Храм забытых богов

Николь, открыв дверь квартиры ключом-картой, хлопнула три раза в ладоши, с потолка полился мягкий золотистый свет. Устало бросив на тумбочку сумочку и ключ, скинула надоевшие туфли на высоком каблуке и, сняв пальто, бросила его вслед за сумкой. Плюс холостяцкой жизни в том, что тебе не нужно думать чем накормить мужа, ребенка, и вечно голодного кота. Никто не попрекает беспорядком в доме, не ворчит, подбирая с пола твои грязные носки и блузки. Но как же не хватает этого теплого ощущения уюта и присутствия в доме кого-то, кому ты не безразлична. Ей понадобилось шесть лет чтобы осознать это. Известие о гибели дочери застало Николь врасплох, в тот момент, когда пришло сообщение от Компании с соболезнованиями, сердце словно онемело и застыло. Как пояснялось в послании, в колонии произошел взрыв ядерного реактора завода вследствие чего были уничтожены все постройки, никто из поселенцев не выжил. Ни тела ни останков семье не предоставили, Николь даже не могла похоронить дочь как подобает, теперь в родовом склепе, принадлежащий семье Совеньи на Марсе стоит пустой гроб. Николь смутно помнила похоронную церемонию, словно выпала из реального мира в некое иное пространство, где звучал смех и радостный голос дочери, воспоминания о ее рождении, детстве пронеслись перед глазами за одно мгновение, за пеленой боли и слез. Николь не понимала, как смогла прожить эти месяцы. Как автомат она приходила на работу, что-то делала, отдавала распоряжения, пребывая в каком-то онемении, все чувства словно умерли в ней, остались лишь воспоминания. Она даже не знает где ее бывший муж, и жив ли он вообще, учитывая, кем он стал. А месяц назад тихо умер старый кот, Ёшкин, в пору молодости обладавший игривым характером. Раньше он часто проказничал, прятал тапочки, воровал вещи Вероники и складывал по тайникам за мебелью. Влад заставая котёнка за очередной каверзой кидал в него чем-нибудь и кричал на родном языке «ёшкин кот!», так и привязалась кличка. Николь давно переехала из большого дома в квартиру, что выделила ей Компания, но кота отдать в приют не решилась, он оставался единственной частичкой когда-то дружной семьи. Налив себе вина она прошла на лоджию, села за низенький столик, взгляд невольно упал в дальний угол, там, на подоконнике любил греться в лучах солнца Ёшкин. Пусто и тоскливо стало без его мурлыканья и молчаливого сочувствия, словно он понимал все, что говорит ему хозяйка одинокими вечерами. Когда приходилось надолго отлучаться из дому, Николь брала кота с собой, пристраивала где-нибудь на время работы в лаборатории. Когда бы она не пришла, какое бы поганое настроение у нее не было, он всегда был ей рад и готов утешить хозяйку. Невольно вспомнился непогожий вечер, когда Вероника вся мокрая, попав под проливной дождь, ввалилась в дом и на вопрос отца что такое у нее на груди под курткой топорщится, бережно вытащила крошечный дрожащий комочек шерсти непонятной расцветки. Когда котёнка омыли и отогрели, обнаружилось что его шерсть белоснежного цвета, когда же он подрос, серые глаза приобрели ярко-голубой цвет. Спал малыш исключительно на подушке Вероники. Каждое утро, заходя в комнату Вероники чтобы разбудить дочь, она умилялась трогательному контрасту — пушистое белое облако на фоне иссиня-черных кудрей девочки. Теперь их нет обоих, возможно сейчас они где-то там в лучшем мире. А она осталась здесь, совершенно одна, в пустом холодном доме. Невеселые мысли женщины прервал зуммер видеокомма. — Госпожа, вам звонит какой-то тип из Компании — проговорил компьютер дома голосом Влада. Его звуковая дорожка и параметры общения являлись плодом давней шутки Вероники. Все никак руки не доходят перепрограммировать этот позитронный кусок учтивости. — Переведи звонок на лоджию — распорядилась она, из столешницы плавно выскользнул небольшой плоский экран связи — Да — произнесла Николь безразличным тоном, сидя в профиль к собеседнику. — Миссис Совеньи вас вызывают в лабораторию. — Это так срочно? Я только пришла с работы. Неужели без моего присутствия ваши сотрудники не могут справиться с простейшим экспериментом? — Прошу прощения, забыл уточнить, вас желают видеть в шестом секторе. Это очень важно.

