Rette Mich.

- Томми, мне страшно, - голос Билла дрогнул, и он пристально посмотрел на меня. - Мне тоже, - ответил, - очень, - тяжело вздохнув, я положил руку брату на плечо, чуть сжимая пальцы. Мы сидели на террасе возле дома и не спеша потягивали мартини. Погода располагала для лёгкого отдыха от очередного фотосета, который так не кстати предоставил нам Дэвид. Билл был ещё не в лучшей форме, всё-таки чуть меньше месяца прошло с того момента, как он смог перебороть в себе тягу к наркотикам. Надо сказать, время было нелёгкое для нас обоих. У меня сердце сжималось при виде брата. Я будто на своей шкуре чувствовал всю боль, перенесённую им. Самое страшное творилось во время ломок: это ужасное зрелище даже самого стойкого выбило бы из колеи. Он днями напролёт метался по кровати, его руки и ноги неестественным образом выворачивались, а суставы хрустели так, словно лопались хрящевые диски. Стоны врезались в мозг, заставляя крошиться и без того помутневший разум. Иногда доходило до того, что мне приходилось усаживаться на него сверху, прижимая своим весом, чтобы он не свернул себе шею, потому как скручивало его нереально. Когда же наступало затишье, я сидел возле него, укачивая и шепча всякий бред, что приходил в голову. Иногда становилось совсем невмоготу и я просто заваливался на пол, сжимался в комок и скулил от безысходности. После всего этого он очень сильно похудел, осунулся, глаза потеряли былой блеск, а под ними залегли тёмно-серые круги. Я заново учил его держать ложку. Доходило до того, что я сам кормил его, насильно заставляя питаться, ибо силы его были на исходе. Сейчас он чувствовал себя более или менее нормально. Но были моменты, когда он кричал во сне и неосознанно хватался за меня. До сих пор удивляюсь, как мы смогли пережить это нелёгкое время. Теперь же, наши обоюдные страхи появлялись уже по другой теме. - Может, ещё подождем? – я виновато улыбнулся, проводя тыльной стороной ладони по его щеке. - И сколько мы будем ещё ждать? – усмехнулся Билл, кладя свою руку поверх моей. – Тяни, не тяни, а когда-то всё-таки придётся это сделать. Но если ты не хочешь или передумал, то я не буду тебя принуждать, - он слегка помрачнел от своих слов и закусил губу. - И чего это ты себе напридумывал? – я пересел на его шезлонг, укладываясь рядом, и заглянул в глаза. – Я хочу этого больше всего на свете, но если ты пока не готов, мы не должны торопиться. - Я готов, - уверил он, утыкаясь носом мне в шею, - просто немного страшно, - Билл оторвался от меня и смущённо заглянул мне в глаза. - Я постараюсь, чтобы всё прошло по высшему разряду, - и прильнул губами к бьющейся на шее жилке. Билл рвано выдохнул, цепляясь пальцами мне за плечи, и откинул голову назад, предоставляя мне полную свободу действий. Я бережно прикусил нежную кожу, проводя языком сверху вниз, вдыхая такой родной и любимый запах. Гладкость его кожи возбуждала неимоверно, и даже мои широкие шорты не смогли бы скрыть сей факт. Я в который раз находился на грани, но всё никак не мог переступить черту. И если свои чувства я кое-как, но принял, то вот свои желания я очень боялся воплотить в жизнь. Моя бурная фантазия подкидывала такие немыслимые картинки, что мне становилось стыдно даже перед самим собой. - Стой! - Билл сделал резкий выпад, отталкивая меня, чему я был несказанно удивлён. - Что такое, малыш? – я испуганно уставился на близнеца. - Всё это, - он немного замешкался, собираясь с мыслями, - так не должно быть, Том. Это неправильно. - Да что неправильно? – я никак не мог понять, к чему ведёт этот разговор. - Я не хочу так! – воскликнул брат, отталкивая меня, и встал с шезлонга. – Сегодня я снимаю номер в отеле, и когда ты будешь абсолютно готов, тебе стоит только набрать мой номер, - и, не оборачиваясь, пошёл в дом. - И что это ещё за