Automatic

      Во время пробежки они молчали, да и до танцзала не проронили ни слова. Чанёль не мог поверить, что просто так признал свои чувства, а Чонде не мог решиться ответить на них.       Щелчок замка и замкнутое пространство, освещённое солнечными лучами. Они только вдвоём и нет пути назад. — Прости, — срывается с губ Чанёля. — Я поторопился, но я, чёрт, даже не знаю, как объяснить. Когда он сказал… — Он сказал правду, но это было так давно, — ответил Чен, отвернувшись. — Моя мать тщательно пыталась выбить из меня эти порочащие имя отца наклонности. Она грозилась испортить Сехуну жизнь, и я сдался, уйдя из неё… — Ты все ещё любишь его? — спросил Чанёль, чувствуя, как учащается его сердцебиение. — Он — моя семья, Чанёль, — обернулся к Паку шатен. — Он единственный оставшийся у меня близкий человек на этом свете. Пойми, я не могу отказаться от него. У него новая жизнь, есть парень, которого он любит и который любит его. Они часто ссорятся, но это нормально. Мы стали за эти годы братьями, я старался отучить его бегать ко мне из-за каждой ерунды, но я понимаю, что он не исправится. Я для него тоже слишком дорог, но мы не…       Чанёль подошёл ближе, заглядывая в дурманящие глаза. — Зачем ты оправдываешься? — с надеждой в голосе спросил Пак. Он ожидал услышать хоть какой-то обнадёживающий ответ, а вместо этого почувствовал невесомое прикосновение к своим губам. — Я согласен попробовать, — шепнул Чонде в самые губы Пака. — Только не отпускай меня.       Чанёль притянул парня к себе, крепко обнимая, замечая в зеркальном отражении свою улыбку, ту, безумно-счастливую, что не озаряла его лицо долгие годы. — Чем мы сегодня займёмся? — спросил он, коснувшись губами тёмной макушки своего парня. — Как «чем»? — ухмыльнулся Чонде. — Будем учить танец, у нас завтра экзамен, не забыл? — Такое забудешь, — поморщился Чанёль. — Не бойся, тебе понравится.       Чен подошёл к столу, на котором стоял ноутбук, и поманил Пака. — У меня есть запись практики Исина и Джонина, будем учиться, глядя на них.       Чанёль сел на стул и притянул к себе Чонде, что тут же опустился на колени Пака, щёлкнув мышкой. Заиграла музыка, и на экране появились двое парней.       Чанёль, как завороженный, следил за движениями пары на экране, те бросали друг на друга такие взгляды, что внутри всё плавилось от того жара, что исходил от них. — Теперь я понимаю, почему Джонин хочет танцевать только с Исином. Они, даже не прикасаясь, хорошенько так оттрахали друг друга глазами. Между ними явно что-то есть.       Чонде усмехнулся: он-то прекрасно знал, как Джонин относился к Чжану, но тот почему-то уже несколько лет лишь ухмылялся на все попытки младшего стать ближе. — Нам нужно сотворить что-то подобное, — сказал Чен, перематывая видео на начало. — Сейчас я покажу тебе танец, а потом ты попробуешь его повторить. Джонин и Исин примерно одного роста, поэтому их композиция идеальна, но в нашем случае тебе придётся немного подстроиться под меня. — А почему не наоборот? — Как ты себе это представляешь? — удивился Чонде. — Я во время танца подпрыгивать должен?       Чанёль засмеялся, представляя скачущего вокруг него Чонде. Ким закатил глаза и пошёл в центр зала. — За что ты свалился на мою голову, — фыркнул Чен. — Я твоя судьба, смирись, — улыбнулся Чанёль, замечая лёгкую улыбку на прекрасных губах. — Включай уже, судьба.       