Загадки Лисьей рощи

На четвертый день после той странной встречи в лесу, которая, как себя уже почти до конца убедил Стайлс, была выдуманной, Гарри сидел во дворе, на самом солнцепеке (а солнцепек уже был нешуточный) и, от нечего делать, вырезал из дерева свистульку в виде птицы. Шумный город слегка стер картины, оставляющие после себя недоверие, и он насвистывал какую-то незатейливую мелодию, подслушанную у шарманщика, ничуть не волнуясь о происшествии в лесу. Мимо прокатила Даниель на велосипеде и, уже миновав охотничий домик, внезапно остановилась, шоркнув шинами и звякнув колокольчиком, и развернулась назад. - Добрый день! Я думала, вы еще в городе, мистер Стайлс! - Гарри поднял голову от игрушки и прикрыл ладонью глаза, чтобы лучше разглядеть девушку. Ее белое платье в светло-лиловую широкую полоску развевалось на ветру, одной рукой она держала велосипед с корзинкой, из которой торчали письма, а второй - придерживала шляпку с цветами в тон платью. - Как видите, нет. - Он почти смущенно развел руками. - И, Гарри, пожалуйста. - Гарри, конечно. - Лучезарно улыбнулась девушка. - Поездка оказалась успешной? - Вполне. Я даже могу позволить себе бездельничать. - И вправду. - А как у вас дела? - Недурно. Погода балует, работы в пекарне не шибко много, во всяком случае, не больше обычного. А Лиам, то есть...мистер Пейн. - Девушка слегка зарделась и скрыла часть лица, опустив поля шляпы ниже. - Он очень мил. - Наверняка заставляет вас работать за троих. Он тот еще деспот. - Гарри ухмыльнулся, отмечая про себя, насколько же эти двое очаровательно влюблены. - Нет-нет! Что вы. - Кинулась защищать "угнетателя" Даниель. Она даже было, в знак отрицания, взмахнула той рукой, что держала шляпку, но та чуть не взлетела, так что девушка была вынуждена схватиться за нее снова. - Вовсе нет. - Она покраснела еще больше и замолчала. - Кстати. - Перевела она тему после небольшой паузы. - Я только что с почты. Вам письмо от Джеммы. - Она пишет из Потсдама. - Спасибо огромное, не стоило утруждаться, право! - Стайлс подскочил со скамейки, на которой сидел и забрал протянутое дамой письмо. - Мистер Пейн надеялся, что хоть так в вас взыграет совесть, и вы, из нежелания утомлять леди, все-таки поставите почтовый ящик. - Произнесла она с хитрецой, передавая письмо в светло-бежевой бумаге. - Я же говорю - деспот! - Гарри солнечно расхохотался с девушкой напару, а потом с притворным ужасом прошептал. - Наверное...Все-таки... Придется. - На самом деле, мне было не в тягость. Не переживайте. Приятного вам дня! Мне еще уйму дел надо переделать. - Она устроилась на сиденье велосипеда, махнула рукой и тронулась. - До скорого! И удачи! - Стайлс махнул ей в ответ, отложил свистульку и направился в дом в поисках ножа для бумаг. Но стоило ему толкнуть дверь, как письмо выпало из рук, а в голове образовался некоторый вакуум: посреди комнаты стоял недавний знакомец, все такой же обнаженный, но только с лисьими ушами и хвостом.

