Оперная певица/Cantante lirica

*госпожа никто сейчас закидает меня тапками XD* – Господи, ну что у тебя опять случилось? – простонала Вирго, смотря, как ее брат в истерике бьется на кровати. – Лео гулял с какой-то бабой! – рыдал он. – И что теперь? – фыркнула Вирго, – Ну гуляет он с какой-то бабой, и что? Ты бы лучше делами занялся, и мозг мне не трахал! Кстати, а что за баба? – Не знаю! Серая, невзрачная и явно дура! И он предпочел ее мне! Ты представляешь?! Ну вот чем я хуже? Нет, точнее, чем она лучше?! – на последней фразе Кэил вновь уткнулся в мокрую от слез подушку. Вирго устало потерла виски и прикрыла глаза. Ей и так не давали покоя слова Хрома, а тут еще и дома она обнаружила бьющегося в истерике брата. – Я вообще удивлена, что ты туда поехал, – хмыкнула Вирго, – Для тебя прошлого раза было недостаточно? – Нет! Недостаточно! – капризно захныкал он, каким тоном дети обычно выпрашивают у родителей новую игрушку, – В этот раз я машину оставил за домом, а сам спрятался в кустах! Вон, даже поцарапался! Кэил продемонстрировал сестре оцарапанную руку. – И что ты хочешь, в больницу поиграть? – усмехнулась она. Кэил задумался. – Нет, пожалуй, не надо. Лучше сделай мне минет, – попросил он. – Найми себе проститутку, пусть она тебе минет и делает, – фыркнула девушка. Потом задумалась и добавила, – Или проститута. – А у Лео бы хорошо получилось… – мечтательно прошептал Кэил и вновь разревелся, – ну почему ты променял меня на бабу?! – Может, хватит? – не выдержала Вирго. Вопли брата ей порядком надоели. – Ты не понимаешь! После того, как я попросил прощения, можно сказать, излил душу, он предал меня! А знаешь, как больно, когда тебя предает любимый человек? Его слова били в самое сердце. Вирго стиснула зубы, сжала кулаки и решила задать ему вопрос, который раньше бы она не решилась произнести. Но после разговора с Хромом и брошенной Кэилом фразой, молчать она больше не могла. – Скажи, Кэил…Что для тебя любовь? – тихо спросила она. Кэил перестал лить слезы и изумленно на нее посмотрел. – Любовь? Ну…А почему ты спрашиваешь? – Просто…ты сказал, что Лео для тебя любимый человек… – прошептала она, – То же самое ты говорил и мне… – Я сказал, что люблю Лео? – искренне изумился Кэил. – Да. Только что, – горько произнесла девушка. Слезы уже подступали к горлу, но она все еще сдерживала себя. – Не помню… – задумчиво протянул Кэил, – Может, так машинально получилось? – Как думаешь, она существует? – спросила девушка. – Она? Кто «она»? – Любовь… – ответила Вирго и присела на краешек кровати. – Ну… – Кэил задумался, – Наверное. Я не знаю. Но, думаю, да. – А Хром сказал, что люди путают любовь с желанием… – А больше он тебе ничего не сказал? – усмехнулся Кэил, – Ты же знаешь, он больной на голову. Видела, как он одевается? – Кто бы говорил, – скептически заметила Вирго. – И все равно. Хром вообще странный, не понимаю, как ты с ним общаешься? Так что не забивай себе голову всякой лабудой. Сейчас Кэил выглядел спокойно, как обычно он вел себя на людях. Будто бы они с Вирго мгновенно поменялись ролями. – Кстати, так что там с Лео? – решила сменить тему Вирго. Брат тут же изменился в лице и вновь уткнулся лицом в подушку. – Лео натурал! Я этого не вынесу! – зарыдал он. «Господи, когда же это кончится?» – подумала Вирго. *** – И зачем ты подсыпал ей в чай снотворное? – рассмеялся Фумино, когда я закрыл на щеколду дверь в ванную. – А что, пускай поспит, она же наверняка устала после дороги, – ответил я, прижимая его к закрытой двери и слегка прикусывая за ухо, вырывая у него хриплый стон, – Ты же не хочешь, чтобы она нам вновь помешала? – Да, но… – возразил Фумино, но замолчал, когда я рукой спустился ниже к его паху. – Что «но»? Если сюда едут мои родители, то ничего хорошего это не сулит, – вздохнул я, – Мне, конечно, пофиг, что там они думают, но быть проклятым тоже не очень хочется. – Они что, за секс только после свадьбы? – Нет. Хуже. Они гомофобы. Особенно отец, – ответил я, отходя от Фумино и садясь на край ванны, – А моя сестрица уже оповестила их о наших отношениях. – И что собираешься делать? – немного напрягшись, спросил Фумино, садясь рядом со мной. – Не знаю, – честно ответил я, – Но одно я знаю