Помещение снова наполнила музыка, а Чанёль не мог оторвать глаз от парня напротив. Чонде не мог соперничать по профессионализму с Джонином и Исином, но было в нём что-то, что приковывало к себе взгляд. Пак уже сотню раз пожалел, что в этом танце не так много прикосновений. Была бы его воля, он бы коснулся каждого изгиба тела, что сейчас отдавалось музыке.       Когда Чен закончил, Чанёль нервно пытался восстановить сбившееся дыхание и унять нахлынувшее возбуждение. — Как-то так, — выдохнул Чен, поворачиваясь к Паку и растерянно улыбаясь.       Желание в глазах Чанёля не заметил бы только слепой. Чонде было приятно такое внимание, особенно со стороны человека, который просто притягивал к себе. — Что-нибудь запомнил? — усмехнулся Ким, облизывая пересохшие губы.       Это действие стало для Чанёля последней каплей — он поднялся на ноги и, в два шага оказавшись рядом с Ченом, коснулся его губ. Поцелуй затянулся; они не могли насытиться друг другом, руки с осторожностью скользнули вниз по спинам, словно изучая. — Я с тобой сойду с ума, — тихо выдохнув, прошептал Чанёль. — Ты рождаешь во мне желания, о которых я уже давно забыл. — Это приятно, — улыбнулся Чонде. — Но пока мы не пройдём проверку Джонина, ты ничего не получишь. — Почему? — удивился Чан, прижимая своего парня ближе и покрывая поцелуями его шею. — Потому что иначе ты не сможешь повторить тех эмоций, что я вижу сейчас. Я боюсь, что Джонин разобьёт нашу пару, а терять такого шикарного партнёра мне не хочется.       Чен легонько оттолкнул Пака и, переплетая пальцы рук, потянул его в центр зала. — Пока мы будем только танцевать, а дальше…       Чонде облизнулся, а Чанёль нервно сглотнул. — Иди сюда.       Чен повернул Пака к себе спиной и с восхищением смотрел, как собственные ладони скользнули с широких плеч, ведя ниже по сильным рукам. Чонде руководил, а Чанёль был словно марионетка сейчас: он повторял каждое движение, вслушиваясь в столь чарующий голос.       Они тренировались до изнеможения, а потом просто отключились на мягких матах, сваленных в углу, крепко обнявшись и вдыхая пропитавшийся потом запах друг друга.       Звонкая мелодия телефона заставила Чонде открыть глаза. Он улыбнулся, чувствуя сильные руки на своей талии и тепло, что отдавал ему человек, который сейчас сопел ему в шею. Чен осторожно выпутался из кольца рук и пошёл к сумке, где все никак не унимался телефон. — Алло, — тихо сказал Ким. — Спасибо, — послышался на том конце чуть хрипловатый голос. — За что? — улыбнулся Чен, поймав в зеркале внимательный взгляд Чанёля. — За то, что вправил ему мозги. Я даже не рассчитывал на то, что он будет меня искать. — Он любит тебя, Тао. Вы поругались, со всеми бывает, но поверь, каким бы капризным не был Сехун, он слишком привязывается к людям, с которыми ему хорошо. Ты вытащил его из того отчаяния, в котором он оказался, когда человек, которому он так верил, так просто сбежал. Ты стал его спасением, он снова поверил, не обижай его. — Вы… — Мы братья, Тао, и на этом всё. У меня уже есть любимый человек, и это не Сехун, успокойся и просто будь рядом с ним. — Хорошо, хён.       Чонде улыбнулся. — Ты заходи иногда, — добавил Тао. — Может, как-нибудь устроим двойное свидание? — Возможно. У нас впереди целая жизнь. — Ты прав. До встречи и ещё раз спасибо за него. — Не за что.       