Забыть не получится.

Сергей. - У меня тогда родители разошлись, сестренку отец увёз в Англию, пристроил её в какой-то супер закрытый пансион, матери мы всегда были не очень то и нужны, да и дед мне близким человеком никогда не был. В общем, я в восемнадцать остался один, ничего не понимал, семья вот она была и сразу её нет. Мне тогда казалось, что мой мир просто рухнул. И знаешь, именно Гена тогда оказался рядом. Забрал меня к себе, не дал забить на учебу, устроил на подработку к себе в банк. Он ввёл меня в свой круг. Вечно таскал по каким-то сборищам, в походы, посылал в командировки и главное был рядом, когда это было просто необходимо. Всегда выслушивал любую чушь, которую я нес, мог ответить на любой абсурдный вопрос, который я ему задавал. Стал не только дядей, но и самым близким другом. Мы сидим у меня на кухне, и я слушаю Виталика. Я сам попросил рассказать мне о Геннадие. Мне почему-то захотелось узнать, каким он был? Наверно, несмотря на всё то, что я пережил в его доме, у меня всегда было ощущение какой-то неправильности в его поведении. И сейчас я просто хочу разобраться. И в нём, и в себе и вообще в этих новых обстоятельствах. А ещё я стал задаваться самым дебильным вопросом в мире: «Что было бы, если бы он был здоровым?» И ведь сам обычно терпеть этого не могу, а тут переклинило прямо! Пашка с Виталей у меня уже неделю. Опекают меня, я столько заботы с детства не помню. Но это так приятно, только непривычно очень. И вот сейчас, слушая Виталика, мне кажется, что говорим мы о разных людях. Его дядя это действительно родственник, о котором только мечтать можно. И помощник, и друг, и отца заменил, а тот Геннадий, которого знал я... Этот следил за мною с маниакальным усердием. Свел мой круг общения только к себе, брал меня, когда хотел и где только мог, впадал в дикую ярость, когда не видел ответной реакции на такую "любовь". А потом сидел возле моей кровати и плакал, прося прощения. Не знаю, может по своему он действительно меня любил, по крайней мере, не порвал ни разу. Да и подарками заваливал. Но я его всегда опасался и ненавидел. Какие ответные чувства, когда меня просто заперли? Но, чёрт возьми, ведь и плакал он тоже искренне! И прощения просил. Просто страха во мне всегда было столько, что ничего уже не воспринималось. И вот после своей истерики, я все-таки решил расспросить Виталю о нём. Мне просто необходимо всё понять и во всём разобраться, иначе я не смогу строить свою жизнь дальше. - А когда я встретил Пашку, то втрескался в него сразу по уши, просто пропал. И знаешь, мы с ним быстро нашли общий язык отношения сразу стали дружескими, а вот дальше, дальше не решались ни он, ни я, прямо как две романтичные барышни, томные взгляды украдкой, вздохи, и страх, что если признаешься, то потеряешь и, то, что имеешь. И что ты думаешь, мой дядюшка выкинул? Он нас обоих забрал к себе на практику, как раз время подошло, в пятницу во второй половине дня, дал какие-то отчёты рассортировать у себя в кабинете. И пока мы с этой макулатурой возились, он нас запер! Прикинь? А потом по селектору передал нам, что в комнате отдыха холодильник забит, что в нижнем ящике стола полно смазки и гандонов, а в баре есть что выпить, и что выпустит он нас только в понедельник! Так как мы, видите ли, своими томными вздохами и коровьими взглядами уже достали! И смотреть на нас таких сил уже нет никаких. И он настоятельно советует нам заняться чем-нибудь более приятным, чем вздохи, а то он нас просто пристрелит из жалости, что бы не мучились. Вот такая вот речь! У нас с Пашкой горели и щёки и уши, но вот только почему-то возмущаться таким самоуправством мы не спешили. Так что Глазастик шалить с дверями в нашем семействе это уже традиция. Да не надо такого невинного личика, не надо! Или ты великий комбинатор забыл, что в клубе видео камеры ВЕЗДЕ? Там же практически слепых зон нету. А чего ты думаешь Пашка так ржал, после того как выслушал объяснения Славки с Олегом? А тут ещё и твоя физиономия невинностью так и сияла. Вот