Failure to understand

Санса Старк… Тихая, сладко пахнущая, любящая шелка, песни, воинскую доблесть и высоких, красивых, галантных рыцарей.© **** Разрушения стали заметны за много миль от замка. Они проезжали мимо разрушенных и сожженных деревень, она не узнавала окрестности. Задержавшись в едва ли не единственном придорожном трактире, их процессия добралась до места назначения глубокой ночью. Они сидели в повозке, и Тирион видел шок на лице Сансы. Не это она ожидала увидеть, когда собиралась в дорогу. Он видел, что она не находила слов, но это лишь временно, потому он решил брать ситуацию под контроль. — Леди Санса, я предупреждал, что война не пощадила Винтерфелл, но тем не менее я уверяю Вас, что это все можно… Она резко обернулась к карлику. Она ненавидела его в тот момент всем сердцем, как он может говорить так легко и просто? «Все можно восстановить», — это он хотел сказать? Она дернула дверь и вылезла из повозки, не дожидаясь помощи от слуг. Вбежав во внутренний двор, она почувствовала, как кружится ее голова то ли от усталости с дороги, то ли от увиденного. Она не сдержала нервный смешок. «Восстановление». Вот только здесь нечего восстанавливать! Она снова и снова оглядывала пепелище на том месте, что служило ей домом много лет, и не узнавала его. Где-то здесь обычно сидела Септа и плела. Но где? Она оборачивалась в надежде увидеть хоть что-то знакомое, что осталось от прежней жизни, но видела лишь голые стены. Бран с Роббом — где они стреляли из лука? Часть стены была разрушена совсем. Другая часть — покрылась плесенью и мхом. Замок пустовал. Больше нет Винтерфелла, больше нет ее дома. — Вы обещали вернуть мне Винтерфелл, но его здесь нет! Вы привезли меня на руины! — обычно голубые глаза в темноте казались черными, Тирион отметил, что сейчас она наконец-то стала похожа на Леди Старк, но вот по иронии судьбы она ею уже не является. Санса смотрела на него и в глазах он видел ненависть и слезы, но он не находил нужных слов, чтобы приободрить ее. Тем более, что она была права. Винтерфелл пал и пустовал много месяцев. — Не стоит отчаиваться, милая Санса, в темноте все кажется страшнее, чем есть на самом деле, — Тирион попытался ободряющее улыбнуться, но ввиду страшного шрама, оставленного в битве при Черноводной, у него получилась лишь страшная гримаса, еще больше исказившая его лицо. Она с отвращением отвернулась и вышла в одни из бывших ворот. Он отчаянно встряхнул головой. Даже его худшие опасения были ничем по сравнению с увиденным, а он пытается утешить девочку, которая видела времена и получше для Винтерфелла. Тирион попытался обратиться к паре слуг, вытаскивающим сундуки из повозок, но те не обращали никакого внимания на него. Не то чтобы это было необычно в жизни карлика, уж незаметным он умел быть, однако сейчас это невероятно раздражало. Тогда он просто поймал за плечо какого-то пажа. — Найди леди и скажи ей, что левое крыло почти не пострадало и, что вещи отнесли туда, заночуем до утра там. Тирион не ожидал многого от своей жены. Она ненавидела всех Ланнистеров, а он был одним из них. Кроме того его наружность обычно не вызывала симпатии у людей, а особенно у юных и прелестных девиц. Сейчас, когда она вернулась в свое родовое гнездо, он не ожидал большей поддержки от нее. Это ее замок, хотя бы то, что от него осталось, ее люди. Но ее не было рядом. Как и всегда. **** В левом крыле места было мало, многих пришлось отправить в соседние деревни. Ночь была холодной, дул северный ветер, в щелях свистело. Когда все приготовления были окончены, и Тирион вошел в свою комнату, Сансы там не было. Ощутив легкое беспокойство, он отбросил сомнения и лег в кровать. «Должно быть, она нашла знакомых женщин и ютится с ними, так и теплее и удобнее для нее. Я не самая приятная компания», — успокоил он себя. Однако ему не спалось, он не видел ее с самого приезда и легкое волнение стало нарастать. Ночь выдалась необычайно холодная даже для Севера. Порой он забывал, что она всего лишь девочка, потерявшая родных, дом, выданная насильно замуж за него. Она так мечтала вернуться домой, а вернувшись, увидела, что дома больше нет. Как должно быть ей горько. Тирион поднялся с кровати. **** Уже рассветало, когда он вспомнил о богороще. Как ни странно, она была точно такой же, как и в последний раз, когда он ее видел. Сначала он хотел уже