Как приручить дракона

Руки онемели и, казалось, скоро вырвутся из плечевых суставов под тяжестью веса его тела. Кисти приобрели синюшный цвет и окоченели как у мертвеца. Если они, после этого «наказания» смогут нормально функционировать — это будет чудо. Спина исполосована бесчисленными порезами от хлестких ударов. Кишки сводило и выворачивало наизнанку, а растерзанный зад так просто пылал. Теперь он знал, что такое быть изнасилованным. Шею и грудь как обычно заливала слюна из открытого рта и кровь, сочащаяся из свежих ран. Сегодня Дева не пришла залечивать его увечия. Порка на этот раз была более ожесточенной и длилась дольше предыдущей. Горько было признавать, но эта дрянная девчонка сумела посеять смуту и какое-то отчаянье в его мыслях. Кто бы мог подумать вообще о таком. Нет, это не грязная тюрьма Совета с нелепыми лягушачьими рылами. Это грязная развратная сучка, способная на любую гнусность, он уже это понял четко и ясно. А еще он осознал, что блондинка совсем его не боится, наоборот, то, что он опасный преступник, ее еще больше заводит. После пары часов в подвешенном состоянии Чени уже несознательно начал поскуливать, еще через пару часов, он начал с какой-то надеждой поглядывать на дверь, но она оставалась запертой. Никто не пришел к нему спустя и следующие два часа. Когда парень находился уже в полуобморочном состоянии от обезвоживания, голода, холода и боли, и готов был распрощаться со своими руками, дверь тихонько скрипнула, и в помещение вкрадчиво вошла розововолосая девушка. Окружающее пространство смазалось в нелепую мазню, но по запаху Чени узнал звездного духа. Дева молча опустила парня на железную решетку в полу и, зацепив поводок от его ошейника за специальный крюк в полу. Потом беззвучно провела по его шершавым губам какойто покрой тканью, выдавив несколько капель воды в открытый рот и так же молча покинула комнату. Ему оставили некую свободу. Голени привязаны друг к другу, а руки скованы в те же наручники, на которых он висел, но теперь они не впиваются в запястья, а приглушенное покалывание в кончиках пальцев свидетельствовало о том, что ладони все же не омертвели. Если бы он захотел, то мог бы двигаться. Поводок был длинной до метра. Но за эти без малого два дня он устал так, как не уставал во времена великих битв. Живого места на нем не было. Мужчина кое-как перевернулся на спину и, наконец-то, расслабив все мышцы, провалился в неясный бред, подобный ужасному сну без сновидений. Очнулся сам, от ужасных спазмов в желудке. Его не окатили ледяной водой. В помещении сыро и прохладно, что заставило драгонслеера свернутся калачиком, поджав озябшие ноги к груди. Никто не пришел ни в этот день, ни в следующий. Чени оставался на едине со своими мыслями и урчащей, где-то за решеткой, сточной водой. Запекшаяся кровь давно ссохлась на коже и теперь неприятно стягивала ее заставляя зудеть. Звук и запах текущей где-то под полом, воды сводил с ума. Жажда давила на мозги, обугливала слизистую горла, отбирала последние силы. Он лежал словно заблудившийся в пустыне путник с набитым до верху ртом песка, погибая под палящим солнцем от обезвоживания. — Хотя бы немного воды… — это все, что ему хотелось сейчас. Воспаленный разум не понимал, что озвучил это желание в слух, но торчащий во рту механизм изувечил слова в неясное роптание. Никто не пришел на его тихий хрип. Но так просто умереть она не могла ему позволить. На третьи сутки дверь, наконец-то, скрипнула, а комната заполнилась мягким свечением. Он слабо понимал что-либо, но запах ее кожи уже не спутал бы ни с чем и никогда. Надвигающийся стук ее каблучков был подобен оглушительному стуку его собственного сердца. Бледных, долгое время сдавленных ремешками расширителя, губ коснулось что-то влажное. Одеревенелый, присохший к небу, язык рефлекторно потянулся к этой влаге, натолкнувшись на что-то нежно-мягкое и теплое, приводя парня в чувство. Когда он поднял веки, то первое что увидел перед собой — плоский