Оперная певица/Cantante lirica

– И как ЭТО мне надеть? – спросил я, когда Фумино принес, по меньшей мере, пять составных частей этого наряда. И зачем бабам нужно было себе жизнь усложнять? Я всегда гордился тем, что родился пацаном, а сейчас, смотря на эти многочисленные юбки, корсеты и еще какую-то хрень, идентифицировать которую не решился, я прямо-таки был счастлив, что меня избавили от участи все время одеваться в подобное. Спасибо вам, мама и папа, за мое беспроблемное детство! А заодно и беспроблемную старость. – Я тебе сейчас все покажу, а заодно сделаю небольшой экскурс по женским платьям XIX века. Я, вздохнув, снял с себя майку. Брюки пока решил оставить. – Тебе придется снять все, иначе просто не сможешь на себя его надеть, – спокойно сообщил мне Фумино. – Извращенец, а трусы мне снять не нужно? – огрызнулся я, после чего Фумино так растерянно на меня посмотрел, что вместо него смутился я, – Блин, отвернись. Он отвернулся, а я снял с себя брюки и остался стоять в одних трусах и серых носках, но они мне погоды не делали. – Разделся. Дальше что? – спросил я, с подозрением оглядывая расчлененное на кусочки платье. – Надень на себя каркасный подъюбник, а сверху белую нижнюю юбку с кружевами, – ответил Фумино, не поворачивая головы. Он со мной сейчас на каком языке разговаривает? Блять, и что из этих кусков ткани называется подъюбником, а что каркасной юбкой? АААА, у меня сейчас мозг взорвется от перенапряжения!!! – Ну что, надел? – спросил Фумино через некоторое время. Надел, как же! Здесь все эти отдельные части подписывать нужно! – Эм…нет, – нехотя признался я, – Я без понятия, как вся эта хрень называется! А уж как одевается, так тем более… Фумино тихонько засмеялся, а затем повернулся ко мне и так и застыл, уставившись на меня, как на… И с чего бы это он? Ах, ну да, я же голый… – Я предупреждал, – усмехнулся я. Фумино поспешно занялся перекладыванием сборных кусочков костюма туда-сюда, а я еле сдержался, чтоб не засмеяться, – Ладно, давай показывай, что называется подъюбником и этой…каркасной… Фумино взял в руки прозрачную юбку, которая не теряла свою форму и была очень пышной. – Это каркасная юбка, она придает платью форму и не дает остальным юбкам скомкиваться, – Пояснил он, стараясь на меня не смотреть. – Да пофиг, давай сюда. Я взял каркасную юбку в руки. Вообще-то, она больше была похожа на модель креативной новогодней елки, которой нахрен снесло башку. Так, ладно, не суть. Я просунул одну ногу в эм…в общем, в то место, где у елки должна была быть макушка, и понял, что вторая нога там не поместится. – Она мне маленькая, вторая нога не пролезает, – сообщил я ему, после чего он снова стал смеяться. – Ты бы ее расстегнул сначала, что ли, – сквозь смех сказал Фумино. У него очень красивая улыбка…Блять, долбоеб, над тобой же смеются! Я фыркнул, перешагнул через эту чудо-конструкцию и занялся обнаружением молнии. Таковая, действительно, оказалась, и я надел эту юбку уже нормально. Отлично, уже что-то. Чувствую себя Суперменом, который одолел своего самого злейшего врага! Я, кстати, юбку, какую бы то ни было, надеваю впервые. И если все они такие же тяжелые, как эта, я девушкам сочувствую. Искренне. – Дальше что? – Нижняя юбка. Она сгладит рельеф проволочного корсета и сделает само платье более пышным. Блять, кто придумал СТОЛЬКО юбок надевать сразу?! Нет, ну серьезно, нафига? Все равно никто их не видит. Одной юбки, по-моему, вполне достаточно. Или я чего-то не понимаю? Вздохнув, я нацепил на себя еще одну юбку, белую, по краю которой внизу шло пышное кружево, сама юбка была сшита из плотного материала, кажется, синтетического происхождения. Верхняя юбка села на…нижнюю юбку как на барабан, так что теперь макушкой елки было мое тело. Вот же хрень… – Теперь еще юбка, – сообщил мне Фумино, протягивая мне…Так, я, конечно, в одежде плохо разбираюсь, но ЭТО назвать юбкой у меня лично не получается! Это, скорее, резинка, на которую пришиты длинные куски какой-то белой сетчатой ткани. Много кусков. Очень много. А какое это нечто объемное! Не иначе как для поддержания формы. Дааа, я теперь еще и в платьях разбираюсь. Кошмар! Куда мы катимся? В общем, на меня надели еще и это нечто. – И сколько там еще юбок? – недовольно спросил я. – Все, теперь только верхнее платье, которое скроет все это. Отлично. Я вытянул руки вверх и позволил на себя нацепить главную часть этого наряда. Фумино расправил подол платья, натянув его на все эти пышные подъюбники, и принялся завязывать корсет на этой чудо-конструкции. – Сейчас потерпи, – пропыхтел Фумино. Что-то мне не понравилась его фраза. Очень не… – Блять, че ты там делаешь?! – заорал я, когда почувствовал, что меня резко сжали в тисках. Боль была просто невыносимая! В глазах потемнело, и я думал, что потеряю сознание. Но ничего этого не случилось. Боль внезапно прошла, уступив место дискомфорту, но при этом мне было очень тяжело дышать. – Затягиваю корсет, – ответил Фумино, я услышал звук трущихся друг о друга шнурков, а затем снова тело пронзила вспышка боли, но уже не такая сильная и вполне терпимая. Сразу вспомнилось наше первое знакомство, когда он попросил