развернуться и идти наконец в свои покои. Надо сказать, он прилично замерз, пока ходил по округе. Однако заметил темный силуэт под старым дубом. С тревожным сердцем он ускорил шаг. По мере приближения, он все точнее и точнее видел очертания ее лица. На траве под большим дубом была Санса. **** «Боже, боже, боже», — шептал он, хлопая ее по щекам. Снежинки, осевшие на ее длинных ресницах, то и дело осыпались. — Ну же, проснись, проснись! — он тряс ее за плечи, но безуспешно. Громко выругавшись, он обхватил ее сзади за плечи и потащил к замку. Тирион понимал, что надолго его не хватит, и еще раз проклял свой недостаток. Надежда была лишь на то, что ему встретиться хоть кто-нибудь, кто поможет. Он не был уверен, есть ли у них время или же оно закончилось для Сансы задолго до его прихода. Он молил старых и новых богов, чтобы жизнь не покинула стройное тело. Когда он почти выбился из сил, Тирион наконец увидел маячивший впереди силуэт мужчины. Он покачивался и останавливался, прислоняясь к деревьям. -Эй! Эй там, впереди! — прохрипел Тирион.  — Именем лорда Ланнистера… — он задохнулся и закашлялся. — Остановитесь! **** — Как она? — ровным голосом спросил Тирион у лекаря, когда тот вышел из их с Сансой семейных покоев. Тот опустил глаза. Тирион шумно выдохнул и осел на лавку перед дверью. Он потерял ее. Так… нелепо. Конечно, он не питал надежды на радужное будущее, жизнь давно дала ему понять, что он не в любимчиках, но Санса… — Шансов мало, но они есть, милорд, — лекарь сложил руки пирамидкой. — Леди Санса сильно отморозила ноги, не уверен, что их можно будет… — Когда же вы будете уверены? — Тирион резко встал, но все-равно смотрел снизу-вверх на собеседника. Надо сказать, он неверно истолковал взгляд лекаря. Он не знал, теплилась ли жизнь в теле, которое он нашел и донес Бронн. Санса жива — это самое главное, значит не все потеряно. **** Следующие недели оставили Лорду Ланнистеру двоякое впечатление. У Сансы был сильный жар, она снова и снова проваливалась в бред. Приходилось поить ее густой зеленой жижей, которую здешние называли целебным отваром. Она стала совсем маленькой и худой, щеки впали и еще сильнее очертили острые скулы. Темные круги залегли под глазами. Санса угасала. Он сидел у ее кровати почти круглые сутки. Несмотря на все, ему было страшно, что это все кончится. Ведь ничего странного нет, когда муж держит за руку свою жену, когда он целует ее горячий лоб или прижимает к себе ее мечущееся в лихорадке тело. На третий день болезни он стал с ней разговаривать. Рассказывать, что они сделали сегодня для Винтерфелла и что сделают завтра. Иногда она открывала свои голубые глаза с поволокой и смотрела в его разноцветные. Он даже не уверен, видела ли она что-то перед собой, была ли в сознании. В конце второй недели, отвары перестали помогать. Жар не спадал. К вечеру мейстер сделал заключение, что это агония и к утру ее не станет. Все казалось так нелепо и глупо. Терять ее вот так. Тирион шел как будто в тумане, как чуть было не врезался в Бронна. — У меня нет желания сейчас разговаривать, — пробормотал он и уже намеревался продолжить свой путь, но Бронн наклонился и прошептал на ему на ухо: — Сходите туда, где вы ее нашли, и молитесь богам рощи. — Где были боги, когда я убил свою мать? Где были боги, когда детей-таргариенов придушили в своих кроватках? Богов нет, и не было никогда, Бронн, — Тирион обошел эту преграду. Он уже заворачивал за угол, когда вслед ему донесся крик Бронна: «Дайте им еще один шанс!» **** Он не возвращался более к постели жены в ту ночь. Впервые за все пребывание в Винтерфелле он пришел в трактир и хорошенько надрался. «Как свинья» — сказал бы отец. Вначале он вспоминал, какой хрупкой, но стойкой была она в замке, вспоминал ее мелодичный голос. Он ненавидел себя за то, что отпустил ее в тот вечер. И в конце концов он наконец признался себе, что в миле от него умирает его любимая женщина, его жена, Леди Санса, урожденная Старк, которую он поклялся защитить и не смог выполнить обещания. Какую жестокую шутку сыграл с ним отец напоследок. Знал ли Тайвин Ланнистер о том, что все так и будет? Нет более жестокого наказания, насмешки, чем быть женатым на любимой женщине. Без возможности прикоснуться к ней. А сейчас она умирает где-то в миле от него… Он ненавидел себя за то, что ушел сейчас от нее, что не смог сберечь.