***

В кабинете замдиректора компании было непривычно людно. Помимо давнего коллеги Сержа Берандо присутствовал так же тот, кого Николь хотела видеть здесь меньше всего. — А он что тут делает? — недовольно нахмурилась она, указывая на вольготно развалившегося в кресле смуглого мужчину с идеальными чертами лица. Зачесанные назад прямые смоляные волосы, белоснежная улыбка дьявола и тяжелый взглядом льдистых глаз придавали облику мужчины шарм и неотразимое обаяние которым могла противостоять не каждая женщина. — Он так же приглашен мною, как и вы. Я возобновляю финансирование закрытого ранее проекта «Соломея» в связи с новыми обстоятельствами. — Вы ведь помните чем закончилась прошлая попытка? — слегка подавшись вперед произнес Морган, усмехнувшись уголком губ — всех в колонии, где проводился эксперимент сожрали. — Меры безопасности усилят и прежних ошибок допущено не будет. На кону миллионы жизней, если удастся восстановить созданную вами профессор, вакцину колонистов можно будет прививать, предотвращая заражение. — Все это конечно хорошо звучит, но хочу напомнить вам, что единственный испытанный образец вакцины был утрачен — напомнила Николь, сложив руки на груди, — все наши попытки воссоздать ее в прежнем виде не состоялись, помимо моих разработок в этом проекте участвовало более шестидесяти ведущих ученых в своей области. Как бы мне не хотелось развеять ваши радужные надежды, но факт остается фактом — формула утеряна безвозвратно. — Смею вас уверить, это не вполне так. Вы, профессор Совеньи, утаили от меня и правящего совета безопасности, что образец вакцины, прошедший испытания вы все же применили на человеке — своей дочери. Вейланд-Ютани предоставили нам образцы крови и тканей. Как вы знаете, мы запрашиваем все биологические материалы, чтобы иметь возможность восстановить сотруднику утраченные органы в случае происшествия. Проведя анализ крови вашей дочери, каково же было удивление наших специалистов, когда они обнаружили в ее ДНК последовательность, которой там не должно было быть в принципе. Николь нахмурилась, Демпиш сумрачно хмыкнул. — Я уверен, у профессора Совеньи были веские причины скрывать факт применения препарата — проницательно заметил он. — У меня не было выхода. — Не сомневаюсь в этом, профессор, но что было, то прошло, не будем заострять на этом внимания. Раз девочка выжила и прожила отпущенный судьбой срок вполне полноценным человеком — значит вакцина сработала так как было необходимо. Гораздо важнее сейчас сосредоточиться на поставленной руководством задаче. — На то чтобы выявить нужную последовательность из всей этой мешанины в ДНК из крови уйдут годы напряженной работы. — Вам предоставят все необходимое оборудование, самых лучших специалистов. В помощниках недостатка вы испытывать не будете. Вам предоставляется полная свобода действий, делайте что сочтете нужным. Эта вакцина очень важна для человечества, ведь в конце концов лекарство от рака было изобретено. — И на это ушло без малого сотня лет — между прочим напомнил Серж, почесав бровь. — Перед нами поставили задачу и мы обязаны ее выполнить, как говорил великий полководец — неудача в план не входит. Профессор Совеньи назначен куратором проекта, вы двое примите на себя обязательства непосредственных исполнителей, учитывая ваши немалые заслуги в области генетики и медицины. В вашем распоряжении неограниченные ресурсы. — А теперь поясните, тому кто не владеет этой вашей ученой телепатией, кому какая роль отводится и сколько нам дают времени? Зная нравы больших шишек результат наверняка нужен им как можно скорее. — За что я уважаю вас мистер Морган, так это за практичность — одарила мужчину жемчужной улыбкой замдиректора, сложив руки с идеальными наманикюреными длинными пальцами перед собой на столешнице. Морган состроил на лице благодарную мину — профессор Совеньи будет отчитываться непосредственно мне, мистер Моргану предоставлена задача управления и руководства, набор персонала при помощи профессора Берандо. — Что? Почему ему поручают такую ответственную задачу? — возмутилась Николь. — Ваше участие, профессор Совеньи, необходимо, так как вы единственная из присутствующих знаете все этапы создания вакцины. Поскольку ваши суждения пристрастны, было решено отстранить вас от работы в лаборатории. Но при этом вы будете контролировать процесс. Скоро там обновят систему безопасности, будет установлен охраняемый периметр. На время работы все внешние контакты не желательны во избежание утечки информации. Вас немедленно доставят в гостиницу для сотрудников компании, вылет завтра утром. — То есть позвонить и предупредить семью, что я неизвестно насколько пропаду из дома я не смогу? — возмущенно произнес Серж, слегка нахмурив темные брови. — Вам будет предоставлена такая возможность, профессор. После трехдневного перелета катер их высадил на одной из самых красивейших планет, как показалось тогда Николь, когда нога ступила на покрытие взлетной полосы, ее тут же окружил аромат душистых полевых трав и разогретой почвы. Желтое небо, оранжевого, фиолетового, индигового цвета травы, степь тянулась до самого горизонта, пение насекомых не мог заглушить даже шум двигателей приземлившегося аппарата. Из подъехавшего автобуса (настоящего, на колесах!) выскочил плотный моложавый мужчина с радушной улыбкой на лице. — Добро пожаловать на Аммонет, дамы и господа. На этой широте одни степи кругом, ну и жара… мне не так часто доводится выходить на поверхность — благожелательно