Расскажи мне о любви

В предыдущих главах: Ужин в доме Леви и Гажила проходит не совсем хорошо, из-за странной, как казалось Люси, потасовки между Нацу и Зерефом. Да и Нацу смог ошеломить всех присутствующих, назвав Хартфилию своей возлюбленной. В награду за достойное поведение, Драгнил пообещал блондинке билеты в театр на пьесу «Дурная кровь».

Хартфилия резко открыла свои глаза, вновь пробудившись от странного сна. В какой-то момент блондинка подумала, что с тех пор, как она находится в доме Драгнила, ей снятся какие-то непонятные сны. Не сказать, что это кошмары, но после них не чувствуешь бодрости и радости. Они постоянно были с тёмными, даже серыми красками, совсем нерадужные; монотонные или же слишком шустрые, будто резало сознание Люси. Да, звучит немного странно, но она ощущала это так. И абсолютно не помнила ни одного сна. Хартфилия только вспоминала, что всё было странно и темно. Внезапно Люси почувствовала у себя на талии мужскую руку, что вдруг прижала блондинку к телу. Видимо, Нацу вновь решил прийти в комнату девушки под утро, а может и вовсе среди ночи объявился. Хартфилия сопротивляться не стала, она только вздохнула. Неожиданно Люси почувствовала, как Драгнил стал жадно вдыхать запах тела девушки, уткнувшись в её плечо, а затем проводя носом вверх по шеи, кутаясь в волосах Хартфилии. Таким образом, Нацу дал понять блондинке, что он не спит, и что ему нечем занять себя. — Ты кажешься напряжённой, — хрипло произнёс мужчина. — Расслабься. Люси не шевельнулась и ничего не сказала Нацу. Даже самого Драгнила это немного да насторожило. — Всё думаешь о том, что случилось дома у Леви и Гажила? — предположил Нацу. В ответ вновь была тишина. Послышался лёгкий скрип кровати. Блондинка почувствовала, как Драгнил приподнялся. Кажется, он начинал злиться тому, что всё идёт не по его сценарию на сегодня. — Нацу, мне что-то не хочется тебе сегодня подыгрывать, — сказала Люси. В спальне повисла тишина, что в какой-то момент даже немного напугала Хартфилию. Было так тихо, будто Нацу рядом не было вовсе. Не было и слышно его движений, ерзаний. Только время от времени очень тихое дыхание. Блондинка повернулась на спину и задрала голову к мужчине, который вёл себя до жути бесшумно, будто хищник перед жертвой. Драгнил, казалось, смотрел на Люси всё это время. Он выглядел невозмутимым, спокойным, вроде бы не пугающе, однако девушке становилось жутко от такого выражения лица Нацу, будто бы вот-вот наброситься и порвёт на кусочки. Молча лежать и смотреть вот так друг на друга, казалось для Хартфилии не лучшим вариантом. Не зная, как поступить правильнее в этой ситуации, девушка лишь попросила Нацу оставить её и уйти. На это Драгнил только прикусил нижнюю губу и на секунду отвёл глаза. Тогда Люси чуть ли не в приказном тоне попросила мужчину покинуть спальню, вдобавок толкая его ногой. От неожиданного и достаточно сильного для хрупкой девушки удара, Драгнил чуть не свалился с кровати. За считанные секунды умиротворение с лица Нацу исчезло. Он хмуро глядел на храбрую и глупую молодую девушку и поддался к ней вперёд. Хартфилия ловко соскользнула с кровати и побежала в ванную комнату, закрыв дверь изнутри. Ей даже показалось, что она услышала в какой-то момент, как Драгнил скрипел зубами и шипел. Нацу отчаянно пытался открыть дверь, грубо дёргая её за ручку и зло стуча в неё, сопровождая всё это короткими свирепыми рыками. В какой-то момент Люси поняла, что в этой маленькой схватке победила она. Девушка довольно заулыбалась, заметив, что с другой стороны двери стало тихо. Тогда гордой походкой Хартфилия подошла к белой широкой ванне, включила горячую воду и стала её наполнять. Она сняла с себя одежду, аккуратно отложив её в сторону, и залезла в ванну, быстро добавив в воду пену с ягодным ароматом. Люси сидела в горячей воде, обнимая свои колени и наслаждаясь своей победой. Правда, девушка отдавала себе отчет, что выйдя из ванной комнаты, её точно будет ожидать какая-то месть. Но сейчас думать Хартфилии об этом не хотелось, пока что нужно восторгаться тем, что имеешь в эту минуту. И, кажется, испытывать такое блаженство девушке долго не