точно: что бы мне отец ни говорил, и чем бы ни грозил, я никогда тебя не брошу. Фумино вздрогнул и опустил глаза. Кажется, он смутился. Улыбнувшись, я обнял его за талию, зарываясь носом в мягкие светлые волосы. – Давай сейчас не будем думать об этом. Есть только настоящее. И бесполезно беспокоиться о завтрашнем дне, если он еще не наступил, – прошептал я. Фумино слегка улыбнулся и прижался ближе ко мне. Я потянулся к кранам и включил воду, чтобы она набралась в ванную. Затем быстро стащил с него майку, присел на корточки и снял еще джинсы вместе с трусами. Сам избавился от одежды. Фумино уже лег в теплую воду, и я, не теряя времени, присоединился к нему. Это непередаваемое ощущение, когда лежишь в теплой воде, прижимаясь к человеку, которого любишь. Но простого лежания мне было мало, спавшее возбуждение вновь начало нарастать. Я лег на Фумино сверху, покрывая поцелуями скулы и шею. Рукой провел по его телу, спустился ниже и дотронулся до его возбужденного члена. Фумино застонал, а я обхватил его рукой у основания и медленно провел вверх. У самого уже не было сил чего-то ждать, возбуждение просто сладкой болью отдавалось внизу живота. И…черт! Я маленько перепутал. Я могу сделать что-то неправильно, если буду сверху. Я, конечно, понимаю, что нет в этом ничего сложного, но…не хочу причинять ему боль. Пусть лучше больно будет мне, тем более, что мне это вроде как понравилось… Видимо, истолковав мою остановку как-то неправильно, Фумино приоткрыл глаза и вопросительно на меня посмотрел. – Что-то не так? – Нет, просто… – я смущенно отвел взгляд, – Давай лучше сверху будешь ты. – Как скажешь, – улыбнулся он, и я тут же оказался лежащим под ним. Откуда у него такая сила, ума не приложу. Он провел рукой по тыльной стороне моего бедра, слегка раздвинул мне ноги и попытался ввести в меня палец. Я поморщился от боли. Видимо, без смазки ничего не получится. А в воде она вся все равно смоется. – Кажется, это будет сделать сложнее, чем мы предполагали, – усмехнулся я. Фумино оставил бесплодные попытки войти в меня и сел с задумчивым выражением лица. – А может, попробовать ту решетку? – предложил он, кивая на подставку для белья и выключая льющуюся воду. – Можно попробовать, – согласился я, нехотя вылезая из теплой воды и ставя решетку на ванну. Фумино тут же на нее сел. – Сядь на меня, – сказал он. Я скептически на него посмотрел. – А я тебя не раздавлю? – Нет, конечно, – рассмеялся он, и я решил ему поверить. Он облизал палец и в этот раз ввел его в меня. Я вцепился ему в плечи, зажмуриваясь от не самых приятных ощущений. Я попытался расслабиться, насколько это было вообще возможно, и боль действительно отступила. Фумино ввел еще один палец, а я, не удержавшись, застонал. Он обеспокоенно посмотрел мне в глаза. – Больно? – Ну, как сказать… – начал я, но тут Фумино дотронулся до простаты, и боль приглушилась яркими и безумно приятными ощущениями, – Уже нет. Фумино в этот раз вел себя более внимательно, что ли, чем в прошлый раз. Может, я переоценил его познания в этом вопросе? Хотя, у него хоть какой-то опыт, это видно сразу. Все время забываю спросить о его прошлой жизни. Фумино ввел третий палец, а я мысленно обматерил себя за то, что мне захотелось повторения вчерашнего. Теперь неделю, уж точно, не захочу ничего подобного! Хотя мне просто срывает крышу, когда я нахожусь рядом с ним. Пальцы исчезли, на место которых пришел член, и я опять застонал. Фумино остановился, давая мне привыкнуть к не самым приятным ощущениям. Как ни странно, уже через несколько секунд мне этого было мало, и я сам насадился на него. Боль меня ужасно заводила, а вперемешку с просто дьявольским удовольствием, меня вообще уносило куда-то далеко. А после того, как Фумино обхватил рукой мой член и начал двигать ею в такт своим движением, мне показалось, что я потеряю сознание от этого безумного удовольствия. Мне хватило совсем немного времени, чтобы кончить. Я прогнулся всем телом, после чего обессиленно упал головой на его плечо. Фумино тоже кончил и вышел из меня. Я обнял и теснее прижался к нему, а он сцепил руки замком за моей спиной. Несколько минут мы просто сидели в таком положении, все-таки секс очень сильно выматывает, с