Ломая границы

За две недели Гарри узнал о праздниках больше, чем за всю жизнь. Гермиона была неумолима и гоняла его с самого утра до поздней ночи. Когда Гарри решительно бастовал, Гермиона делала такое выражение лица, что становилось ясно: выхода нет, если он не хочет немедленно умереть. Как оказалось, Бельтайн – один из двух важных праздников кельтского календарного года, который условно делился на 2 равных части, каждая из которых открывалась большим праздником – Самайном 1 ноября и Бельтайном 1 мая. Центральным ритуалом было разжигание нескольких огромных костров на вершине горы или высокого холма. - Поскольку этот обряд связан с культом Солнца, то костры зажигали с первыми лучами рассвета, пели гимн и обходили костры 3 раза, - проговаривала Гермиона в десятый, наверное, раз. Гарри мотал головой, пытаясь запомнить массу информации. Майские Король и Королева наряжались в зелень, цветы и ветви. Праздновалась символическая свадьба, которая связывала их на один год и один день. Если же те, кого выбрали Королем и Королевой были влюблены друг в друга и желали сделать свой будущий союз крепким и счастливым, они произносили клятвы в вечной любви и затем проводили вместе ночь. Майский Король укладывал свою Королеву на ложе из цветов, которое тоже было традиционным при этом обряде. Считалось, что после полового акта души влюбленных будут связаны навеки. Джинни при этих словах мечтательно вздохнула. - Гарри, мы же проведем этот обряд? Ах, как это романтично! Ложе из цветов, клятвы… Безумно романтично! - Девушка закружилась по комнате, сжимая руки. Гарри стоически сносил все эти заявления, понимая: от судьбы не убежишь. - Хочу только предупредить, - сказала Гермиона в самый первый раз. – Обряд не терпит лживых клятв. Если влюбленные не уверены в своих чувствах, или если они неискренни, то того, кто солгал, накажет сама кельтская магия. Но этому замечанию никто внимания не уделил. У Гарри и так было, что заучивать и составлять, а Джинни была чересчур занята подготовкой к празднику. К великой радости Гарри, она взяла на себя все заботы и о его наряде. Оставалось надеяться, что он не окажется слишком уж цветочным или вызывающим. Дни летели с сумасшедшей скоростью, приближая день Бельтайна с неотвратимостью цунами. Миссис Уизли, узнав об обряде, который, помимо прочего, решили провести Гарри и Джинни (а точнее, решила непосредственно Джинни), прослезилась. - Дети мои, как же я рада этому вашему решению! Ах, как же я счастлива, что вы нашли друг друга и так влюблены. Джинни улыбалась так, что было ясно: ее любви хватит на нескольких Гарри. Сам герой что-то не был уверен в происходящем. Нет, он любит Джинни, он хочет быть с ней, но все так быстро... - Никто не заставляет тебя жениться, дружище! – стукнул его кулаком по спине Рон, когда Гарри поделился сомнениями. - Ну да, но Джинни ведь думает, наверное, иначе. Рон упал на кровать и потянулся. - Послушай, - сказал он наконец. - Эти кельтские обряды мутные и вряд ли можно так уж доверять им. Это же просто слова. Глупость какая-то, а не настоящие клятвы и брачные узы. Думаю, не надо верить во все это так сильно. Гарри засомневался. - Да, но Гермиона говорит… - Гермиона всегда что-то говорит. Но не всегда сбывается. Уверен, никто в Министерстве не верит в истинную силу этих дурацких обрядов и кельтскую магию. Это очередной праздник для объединения народа. Гарри не знал, что и сказать. Может, Рон прав, и Гермиона действительно преувеличивает? Они с Джинни уже много раз говорили друг другу «Я люблю тебя», но это же клятвой не считалось. Почему эти же слова, но сказанные на ложе из цветов, станут вдруг такой могучей силой? Наступило двадцать девятое апреля. С самого утра все в Норе бегали по этажам, собирали вещи, активно готовились к отъезду. То и