***

Луи расположился около стола и вертел в руках фляжку с виски, раздумывая, пробовать очередную человеческую выдумку, или нет. На него жутко подозрительно и воинственно смотрела Табби, окопавшаяся на печке. Хвост духа выписывал какие-то невообразимые пируэты, а на звук открывающейся двери и падающего конверта только ухо дернулось. Не оборачиваясь к обомлевшему Гарри, Лис вяло спросил: - Эта жидкость так же обжигает глотку, как ваш "табак"? - Синхронно с последним словом, источающим сарказм, Нар слегка повернулся в сторону дверного проема и приподнял одну бровь. - По всей вероятности... - Севшим голосом откликнулся Стайлс. - Вы вообще умеете создавать хоть что-нибудь, что не сжигало бы ваши жалкие внутренности? - Эллуинарис фыркнул напоследок так презрительно, как это только было возможно. В каждом его движении и в каждой интонации сквозили недовольство, нервозность и жесткость. Практически швырнув полупустую фляжку на стол и заставив Табби зашипеть и вжать голову в плечи, он полностью развернулся к Стайлсу. Левая рука покоилась на поясе, согнутая в локте, а второй Лис небрежно опирался на стол. Неожиданно охотник почувствовал себя очень и очень неуютно. Мысли мешались. Он почти убедил себя, что ничего не было, что он выдумал все (вообще-то, он даже успел заглянуть в библиотеку в городе и найти у себя симптомы хронического переутомления, шизофрении, гемианопсии и даже катаракты, но никак не свидетельства существования людей, превращающихся в светящихся лисиц), а тут такое... С детским капризным упрямством здравый смысл отрицал то, что Гарри видел своими собственными глазами. Еще здравый смысл настоятельно рекомендовал начать действовать и все-таки одеть странного голого парня с хвостом в человеческую одежду. Как ангел, сидящий на правом плече, намеревался облачить в портки галлюцинацию - не имело значения, и... - Так! - Стайлс сделался жестким и деятельным, игнорируя прозвучавший доселе вопрос, и направился в сторону кладовой. - Без одежды ты здесь находиться не будешь. Не хватало, чтобы тебя кто увидел. Посчитают либо тебя - психом, либо меня - мужеложцем. А, возможно, и наоборот, или даже все вместе... - Понизил на последней фразе голос Гарри. Грозный лесной дух, слегка удивившись такой наглости, чуть ли не хватал ртом воздух, не в состоянии придумать ответ. Хвост бил его по ногам, чего Нар даже не замечал. Тем временем из кладовки вылетел куль, свернутый из брюк и рубахи и ударился Эллуинарису в грудь, после чего шмякнулся на пол. Последний хлесткий удар хвоста по бедрам вышел особенно мощным, а глаза нехорошо вспыхнули... Спустя долю секунды выглянувший из кладовой Стайлс был пригвожден к стене невидимой силой. (Разумеется, Луи, стоявший с вытянутой рукой с вылезшими когтями, не имел к этому никакого отношения.) - Так. Щщщенок. Послушай меня. - Зацедил сквозь зубы донельзя злой Лис. - Что ты себе... - Договорить разозленное божество не имело никакой возможности: на голые плечи с яростным визгом бросилась Табби. Она, конечно, и сама не прочь подложить хозяину подлянку, но, многоуважаемый хвостатый конкистадор, это уже превышение полномочий. Луи завопил похлеще кошки, и в этот же момент Гарри грохнулся на пол. Пока Эллуинарис тщетно пытался оторвать от своих плечей взбесившееся животное, ругаясь на всех живых и мертвых языках, охотник заливался хохотом, привалившись к стенке. В конце-концов извивающийся, аки змей, Лис споткнулся о собственную ногу и упал навзничь, а на его груди победоносно устроилась кошка. - Ты. - Ткнул в нее пальцем Нар, нахмурившись. - Маленький полосатый усатик, как ты...- Маленький полосатый усатик потерся о щеку Могущественного Лесного Духа и замурчал, видимо, празднуя победу, в то время как брови Луи взлетели вверх. Гарри на заднем плане давился от хохота и даже слегка похрюкивал. - Ты...Можешь...Обращаться в светящуюся лису... - Задыхаясь, пролепетал Гарри. - Но тебя...Победила...Маленькая...Кошка. - После этой фразы Эллуинарис подскочил, стряхивая с себя Табби и ринулся к двери. - Какого черта...Дурацкие создания. Ненавижу людей. Ему совершенно все равно. Что за чертовщина! - Бормотал он себе под нос, как вдруг Стайлс схватил его за руку и потянул обратно. - НЕТ! ОТСТАНЬ! ДА ЧТОБ ТЕБЯ! ТЫ ТОЧНО ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я ТЕБЯ УГРОХАЛ. НЕРАЗУМНОЕ СУЩЕСТВО! - Вопил Лис, упираясь всеми конечностями. - Успокойся и перестань бузить. А потом объясни, зачем пришел. - Мягким, увещевающим тоном, глядя Луи в глаза, произнес Гарри. - И, ради всего святого, надень штаны! - Воскликнул он уже, весело ухмыляясь, с озорным блеском в глазах.

