let the sky fall

~*~

понедельник

Сегодня понедельник и срок сдачи эссе Троя уже три дня как истёк. Я не знаю, что делать с этим парнем. Мы с его классом провёли ещё три урока, не считая того, в понедельник. На всех трёх уроках Троя, естественно, не было. Но что самое удивительное, так это то, что Трой вообще не появлялся в школе, начиная со среды. То есть последний раз я видел его в гей-баре. И после этого он пропал. Причём не только для меня, теперь и для остальных учителей тоже. Кстати, они мне сказали, что для мистера Меллета это не редкость. Мол, он может не приходить в школу или на отдельные уроки неделями, при этом приходить и великолепно сдавать экзамены в конце триместра. Коллеги говорят не переживать и не злиться. Всё равно бесполезно. Но лично я просто не люблю такое отношение к себе. И, в конце концов, должен же кто-то поставить этого мальчика не место? Так почему бы не мне этим заняться? Да, я уже шестой день нахожусь в поисках Троя Сивана. И соответственно, шестой день о нём думаю. Если не весь день, то хотя бы школьный уж точно. Меня очень зацепили наглость и загадка, что ли, этого парня... Я не знаю, мне просто хочется его встретить однажды и за ухо притащить к себе на урок. Он так раздражает и напрягает, хотя, по сути, ничего не делает. Даже в школу не ходит. Кори говорит, что Трой регулярно посещает одно гей-заведение. То в качестве посетителя, то в качестве бармена. И я просил Кори поговорить с ним, но он отказался портить о себе впечатление, мол, он не такой "старый нудный препод", как я. А сам я не хочу появляться в "Голубой луне". Меня просто не тянет туда. Сиван отбил у меня всё желание. Теперь мне кажется, что каждый раз, когда я начну там обниматься с каким-либо милым парнем, мне будет мерещиться мой ученик, наблюдающий за мной... А это очень щекотливо. Глотаю третью таблетку обезболивающего и продолжаю рыться в сумке. Нахожу пачку сигарет. Нет, Тайлер, ты бросил, и как вообще эта дрянь к тебе попала?! Сжимаю пачку в руках, но не выкидываю. Потом выкину. Пусто. В сумке нет книги. Отчаянно вздыхаю и откидываюсь на спинку стула. Что теперь делать? У меня нет книги, зато есть сигареты. Но курить в школе – это совсем кощунство, не говоря уже о том, что я бросил! Качаюсь на стуле и осматриваю парты. Большая перемена только началась, а я, видимо, самый счастливый учитель в мире. У меня совсем нет работы. Так ещё и следующего урока нет. Что делать? Читать то, что на электронной книге, то есть то, что по школьной программе уже тошнотворно, если честно. Байрон, Диккенс, Стивенсон, Шоу уже от зубов отскакивают. Что делать? Ладно. У меня просто нет выхода. Потому что нет книги. Кори. Набираю номер Кори. Может, хоть он как-то поможет мне убить время? – Друг, выручай. – Погоди, – он кашляет, – погоди, училка, у меня для тебя тут сюрприз есть. – Ну... я весь во внимании, если это всё ещё актуально. Вовремя позвонил. – Неужели. Стоп. Ты не работаешь! Ах ты сорванец. – У меня окно, Кори. Мне скучно. – Сейчас пройдёт, – я слышу, как хлопают двери там, где сейчас находится Кори. Слышу работающий телевизор и даже шаги Кори. – У меня тут на днях твой парень попросил имэйл... – Кто? Нет. – Ну ученик этот твой, – боже, ну почему опять он?! – Он сказал типа, что я ничего. Причём я должен был догадаться, что я ему не понравился. Так как обычно просят либо телефон, либо сразу зовут домой. Или в туалет. А там уже... – И? Что дальше? Ближе к делу, Кори. – Вчера вечером он прислал мне сюрпризик, – усмехается он и закидывает себе что-то в рот, начиная шумно пережёвывать это, – без всяких подписей скинул документ. Я думал, там фотка его шикарного юного тела, но там какой-то долбанный реферат или что-то... Наверное, это было адресовано тебе. Ну ничего себе. – Почему ты не сказал мне раньше?! И про что там написано? – Ну у меня отходняк был, прости. Там какая-то херь под название-е-ем, – тянет он, видимо, подглядывая, – "Речиф Бретонн. Порнографическая графомания как маниакальное искусство". Я честно попытался прочитать. Ничего не понял. Но мне понравилось, что там есть связь с порно. Ого. Речиф Бретонн... Интересно. Очень интересно. – Да ты шутишь?! Можешь мне переслать сейчас? Пожалуйста? У меня как раз окно. Ты сейчас не на работе? – Не-а, у меня сегодня вечерняя группа. Сейчас схожу отлить и отошлю тебе писульки твоего ненаглядного. Улыбаюсь телефону. Сияю ярким солнцем, как идиот. Вот это лакомство мне сейчас достанется. Эссе от мистера Меллета! Аж сердце быстрее забилось. Наконец-то, наконец-то, я окончательно пойму, что этот парень ничего из себя не представляет! Хотя тема с тем писателем, которого он выбрал, достаточно смелая и сложная... Настораживает. Честно, даже не думал, что он знает Речифа Бретонна(1)... Но чем чёрт не шутит, верно? Спустя пять минут получаю на почту документ. Прямо руки чешутся. Открываю и, действительно, там эссе Троя: не глупая шутка Кори, а самое настоящее эссе. Нервно сглатываю и устраиваюсь поудобнее.