пояснял на ходу их невольный гид — мистер Морган, рад что вы смогли добиться финансирования для нашего захолустья. — Сделал, что мог — коротко улыбнулся в ответ Морган, усаживаясь в кресло автобуса, наслаждаясь относительной прохладой салона. — А что именно здесь находится? — Исследовательский аванпост, эту планету открыли сравнительно недавно, численность населения около трех-четырех тысяч, в основном это обслуживающий персонал, научные сотрудники лабораторий. При облете был выбран наиболее оптимальный для постройки базы сектор. На юге континента раскинулась пустыня, за отрогом высоких гор джунгли, на востоке океан с его непредсказуемыми сильными штормами. Полезных ископаемых пока не найдено, базу окружает силовое поле, которое не дает степным хищникам забредать на нашу территорию. Дополнительными источниками энергии нам служит солнце и ветер. Следующие несколько недель для Николь пронеслись со скоростью истребителя в пике, смазавшись в одну сплошную полосу. Необходимо было распределить должности для прибывших сотрудников, наладить поставки между корпусами, всех расселить и проследить за установкой оборудования. Было заключено огромное количество договоров, помимо тех которые были заранее обговорены компанией еще на Земле. Фактически ей предоставили под управление целый научный комплекс, прежний управляющий с радостью сдал свой пост, назначив негласным командиром Николь, что не могло ее не раздражать. В его пользу можно сказать, что он всеми силами помогал освоиться женщине на посту, познакомил со всеми управленцами, так же помог наладить диалог с рабочим коллективом. Чтобы превратить рядовую колониальную лабораторию в нечто с передовыми технологиями, которая не уступала бы земным требовались колоссальные затраты и огромное количество человеко-часов, люди работали по три смены в напряженном ритме каждый день. В итоге у нее не оставалось даже времени на то чтобы спуститься на нижние, самые охраняемые уровни лаборатории. Судя по сухим отчетам Моргана, поступавшие на ее личный компьютер, дела у них шли медленно и неважно, буквально каждая строчка пылала негодованием и раздражением. Зная манеру его письма, Николь только недовольно хмыкала, обещала себе пойти к ребятам и наконец, заняться проектом, но навалившиеся дела снова затягивали, ей часто приходилось засиживаться допоздна, разбирая ворохи накладных и отчетов. В один из вечеров Николь отвлек от текущей рутины внезапный вызов от Демпиша. Подхватив с вешалки свой халат, она поспешила вниз, переполняемая противоречивыми чувствами от «наконец позвонил, сволочь» до «что-то случилось». Пройдя через защитные системы, перед ней открылись внешние створчатые двери лаборатории, ее лаборатории. Ее встретил с извечной радушной улыбкой на лице сам Морган, костюм на нем сидел как всегда идеально, черные волосы зачесаны назад. — Николь, наконец-то! Ты что совсем не читала мои отчеты? — Только первый десяток, они не отличались особым разнообразием. Что у вас случилось? — Идем, я все покажу тебе сам. Но сначала тебя нужно подготовить. — галантно взяв под локоток произнес Морган, выжимая из себя радушную улыбку, ведя женщину по коридору, в обход массивных двустворчатых дверей, ведущих в лаборатории.Откуда-то из бокового прохода им навстречу выскочил взъерошенный, взволнованный Берандо, полы халата развевались за ним как крылья. — Привет Серж, не пояснишь что происходит? — Ты ей сказал, она знает? — Нет конечно, я собирался послать за тобой, сюда пожалуйста, здесь мой скромный рабочий закуток. — Морган открыл двери кабинета, пропуская вперед даму, заметив беспорядок он слегка смутился, почти подбежал к широкому кожаному дивану у стены, торопливо сложил подушку и плед в кучу, подхватив постель, затолкал все это в гардероб, с натугой задвинул створку — пришлось часто задерживаться, честно говоря в своем доме я был всего пару раз, даже вещи не разобрал. Присаживайся куда-нибудь, может выпьешь? — он подошел к бару, изящным движением открыл бутыль, вытащил из стенного шкафчика бокалы, составил их в ряд на столе у кофеварки. — Нет спасибо. — Плесни и мне немного виски — попросил Серж, усаживаясь рядом с коллегой. — Может скажете наконец как продвигается дело с проектом, ведь собственно за этим ты вызвал меня сюда? — настороженно наблюдая несвойственное поведение Моргана, она начала невольно подозревать самое худшее. Мужчина замер с бутылкой виски на весу в одной руке и граненым бокалом в другой, было заметно как напряглись мышцы его спины. Повернувшись к Николь он мягко улыбнулся своей обворожительной фирменной улыбкой, налил во второй бокал, подошел к ним, подал янтарный напиток Сержу, при этом сам предпочел пить стоя, пренебрегая комфортом, что свидетельствовало о крайней степени волнения. А может он соблюдал дистанцию, зная о вспыльчивом характере прекрасной собеседницы и берег свое холеное лицо от расправы. — Ну поначалу у нас ничего не выходило, от слова совсем. Ты конечно очень помогла нам, скинув свои наработки, да и работа Сержа сыграла немаловажную роль, но все было не то. Мы не спали ночами, бились над проблемой выделения необходимой нам последовательности. — Нам удалось синтезировать основу, но материала катастрофически не хватало. Необходимы были стволовые клетки, чтобы понять как именно вырабатывается сыворотка… вот — вклинился Серж, потягивая виски с задумчивым выражением на лице. За это время волосы на его висках казалось, еще больше поседели, под глазами залегли темные круги. — Не знаю как