***

Луи сидел, обернувши хвост вокруг бедер, на жесткой табуретке и поглощал чай с плюшками Лиама. Чай был почти совсем холодным, потому что дух не пожелал пить "очередную обжигающую гадость". Кто бы мог подумать, что всесильные лесные духи настолько привередливы. Лис то и дело поправлял категорически неудобные ему брюки, не завязанные спереди, потому что иначе они давили на хвост. Рубашка был расстегнута и на рукавах, и на вороте, а босые ноги упирались в пол только пальцами. Табби расположилась у все еще улыбающегося одними глазами Стайлса на плечах и смотрела на Луи еще более вредным взглядом, чем раньше. Правда теперь она выглядела еще и крайне довольной тем, что поточила ногти о спину этого засранца. Гарри подпирал рукой правую щеку и выглядел крайне задумчивым, хотя и не грустным или серьезным. Как если бы он думал о проблеме существования или отсутствия пегасов. - Итак... - Наконец хрипло промолвил он. - Что ты здесь забыл? - Давай лучше поговорим о том, что ты здесь забыл. - Ответил Эллуинарис не менее раздраженно, чем раньше, невзирая на то, что между "до" и "после" было 6 превосходных булочек с корицей, которые удавались Пейну особенно здорово. Стоит заметить, что он держал в руке седьмую. - Что значит "что я здесь забыл"? Это мой дом. Я тут живу. Лис крайне презрительно фыркнул. - Люди живут здесь чуть больше двухсот лет. Лес и его обитатели - почти с самого появления людей в принципе. А! Совсем забыл! Вы. - Он ткнул рукой с седьмой булочкой в грудь Стайлсу. - Люди. Вырубили то, что некогда было опушкой. Господи! Да там было потрясающее дерево с огромным дуплом! Ненавижу! - После столь эмоциональной тирады Нар откусил огромный кусок булки и начал очень агрессивно чавкать. - Ты хочешь сказать, что тебе больше двухсот лет? - Гарри недоверчиво приподнял брови. - Да, черт подери! Я тебе больше скажу: мне больше пятисот лет. - Губы Эллуинариса недовольно скривились. - Я могу назвать второе имя любой твоей прабабки. Потому что, в отличие от людишек, у меня абсолютная память. - Вообще-то, Луи бессовестно врал. Он бы не вспомнил, как зовут собственную прабабку. Но Стайлс-то об этом не знал, так почему не порисоваться. - Впрочем, это неважно. - Внезапно переключился он. - Ты почему два дня был так далеко, что я даже учуять тебя не мог? - Что? - Уголки губ Гарри снова предательски поползли вверх. - А с какой стати я должен волноваться о том... - Потому что. - Перебил его Эллуинарис и холодно сверкнул голубыми глазами. - Ты всего лишь человек. А я дух. Оборотень. Бог леса. Кицунэ, если угодно. А ты, вроде как, интересный. С тобой можно поразвлечься. Так что лучше бы тебе подчиняться. - Наигранно равнодушно вещал он. Стайлс долго смотрел на Лиса, чуть улыбаясь и доводя того до температуры кипения. После чего почти шепотом ответил: - Тебя на моих глазах повалила кошка. Разумеется, я должен тебя бояться. - Щеки Нара вспыхнули почти в буквальном смысле. - К тому же, раз я тебе интересен, то ты меня не убьешь. А все остальное не страшно. Эллуинарис молчал, но крайне выразительно и "громко". В конце-концов он задал самый уместный на данный момент вопрос: - Булочки еще есть? - Нет. Придется идти в булочную. Ты можешь убрать этот хвост и уши, чтобы нормально одеться? - Ради этих булочек - все, что угодно. - Ну, разумеется. Лиам - волшебник.