выкрутасы? – прошептал я, смотря в спину удаляющемуся близнецу. Я подумал, он пошутил, но, как бы не так. Билл был настроен решительно – это я понял, когда обнаружил в холле большую дорожную сумку. Подперев косяк, я смотрел на сборы, не до конца веря в происходящее. - Билл, может не нужно так кардинально подходить к этому вопросу? – я постарался улыбнуться, но выходило как-то плохо. Что ещё за детский сад? Можно же ещё раз обговорить и прийти к обоюдному решению. Но Билл, видимо, думал по-другому. Он упорно собирал вещи, пыхтя и нервозно заталкивая остатки в уже переполненную сумку. - Знаешь, что?! – воскликнул он, а глаза метали молнии, он сейчас походил на маленького мальчика, которому отказывали в сладком: весь взъерошенный, губы поджаты, уголки которых смотрели вниз, тонкие ноздри раздувались при глубоком и тяжёлом дыхании. – Ты тупой извращенец! – он гордо упёр руки в боки и с вызовом посмотрел на меня. - Я – извращенец? – тихо прошипел я, отрываясь от косяка и наступая в его сторону. Его задор слегка поубавился, стоило ему заметить мою хищную улыбку. В эту секунду мне стало плевать на страхи. Осознание того, что глупо оттягивать неизбежное, пришло также внезапно, как дикая волна возбуждения накрыла меня с головой, от одного только вида разгоряченного брата. Билл немного замешкался, отступая назад, но мне было плевать на всё. Будь, что будет. Мне уже было всё равно, какие позиции в сексе мы займём, хотя, этого даже и не было оговорено заранее. Но это и не так важно, главное – это отношения. У меня не было раньше опыта с парнями, как и у Билла, ну, не считая его маленькой интрижки с этим недомерком. Стоило мне вспомнить ту «умилительную» картинку, которую я застал по возвращении из Нью-Йорка, как меня тут же скрутило в тугой узел чувство ревности, и я больше не мешкая ни секунды, в один миг преодолел расстояние между нами и впился в него голодным поцелуем. Билл еле слышно пискнул и тут же обмяк под моим напором. Он позволял терзать свой рот, с жадностью отвечая. Поцелуй был резкий, сопровождаемый глухим рычанием – моим, и слабым постаныванием – Билла. Как же глупо было отказываться от всего этого раньше. И даже то, что я пытался себе внушить, что Билл ещё не пришёл в форму после своей зависимости, казалось просто отговоркой, неправдоподобной отговоркой. Я хотел его, до дрожи в коленях хотел, но боялся сделать что-то не так. Но все мысли одним махом выветрились из головы, стоило Биллу опустить руку на мою ширинку, сдавливая уже вставший колом член сквозь грубую ткань джинс. Я глухо застонал, разрывая поцелуй и роняя свою голову ему на плечо. Его руки нетерпеливо расстёгивали пуговицы, затем вжикнула молния, выпуская на волю моё достоинство. Нетерпеливые пальцы сомкнулись у основания, сразу же переходя к действиям. Он сразу взял быстрый темп, всё сильнее убыстряя движения рукой, подушечками пальцев он слегка задевал болезненно чувствительную головку, размазывая капли смазки. - Остановись, - тихо прохрипел я, перехватывая руку брата и пытаясь выровнять дыхание. Всё это казалось таким безумно неправильным. Я не так представлял себе наш первый раз. Не в холле же, в самом деле. Но Билл понял всё по-своему. - Ты опять будешь кричать о том, что нам нужно подождать?! – закричал он, отталкивая меня. – Какого хера, Том?! Чего ты добиваешься?! – его трясло от злости, его руки нервно подрагивали, а ладони самопроизвольно сжимались в кулаки. - Тише, - прошептал я, ласково улыбаясь, моё возбуждение зашкаливало, но даже в этом состоянии я понимал, что нам нужно, как минимум, попасть в одну из наших спален, его или мою – неважно, чтобы продолжить. – Я только хотел сказать, что нам просто необходимо подняться наверх, что здесь даже кровати нет, - я обвёл глазами холл, где кроме узкого дивана и пары горшков с фикусами ничего