Чонде бросил телефон обратно в сумку и вернулся к Чанёлю. — Последний автобус уже ушёл, — сказал Пак, поправляя топорщащиеся волосы Кима. — Я думал, что проснусь один. — У меня сегодня выходной, — ответил Чонде, устраиваясь на груди Чанёля. — Давай ещё поспим, а? Слишком долго я не позволял себе этой роскоши. — Из-за меня, да? — виновато спросил Пак. — Не только, — задумчиво ответил Чен. — Утром я бежал на одну работу, вечером — на другую. Постоянно в спешке. Сейчас всё так дорого, особенно когда у тебя нет ничего за душой. После аварии пришлось продать почти всё. Остатками зарплаты из клуба я гасил долги за квартиру. На еду и кое-какие вещи приходилось зарабатывать разными способами, кем я только не работал. Раньше приходилось и Се помогать, благо сейчас он обеспечен и работой, и жильем, и любящим человеком. Я слишком устал, Чанни. — Отдыхай, теперь у тебя есть я. Я позабочусь обо всём.       Чонде поднял взгляд на Пака.       Чанёль нежно поцеловал уже такие родные губы. — У меня есть свой дом, это уже освобождает тебя от некоторых неудобств. — Я… — Ничего не говори, но хорошенько подумай. Я тебя не тороплю, но ты можешь перебраться ко мне. Места у меня много — я не буду часто мелькать у тебя перед глазами. — Ну вот к чему это? — улыбнулся Чен. — Мне кажется, что я тороплюсь, но я слишком привык к тебе. Даже спать нормально не могу. — А вот это ты зря, — обнял Чанёля Чонде. — Нам нужно хорошенько отдохнуть перед экзаменом. Джонин бывает очень привередлив.       Чанёль кивнул, прикрывая глаза. — Чонде-я, — шепнул он. — Ты сказал Тао про любимого человека, чтобы успокоить? — Я сказал Тао правду, — улыбнулся Чен. – Я, кажется, влюбился в тебя, жирафина.       Чанёль засмеялся, воруя поцелуй. — Кажется, я тоже потерял голову из-за одной обезьянки.       Чонде отвесил Чанёлю подзатыльник. — Вау! — похлопал в ладоши Джонин, когда музыка стихла, а Чонде с Чанёлем выжидающе посмотрели на своего экзаменатора. — Признаться, такого я не ожидал. Чен, готов признать, что из тебя получился хороший учитель. Не думал, что ваш танец может быть настолько чувственным, но…       Чонде почувствовал, как его сердце забилось быстрее. — Всё слишком автоматично, больше импровизации. Чанёль, я вижу в твоём взгляде слишком много нереализованных желаний — выпусти их. И ты, Чен, позвольте себе жить танцем. Я понимаю, что для вас это работа, но мне иногда хочется видеть не просто заученный концепт, а что-то ваше, личное. — Ну так… — Меня всё устраивает, надеюсь, вы прислушаетесь к моим советам и исправитесь в процессе работы. Поздравляю, Чанёль, с сегодняшнего дня ты полноправный член нашей команды. — Спасибо, — улыбнулся Пак, крепче сжимая ладонь Чонде. — Можете пока прорепетировать с платформами, а у меня ещё есть дела. Когда все соберутся, я представлю тебе коллектив.       Джонин вышел, а Чонде повис на шее Чанёля, одарив его нежным поцелуем. — Умница, — сказал Чен. — Я думал, он будет больше возражать. — Ты сомневался во мне или в своих тренерских способностях? — В адекватности Джонина, — засмеялся Чен, потянув своего парня в сторону платформы. — Ты высоты не боишься? — Это сейчас к чему? — Мы будем возвышаться над толпой, — ответил Чен, нажимая кнопку на пульте.       Платформа пошатнулась и начала подниматься. — У тебя самый бесстрашный парень, — улыбнулся Чанёль, притягивая Чонде к себе.       