так вышло… но развитие шло скачкообразно, остановить его на том этапе было уже практически невозможно, когда мы это поняли, было уже слишком поздно. Прервать эксперимент — значило бы, что все наши труды пошли коту под хвост. Это моя вина, признаю… я настаивал на ускорении роста — поспешил пояснить Морган, впрочем с его стороны это было больше похоже на попытку оправдать свои действия, все как всегда, ничего не меняется. — То есть теперь у нас полноценная живая особь? Вы же должны были остановить развитие на стадии эмбриона… Серж как ты мог допустить это! Ты ведь знаешь, что я недавно похоронила дочь! Мы хоронили пустой гроб! Пустой! Я даже не смогла увидеть ее тела! — Вот почему тебя не допустили к работам, Николь, ты слишком пристрастна — покачал головой Морган, на всякий случай отступая еще на шаг от разгневанной женщины, вскочившей на ноги. Она была на голову ниже его, что не умаляло силы крепких кулачков, которые она сейчас сжимала в неодолимом желании придушить несносного выскочку на месте. — Николь, на нас давили сверху, ты ведь понимаешь как важен результат… что стоит на кону, постарайся абстрагироваться, это существо даже не человек в полном понимании этого слова. — Что это значит? — холодно поинтересовалась Николь, переведя свое внимание на друга и коллегу. Серж невольно поежился под ее тяжелым взглядом. — Генетический материал чужого, эмбрион которого поглотил организм твоей дочери, встроился в ее ДНК, разделить их оказалось невозможно. Это гибрид… можно сказать попытка клонирования почти провалилась. При этом первичные анализы подтвердили наличие сыворотки в организме особи. — Покажите мне ее — твердо произнесла Николь, напомнив, что именно она руководитель проекта и так просто ее из колеи не выбить. Она пожертвовала своим открытием, чтобы спасти своего единственного ребенка, и кажется, пришло время расплачиваться за все ранее содеянное, ну что же, она готова ко всему. Вместе они прошли через анфиладу лабораторных корпусов, спустившись еще ниже, оказались в огромном отсеке, в центре которой стоял бокс со стенками из прозрачного сверхпрочного пластика, оборудованный как детская комната. По периметру отсека стояли многочисленные экраны терминалов, за ними суетились люди в халатах, регистрируя каждое движение объекта. Николь, подошла к прозрачной преграде, с замиранием сердца вглядываясь до боли знакомые черты девчушки лет десяти. Черные кудряшки ниже плеч закрывали лицо, девочка, сидя на пушистом ковре, перебирала мягкие игрушки, разложенные вокруг. — Откройте. — Николь, это не она… — попытался образумить коллегу Серж. — Откройте дверь немедленно! — приказала Николь стоявшему рядом охраннику, тот беспомощно пожав могучими плечами, подчинился. Она медленно приблизилась к девочке, присела напротив нее на корточки с интересом разглядывая ее и ее игрушки. — Привет. Я Николь, а у тебя есть имя? Девочка подняла голову, женщина постаралась не ахнуть. Глаза ребенка казалось, состояли из одной индигово-синей радужки с золотым ободом вокруг зрачка, лицо не выражало ровно никаких эмоций, оставаясь равнодушно-бесстрастным, при этом во взгляде чувствовалась сила и некая вековая мудрость. Потратив ровно минуту на разглядывание собеседницы, существо вернулось к прерванному занятию. — Неприятно получилось — посетовал Морган, состроив на лице извиняющуюся мину, когда ошеломленная Николь вышла из бокса — она ни с кем не разговаривает, играет сама с собой. Кажется у нее крайне высокий болевой порог, когда брали кровь на анализ, она даже не поморщилась. — Что с ее глазами? И я хотела бы знать об эмоциональной составляющей. — Глаза это лишь малая толика всех отличий — произнес сумрачный Серж — Мы не знаем точно насколько она эмоциональна, но спектр ее чувств весьма отличается от человеческих. Кстати она стерильна, хоть это мы успели изменить во время развития. — У нее очень странный взгляд, мне от него немного не по себе, словно она знает, о чем я думаю. — Матки чужих управляют целым ульем из тысяч особей. Возможно, некая ментальная сила присуща и этой особи, но пока она в ней весьма слаба. К тому же у чужих наследуемая генетическая память всех поколений. Эти данные конечно пока не подтверждены экспериментально… — …и являются плодом твоих измышлений на грани домыслов. — скептически усмехнувшись, перебил его Морган. — Пока наблюдайте за ней, обо всем что здесь происходит сообщайте мне, если что, тут же звоните. — Конечно, Николь — заверил ее Серж, задумчиво нахмурившись. — Провожать меня не нужно, займись лучше своим делом, Морган. — Ты назначил время извлечения? Нам уже нужно работать с материалом для получения сыворотки, мне уже приходило сообщение с Земли, они интересовались каких мы добились результатов, и порекомендовали приступить к следующей стадии — Произнес Морган, косясь на существо за прозрачной стеной. — Через три дня. Необходимо взять образцы. Николь придет в ярость, когда узнает, что мы действовали через ее голову. — Для нее же лучше будет не знать… всех тонкостей эксперимента. В конце концов, это всего лишь существо. Николь сейчас нелегко… Но когда, наконец, мы добудем материал, она обрадуется перспективам, и уйдет с головой в работу, как это было раньше, Николь всегда была настоящим ученым. — Надеюсь, ты прав — скептически произнес Серж, развернувшись, ушел к себе, нужно было подготовить команду медиков к операции, раздать распоряжения и предупредить охрану на тот случай, если особь по какой-то причине сможет освободиться.