не было, и просительно улыбнулся. Билл проследил за моим взглядом. Его глаза потемнели, а губы были закушены, он схватил меня за руку, тут же утягивая за собой на лестницу. Мы не бежали, мы неслись в комнату, перескакивая через ступеньки. Я запыхавшийся ввалился в спальню вслед за братом, и сразу же был впечатан в стену. Его горячие губы с жадностью впились в мои, не давая и малой толики на доминирование. Он стал по-хозяйски исследовать мой рот, вторгаясь внутрь мокрым от слюны языком. Зубы сомкнулись на моей нижней губе, оттягивая, причиняя такую сладкую боль. - Я так хочу тебя, - прошептал Билл, отрываясь и переходя поцелуями мне на шею, - везде хочу! – подытожил он, одним рывком стягивая мою футболку и отправляя её на пол, за ней последовали и джинсы, и боксеры, которые уже успели слегка промокнуть от смазки. Билл присел передо мной на колени, одной рукой обхватывая мой член, а второй притягивая ближе, мёртвой хваткой вцепившись в ягодицу. Его немного отросшие ноготки впились в кожу, заставляя сжаться, но тут же расслабиться, когда его горячие губы сомкнулись на головке моего члена. Он не осторожничал, а сразу же прикусил крайнюю плоть, от чего я зашипел, опуская голову. Билл лукаво улыбнулся, смотря мне в глаза и вобрал в себя пульсирующий орган наполовину, принимаясь яростно сосать, будто от этого минета зависела, как минимум, моя жизнь. Хотя, по сути, так и было. Если бы он этого не сделал, я бы просто умер на месте от нахлынувшего возбуждения. Мне и раньше делали минет, но ничего лучше я и представить себе не мог. А именно потому, что делал мне его он – мой самый близкий и любимый человек на земле. Это его губы сейчас скользили по стволу, жадно исследовав каждую венку, его язык чертил невидимые узоры, проходясь по болезненно возбужденной головке, чуть проникая в уретру. Его ногти впивались в мои ягодицы, принося ни с чем несравнимую, но в то же время такую желанную боль. Ещё немного таких его настойчивых ласк, и я готов был отдаться ему в вечное пользование, лишь бы это безумие не прекращалось, но у него были свои планы на этот счёт. Мне нравилось его доминирование, он делал всё, чего был лишён всё это время из-за моих глупых предрассудков. Билл резко выпустил мой член изо рта, от чего я обиженно застонал, уставившись на него. Он только криво улыбнулся, освобождая себя от одежды. Затем немедля, схватил меня за руку, утягивая на кровать. - Надеюсь, - глухо прошептал близнец, падая на постель и обхватив рукой свой член, ноги он согнул в коленях, расставив в стороны, - у тебя уже был опыт в подобных делах? – он с вызовом посмотрел мне в глаза, приподнимая ягодицы и открывая вид на соблазнительно сжавшуюся дырочку между ними. Она выглядела так возбуждающе, что мне до колик захотелось пройтись по ней языком, в чём я себе, собственно говоря, не стал отказывать. Его вопрос остался без ответа. Он всё знал про меня и мои похождения, и то, что у меня был опыт в анальном сексе, я также ему рассказывал. Запрыгнув на кровать, я устроился между его ног, спокойно поиграл бровями, и медленно, не разрывая зрительного контакты, стал опускаться к его промежности. Билл недоверчиво смотрел на меня, но ничего не говорил, видимо проверяя, как далеко я могу зайти. Я уткнулся носом ему в яички, втягивая такой пьянящий запах любимого и напористо провёл языком по сфинктеру, немного надавливая на вход. - Ох, - выдохнул Билл, выгибаясь под такой незатейливой лаской. А для меня это было словно красная тряпка для быка. Спуская тормоза, я начал нетерпеливо водить языком, стараясь, как можно глубже проникнуть в дырочку, которая сжималась от каждого вторжения. Тугие стенки обволакивали, слегка сжимали, от этого меня самого вело неимоверно, что уж говорить о Билле. Он стонал в голос, сжимал побелевшими пальцами простынь, выгибался, будто