какой стороны ты бы ни был. Теперь хотелось просто расслабиться, к тому же, мне было очень жарко. Поэтому я слез с Фумино и погрузился в уже прохладную воду, потянув за собой Фумино. Решетку я сразу скинул на пол, чтобы было больше места. Теперь уже Фумино лежал на мне. Во всем теле была такая приятная слабость, меня даже в сон потянуло, но так не хотелось уходить из этой реальности в мир грез! Тем более, никто из нас не знает, что будет завтра. Кажется, Фумино сейчас посещали такие же мысли. – Твой отец не любит гомосексуалистов? – спросил он. – Насколько я его знаю, он их, а точнее, нас, просто ненавидит, – усмехнулся я, – С самого раннего детства он втолковывал мне, что жить с мужиками противно. В общем, все у нас было, как в консервативной семье. Вот только ни я, ни сестра не слушали особо то, что нам говорили. Она любит яой, или как там его, а мы с тобой олицетворение этого самого яоя. – И тебе важно мнение отца, да? – грустно спросил Фумино. Я ободряюще погладил его по голове. – Я же уже говорил, что его слушать особо не буду, что бы он мне там ни говорил. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. – Может, нам скрыться? На время? – предложил Фумино. – Можно было бы, – задумчиво протянул я, – Но убежать от проблемы не значит решить ее. Думаю, лучше будет поговорить с ним. В конце концов, с моим мнением он обязан считаться! Да и мать на него имеет какое-никакое влияние, а она к гомосексуалистам относится более чем терпимо. – Наверное, ты прав, – вздохнул Фумино. Мы еще немного полежали, задумавшись о чем-то своем. Я лично думал, что мне сказать отцу, а вот чужие мысли я читать не умею. В конце концов, мне надоело лежать, да и вода почти остыла, о чем я ему и сообщил. Он поддержал идею свалить из ванны, но когда я вставал, пятая точка дала о себе знать, и я, стиснув зубы, чтобы не завыть, тоже выбрался из воды вслед за Фумино. – А где мы будем спать? Клео в наглую отрубилась на твоей кровати, – спросил Фумино, вытираясь полотенцем. – У меня на кухне кресло разбирается в спальное место, будем там, – ответил я, – Ты же не хочешь проснуться в удушающих объятиях моей сестрицы? Фумино, улыбнувшись, отрицательно покачал головой. Я тоже вытерся и только сейчас понял, что вся одежда находится в комнате, где сейчас спит Клео. – Мне за одеждой нужно будет сходить, – сказал я, обматывая вокруг бедер полотенце. Так. На всякий случай, хотя снотворное довольно сильное…Да, я говеный брат, и чтобы потрахаться, мне пришлось усыпить сестру! А что делать? Она бы с нами мыться пошла. Да, «повезло» же мне с сестрой… Я приоткрыл дверь и на цыпочках прошел в комнату. Клео действительно спала. Я подошел к шкафу и вытащил оттуда пару трусов и пару маек, и так же тихо вышел, кинув последний завистливый взгляд на Клео. Разлеглась, как королева… Эх, зато нам мозг не трахает. По крайней мере, до утра. Я зашел в ванную и дал Фумино одежду. Мы оделись и пошли на кухню. Я разобрал кресло, и теперь оно превратилось…в длинное кресло. Как мы сюда поместимся? Хотя, это даже неплохо, мы же будем спать, как минимум, в обнимку из-за тесноты, если не в позе бутерброда. Теперь мне еще идти в комнату за бельем и подушкой… – Пойдем, принесем постельное белье, – шепнул ему я, и мы вновь отправились во временное логово моей сестрицы. Со шкафом было просто, я вытащил простынь, пододеяльник и шерстяной плед. С подушкой обстояло сложнее. Их у меня было всего две, на одной из которых спала Клео, вторую прижав к себе. Я подкрался к ней и медленно стал утягивать из ее плена несчастную. – Давай, трахни его! – внезапно закричала она, да так, что я, отскочив, не удержался и упал, а сзади услышал грохот, видимо, Фумино тоже испугался. Я взглянул на сестру и, убедившись, что кричала она во сне, отобрал у нее подушку, и мы ушли из комнаты. – Я думал, она проснулась, – сказал Фумино, засовывая плед в пододеяльник. – Я тоже. Она так закричала! Интересно, что ей снилось? – Наверное, мы с тобой, – усмехнулся Фумино. Я постелил простынь, положил подушку и лег. Фумино пристроился рядом, сильно прижавшись ко мне. Да, тесновато, конечно. Но это не так важно, ведь мы вместе. Я пожелал ему спокойной ночи, и почти сразу же заснул.