комнату!   – Я нашел Философский Камень.   – Я вырос в приюте!   – Я вырос со своей жестокой маггловской семейкой!   – Я обаятельный социопат!   – Я обаятельный психопат!   – Я ненавижу магглов!   – Я ненавижу всех!   Они оба, тяжело дыша, замолчали. С горящими глазами они нахмурились и сказали в унисон:   – Есть лишь один способ это решить.   Они оба схватились за палочки.