животик блондинки, обтянутый черным латексным ремнем, а над ним практически обнаженную, стянутую крупной сеткой, грудь. Она косилась на него надменным, самодовольным взглядом, не опуская головы. Наконец драгонслеер осознал куда засунул свой пересохший язык, но отстраниться или отвернуться возможности не было, Хартфилия сидела на его лице, уткнув свою взмокшую промежность прямо в его, принудительно открытый, рот. — Все правильно делаешь, — хрипло прошептала блондинка, когда его шершавый язык вновь вошел в ее лоно, слегка раздвинув половые губы. Девушка еще плотнее зажала его голову между своих ног, спутывая пальцами жесткие, нечесаные волосы, драгонслеера. — Вижу, наказание пошло тебе на пользу. Сегодня у тебя отличная возможность исправиться. Давай, поработай хорошенько своим грязным языком. Ослабленное тело никак не поддавалось его попыткам сдвинуться с места, а вот на эту распутную девку оно почему-то реагировало на ура. Ее запах и вкус дурманил ему голову, заполняя все вокруг, растекаясь по окоченевшему телу, закипая в жилах, пульсируя под кожей. Он не мог сейчас сопротивляться ей, а может и не сильно хотел. Она начала медленно двигать тазом, вдавливая лицо волшебника себе меж ног, приподнимая за волосы. Его несколькодневная небритость терлась у нее между ног, придавая остроты ощущений. Пленник прикрыл глаз, решив расслабится и поддаться внутреннему желанию своего тела. Он напряг язык, сполна впившись им в мягкую плоть девушки, на что та нетерпеливо простонала, насаживаясь на лицо волшебника все интенсивнее. — Лижи, — рваным голосом скомандовала девушка. — Не останавливайся. Без особого энтузиазма он расслабил язык, слегка проникая меж половых губ, едва доставая до клитора, и начал не спеша елозить им туда-обратно. Блондинка несдержанно простонала, ускорив ритмичные движения тазом, заливая его рот своим похотливым соком. Вырывая волосы она впивалась коготками в кожу его головы, сдавливая ее все сильнее и сильнее, периодически перекрывая доступ кислорода. — Быстрее, — открытая ладонь нанесла хлесткий удар по макушке парня. — Быстрее, не то запорю до смерти. — уже находясь на пике, хрипела девушка, откинув голову назад и уперев руки в его грудь за своей спиной. Мужчина напряг кончик языка и ускорил темп. Блондинка запрокинула голову и несдержанно кончила, сжав бедра до хруста в шее пленника. Наконец-то перестав ловить розовые круги перед глазами, Люси расслабилась давая своему узнику возможность вдохнуть и, хищно улыбнувшись, запустила пятерню в его волосы. — Хороший мальчик, — он смотрел на нее бесстрастно и как-то отрешенно, но его тело вполне адекватно отреагировало на блондинку и без участия его сознания. — Однако мы еще не закончили. Он промычал что-то невнятное через открытый рот, прежде чем она вновь уселась на него своей промежностью. Заданный сценарий продолжался минут сорок. За это время заклинательница успела оргазмировать раз десять. Восполняла потерянных три дня? Кто знает. Возможно, но в последний раз дойдя до пика, девушка вальяжно поднялась на ватных ногах, довольно пошлепав мужчину по щеке и, расстегнув ремешки на расширителе, сняла его наконец освободив рот драгослеера. Тот болезненно поморщился, медленно сводя окаменелые челюсти и мышцы. За это время кожа, что была сдавлена ремешками, уже посинела и начала кровоточить. Молодой мужчина устало прикрыл глаз, нахмурив брови, и попытался прочистить горло. Ее вкус и запах продолжал будоражить его тело. — Сегодня ты заслужил свою еду, — сладко потягиваясь, произнесла Люси, заваливаясь на широкую кровать, что все это время одиноко стояла в дальнем углу помещения. — А также теплый душ. Обняв мягкую, бледно розовую подушку, Хатрфилия бесцеремонно завалилась спать, а в комнате появилась Дева с подносом в одной руке и принадлежностями для душа в другой. На подносе стояло две, похожие на собачьи, миски. Одна с водой, другая с какой-то едой. А так же емкость с знакомым отваром, заживляющим раны.

