От ненависти до любви

Следующие три месяца Клаус и Камилла жили в аду, периодически погружая туда тех несчастных, кто попадался им на пути – Давину, Марселя, Элайджу, Хэйли. Доставалось даже Ребекке, прилагающей гигантские усилия, чтобы избавить Ками от проклятия. Но силы оказались потрачены впустую: мисс О’Коннел со слезами на глазах продолжала бросаться на Клауса. Она царапалась, кусалась, использовала ножи, пару раз добиралась до пистолета, но об убийстве речь не шла: смертоносный кинжал первородный уничтожил, в остальном, Ками не могла причинить существенного вреда тому, кого любила и кого должна была убить. Однажды Ребекка увезла блондинку в другой город и заперла в заброшенном доме с запасом еды и воды, кстати, по просьбе самой Камиллы. Через пару часов женщина подожгла дом, чуть при этом не погибнув. После оказания пленнице первой помощи Бэка получила мощный удар кочергой по голове и потеряла сознание. Ками же благополучно вернулась, нашла Клауса и совершила очередное покушение на его жизнь, впрочем, безрезультатно. С каждым прожитым днём ненависть Камиллы к самой себе возрастала. В конце концов, она перестала бороться, уговорив Давину использовать заклинание, позволяющее запереть её в четырёх стенах. Так мисс О’Коннел оказалась добровольной пленницей собственного дома. Она перестала выходить на улицу, перестала общаться с друзьями, она перестала жить. Ведьма хорошо знала своё дело: смелая барменша Камилла больше не была человеком, осталось лишь тело, истерзанное невыносимым напряжением и попытками убить любимого мужчину и несчастная душа, покалеченная постоянными мыслями о смерти. Конечно, семейство Майклсонов продолжало поддерживать женщину, но ни их визиты, ни беседы с Марселем, ни постоянные заверения Давины, что скоро она найдёт выход, не улучшали состояние Камиллы. Яркая, красивая блондинка стала бледной тенью самой себя. Днём она безуспешно боролась с мыслями об убийстве первородного, а ночью мучилась от кошмаров, загоняющих остатки разума в глубокое бессознательное. Клаус приходил к ней каждый день, садился в кресло у невидимой черты и молча смотрел на своё счастье, заживо похороненное чёрным проклятием. В моменты, когда сущность разрывалась от неспособности помочь любимой, от звериной тоски и отчаяния, он переступал линию… Камилла набрасывалась на того, кого любила больше жизни с глухими рыданиями и диким желанием убить, а когда силы иссякали, женщина продолжала рыдать у него на груди, осознавая приближающийся конец. Но в эту ночь всё было иначе… ей снился горький поцелуй перед внушением. Казалось, воспоминания прошлых дней калейдоскопом пронеслись в голове, подарив ощущение свободы и покоя. Камилла проснулась в его руках, лениво потянулась и открыла глаза. Рядом никого не было… последнее прощание всегда жестоко, без слёз, без сожалений… на них просто не осталось сил. Девушка медленно приблизилась к зеркалу. Осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами, мутный взгляд, трясущиеся губы. Пришло время принимать решение. Клаус появился вечером. Поставил кресло ближе к черте, сел в него и молча посмотрел на Камиллу. Мисс О’Коннел не могла это выносить, больше не могла… Она подошла к невидимой стене с другой стороны, упёрлась в неё ладонями, закрыла глаза. Спустя секунду девушка почувствовала прикосновение его рук к своим, лёгкий удар тока всколыхнул сущность, обострив желание убить. Ками слабо застонала, не в силах взглянуть в лицо вампиру. - Камилла, посмотри на меня, - глухой голос нарушил мрачную тишину. Блондинка отрицательно покачала головой. - Нет, Клаус, не надо, пожалуйста. Я так больше не могу. - Посмотри на меня, - голос стал требовательным. Первородный держался из последних сил, чтобы не сорваться. Ощущение потери превратилось в изощрённую пытку. Но он не представлял жизни без неё. Пусть так, как сейчас. Пусть дико и невообразимо, но она должна жить. - Камилла, пожалуйста, посмотри на меня. И она посмотрела. Волна боли, резкой и неконтролируемой, ослепила сущность, заставив бессильно зарычать. Но Ками не отвела взгляд, она пыталась запомнить и унести с собой любимый образ: вьющиеся волосы, большие выразительные глаза, идеальные губы. В глубине души мисс О’Коннел понимала: так нельзя восхищаться мужчиной, но у неё ничего не осталось, кроме деталей, составлявших когда-то единое целое. - Я не могу так больше. - Камилла, потерпи ещё немного. Давина найдёт возможность избавить тебя от этого. Вампир хотел сделать шаг навстречу, но девушка не позволила. - Пожалуйста, не надо. Дай мне договорить, пока я не набросилась на тебя с безумным желанием убить. Клаус замер, внутри что-то оборвалось, растворившись