пришлось. Люси услышала щёлчок и заметила, как дверь отворилась. Хартфилия толком и понежиться не успела в ванне, как появился перед ней полуголый Нацу. Но блондинка не решалась принимать поражение и держалась так, будто всё происходило по её гениальному плану. Она очень старалась выглядеть уверенной, но Драгнила не обманешь. Глаза девушки говорили всю правду. Нацу прошёл к ванне, снимая с себя свои трусы. А Люси быстро прикрыла глаза, чтобы не увидеть половой орган мужчины. Сквозь маленькую щёлочку между пальцами Хартфилия заметила, что Нацу уселся в ванну прямо напротив девушки. Люси быстро поджала ноги к себе, чтобы не дай Бог хоть чуть коснуться старого извращенца, и впечатывалась спиной в ванну. — Ты долго будешь прятать глаза от меня? — Драгнил засмеялся. Люси робко убрала руки, обняв свои колени. Но так и не посмотрела в сторону Нацу, что, видимо, смешило мужчину ещё сильнее. Хартфилия даже чувствовала, как прогибается под мужчину, хотя ещё ничего не произошло, если не считать того, что щёки блондинки порозовели от смущения. — Посмотри на меня, — произнёс бархатно Драгнил. Он так сладко это сказал, будто той злости, что была в его глазах всего несколько минут назад, и не было вовсе. После недолгих колебаний Люси всё-таки поддалась очаровательному голосу Нацу и подняла свои большие карие глаза. Драгнил выглядел нежным, добрым, не таким как обычно. К нему хотелось жаться и чувствовать, как его большая рука так бережно и заботливо гладит волосы, будто жалеет. От этого Люси сильнее смутилась и вовсе не понимала что делать. Она казалась пугливым маленьким котёнком, которого обижали на улице, а тут появился он, кто хочет забрать её домой и приютить, такой добрый и заботливый. Хартфилия почувствовала где-то внутри себя, где никто никогда не сможет увидеть, будто что-то заполнялось очень тёплым. Что-то похожее на горячий чай, выпивший на пустой желудок в холодное осеннее утро. Она чувствовала, как это растекалось внутри неё, заполняя каждый сантиметр тела изнутри. Вдруг Нацу подполз прямо к Хартфилии. В момент она испугалась и зажмурила глаза от страха. Блондинка почувствовала ладонь Драгнила на своей коленке, на которую мужчина опёрся. Он потянулся вперёд и поцеловал Люси в лоб. А потом снова оказался на небольшом расстоянии от девушки. Хартфилия открыла глаза и в удивлении уставилась на Нацу, слегка прикоснувшись к своему лбу. Драгнил коротко засмеялся. — Что? У тебя такое выражение лица. — Мм… Я просто не ожидала, — говорила тихо Люси, хлопая глазами. — Ты так себя не ведёшь. — Ожидала другого? — Нацу ухмыльнулся и убрал руки за голову. — Ты только скажи, я сделаю тебе приятно. Люси недовольно фыркнула. — Как нам выходить теперь из ванны? — возмущалась девушка. — Мы ведь не сможем сидеть тут вечно. Мне уже жарко. — В чем проблема-то? — Я не хочу, чтобы ты увидел меня полностью голой. Драгнил издал короткий, но громкий смешок. — И не хочу увидеть голым тебя, — добавила затем Люси. — Ты правда этого не хочешь? — изогнул бровь Нацу. — Не хочу, — твёрдо сказала Хартфилия. — Протяни мне свою руку, — сказал неожиданно мужчина. — Что? — Просто дай мне свою руку. Люси неуверенно подала свою тоненькую ручку вперед, вытащив её из воды. Она почувствовала, как её схватил Драгнил, медленно вновь опуская в воду. Его рука не казалась такой грубой и твердой, сейчас она казалась очень мягкой. Нацу поддался телом немного вперед, не отрывая глаз с девушки. Они молча смотрели друг на друга. Люси только наивно хлопала глазами, не понимая, чего сейчас добивается Драгнил, да ещё с такой хитрой улыбкой и предвкушением в глазах. Мужчина направил руку Хартфилии на своё тело, точнее приложил её к своему накаченному торсу, и продолжал наблюдать за реакцией блондинки, следя за малейшими изменениями в её лице. Нацу заметил, как в карих глазах читалось удивление и какое-то непонимание. Он убрал свою руку с руки девушки. — Ну, потрогай меня, — произнёс Драгнил. Люси сглотнула. И начала медленно, очень осторожно водить рукой по торсу Нацу. Он чувствовал, как рука блондинки чуть подрагивала от стеснения и лёгкого страха, но это ему почему-то даже нравилось. — И