~*~

Я не отрицаю того, что он подсознательно сравнивал себя с проститутками, издавая по роману в день (условно). Параллель между его творчеством и тягой к сексу очевидна. /// Он был утопистом в самом высоком значении этого слова. Но утопист и порнографический графоман – два ли совместимых понятия? Может ли человек, неспособный сдерживать свои писательские и сексуальные потуги, быть утопистом? По моему мнению, Речиф смотрел на мир антиутопским взглядом. Его политика – разрушить всё и построить заново. Чтобы работало безукоризненно и регулярно делало минет. /// Поразительная детальность и точность в литературе Речифа Бретонна лично меня пугает. Он прекрасен в своих знаниях. Его «Южное открытие, произведенное летающим французом» полно сведениями о физике микромира, спутниках, авиации, космосе, инопланетных существах, межпланетных "снарядах" и т.д.. Возможно, автор был психически болен и он подсознательно мечтал отдалиться от этого мира, поэтому стремился в космос, где всё, как известно, работает по законам и только. /// Речиф Бретонн идеален в своих способностях разбирать всё по косточкам. Он чуть ли не забирается в каждое женское влаглище и составляет из них потом палитру. Это похоже на маниакальность. Автор был зависим от письма, зависим от эротики, был помешан на достоверности и предельной точности каждой детали своих произведений. Я думаю, Речиф Бретонн – одинокий, сошедший с ума гений. Он мой кумир. /// Но мой любимый французский писатель относительно XVIII века - это сказочник Шарль Перро.

~*~

Честно, я поражён. Я не ожидал. Я думал, что там будет какая-то банальщина, типа вырезок из биографии автора, либо подробного анализа его писем, очерков и так далее... Но Трой просто залез к писателю в голову? Он на основе произведений составил психологический портрет Речифа Бретонна. Чего никто никогда раньше не делал. Трой определил его стремления, его характер, обозначил его психические отклонения, и я сейчас просто не знаю, что и думать. Я действительно шокирован и восхищён. Мистер Меллет меня приятно удивил и, признаюсь, мне даже хочется перечитать это эссе как-нибудь потом. Он был тем самым художником, который никогда не моет руки после процесса написания картины, и прямо так появляется на улице. Я вижу в этом искусство, я вижу в этом красоту и эстетику. Он порнографически показывал нам свою зависимость от письма, и это удивительно – то, как все детали жизни этого человека складываются в единый для меня паззл. Боже, как? Я бы сам никогда так не написал, честно. А вот это моё самое любимое: "Но мой любимый писатель – это сказочник Шарль Перро." Да Трой просто дал мне сапогом по лицу таким образом. Мол, забудьте всё, что я написал до этого. Ничего из этого не имеет смысла, и Вы прочитали сейчас всё это просто так. Ставьте мне "C", я и рад буду. Господи, он такой невыносимый, но как он это сделал? Должно быть, списал или... но откуда?! Такого нигде нет! Это первый подробный анализ личности автора! Я правда не знаю, что делать... Провожу шестой урок и постоянно перечитываю фразы из эссе Троя. Удивляюсь с каждым разом всё больше... Как он это сделал?..