в тёмной сущности. - Помоги мне. Не отказывай, - странный голос, блуждающий взгляд. Он терял её, здесь и сейчас, и не мог ничего сделать. С их последней встречи что-то изменилось, главное, составляющее стержень отношений двоих, какими бы сложными они не были. Казалось, Камилла запустила страшный механизм самоуничтожения без возможности вернуться назад. Клаус настороженно произнёс: - Что мне сделать? Внезапно мутный взгляд стал ясным, сквозь бледную тень проступила прежняя Ками. Улыбка, по которой вампир безумно скучал, озарила измученное лицо. - Избавь меня от страданий. Страшная мысль зацепила разум, но Клаус усилием воли сдерживал её, не позволяя проникнуть в сознание. Приговорённый, до последней секунды отрицающий казнь. - Как? – вопрос прозвучал враждебно, какая-то часть Майклсона знала ответ. - Убей меня. Клаус отпрянул от стены, их ладони разъединились, ощущение пустоты охватило сущность, убивая остатки веры. Обречённое: - Нет, - вырвалось из глубины отчаянного сердца, горевшего одним желанием – умереть, если умрёт она. - Ведь что-то должно быть! Обязательно должно! - Я знаю. Что-то всегда есть, но мы не смогли это найти… Умоляю, избавь меня от страданий. Она стояла у невидимой стены, одинокая и беззащитная, и молила о смерти. Клаус ощутил щелчок в груди… от сердца откололся кусок, быстро растворившись в бездне мрачной тени. Неизбежное холодным щупальцем коснулось сознания, заставляя смириться с потерей. Ками хрипло прошептала: - Лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас. Убей меня, Клаус… пожалуйста. Но сердце боролось, не желая жить без неё. Один раз зверь простился со своей любовью, в глухом лесу, стоя на коленях. Другого раза не будет. Клаус пересёк черту, прижал Камиллу к себе и впился губами в её губы, жадно и болезненно, ощутив желание девушки убить. Но чем сильнее блондинка пыталась причинить ему боль, тем настойчивей становились его ласки. В какой-то момент Ками постаралась вырваться, но из крепких объятий мужчины выхода не было. Мисс О’Коннел разрывалась между страстью убить и страстью стать с ним единым целым. Клаус умело доводил свою жертву до безумия, отбросив жалость и сострадание. На каждый удар он отвечал лаской, иногда жёсткой, иногда нежной, он позволял ногтям царапать, а зубам кусать, но в ответ не оставался в долгу. Вскоре разорванная блузка Ками полетела на пол. Девушка со стоном выдохнула: - Клаус, нет, пожалуйста, не надо, только не так. Сердце монстра разрывалось на куски от того, что он делал, не смотря на желание Ками принадлежать ему. Он чувствовал её страсть, пробуждение энергии и силы, он знал, это – единственный шанс спасти двоих, но от происходящего становилось тошно. - Прости, не могу. И вновь накрыл её губы своими. Из глаз Камиллы потекли слёзы. Её тело ныло от страсти, но продолжало бороться, его тело идеально подчинялось хозяину, ломая сопротивление любимой женщины. Ками не помнила, как они оказались на кровати, желание убить и желание любить стали единым целым, силы на сопротивление иссякли. И тогда он вошёл в неё. Камилла ощутила волну страсти, сметающую остатки разумного вместе с заклятием, что терзало её долгие месяцы. Но в миг, когда двое, став единым целым, достигли вершины наслаждения, внутри блондинки что-то надломилось. Ками не смогла определить, что именно. Ощущение коснулось сердца подобно порыву ветра, в следующую секунду женщина погрузилась в глубокий сон. Клаус ещё долго лежал с открытыми глазами, уставившись в потолок и прижимая девушку к себе. Он смог победить проклятие, но какой ценой… Камилла проснулась, когда луч солнца игриво коснулся подушки, сделав комнату уютной. Мисс О’Коннел, наконец, выспалась, впервые за три месяца. Губы девушки растянулись в радостной улыбке, но, вспомнив события предыдущего вечера, блондинка резко села в кровати, на лице застыла мучительная маска. Сердце Клауса пропустило удар. - Мне больше не нужно тебя убивать, ведь так? Ками вздрогнула и обернулась. Клаус стоял у окна, холодный и неприступный. Он не мог сказать, почему решил отстраниться от любимой женщины. Может, из чувства вины, а может, боясь быть отвергнутым. После случившегося он не вправе винить её за такой выбор. Тихое: - Нет, - не спасло от горечи, разделившей воздух с пустотой. Девушка отвернулась, прокручивая в голове детали произошедшего. Вчера в их любви была не только страсть… Смерь отступила, и впервые за долгое время Ками осознала последствия его внушения, его прощальный поцелуй, его игру с её личностью… - Прости. Блондинка дёрнулась, казалось, монстр прочёл её мысли. - Мне нужно в душ. Укутавшись в одеяло, Камилла быстро дошла до ванной и закрыла за собой дверь.