***

Manʼdaca Огненного Когтя подошел к условленной точке рандеву. Тхарн-тал отметил пунктуальность Волков, те судя по всему прилетели давно, и успели обосноваться на одной из лун, вращавшихся вокруг планеты, устроив на поверхности планетоида нечто похожее на временную базу. — Неплохо они тут обосновались — немного изумленно хмыкнул Смерч. К Manʼdaca тут же подлетел один из истребителей Волков, покачав крыльями, повел их к плоской равнине у базы, которая представляла собой полость, вырубленную в породе спутника. Пройдя по короткому туннелю, Тхарн-тал в сопровождении своих помощников и команды Тантʼринда попал в довольно обширную залу, где за каменным столом их уже ожидали представители, по меньшей мере, трех кланов Волков, если судить по значкам на рукавах брони. Линдон коротко поздоровался с прибывшими яутами, представил присутствующих и сразу же перешел к делу. — Я получил ваше сообщение. Мы с ребятами составили план по проникновению в самый большой улей, наша задача захватить королеву и взять образцы маточного молочка. Вот как примерно все это будет выглядеть — Линдон включил голопроектор с подробной картой ходов улья, включая камеру королевы — наши андроиды-разведчики, помеченные феромонами ксеноморфов этого улья пробрались внутрь и произвели съемку. Разумеется, потайные ходы и лазы остались не разведанными — пояснил Линдон яутам — «Стальные Волки» расчистят вам путь, «Ликораксы» перекроют все входы в их задачу входит уничтожение тех ксенов, что попытаются проникнуть в улей или покинуть его. Далее действовать придется вашим кланам, внутри улья «Стальные Волки» переходят под ваше командование Тхарн-тал. Хотел бы заметить, что ксены обосновались внутри древнего корабля неизвестной нам расы, порода вокруг него вулканического происхождения, местами весьма неустойчивая. — Хороший план, — одобрительно кивнул Тхарн-тал, отметив оперативность Волков и мудрость их лидера, понимавшего что у яутов больше опыта именно в зачистке крупных ульев — Начинаем немедленно, мои воины готовы. — Отлично, тогда займем свои позиции. — Согласился Линдон, вскоре все отправились по кораблям. — Кайнде будет очень много, будь осторожен, не все смогут пережить эту Охоту. — Увидимся внизу Тхарн-тал.

***

Вероника отрабатывала удары на голографическом тренажере, когда заметила заметное оживление на корабле. Выглянув в коридор она с изумлением и восхищением наблюдала как мимо шествуют в полной амуниции Воины клана, в величественном безмолвии, лишь гулко отдавались их тяжелые шаги от стен коридоров. Заметив в тени колонны юнца наблюдавшего за Воинами с нескрываемой завистью, она подошла к нему. — Ярез, а ты тут что делаешь? — Меня наконец приняли в клан, забрали с планеты, отец считает, что я готов. — А ты как думаешь? — Я рад, что меня приняли. — Пожал плечами яут, глядя вслед ушедшим Воинам — они ушли на Охоту, я должен был быть среди них! — с чувством произнес Ярез, сжимая кулаки в бессильной ярости. Ему казалось что его незаслуженно обошли, не допустив к Охоте, ведь он был намного опытнее Младших, а его боевые навыки приближались по уровню к Окропленным, в бою он даже превосходил их. — Ярез, ты же слышал приказ! Это улье огромно и в зачистке участвуют лишь самые опытные. Хочешь ослушаться приказа? — Я достаточно опытен для этой Охоты, я уже убивал кайнде! — зло прорычал яут, выскальзывая в коридор и направляясь к десантному отсеку. Судя по дрожи палубы под ногами, десантный катер уже отделился и доставил в нужную точку Воинов, и это значит, что теперь корабль следует по курсу на низкой орбите, обеспечивая необходимыми визуальными данными, тех кто сейчас находится внизу. — Ярез! Это плохая идея! Тантʼринд тебя засечет на глазах всего клана, если ослушаешься приказа! — Можешь оставаться здесь, осторожная уманка! Я готов принять свою участь, вот увидишь, я вернусь с богатыми трофеями! — выпалил Ярез, резко развернувшись к ней на ходу. Широким стремительным шагом войдя в отсек, он отстучал когтями на панели управления десантными капсулами команду запуска. Один из серых продолговатых цилиндров раскрыл свое красное нутро, на стенках капсулы виднелись крепления с оружием и набором для выживания. Ярез не колеблясь, шагнул внутрь, плечи и живот яута тут же обхватили ремни безопасности, тело обволокло противоперегрузочным коконом. — Ты вернешься в виде трупа, придурок! — закричала Вероника, в бессильной ярости наблюдая как мощные створки закрываются перед лицом ухмылявшегося яута. Капсула стремительно ухнула вниз, к планете кишевшей ксенами. — Ой дура-ак! — в ужасе схватилась за голову девушка, недоумевая какая его муха укусила. Что могло вдруг толкнуть на подобную безумную выходку обычно уравновешенного юнца? Вероника поспешила в свой отсек, затолкала в сумку у пояса концентраты, в