что? — улыбался Драгнил. — По-прежнему не хочешь меня? Люси только надула щёки. — Что ты пытаешься этим доказать? — спросила она. — Что ты хочешь заняться со мной сексом больше, чем я. Хартфилия тихо засмеялась, а затем показалась немного серьёзнее. — Странно, что ты ещё не принудил меня к сексу, — произнесла Люси вдруг. — Я не добиваюсь принуждениями, — сказал Нацу. «Хах, хочешь, чтобы я сама на тебя набросилась. Нет уж. Не на ту напал. Я не дамся без боя. Не проиграю», — твёрдо решила для себя блондинка. — Что ж, — Нацу сам убрал руку Люси со своего пресса, но не спешил её отпускать. — А теперь попробуй ты так. Возьми мою руку. — Легко. Хартфилия перехватила руку мужчины, взяв её за запястье, и направила на себя. Она приложила её к животу, а затем не спеша убрала свою ладонь, позволяя, как и Драгнил ей, его руке хозяйничать. Нацу стал двумя пальчиками проводить вдоль плоского животика Люси, чувствуя её вздрагивания. Он водил пальцами очень медленно по её коже, будто рисуя на ней какие-то плавные узоры, известные только самому Драгнилу. Он заметил, как Хартфилия вновь опустила взгляд, и облизнула губы. Видимо, она снова смутилась до жути и не хочет показывать это Нацу. Ему уже казалось, что он знает Люси очень давно, ведь каждое её движение было для Драгнила предсказуемым. И он легко мог предугадать слова Хартфилии или её действия, даже умудрялся объяснить их, следуя логике блондинки. Затем Нацу стал немного напористее, спустив свою руку на ногу девушки, и гладил её с внутренней стороны. Да, а Люси успела уже сесть удобнее, расслабленнее, выпрямив свои ножки. После рука мужчины ловко оказалась на груди Хартфилии. Он нежно гладил её, вновь проводил какие-то странные волнообразные невидимые линии пальцами, то снизу, то вокруг затвердевшего соска, то сверху. От наслаждения Люси прикрыла глаза и томно вздохнула. Кажется, что она успела позабыть о своём решении, что не сдастся Нацу. А как тут вообще что-либо вспомнишь, когда Драгнил так нежно и бережно касается девичьего тела. Внезапно Нацу прекратил трогать уже на всё готовую Люси и просто навис над ней, опираясь на руки, которые блондинка чувствовала своими бедрами. — Открой глаза, — шепнул ей Драгнил. Девушка не спеша открыла свои глаза и смотрела на серьёзного Нацу. — Просто скажи это, — произнёс он в губы Хартфилии. — Мы ведь оба этого хотим. Тебе просто следует произнести это вслух, и тогда ты станешь самой счастливой девушкой. Я просто хочу это услышать. Люси что-то невнятно промычала, поджав губы. — Твоё тело просто кричит об этом и умоляет меня. Почему ты не можешь этого сказать? — Драгнил приложил свою ладонь к груди девушки. — Твоё сердце… так колотится. Хартфилия в момент отбрасывает руку Нацу, вскакивает и вылезает из ванны. — Ты, кажется, не хотела, чтобы я увидел тебя полностью голой, — подловил Драгнил Люси, никак не расставаясь со своей кривой улыбкой. — Уже наплевать, — Хартфилия укуталась в полотенце. — Ты ведь хочешь со мной переспать. К чему тогда все эти непонятные детские игры? В чем дело? Такое ощущение, если ты признаешься мне в этом, то потеряешь миллионы. А сейчас ты просто лишаешь себя крутого кайфа, сама же издеваешься над собой. — Ты бы давно мог принудить меня к сексу, заставить меня. Любым способом. Но ты этого не делаешь. А я на тебя не вешаюсь. Отсюда логичный вывод: отпустить меня. Мы только зря тратим время друг на друга. — Но мне так нравится, — на вздохе сказал Драгнил. — И тебе тоже нравится это. Мы просто издеваемся друг над другом. И оба испытываем кайф от этого. Именно из-за этого ты не хочешь уходить отсюда, и из-за этого же я не хочу отпускать тебя. Ты просто занимаешься самообманом. Это у всех женщин, видимо, в крови. Люси что-то пробубнила себе под нос, фыркнула и, громко захлопнув за собой дверь, вышла из ванной. После послышалось рычание и брошенная в пустую спальню фраза: «вот же похотливое животное».

В следующей главе: Люси начинает интересоваться у Леви прошлым Нацу, пока Драгнила не было поблизости. Тем же вечером они отправляются на обещанную Драгнилом пьесу и встречают там Зерефа. А дома у Нацу внезапно настало время откровений.