~*~

среда

– Дети, никто так и не знает, что с Троем? – Да с ним никто не общается, – слышу я голос с последней парты. – Ну и что же нам с ним делать... Вы все получили свои папки с вопросами, а мистер Меллет, что, получается, без домашнего задания останется? – хмурюсь, грозно осматривая класс. – Нет, так нельзя. Кто знает, как зовут того парня, с которым Трой иногда ходит? – Коннор. Коннор Франта, – отвечает сидящий у окна мальчик. – Но Коннора тоже нет, – подхватывает другой ученик. Славно. Просто славно. Такое ощущение, что этот Меллет всё просчитал заранее. Нет ни его, ни его единственного друга, а ещё раз побеспокоить директора было бы наглостью и проявлением непрофессионализма с моей стороны. – О'кей, кто-нибудь знает, где живёт Трой? – На помойке он живёт. Я прислушиваюсь, ищу глазами и снова выхожу на того парня с последней парты... У него зуб и на меня, и на Троя. Создаётся впечатление, что он зол просто на весь мир. – Не очень уместная вставка, мистер..? – Веб. Харрисон. – Мистер Веб. Не нужно так говорить... Ладно, я сам разберусь с адресом Троя. Продолжаем урок.

~*~

Сейчас четыре часа дня, и я уже вышел из школы. Напрявляюсь прямо к дому Троя с большой синей папкой в руках. Если Трой не идёт ко мне, то я приду к Трою – всё просто, я его, в любом случае, не оставлю в покое. Особенно после того эссе. Улица им. Эванса, 14 дом А. Вроде бы, пришёл. Не особо-то и далеко он от меня живёт, кстати... В сотый раз поправляю волосы, застёгиваю и расстёгиваю куртку и, выдохнув, звоню в дверь. Из дома выходит рыжеватая женщина средних лет в потрёпаной одежде. Очевидно, что она мама Троя. – Здравствуйте, – улыбаюсь я. – Здравствуйте. Её голос так же твёрд и напорист, как и голос Троя. Эта семья кажется мне слишком закрытой и агрессивной. – Меня зовут Тайлер Окли. Вы миссис Меллет, я полагаю? – Ну правильно полагаете, да. Что вы хотите, Тайлер? Она скрещивает руки на груди и хмурит брови. – Я преподаю литературу в классе вашего сына. Можно я... – указываю на дверь, намекая на то, что не очень хорошо разговаривать через порог. – В этом нет необходимости, мистер Окли. Я думаю, Вы быстро. О, нет. – Ладно... Вы знаете, что его уже больше недели нет в школе? – Трой ходит в школу. – Ваша неправда. На моих уроках он уж точно не появляется, – она морщит лоб и смотрит на меня со скрытым отвращением. Мне неприятно и обидно. Что я сделал-то? – Собственно, посещаемость Вашего сына – не моё дело, я пришёл лишь, чтобы передать ему его домашнее задание, – протягиваяю папку, которую миссис Меллет, буквально, вырывает у меня из рук. – На подготовку у Троя неделя. Женщина смотрит на бумаги и разворачивается. Возвращается в дом, хлопая дверью и бросая мне кроткое "До свидания." О, нет. Должно быть, Трой просвятил её, что я открытый гей. Правда, а он-то откуда узнал об этом? Или она посчитала меня слишком юным и, соответственно, "необразованным" для преподавателя(?), хотя это вряд ли. Потому что в этом случае она бы не смотрела на меня с таким презрением. Конечно. Учитель-гей, какой ужас! Мой бедный мальчик Трой! Как же всё это отсточертело... Почему я, блять, должен бегать за эиим Троем и терпеть такое отношение к себе?! Иду домой в ужасном настроении. Ещё один день коту под хвост. Спасибо, Трой Сиван.