Они возвышались над танцполом. Пак оглядывался по сторонам. Зал был пуст сейчас, но уже через несколько часов это пространство будет забито до отказа. — Ты же помнишь про рубашки? — несмело спросил Чен. — Такое забудешь, — усмехнулся Чан, а потом, наклонившись ближе, шепнул. — Мне уже не терпится коснуться твоей обнаженной кожи. — Коснуться? — вскинул брови Чонде. — Джонин же предложил поэкспериментировать, — подмигнул Пак застывшему парню. — Помнится, кто-то обещал мне кое-что после того, как я пройду проверку Джонина. Я же могу рассчитывать на свою награду.       Чанёль обнял Чонде со спины, ведя носом по шее парня: он уже успел отметить для себя, что это место было слишком чувствительно к его ласкам. Чонде судорожно вздохнул, сильнее сжимая ладони Чанёля, что уже внаглую расстёгивали пуговицы его рубашки. — Чанни, выступление, — пытался взять себя в руки Чен. — А потом… — Не забудь, — сказал Пак, целуя Чонде в изгиб шеи. — Разве я могу, — улыбнулся Чен, признавая, что его тело жаждет ласк Чанёля.       Послышавшиеся голоса остудили пыл парней. — Сегодня ты ночуешь у меня, — тоном, не терпящим возражений, сказал Пак, а Чонде подумал о том, что он готов был кончить только от тех властных ноток, что сейчас звучали в голосе Чанёля.       Кое-как дотянувшись до пульта, Чен привел платформу в движение. — Вот вы где, — ухмыльнулся Джонин, а потом посмотрел на остальных. — Ребята, познакомьтесь, это Чанёль, с сегодняшнего дня он будет танцевать с Чонде.       Чанёль натянул улыбку, пожимая руки новым коллегам, в то время как Чен «пожирал» взглядом его широкую сильную спину. Хотелось ощутить под пальцами каждый сантиметр, каждый изгиб, каждую неровность. — Ты его уже раздел взглядом, так не терпится? — хихикнул рядом Бэкхён.       Чонде смутился, отворачиваясь, в то время как Чанёль, словно чувствуя напряжение, обернулся, замечая красные щёки своего парня и хитрый взгляд Бэкхёна. — Эта мелочь снова распускает свой острый язычок? — спросил Пак, подходя к ребятам. — За мелочь можешь и получить, переросток, — улыбнулся Бён. — Я тебя не боюсь, — ответил Чанель. — Тебе в детстве мало доставалось? — Молчу, молчу, — засмеялся Бён. — Я вижу, вы сдвинулись с мертвой точки. — Есть немного, — тихо ответил Чанёль, наклоняясь к Бэкхёну. — И если ты и дальше будешь смущать моего парня, я тебя поколочу.       Бэкхён сделал удивлённое лицо, а потом улыбнулся и поднял большой палец. — Так, мальчики, пора за работу. Приводим себя в порядок и на сцену, сегодня будет жарко, — подгонял группу Джонин.       Чонде переоделся и мастерским движением подвёл себе глаза, замечая в зеркальном отражении немного растерянного Чанеля. Забив на всех, Чен подошёл к Паку, бесцеремонно устраивая свою попу на столике для макияжа прямо напротив Чанёля. Белая рубашка с закатанными по локоть рукавами не скрывала всех прелестей фигуры — виднелись сильные руки и витиеватые татуировки. Чонде повёл пальцем по чёрным буквам. — Что она означает? — спросил он, глядя в тёмные глаза напротив. — «Если любишь меня, держи меня», — ответил Чанёль. — Я буду держать тебя столько, сколько смогу. Столько, сколько ты мне позволишь, я…       Палец Чанёля лёг на губы Кима. — Это только наше, — ответил Пак. — Не нужно кричать об этом на весь мир.       Чен улыбнулся, взяв со столика тюбик с подводкой. — Иди сюда, философ.       Чанёль пододвинулся, прикрывая глаза. Чонде осмотрелся и, понимая, что никому нет до них дела, нежно коснулся сладких губ. Пак улыбнулся, забывая все свои страхи.