кхерите взяла со стойки боевое копье, несколько метательных ножей и пару дисков, аптечку. По правилам она должна была доложить Тхарн-талу о нарушении приказа, Воины перехватили бы юнца и доставили на материнский корабль. Но улей огромен, в конце-концов это просто самоубийство. Вероника осознала все сумасбродство своего порыва, только когда капсула отделилась от корабля и с огромной скоростью устремилась вниз сквозь слои атмосферы. — Папа меня убьет — сквозь стиснутые от страха зубы обреченно пробормотала Вероника, зажмурившись в ожидании удара о поверхность. *** -Темчин, ты не видел Ларвеш? В кхерите я ее не нашел, хотя мы договаривались потренироваться вместе. — Хотел спросить тебя о том же, в отсеке отдыха ее тоже нет — озабоченно нахмурился Младший — идем наверх, может она там? На лестнице, ведущей к верхним уровням их остановил один из Кровавых, оставленных на борту. — Ну и куда вы собрались? Вам запрещено быть на уровне старших. — Ларвеш куда-то пропала… — начал было Темчин. — Приборы засекли незапланированное отделение двух капсул, я как раз шел проверить причину сбоя. Юнцы переглянулись и хором выдохнули, ужаснувшись своей догадке. — Ларвеш! Кровавый, растолкав Младших поспешил к десантному отсеку. Две капсулы внизу, вторая ушла с небольшим опозданием. Кжит! Что о себе возомнила эта уманка? Впрочем, возможно это к лучшему, своим самоубийством она избавила клан от еще большего позора. — Возвращайтесь в свой отсек — выпроводив юнцов, Кровавый широкими шагами направился в отсек управления, доложить о произошедшем, мрачно ворча себе под жвалы.

***

Капсула приземлилась неожиданно мягко, противоперегрузочный кокон смягчил последствия посадки. Высвободившись, Вероника сняла с креплений оружие, диски прицепила к поясу, копье закрепила за спиной, еще раз проверила заряд плазмопушки, глубоко вздохнув через фильтры маски, решительно нажала панель открытия капсулы. Спрыгнув на каменистую поверхность, она огляделась, прикидывая, куда могла бы приземлиться капсула Яреза. Впереди виднелся пологий холм улья, она находилась на его южном склоне. Тусклое солнце системы медленно садилось за горизонт, скоро улей полностью проснется. Стараясь ступать как можно тише, Вероника пробиралась по скалистому склону, сканируя местность визорами маски. Наконец недалеко впереди блеснула гладкая поверхность другой капсулы, вертикально стоявшей на земле. Девушка поспешила в ту сторону, как оказалось, она сильно недооценила расстояние до предмета, под ноги постоянно попадались камни побольше гальки, и под конец пути она слегка запыхалась. Яута ни внутри ни рядом с капсулой не оказалось. — Ну и где же ты? — зло выговорила Вероника, сканируя местность, каким-то чутьем уловила движение сбоку и выпустив клинки отбила выпад копья полупрозрачной фигуры. — Придурок! Маскировка от кайнде не поможет, они тебя за километр учуят! — девушка отбросила жало копья и отпрыгнула в сторону, Ярез выключил маскировку. — Неплохая реакция Волчонок — одобрительно проворчал яут, его забавляла злость уманки. — Да пошел ты! Улей просыпается, скоро нас на форшмак растащат, ты об этом подумал, дурья твоя башка, когда в капсулу сигал?! — шипела Вероника, как разозленная кошка, сжав в ярости кулачки. — Я не просил тебя следовать за мной, но раз уж мы тут, пора приступить к Охоте. Вон там кажется вход в улей. Впрочем, можешь запереться в капсуле и ждать прихода Воинов. — невозмутимо парировал яут, обойдя разозленную самку, и направляясь к одному из зиявших на поверхности отверстий в холме неподалеку. — Ну уж фигушки, я хочу видеть как с твоего напыщенного величества собьют спесь! В любом случае мы уже мертвы. — Твой пессимизм излишний, мы выживем, вот увидишь, держись рядом и вспоминай чему нас учили. — Произнес Ярез, пригибаясь, лавируя между обломков скал — И лучше тебе сделать это побыстрее, мы совсем рядом с ульем— посоветовал он, затаившись за крупным камнем, прямо перед ними в двадцати метрах виднелся вход в пещеры — я вижу постовых. Двое у входа, видишь? — Да, засекла — ответила Вероника, замерев за камнем напротив яута. — Молодец. Нужно снять их максимально тихо. Прицелы плазмопушек легли на вытянутые головы почти синхронно, стволы выплюнули голубоватые сгустки энергии, два мертвых трутня рухнули на землю. Вероника слишком поздно заметила третьего трутня, почти слившегося по тону с поверхностью, в сумерках заметить его было крайне сложно. Обругав себя последними словами, за то что не догадалась переключиться в режим обнаружения ксенов, вскочила, на ходу раскладывая копье, сторож тем временем пронзительно вереща мчался к входу. О прицельной стрельбе и речи быть не могло, слишком много шума, к тому же у них отсутствует необходимые для этого опыт и сноровка. Ярез бежавший рядом, метнул