~*~

пятница

В четверг я познакомился с другом Троя. Коннор Франта показался мне довольно инфантильным мальчиком, но он очень старался произвести впечатление. Однако больше всего меня поразила причина, по которой мы с Коннором "столкнулись". Сейчас у меня такой период в жизни, что на любой вопрос, заданный мне, я могу с лёгкостью ответить "Трой" и этот ответ окажется правильным. Причина, по которой Коннор подошёл ко мне – Трой. Трой просил его передать мне, что завтра он выйдет в школу и принесёт домашнее задание (уже!). А также... кхм, Трой извинялся за поведение своей мамы, и Коннор сказал, что она просто немного у него странная. Удивительно, но мистер Франта оказался очень тихим, прилежным и милым мальчиком. Он разговаривал с опаской, как обычно и разговаривают с учителями – то есть с его другом у него не было ничего общего. Разве что, когда я спросил Коннора, что с Троем, он ответил, что Трой работает, после чего быстро добавил: "А вообще-то, это его личное дело. До свидания." и ушёл. Самоуверенность Сивана очевидно проскользнула в поведении Коннора. Но, в любом случае, я рад, что у Троя есть хоть немного совести, и он даже попросил прощенья за свою маму. Я польщён. Но сегодня пятница и сейчас у меня ланч: я как обычно провожу всю большую перемену в своём кабинете за чтением книги. Жадно уплетаю китайскую лапшу, и тут слышу, как кто-то стучит в дверь. Пребывая в лёгком удивлении, отвечаю "войдите", так и не закончив с едой. На пороге появляется Трой Меллет. – Трой?! – от удивления я раскрываю рот и чуть ли не падаю со стула. Знаю, Коннор предупредил меня, но это всё равно очень неожиданно. Слишком неожиданно. Трой Меллет, за которым я бегаю уже больше недели, сам приходит ко мне в кабинет с домашним заданием в руках?! С тем самым домашним заданием, вопросы для которого он получил только день назад?! – Здравствуйте, мистер Окли, – он невозмутимо проходит в класс и швыряет листки мне на стол, словно делая какое-то одолжение. – Приятного аппетита. – Трой, я, конечно, очень рад тебя видеть, но, похоже, ты не в настроении, а шишки опять все мне? – отставляю я в сторону лапшу. – Я всегда не в настроении, – он разворачивается к двери и, видимо, собирается уходить. Что? – Трой, ты куда?! У тебя сейчас урок в этом классе, если ты помнишь. – Я болею. – Трой, останься, у нас сейчас будет очень важная тема для подготовки к итоговому эссе! – До итогового эссе ещё два с лишним месяца. – Трой ты слишком редкий гость на моих уроках, – начинаю уговаривать я. Да, уговаривать, чёрт возьми. – А ты, судя по твоему эссе, силён в литературе и она тебе нравится? – Трой останавливается и слушает. – Мне было бы очень интересно ещё раз послушать твою точку зрения, узнать о твоих впечатлениях? – молчит. – У тебя же светлая голова, Трой, зачем ты прогуливаешь? Он разворачивается и направляется к последней парте возле окна. Не говоря ни слова. Должно быть, он не может признать того, что я всё-таки уговорил его, но и уйти не может, потому что я, блин, уговорил его! До начала урока ещё пятнадцать минут. В классе только я и Трой. Он сидит на последней парте и слушает свою музыку настолько громко, что я могу слышать этот панк-рок, сидя в восьми метрах от него, у доски. – Мистер Окли, – неожиданно зовёт меня он. – Да? – Зачем Вы постоянно ходите в гей- Он не успевает договорить, так как в класс заходит пара смеющихся девочек, и комната уже перестаёт быть столь пустынной. Гей что? Гей-бар? Зачем я постоянно хожу в гей-бар? А зачем ты это спрашиваешь? И неужели ответ не очевиден для тебя? Ты же сам туда ходишь! Постепенно класс заполняет всё больше и больше народу. Дети начинают шуметь, что-то живо обсуждать, смеяться, и я ищу глазами Троя, но он зациклен на том, что происходит за окном, и на своей музыке. На меня он, конечно же, не смотрит. С чего бы.