я тормоз. И как я забыл про тотальный видеоконтроль, и всё равно строим недоумевающую физиономию и уходим в глухую несознанку. Вот так мы и проводим время. Из рассказов Пашки и Виталика постепенно вырисовывается портрет "нормального" если можно так сказать Геннадиями он был славным просто очень славным. А ещё зародилось сожаление, что именно с таким Геной лично я знаком никогда не был. ... Я проснулся посреди ночи, сердце колотится, дышу с трудом, возбуждение такое, что наверно одной частью тела смогу гвозди забивать. И главное сна не помню, только какие-то фрагменты мелькают. Чёрт надо срочно в душ. Ну, вот напряжение снял, пить захотелось, иду на кухню упс. а там Пашка с Виталиком. Да что же мне так везёт-то, Господи? Хотя красиво, конечно, Пашка обхватил Виталия ногами, сам буквально уткнулся ему в шею, а Виталик его... гм, ну на фиг опять в душ, ладно водички из крана попью. И уже стоя в душе и проводя рукой по члену, я вспомнил, что мне снилось, и кто мне снился. Увидев опять это тело такое крепкое, литое, и родинка в виде треугольника под левым соском, я кончил. Черт я первый раз возбудился после ухода от Геннадия, и вот, пожалуйста, вижу во сне именно его. Наверно, у меня всё-таки не всё в порядке с головой, или я, наслушавшись Виталькиных рассказов, напредставлял себе чего-то? Странно всё это как-то. Ну, всё спать. Однако сон куда-то убежал, да с кухни такое слышится, порнуха отдыхает. Пора ребят домой отпускать, хотя у меня тоже места куча, наверно кухня их просто притянула. Она у меня видать такая, коварная. Тихонечко хихикнув, я решил позвонить одному человеку, и главное уже слушая музыку, вместо гудков, до меня доходит, что времени сейчас три часа ночи, ну почти три. Да уж крыша едет не спеша, тихо шифером шурша. - Серёжа, слушаю тебя, что-то произошло? - Да произошло, Виктор Федорович, вы можете меня отвезти к нему? Виктор. Глянул на часы, без десяти три, нашел же время паразит. - Прямо сейчас не смогу, мне надо хотя бы часа три на подготовку, да и твои дела с универом надо будет утрясти, ты помнишь, что первое сентября послезавтра? - А когда? - Давай завтра к четырём будь уже собран. Ты ведь это серьёзно? - Да очень серьёзно. - Тогда до четырех, а пока поспи. - До свидания. Ну и что это всё значит? Малец созрел и решил всё-таки прибить Генку? Или высказать всё что накипело? В любом случае пусть встретятся, хуже, чем есть думаю, не будет. Операция прошла удачно, не было ни послеоперационных инфекций, ни осложнений, которых так боялись врачи, вроде всё хорошо, да только сейчас мой босс напоминает овощ, он встает, ест, пьет, выполняет процедуры и все. Ничем не интересуется, почти не разговаривает, такое чувство, что из него сущность вытянули и он теперь просто разумная оболочка. Единственное, к чему он проявляет хоть какой-то интерес, это вот этот глазастый мальчишка. Я регулярно представляю ему отчёты с фотографиями, и только тогда он хоть немного оживает. Пусть увидятся, я и предупреждать не буду, может хоть как-то ситуация изменится. А так у врачей очень паршивые прогнозы насчёт Генки. Так встаем, набрасываем план действий, и приступаем. Дел сегодня будет много. Сергей. Ну, вот и всё через пару часов будем на месте, Виктор действительно не зря получает свою зарплату. Он всё утряс и с учёбой и с документами. Ребята были огорошены таким моим решением, но возражать не стали. Мы куда-то летели, потом ехали, я понятия не имею куда. Виктор меня заранее предупредил, что следы запутает, это в целях безопасности вроде, Геннадия кто-то ищет. Да и с Виталиком он перешептывался, что-то происходит. Виктор так и сказал, что я не смогу рассказать того чего не знаю, если начнут спрашивать. Надеюсь, не начнут. Сейчас меня интересует совсем не это. Я чётко осознал, что если я с ним не увижусь, то так и буду в подвешенном состоянии. Я хочу увидеть, мне надо понять, существует ли ещё тот монстр, который до сих пор не даёт мне жить, или его уже нет. А ещё у меня предчувствие, что с этой нашей встречей всё изменится.