копье, но немного промахнулся, острие лишь задело бок. Вероника притормозив, выбросила вперед левую руку, замахиваясь другой для броска, шепча то ли молитву то ли проклятия, желая чтобы этот гад не добежал. Внезапно из левого наруча вылетел длинный металлический дротик, вонзился прямо в затылочную часть ксеноморфу, тот без звука завалился в пыль, инерция протащила тушку еще на пару метров вперед по коридору. Они замерли посреди прохода, чутко прислушиваясь к звукам. Ярез глухо выругался — они не успели вовремя остановить дозорного, и теперь весь улей зашевелился, вдали раздавалось злобное шипение. Навстречу нарушителям казалось, лезло все население улья. — Ну и что дальше? — Отступить сейчас — значит покрыть себя и клан позором, идем в боковой проход, сюда! Живее! — Ярез поспешил налево, Вероника бежала следом, решив если сейчас они не сориентируются, то точно умрут в ближайшие минуты. Механически пришпилив дротиком выскочившего мордохвата к стене, она затормозила за спиной остановившегося яута. Тот настороженно заглянул за поворот развилки уходящего в темноту коридора. — Вроде пока никого. Пошли… — Нужно понять где мы, Ярез иначе из нас сделают коконы или сожрут. — Я не смог подключиться к системе, вход зашифрован. — Идти вслепую, чистое безумие — ворчала Вероника, отстукивая команду на наручном компьютере, внезапно по голодисплею в воздухе загорелись одна за другой красные строчки на языке яута, взгляд не успевал отслеживать их бег — Оу… кажется я взломала их шифр — опешила девушка, уставившись в подробную схему улья, где двумя точками обозначалось их местоположение. Системы ходов простирались в стороны и вниз, уходя на немыслимую глубину. — Эти очертания напоминают какой-то древний корабль неизвестной расы — заметил Ярез, указав когтем контуры под холмом — далеко от входа отходить не будем, возьмем пару голов и назад, к капсулам, как тебе это удалось? — Не знаю это как-то само… словно комп точно знал что мне нужно. — Нет времени разгадывать эту загадку, приготовься — Ярез заметил впереди движение и приготовился к бою, разложив свое подобранное ранее копье, одновременно выдвинув запястные клинки. К ним ползли по стенам и потолку четыре трутня. Вероника, вздрогнув от подступившего страха, последовала его примеру, тройные клинки бесшумно выскользнули из пазов. Плазмометы снова выстрелили синхронно, но поскольку Вероника слегка перенервничала, прицел сбился и выстрел лишь оторвал ее цели заднюю правую лапу и сбил на пол, что ничуть не уменьшило опасность ксена, тот стремительно приближался, оставшиеся двое тутней уже приготовились прыгнуть на юнцов. Ярез плавным движением оттек в сторону и шагнул вперед, предоставляя простор девушке для маневра, насколько это позволяла ширина прохода. Приняв на копье первого прыгнувшего ксена, отшвырнул и добил его быстрым ударом клинков в голову, прыжок второго ксена сбил его с ног. От мощного удара о поверхность вышибло из легких воздух, копье выпало из руки и откатилось к противоположной стене. Тем временем Вероника чудом увернулась от затаившегося на стене мордохвата, но удар наотмашь хвоста, пришедшегося в бок, отшвырнул девушку, больно ударившись о стену спиной, она рухнула на пол, с маху приземлившись на живот. Ярез схватил кайнде за горло, держа пасть твари на расстоянии от лица и щелкавших над маской челюстей, когти пропороли на плечах глубокие царапины, землю окропил зеленоватый твей. Дернув головой, яут дважды увернулся от удара хвоста, третий удар пришелся в плечо. Напрягшись, он скинул с себя кайнде, одновременно отсекая часть занесенного хвоста. Кратковременная заминка дала ему несколько секунд, чтобы подобрать копье и добить визжавшего трутня. Обернувшись к уманке, он заметил, что дела у нее неважные: она лежала на полу почти без сознания, кайнде не спеша приближался к ней, готовясь прикончить свою жертву. Внезапно собравшись с силами, уманка перевернулась на бок, и выстрелила, выкинув руку с клинками вперед, три острия аттурийской стали вонзились в череп, горло и грудь трутня, на пол туннеля он упал уже мертвый, не издав ни звука. — Неплохо — сдержанно похвалил Ярез уманку, та кивнула и с трудом поднялась на ноги, кажется, ее слегка потрепало. Вероника обратила внимание на кровоточащие раны яута. — Ты ранен! — Ерунда, это всего лишь царапины, бери свой трофей — он быстро оторвал у своей добычи голову, обработал и бережно сложил в сумку для трофеев. Закончив, он обернулся к внезапно притихшей уманке, чтобы поторопить ее, не следовало дразнить судьбу больше, чем следует, им и так можно сказать повезло — кжит! — он поспешил к лежавшей на спине без движения фигурке, к ее маске прилепился мордохват. Присев у ее тела, он с беспокойством в который раз прислушался, шипение приближалось, оставаться дольше