дело в доме раздавались возгласы: «Ой, новое платье!», «Где моя книга, я читала ее только утром?!», «Черт возьми, куда подевались носки?» и прочее. Гарри повторял написанную Гермионой речь ко Дню Победы, волнуясь все больше с каждой минутой. Отчего-то его внезапно стал волновать Бельтайн и собственная роль в этом празднике. Сердце будто предчувствовало что-то. - Глупости! – сердито сказал сам себе Гарри и резко встал. Наверное, он так разнервничался из-за речи. Гарри решительно спрятал пергамент с текстом в сумку. Было решено не брать много вещей, ведь уже третьего мая все вернутся в Нору. Гарри и Рон снова вернутся к занятиям в школе Авроров, а Гермиона уедет сдавать экзамены в Академию колдомедицины в Париже. Джинни вернется в Хогвартс – заканчивать последний свой год в школе. А пока у них официальные выходные. Гарри устало посмотрелся в зеркало. Оттуда на него смотрел симпатичный молодой человек, смуглокожий, черноволосый, яркие зеленые глаза смотрят из-за стекол прямоугольных очков – круглые он уже почти год не носил. Он вполне красив – разве не липнут к нему кучи девушек во время этих постоянных интервью? -Гарри, ты уже собрал вещи? Джинни привычно влетела в комнату с ворохом одежды в руках. - Почти, - ответил он, кивая на полупустую спортивную сумку. Джинни недоуменно осмотрела ее и пожала плечами. - Я не могу выбрать, какое из этих платьев взять с собой! - Возьми любое. - Ты что, Гарри, я же должна выглядеть красиво! Гарри взглянул на свою девушку, затем перевел взгляд на платья, которые она бросила на кровать Рона. Не меньше полудюжины платьев, судя по ряби цветов. - Джинни, ты и так красива. И мы же едем всего на несколько дней. - Гарри, ну как ты не понимаешь? Это же ЦЕЛЫХ несколько дней! Джинни упала на кровать и ахнула. - Что же мне взять?! Гарри достал из кучи голубое платье с аккуратными белыми рюшами по подолу и вокруг талии. - Возьми это. Джинни обратила на него внимание. - Ты что, Гарри, оно совершенно мне не идет, этот цвет совершенно не то, что нужно! И потом, оно совсем не парадное! Гарри пожал плечами и выбрал другое – бледно-розовое пышное платье, украшенное цветами. - Тогда это. - О, Мерлин, это совершенный ужас! Ты только посмотри на этот жуткий цвет! А эти нелепые розы! Нет, это не то! - Ну ладно, а что на счет вот этого? – Он протянул ей золотое обтягивающее платье - весьма откровенное. Джинни застонала. - О, Боже, нет! Оно будет дико меня полнить! Гарри, тебе, похоже все равно, как я буду выглядеть на празднике! Гарри немедленно пошел на попятный. - Нет, ну что ты, милая! Просто все твои платья очень красивые. Например, это серое. - Нет же, Гарри, я буду в нем словно поганка бледная! - Зачем ты тогда вообще принесла их сюда, если совсем ничего не нравится? Джинни закатила глаза. - Почему ты такой бесчувственный! – Это явно был не вопрос. - Джинни, послушай, все эти платья на самом деле красивы. И все тебе идут. И это новое красное платье с разрезом. И это зеленое тоже! Джинни подняла голову. - Правда? - Да, конечно. Когда я врал тебе? - Ну ладно, тогда я возьму… - Джинни уставилась на ворох платьев. – Все! Гарри поперхнулся. - Все? - Да, тогда я смогу выбрать на месте в зависимости от повода! Ой, Гарри, ты же положишь их себе, а? А то мой чемодан уже не закрывается! Да, пожалуй, это был самый длинный день, решил Гарри вечером после ужина, когда все почти успокоились и разбрелись по комнатам. Рон сразу лег спать, измученный Гермионой и ее книгами. А Гарри не спалось. Почему-то он вспомнил о Снейпе. Интересно, где он сейчас? Они не виделись целый год с тех пор, как Гарри и Гермиона вытащили зельевара после укуса Наджини из Визжащей Хижины. Снейп исчез сразу после церемонии награждения героев войны – через несколько дней. С тех пор Гарри о нем ничего не слышал.