~*~

– Итак, я слушаю ваших мнений, – запрыгиваю я на стол. – Ну давайте же, мы с вами изучили всего Байрона вдоль и поперёк, так в чём проблема, дети, почему молчим? Тихая девочка (вроде, Бекки) с первой парты поднимает руку. – Я думаю, что его всегда привлекал образ жизни романтического героя. Байрон постоянно писал в романтизме, о романтизме и для романтизма, и... в итоге он сам стал частью романтизма? Романтической фигурой. – А какая она, романтическая фигура? – Одинокая... несчастная, полная инициативы, как сам Байрон. – Хорошо. Очень хорошо. Банально. – Сомневаюсь, что Байрон был полон инициативы, – слышу я знакомый голос. Трой. Трой Меллет. Мне становится интересно и я киваю. – Сомневаюсь, что он вообще был романтическим героем... Нельзя вешать на человека ярлык: я уверен, что Байрон чувствовал то, что он чувствовал и жил так, как он жил, не потому, что он хотел быть похожим на романтического героя. Я думаю, Байрон совсем не был активным. Он слишком много делал и слишком долго искал. Вероятно, искал себя. Но так и не нашёл... Лорд Байрон просто стремился к покою и равновесию. Но он не был полон инициативы. Потрясающе. У меня, кажется, начинают гореть уши, но я не показываю своего восхищения, лишь говорю Трою "Очень умно, мистер Меллет" и стараюсь переключиться на другого ученика. Как он это делает? – Мистер Веб, а Вы что думаете? Этот парень, я уверен, ответит какую-нибудь чепуху, и я перестану уже так сиять, как сияю после ответа Меллета. Остыну. – Я ничего не думаю, – бурчит он. – Да ладно Вам? Я не верю, давайте же. – Я не хочу Вам ничего отвечать. Господи. – Это ещё почему, интересно? – Скажите, а чему меня может научить учитель-гей? Замолкаю. Я удивлённо смотрю на него, копируя поведение всего класса. Не знаю, что ответить, потому что... Потому что, блять... Это оскорбительно. Очень оскорбительно. И неожиданно... (ну, относительно). – Харрисон, ты серьёзно? Трой оборачивается к сидящему за соседней партой Вебу и надменно над ним смеётся. – Что не так, Меллет, ты не согласен со мной? – Конечно, нет. Понятное дело, что такую дубину, как ты, вообще невозможно никем и ничему научить, но за остальных-то помалкивай, а. – Трой и Харрисон, я бы попросил вас оставить эту тему сейчас же! – говорю я максимально строго, хотя у самого начинают дрожать коленки. – Ты мне говоришь помалкивать? Ты мне?! Да ты чёртов фрик, уродец, такой же, как и он, – парень указывает на меня и я тут же отхожу от шока. Да они же сейчас драться начнут, господи! – И ты не имеешь права вообще обращаться ко мне. Харрисон дорвался и сорвался. Очевидно, что у них с Троем очень давняя вражда, о которой я не имею понятия, но сейчас это не важно. Встаю со стола и иду к их партам, от которых чуть ли не искры летят. – Хорошо, тогда я, в свою очередь, пойду к твоему папаше и попрошу его, чтобы он заблокировал все твои счета, деньги с которых ты тратишь на грёбанные наркотики, что окончательно уже разъели твой и без того крошечный мозг, – язвит Трой. – Деградацию нужно прекращать, а ты, Веб, – самый яркий пример превращения человека в обезьяну. – Хватит! – я встаю между их партами и одариваю суровыми взглядами обоих. – Спасибо за то, что сорвали урок. На котором вы, кстати, больше не присутствуете. Пошли вон из класса. Они переглядываются, о чём-то договариваясь глазами. – Я сказал, вон из класса! – Да с радостью, – Харрисон вскакивает из-за стула и, буквально, сбегает с урока. Похоже, он счастлив, что ему не придётся ещё сидеть на уроке, который ведёт этот "противный гей Окли". Я тоже счастлив. Трой молча встаёт, даже не поднимая на меня глаз. Он послушно следует моим указаниям и направляется к выходу. – Нет-нет-нет, мистер Меллет, постойте. Вы выйдете через террасу. Он просто разворачивается и, ни слова не отвечая, удаляется из класса. Ещё один мой день был испорчен Троем Сиваном Меллетом. Даже Харрисон не столько мне подпортил настроение, сколько Трой. Он умеет молчать, когда хочет – он не должен был опускаться до уровня Веба и начинать с ним ссору прямо во время моего урока. Это неуважение и ко мне, и к себе. Спасибо, Трой Сиван. Снова спасибо, Трой Сиван.

~*~

Джим зовёт меня на выставку, но я отказываюсь. Кори зовёт меня в новый, по его словам "шикарный" гей-клуб, но я откзываюсь. Луиз зовёт меня к себе в гости, но я отказываюсь. Я отказываюсь от всего, что мне предлагают этим пятничным вечером. Потому что я просто хочу побыть в одиночестве и покое. Мне нужен отдых. Хочу сидеть и читать домашнее задание Троя. Это, своего рода, отдых и развлечение для меня одновременно. Мне нравятся его мысли и то, что никогда нельзя преугадать, что он скажет в следующий раз. Я написал ему ряд вопросов о романтизме: среди них были, конечно, и всякие программные, типа "Кем были заложены основы романтизма?", ну понятное дело, что Уильямом Блейком, для Троя это слишком просто и уныло, я думаю. Я больше буду вчитываться в его размышления о некоторых произведениях, авторах, направлениях и так далее... Надеюсь, это будет так же интересно и оригинально, как и во все те предыдущие разы, когда я имел счастье знакомиться с его точкой зрения. Зажигаю светильник, ставлю на стол кружку с кофе и укладываюсь на кровать, доставая листы с вопросами из папки.

~*~

Трой отдал мне мои листы в первоначальном их варианте. Он не ответил ни на один вопрос. Почему я никогда не могу предсказать его действия? Как он это делает?

Sois honnêt avec toi-même. Будь честен с самим собой.

~*~

(1) – нет такого автора