дикая кошка, шипя и царапая ткань. Его обнажённое тело покрылось испариной, а по щеке маленьким ручейком стекал пот. Впившись ногтями в бёдра брата, я, что есть силы, развёл их в сторону, слегка приподнимая, что давало мне возможность, как можно глубже проникнуть, лаская бархатистые стенки ануса. Никогда бы не подумал раньше, что буду млеть от того, что вылизываю чью-то задницу. Но сейчас, делая это с братом, я очень жалел, что не сделал этого раньше. Мой стояк уже во всю пульсировал, заставляя потираться о простынь, чтобы хоть немного остудить свой пыл. Я никогда в жизни не хотел кого-то так, как хотел в данный момент Билла. Его пошлые стоны напрочь выносили мозг, от чего, некогда выстроенные мной барьеры, рушились, как карточный домик, заставляя отдаваться своему желанию и пить жадными глотками этот коктейль страсти. Билл, как можно глубже, старался насадиться на мой язык, но этого было мало нам обоим. - Том, - выдохнул он, привставая на локтях и смотря мне в глаза, - если ты мне сейчас не вставишь, то я тебе сам вставлю, и не думай, что я буду нежничать, - криво усмехнулся он, и по его взгляду я понял – он не шутит. И когда это мой братец стал таким доминантом? От одного только взгляда дрожь пробегала по телу, заставляя передёрнуть плечами. В нём чувствовалась сила, натура «ведущего». И в этот момент я отчётливо понял, неважно в какой позиции я буду в сексе с братом, даже будучи сверху, я всё равно буду жёстко оттрахан своим близнецом. Свои позиции он не сдаст, даже если я его трахну, выглядеть это будет с точностью, да наоборот. Хотя, я и не против. Но самое главное у меня вылетело из головы – презервативы и смазка. Мысленно я раз десять ударил себя по лбу, матеря за такую глупую оплошность. Заметив моё замешательство, Билл с улыбкой лидера подмигнул мне, рукой выуживая из-под подушки немаловажные атрибуты. - Я основательно подготовился, - хохотнул он, кидая в меня несколько упаковок резинок и баночку с лубрикантом. - Так ты и не собирался ни в какой отель? - спохватился я, с обидой закусив губу, поняв, что меня развели, как сопливого школьника. Ещё раз убеждаясь в умении брата подчинить своей воле. - А ты думал, - он с ухмылкой поиграл бровями. – А как иначе я мог заставить тебя переступить через свои страхи и опасения? Только так, Том, только так. - Ну, тогда держись! – прошипел я, выгибаясь, будто хищник перед броском на добычу. Свинтить крышку с флакона со смазкой оказалось секундным делом. Холодная субстанция растеклась по пальцам, я подышал на неё, немного согревая. Стоило мне прикоснуться к дырочке брата, как он тут же сжался, втягивая воздух сквозь сжатые зубы. - Расслабься, малыш, - я нежно провёл свободной рукой по его бедру, на что он только фыркнул, сам пытаясь насадиться на мои пальцы. Я не хотел торопиться, но возбуждение уже зашкаливало, член уже начал болезненно подрагивать, желая, как можно быстрее, оказаться внутри трепещущего тела любимого. Дыхание спёрло, когда я осторожно протолкнул один палец в брата, оглаживая мягкие стенки внутри. Билл громко застонал, подаваясь навстречу. Терпение было на исходе, поэтому, немного погодя, я добавил второй палец, пытаясь растянуть оба на манер ножниц, но узкое отверстие не давало этого сделать, плотно сжимая в кольцо. Я сдержанно растягивал тугие стенки, а у самого все внутренности скручивало от желания. Поняв, что Билл уже готов принять в себя и третий палец, я тут же протолкнул его, сразу же начиная быстрые движения. Билл шипел, кусал губы, непроизвольные слёзы стекали по его раскрасневшимся щекам. Мне так сильно захотелось почувствовать их вкус, ведь это не были слёзы боли, скорее слёзы страсти от долгожданного вторжения. Я склонился над Биллом с жадностью слизывая солёную влагу. Брат распахнул замутнённые желанием глаза, потерянным