***

Когда Госпожа Люси наконец-то проснулась, Чени уже был более или менее приведен в порядок Девой, и хмуро зыркал исподлобья в сторону весьма довольной собой девушки, лежа на каменном полу. Обработанные раны уже стали затягиваться, а от синих полос на лице вообще и следа не осталось. Лишь только глубокие раны на запястьях еще будут давать о себе знать какое-то время. Им овладело помешательство и теперь эта дрянь будет кичиться своим напускным превосходством. Она воспользовалась его слабостью и помутнением рассудка, коварная зараза. Блондинка лукаво покосилась на своего пленника, развязно отбросив атласную простынь, которой укрывалась во время сна, открывая взору драгонслеера свое обнаженное тело, скрытое лишь за полупрозрачной розовой тряпкой, которую одеждой назвать язык не поворачивался. Сладко потянувшись, девушка спустила ноги на пол, которые завлекательно обтягивали высокие чулки, такого же едко розового цвета, в мелкую сетку. Когда она успела переодеться? Или может овладела магией Титании? Кто знает? Надев блестящие черные туфельки, на, привычно, высоченной шпильке, Хартфилия неоднозначно окинула взглядом драгонслеера, как-то совсем коварно улыбнувшись. Он молчал. Во рту до сих пор оставался ее вкус, что, как не крути, не вызывал у волшебника отвращения, но признавать он этого никак не собирался, даже самому себе. Люси вальяжно продефилировала к своему узнику, сжав в руке уже знакомую, резиновую розгу. — Так ты выглядишь на много лучше, мой мальчик, — подойдя в плотную, елейно прошептала волшебница томным голосом. — Я вижу ты уже поел, значит силы должны были вернуться. И это хорошо, потому что я хочу играть с тобой. Парень поморщился, плотно поджав губы. Он не находил, что сказать после произошедшего утром, ему просто хотелось, чтобы она оставила его в покое. Девушка медленно прохаживалась вокруг узника, жадно осматривая каждый сантиметр его потрепанного, однако все еще притягательного, тела. Множество шрамов и отметин в сочетании с хорошо оформленным мышечным корсетом, вызывали у Люси жгучее желание сделать что-то непристойное с этим человеком. Она пнула парня в спину, заставив перевернуться на живот, и начала водить кончиком резиновой розги по напрягшейся заднице парня. Тот предупредительно зарычал. — Мы с тобой плохо начали, — нарушила молчание блондинка. — Давай попробуем еще раз, когда ты четко уяснил кто здесь кто. Уяснил же, малыш? — она вновь уперлась подошвой обуви в копчик пленника, осторожно продвинув тонкий каблук к заднему проходу, заставив драгонслеера вздрогнуть и недовольно зарычать. — Я — твоя Госпожа, а ты — мой раб. Девушка оставила пятую точку узника в покое и щелкнула пальцами. Появилась Дева и уже знакомая лавка, только теперь на ней были и колодки. — Чего тебе от меня нужно? — прохрипел убийца драконов, натянуто поглядывая на ненавистный предмет мебели, но, просвистевшая в воздухе, розга, больно ударившая его по спине, заставила чуть ли не подскочить, фыркая от боли и неожиданности. — Не «тебе», а «Вам, Госпожа Люси»! — гневно прошипела блондинка. — Дева, на стол его! — Дрянь… — сипло бросил драгонслеер, чувствуя как его снова ставят на четвереньки, фиксируя руки и голову в колодках, а ноги к полу, широко раздвинув колени. — Я же говорила — твой рот должен страстно любить все, что я в него пихаю, а не поливать меня грязью. До тебя все же еще не дошло? Ладно. Девушка кинула своему духу, и та без промедления вновь засунула в рот парню, который изрядно обматерил перед этим присутствующих, расширитель. Хартфилия медлила и не подавала никакого звука, заставляя парня нервно мотать головой, хотя это было бесполезно. Вдруг на его ягодицу опустилась теплая ладонь, а обильно смазанный чем-то палец без предупреждений вошел в анус. Мужчина выгнулся и захрипел. — Тихо, раб. Ты должен быть благодарен, я сегодня нежна с тобой и не рву твою задницу сухим членом. — блондинка засунула два пальца на всю длину, но боли пленник не почувствовал, хотя и ерзал тазом протестуя против ее действий. Люси ехидно улыбнулась и, нащупав бугорки простаты, стала интенсивно по ним водить кончиками пальцев. Чени болезненно простонал, но тело не обманешь. Приятная боль от ее действий разлилась сладкой истомой по всему телу, начав пульсировать нарастающим желанием в его плоти. Когда пленник практически перестал ерзать, а член вновь затвердел и увеличился