***

После долгой борьбы Стайлса с Луи по поводу того, стоит ли тому заходить в лавку, в ходе которой прозвучали фраза:"Чтоооо значит "они меня не знают, и это будет подозрительно"??? Да я же владыка леса на сегодняшний момент!", Лис просто испарился в воздухе. Впрочем, стоило охотнику выйти из магазина, как кто-то потянул его за пакет с булочками, который он держал в левой руке, в сторону леса, так что Эллуинарис не сбежал. Минут через пять они сидели на старом поваленном дереве и вдвоем уплетали выпечку. - Расскажи о людях. Я знаю, какими они были 200 лет. И знаю, какими они кажутся сейчас. Но что они представляют на самом деле, я не знаю. - Попросил Луи неожиданно спокойно и даже без насмешки. - Нуууу... Они... Как бы это сказать... Ну, с одной стороны, они... Но ведь... Хмм. Да разные они все! Мне вон Джемма время от времени пишет, говорит о людях и их привычках, и все такое разное...Во Франции, скажем... ЧЕРТ! - Внезапно хлопнул себя по лбу он. - Письмо! Я из-за тебя не прочитал письмо, паршивец ты эдакий! Хотя...Какая разница. Наверняка это будут бесконечные восторги о Жорже. Ладно. - И в чем же люди разные? По-моему, все одинаковые неотесанные дураки, которые не могут придумать ничего путного. - А я верю в людей. Мне кажется, они очень талантливые. Когда-нибудь мы сможем перемещаться из одной точки мира в другую со скоростью мысли, моментально! И полетим на Луну! Возможно, будем туда летать, как на курорт. И сможем общаться телепатически с любым человеком на Земле, а может, и на Луне. И мне больше не придется месяцами ждать письмо от этой несносной сорвиголовы. - От Стайлса веяло почти детской наивной верой и заинтересованностью. - Правда? - Эллуинарис неожиданно заинтересованно посмотрел на Гарри а еще у него появились небольшие морщинки в уголках глаз. - Как можно что-то сделать без помощи сил природы? Не соединяясь с ней, а используя ее? Вы отвергаете все духовное и используете свой разум. Ты правда думаешь, что так у вас что-то выйдет? Если бы вы, как и духи, оборотни и нимфы использовали свою внутреннюю энергию, а не просто голый интеллект, ушли бы сейчас куда дальше. - А я убежден, что для равновесия в мире должна была быть одна раса, которая использует ум, а другая - сердце. Вы все можете, и все умеете. Вам должно быть неинтересно жить. Как я уже успел понять, не умираете вы почти бесконечно долго, разве за такие сроки не соскучишься? Вам не надо прилагать усилий для обучения чему-либо. А жизнь людей - коротка, и оттого наполнена смыслом. Они пытаются все успеть, научиться, влюбиться и разлюбить, создать и разрушить, понять старое и построить новое, полностью отвергающее древние традиции. Это огромный водоворот и бешеная скорость. - Гарри не очень-то любил быстрые темпы, в которых был вынужден жить и не очень восхищался людьми. Но сейчас сработал какой-то рычажок патриотизма, как когда ты ругаешь вечный английский дождь, но стоит сказать то же самое иностранцу, как ты начинаешь ругаться уже с ним, а не с дождем. - Ко всему прочему, - Продолжил он после небольшой паузы, - самое интересное и самое сложное в этом мире занятие - победить чувства разумом. Отвергнуть свои эмоции и дать восторжествовать так называемому здравому смыслу. Духи на такое не способны. Они и дня не протянули бы в нашем мире. Вы слишком быстро достигли наивысшей точки вашего развития. Теперь вы находитесь в ровной, пустынной и плоской стагнации. Нар смотрел на Гарри задумчиво и внимательно, бродя в воспоминаниях почти двухсотлетней давности. Златокудрое создание тогда говорило ему совсем иные вещи. Она нравилась ему, потому что была похожа на него, согласовалась с ним и гармонировала. Была непохожей на людей. Этот же застывший постоянно перечит. И, что самое занятное, он в чем-то прав. - Кто знает, кто знает... - Луи задумчиво поглядел в закатное небо и откусил кусочек плюшки. Двое, сидящие на бревне, значительно молчали и думали застывших и духах, инь и ян, о притягивающихся противоположностях и о мире в принципе. Охотник забыл о людях, сестре, недоделанной свистульке, почте и незакрытой двери в дом. Лис - о нимфах, докучающих ему, Зейне и тотемной поляне. Человек думал о духах, а дух - о людях, пока солнце медленно умирало, чтобы завтра воскреснуть.