взглядом смотря на меня. - Тебе больно? – суетливо поинтересовался, останавливаясь. - Нет же, - обиженно проскулил Билли, подаваясь вперед, побуждая меня к действиям. – Мне мало, Том. Я хочу чувствовать тебя, твой член глубоко в себе, - выдохнул он, мельком мазнув губами по моей щеке. Просить дважды меня не требовалось. Трясущимися руками я разорвал упаковку презерватива, раскатывая прохладный латекс по члену, обильно смазав ствол, я приставил головку к растянутому сфинктеру, медленно надавливая на вход. Но Билл уже изнемогал, поэтому он резко насадился на мой член, болезненно застонав, хватаясь пальцами мне за плечи. - Тише, нетерпеливый, - глухо засмеялся я, с нежностью прикасаясь губами к виску, собрав при этом все силы, чтобы сразу же не начать двигаться. - Да не могу я больше терпеть! – воскликнул он и сделал то, чего я никак не ожидал, а именно, одним резким движением перевернул меня на спину, придавливая своим весом. Он стал с силой насаживаться на мой член, болезненно морщась, но всё равно продолжая наращивать темп, вскидывая бёдра. Его хрупкое тело поблескивало от пота, мышцы пресса сжимались от каждого толчка, а упругий ровный член ударялся о живот, при движениях бёдер. Эта картина завораживала. Сейчас мы, как никогда раньше, были близки друг к другу, желание слиться как можно сильнее, застилало глаза, будто невидимая дымка. Слёзы стекали по щекам, а пальцы самопроизвольно сжимали гладкую кожу бёдер брата, помогая ему двигаться. Он стонал в голос, извивался, цепляясь холодными пальцами мне в предплечья, его язык то и дело проходился по сухим губам, сверкая соблазнительным шариком пирсинга. Один вид возбужденного брата крошил мозг, от чего, и без того помутневший разум, растворился в пелене желаний. Тугое кольцо мышц так сильно обволакивало мой член, а бархатистые стенки приятно ласкали напряжённую головку. Я плавился под напористыми движениями любимого, стараясь продержаться, как можно дольше. Но оглушительный оргазм настиг меня внезапно. Я громко вскрикнул, вскидывая бёдра, последний раз насаживая брата на свой пульсирующий член. Фейерверк из звёзд взорвался в голове, а неведомое до этого тепло приятно потекло по телу, заставляя узел внизу живота рассасываться, а волнам блаженства захлестнуть с головой. Не мешкая ни секунды, я схватил член брата, и, смотря ему прямо в глаза, довёл его до кульминации, продолжая ленивые толчки у него внутри. Он громко закричал, изливаясь мне в руку и пачкая мой живот своей спермой. Без сил завалившись на меня сверху, Билл уткнулся мне в висок, судорожно глотая воздух. Он своим горячим телом прильнул ко мне, стараясь прижаться, как можно крепче. - Это было божественно, - собрав остатки сил, проговорил я, немигающим взглядом смотря в потолок. Билл тихо хихикнул, не поднимая головы. – Ты чего? – непонимающе поинтересовался, повернув голову. - Ты когда-нибудь видел себя со стороны во время оргазма? – он привстал, опираясь на локти и заглянул мне в глаза. - Каким это образом, скажи мне? – улыбнулся, поглаживая его по пояснице. - Это нечто! – выдохнул он мне в губы, нежно целуя. – В следующий раз, я хочу попробовать сверху. Ты же не против? - Нет, - честно ответил я. – Тебе я готов позволить всё, что угодно. - Я буду очень нежен, - снова прикасаясь к моим губам, лениво углубляя поцелуй. – Люблю тебя, - отрываясь от меня. - И я люблю тебя, - прошептал я, а душу распирала неведомая до селе нежность. И как я мог осознанно воздерживаться от этого безумия? Наши отношения с близнецом перешли на новую стадию, давая возможность познать друг друга с тех сторон, о которых другие даже мечтать не могли. Я люблю Билла, и прав был Георг, когда говорил, что мы неосознанно тянулись друг к другу, отгораживая от остальных. И Билл любит меня – это я знаю точно. Ни это ли счастье?