в размере, желая разрядки, девушка прекратила свои движения и вытащила руку. — Грязный раб, — жарко прошипела Люси, неистово шлёпнув ладошкой по ягодице своего питомца. — Ты просто жалкий, грязный раб. Чени почувствовал как в расслабленный анус беспрепядственно входит что-то довольно толстое и прохладное. А потом услышал как зажигается огонь в ее руке. — Ты сегодня будешь моим подсвечником, — расхохоталась блондинка. Видимо, анальная пробка была устроена как подставка для свечи, которая вставлялась в приспособление, и при горении горячий воск капал на ноги узника. Чени нервно поежился понимая, что она поджигает свечу. Он хотел что-то прорычать, но при первом же его не осторожном движении горячая жижа брызнула на бедра, медленно остывая на коже. — Не волнуйся, — прошептала вставшая перед волшебником блондинка, уперев ему в щеку уже знакомый резиновый член — Я отвлеку твои мысли от твоей пылающей попки. Люси плотоядно усмехнулась и, грубо задрав голову парня за волосы, стала медленно вводить конец в открытый рот, неотрывно смотря как разного рода эмоции сменяются на его лице. Головка члена уже достала до гортани, а она продолжала вставлять его глубже. Первая волна тошноты сменилась жестким позывом к рвоте, в глазах невольно выступили слезы, и только тогда девушка остановилась, давая ему возможность привыкнуть. Запах ее похоти вновь впился в его ноздри, приводя организм в неясное состояние одновременного желания убить эту извращенную суку и отыметь ее всеми привычными и не привычными методами. Девушка довольно улыбнулась и, когда парень успокоился и оставил попытки вытолкнуть страпон, начала медленно и ритмично двигаться у него во рту ухватившись рукам за колодки над его головой. — Смотри, — через некоторое время прошептала блондинка вытащив член, а пальчики ловко расстегнули ремешок на затылке. — Я это сниму, а ты должен быть паинькой. Ненавистный намордник свалился на пол, приглушенно звякнув застежкой. Парень с облегчением выдохнул, но перевести дух ему не дал воткнувшийся в щеку резиновый конец и игривый смешок заклинательницы. — Давай, покажи мне свою преданность и будешь вознагряжден. Она вновь схватила его за волосы поиграв с ним в гляделки несколько мгновений. Затем взяла что-то рядом с собой на столике и резким движением ткнула этим парю в грудь. Не слабый разряд тока внезапно прошиб тело, заставив содрогнутся и тем самым разлить горячий воск на новые участки кожи. Волшебник крепко выругался, подняв на мучительницу гневный взгляд. Все возбуждение вновь испарилось, и теперь в низу живота пульсировала ноющая боль. — Давай малыш, сделай это, — поелозив головкой члена по сжатым губам, прошептала Люси. — Сделай и больше никаких намордников не будет на твоем лице. Больная шлюха. Тварь. Чени брезгливо скривился и нехотя приоткрыл губы, впуская в рот головку фаллоимитатора. Люси едва ли не взвизгнула от радости, но вовремя сдержалась. Она закусила губу и обхватив голову парня руками начала медленно углублять член. Чени обрывисто сопел, закрыв глаз, дабы не видеть ее радостного лица от его позора. Маленькая победа ничтожной девчонки. Он надеялся, что это продлится не долго. Ну какой ей кайф засаживать ему в рот, но, судя по всему чем дальше все это длилось тем сильнее блондинка входила во вкус. Она ускорила темп, осатанело насаживая голову пленника на конец, вырывая при этом светлые волосы и позывы к рвоте. Когда резиновый пенис уже начал раздражать гортань частыми и жесткими толчками, волшебник открыл глаз пытаясь что-то прорычать сквозь чавкающий звук своей собственной слюны, что обильно стекала по шее, девушка ускорила темп, жадно хватая воздух. Очередной приступ тошноты плюс двигающийся в глотке член, холодным потом прошиб все тело. Он неистово замотал головой, а она сделала еще несколько сильных толчков и отстранилась, тяжело дыша осев в свое кресло. Парень надрывно закашлял, сплевывая слюну и разбрызгивая в разные стороны воск горящей свечи. Слезы самопроизвольно катились по щеке, оседая едкой солью на губах. — Довольна? — с ненавистью прохрипел он, косясь исподлобья на свою мучительницу. — Ты ничему не учишься, — притворно печально выдохнула блондинка. — Ты должен говорить «Госпожа Люси, Вам понравилось?», но ты продолжаешь упорствовать. — девушка сбила розгой свечу, разливая горячий воск по телу драгонслеера. — мне вновь придется тебя пороть.