было опасно, но и бросать самку, доказавшую свою доблесть в бою, было бесчестным. Прикинув, что сейчас у него нет возможности немедленно снять паразита, Ярез собрался закинуть уманку на плечо, как вдруг заметил шипы, пронзившие тельце мордохвата, кислотная кровь дымилась, стекая по маске и нашейному доспеху без вреда на землю. Яут осторожно подцепил пальцами безвольный хвост, и с отвращением отшвырнул дохлую тварь в сторону, поверхность маски снова была гладкой. Уманка с натугой вздохнула и открыла глаза. — Хватит разлеживаться! Пора уходить. — Скрывая облегчение в голосе, произнес яут, помогая ей подняться. — Ярез, кажется у нас проблемы — произнесла Вероника указывая в сторону, откуда они пришли. По стенам и потолку ползло около полудюжины трутней, с другой стороны их было не меньше , вдобавок за ними тяжело ступая, шел тяжеловесный ксен, судя по всему преторианец. Ярез не медля, кинул мину-ловушку на стену позади себя, лазерная сетка перегородила проход, отсекая путь второй группе, и приготовился к бою. Преторианец гневно зашипел, его крик поддержали другие, бросившись на юнцов. Выстрелы сбили с потолка двух, еще одного трутня Ярез прикончил при помощи метательного диска. — Прорежь нам выход отсюда! Долго мы так не продержимся! — крикнул яут, уворачиваясь от ударов лап трутня, словно в подтверждение его слов мощный удар сотряс стену — это преторианец попытался сбить конус ловушки. Вероника выстрелила в голову прыгнувшему трутню, капли кислоты долетели до Яреза, попав ему на грудь, тот только поморщился и усилил напор, сдерживая оставшихся ксенов по эту сторону лазерного заграждения. Торопливо просканировав стену, Вероника нашла нужное место, тройные лезвия из прочнейшей стали прорезали треугольник в толще застывшей слизи, открывая скрытый до этого тайный проход. Ярез запрыгнул в отверстие вслед за уманкой, перегородив проход еще одной лазерной ловушкой. — Это ненадолго их задержит, но поможет выиграть нам время — произнес он — пошли, тут неподалеку должен быть выход на поверхность. Уманка молча последовала за ним, дальнейшее походило на кошмар, в котором хочешь проснуться, но никак не можешь. Все смазалось в одну сплошную пелену боли, усталости и ощущения того, что живыми отсюда им уже никогда не выбраться. Вездесущие мордохваты, это еще полбеды, им удавалось пока успешно избегать заражения. Они чудом ускользнули от схватки с еще одним преторианцем, потратив последнюю ловушку, их гнали вглубь улья, с каждым шагом Ярез все явственней ощущал это, схему переходов он запомнил отлично. С горечью юный яут признавал свое самодовольство и неправоту, хуже того он втянул в это неопытную самку, уманку которая ни разу до этого не охотилась и теперь молчаливой тенью следовала за ним, признав его лидерство. От осознания того что он обрек на смерть не только себя, но и ее становилось невыносимо тяжело. Вот, наконец еще одна передышка, свой последний бой он встретит достойно, бок о бок с храброй воительницей. — Ярез — устало протянула Вероника, усмехаясь яуту под маской, прислонившись спиной к стене, ушибленные ребра болели, повязки на руках и правой ноге пропитались кровью — в аду я тебе все припомню, ты у меня на сковороде-то попляшешь… — Для меня честь сражаться и умереть рядом с такой воительницей как ты. Вероника сокрушенно покачала головой, и заслышав шорох и шипение, приняла боевую стойку, привычно встав чуть позади яута, готовая прикрыть его спину. Не хотелось умирать вот так, рано… Нога так некстати зацепилась за что-то и она с маху приземлилась пятой точкой на пол, который внезапно пошел под ней трещинами, девушка успела лишь бросить на Яреза изумленный и испуганный взгляд, перед тем как с грохотом провалиться вниз. — Бля-я-я-я!!! — вопила Вероника пока катилась на заднице по огромному туннелю с гладкими стенками, в полной темноте, туннель все не кончался, а воздуха для ора уже не хватало. Следом несся рев яута, видимо тоже решил покататься. Наконец вдали показался просвет, девушка попыталась затормозить шпорами сапог и клинками, но куда там, только искры сыпались во все стороны. Вжухнув, она как пробка вылетела из трубы и упала на что-то мягкое, иначе непременно разбилась бы при такой скорости. Поспешно втянув клинки, она откатилась в сторону, дабы не быть раздавленной вылетевшей тушей яута. — Ничего себе экстрим — пробормотала Вероника, стряхивая с себя липкие нити слизи, одновременно пытаясь понять, где они собственно находятся. Вверх по стенам тянулись титанического размера и диаметра трубы, огромными змеями вились по полу, покрытые выделениями ксеноморфов, а между ними… — Замри и не шевелись… — прохрипел Ярез, бочком продвигаясь вдоль стены, подошел к перепуганной уманке, она тоже ее заметила. Посреди огромного зала возвышалась сама королева.