меня развязать ему корсет… Кажется, это было так давно…Стоп. Он умеет и завязывать, и развязывать корсеты. Зачем ему тогда нужна была моя помощь? – Слушай, Фумино… – начал я. – Да? – отозвался он под звук петляющих туда-сюда шнурков…ну, или как там это называется. – Тогда в театре…ты попросил меня тебе помочь, но зачем, если ты и так прекрасно справился бы…Ай! – не выдержал я, когда он затянул меня слишком сильно, видимо, специально из-за моих слов. – Просто…Мне захотелось почувствовать рядом с собой кого-то живого… – Тихо и грустно ответил Фумино, продолжая затягивать меня, а я очень удивился его ответу. Живого? – В смысле? Тебя же окружают какие-то люди. Наверняка, у тебя есть друзья, знакомые…фанаты, в конце концов? – Они меня избегают… – после долгой паузы ответил Фумино, – Все. Кто я для них? Красивая кукла в блестящей упаковке, без души, без желаний…и без чувств. И столько горечи было в его голосе, что я не смог удержаться, развернулся и просто обнял его. Мне не хотелось, чтобы он говорил такие ужасные вещи! Я хочу, чтобы он всегда улыбался, радовался…жил! И я хочу подарить ему это счастье, хочу, чтобы его глаза светились ярким огнем. – Но я рядом. Я здесь, с тобой. Если для них ты кукла, то для меня все по-другому. Ты человек, Фумино. Будь счастлив…со мной. Я говорил это и даже не думал над смыслом моих слов. Мне просто хотелось поддержать его, утешить, сделать так, чтобы он забыл все то горе, что у него случилось. А ведь, наверняка, так и было, иначе бы он не был таким пустым и равнодушным в нашу первую встречу. Надеюсь, со мной он забудет обо всем… Фумино тоже в ответ обнял меня, я сел на стоящий рядом большой кожаный диван, на который он клал составные части платья, и усадил его к себе на колени. Так странно сидеть в платье… А еще страннее чувствовать, что кто-то сидит в платье у тебя на коленях. Чувствую себя лесбиянкой… Кажется, он думал также. – Мы с тобой два трансвестита, – вздохнул он, кладя голову мне на грудь и смыкая руки на моей шее. Да, со стороны это выглядело, действительно, забавно. Мы немного посидели так, потом Фумино поднял голову, придирчиво меня оглядел, затем встал и куда-то ушел. Через мгновение он вернулся, держа в руке парик с длинными кудрявыми волосами голубого цвета, темнее чем мое платье. – Держи, – он протянул мне искусственные волосы. – Нет, я это надевать не буду, – запротестовал я. Еще чего, и так платье нацепил, а тут еще и волосы? – Тебе так больше пойдет. Ну, надень, – попросил Фумино. Я вздохнул и водрузил себе на голову голубую шевелюру. – Все? Теперь готово? – Нет, там еще накидка, – ответил он, а мне оставалось только закатить глаза. Фумино взял с дивана голубую накидку, надел мне ее на плечи и толкнул к зеркалу. Я себя еще не видел, так как хотел посмотреть, когда уже все будет готово. Бля…Нет, не так. Пиздец…опять не то. Может… – Ебать вас в рот, пристрелите меня нахуй кто-нибудь! – заорал я, отпрыгивая от зеркала. Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет!!! НЕТ! – Да ладно, тебе идет, – улыбнулся Фумино, подошел ко мне сзади и толкнул в сторону зеркала. Я зажмурился, не желая видеть свое отражение. Пересилив себя, я все-таки открыл глаза. В этот раз я осмотрел себя более детально и пришел к ужасающему выводу, от которого у меня мурашки пошли по коже и кровь застыла в жилах. – Да я красавица! – радостно воскликнул я, вертясь перед зеркалом, как последняя баба. Хотя, почему последняя? Я ж первая красавица! Клевый парень на деревне в клубе трансвеститов! И самое ужасное, что мне, действительно, шло! – А хотел в рот кого-то выебать, – ухмыльнулся Фумино, подходя ближе. Я встал в пафосную позу: левая рука на поясе, правая простерта вверх, голова задрана как можно выше. – Итаааааак, мы открываем клуб трансвеститов имени Фумино Фуджики и Лео Ямамото! – провозгласил я. – Носки только сними, а то как-то странно смотрится дама XIX века с серыми мужскими носками, – сквозь смех сказал он, а я тоже засмеялся. Это, действительно, очень и очень забавно! Я стал кружиться по комнате, ощущая, как развеваются все мои многочисленные юбки. – Может, ты еще и накраситься хочешь? – мило поинтересовался Фумино. – Нет уж, увольте! Я хоть сейчас и в женском платье, но остатки мужского достоинства хочу сохранить! – наотрез отказался я от подобного предложения. – На самом деле, многие считают, что раз парень переодевается в девочку, то он сразу голубой. А ведь это не так. – Ага, особенно смотря на нас с тобой, – усмехнулся я, а Фумино опять смутился. Я подошел ближе, обнял его и прошептал, глядя прямо в глаза: – Ты не должен смущаться. Я всего лишь шучу. Хотя…ты так мило отводишь взгляд в сторону… Я медленно сокращал дистанцию между нашими губами. Я уже чувствовал его прерывистое и такое горячее дыхание, между нами оставались буквально миллиметры. Фумино закрыл глаза, ожидая поцелуя. Наши губы почти коснулись друг друга и… Знаете, бывают моменты, когда хочется орать матом. И не просто орать, но и кидать все попавшиеся под руку предметы в того, кто смел помешать. Я уже почти поцеловал его, как вдруг, словно гром посреди ясного неба, прозвенел дверной звонок.