Проклятый дар

      Вы когда-нибудь задумывались о том, как проходит процесс гниения некогда живого организма… Вы когда-нибудь думали о том, что черви нас поедающие появляются непосредственно из нас самих, прогрызая себе путь наружу… Вы когда-нибудь смогли бы себе представить, что можете оказаться в яме с разлагающимися трупами, в последние минуты своей жизни?..       Смрадный запах был повсюду: на стенах ямы и острых камнях, сочился из уже обглоданных костей, витал в воздухе и господствовал над вездесущим мраком, обитавшим в глубинах грота — последнего пристанища не покоривших свою волю. Здесь окончили свой путь, многие существа и это была прекрасная кормушка для тьмы, любивший полакомиться свежими трупами. — Ммм. Пахнет свежей плотью… Будет-с вкусный ужин… Да, да, да. Давно мы не ели свежего мясца… Вкусного! Свежего!.. А что если оно живое? Тогда мы возьмем-с камень, и оно уже не будет-с таким живым… Да!.. А вдруг ему нужна помощь? Но ведь мы и так помогаем, ни к чему бедняжке мучиться, и умирать в муках. один удар и оно нам спасибо скажет. Да! да! Ты права, Моя Прелесть-с! Голум хороший он помагать-с! Один удар! И все! Вкусное свежее мясцо! — Алатар, ты слышал? — Что? — Думаю, в гроте кто-то есть. — Конечно, мы же только что туда скинули эту несчастную. — Думаешь, Король был прав, убив ее? — Не нам оспаривать его решения! Если ты так беспокоишься, не умерла ли она, можешь сходить проведать ее, только учти что вытаскивать тебя из грота полного трупных червей я не стану! — Не люблю я нести стражу у этого грота. Ощущение, что все они смотрят на тебя своими пустыми глазницами. Хорошо, что луны сегодня нет, и она не освещает их кости. Многие говорят, что под ее светом грот оживает и даже можно услышать голоса мертвых. — И ты веришь в эти детские сказки, Умбар? Мне пора в обход. Оставляю тебя наедине с призраками! Ууууу! Не забудь, что мы ищем эту тварь Голума, а не просто гуляем. — Очень смешно!.. Я помню об этом. — Надо быть тише. Надо подождать пока эти эфы-с не уйдут-с. Иначе они поймают-с Голума и он снова будет-с голодным, а мы этого не хотим-с, не хотим-с. ночь без луны отличное прикрытие! Нас никто не увидит! Да! Да! Мы сама тьма… мы мрак-с. мы смерть-с.       В тишине грота слышно было лишь копошение червей, они тоже заприметили свежую добычу, и уже устремили к ней свои безликие толстые тела. Их зубы готовы были вгрызться в плоть по первому приказу, они изголодались по ней. — Надо торопиться, а то эти-с поганые черви съедят-с все самое вкусное… Оо глаза… или язык-с, а еще лучше-с пальцы… пальчики… деликатес-с… ммм! Да, сегодня будет-с вкусный-с ужин-с…       В эту ночь лишь безликие звезды были свидетелями мрачной картины, в их тусклом свете по горам костей мерзкое существо пробиралось к своей жертве, оно перебиралось на четырех конечностях и гадко хихикало, неся с собой большой камень. Капля за каплей жизнь угасла, тепло покинуло тело и мысли больше не строились во фразы. Наконец существо достигло своей жертвы, и занесло острый камень над головой… глухой стук и жизнь оборвана… — Аааррр яд! Моя Прелесть, от мясца-с пахнет ядом! Нельзя есть-с, нельзя!.. Но мы можем очистить мясо в реке! Да-с! Мы вымоем-с яд из обеда! Да! Хорошая мысль-с, Моя Прелесть! Мы вымоем-с его!.. А потом съедим-с! Да, съедим-с… хватай его! И тащи-с. Да! Да! Да!       Цепкие руки схватили тело безжизненной девушки и потащили прочь из грота по тайной тропе вырытой многие годы назад к неиссякаемой кормушке, ведь у своенравного Короля Лихолесья никогда не пройдет столетия без смертей недостойных и не то чтобы он их убивал, нет, просто они сами вдруг умирали в темницах. Что для эльфа один миг, то для человека или же гнома было равно целой жизни. К этому гроту многие существа приходили полакомиться свежатинкой. Или же устроить засаду на таких же любивших полакомиться мертвечиной, порой здесь устраивались ожесточенные бои за право отхватить лучший кусок. — Тяжело-с, моя Прелесть-с… Голум устал-с, давай отдохнем. Нет! Отдыхать нельзя! Кто-то может отнять у нас ужин! Пусть-с только попробует-с, Моя Прелесть! Надо быстрее добраться до реки! Да, да, Моя Прелесть! Тогда никто не посмеет напасть-с! Тайный ход был узок, острые камни резали кожу и окрашивали сырую затхлую землю багряной кровью, тело покрывалось паутиной ран и порезов, оставляя за собой кровавый след, по которому уже шли искатели плоти, они прятались среди камней и скользили во мраке.        Как только острый камень опустился на голову девушки, ее жизнь оборвалась и магия перестала действовать… На всех кто, когда-либо мог знать или знал Дею, обрушился шквал воспоминаний. Эльфы Раздола вдруг осознали таившуюся тоску в их сердцах. Все песни, что они пели, обрели смысл и нашли своего слушателя. Элронд метался по комнатам, проклиная девчонку, что посмела так с ним обойтись! Картина, не дававшая ему покоя, получила смысл, а ведь она была так близко к нему, теперь все чувства к гостье Трандуила стали оправданы, как же много он хочет ей сказать и как много услышать! — Но почему именно сейчас он все вспомнил?.. Почему она сняла чары? А что если это сделала не она, а магия сама рассеялась? Но в таком случае Дея… нет! Такого не может быть! Стража! — взревел эльф. — Да, Владыка! Что-то случилось? — Найдите моих сыновей! Немедленно! Я буду ждать их здесь. — Будет исполнено, Повелитель, — стоило двери закрыться за эльфами, как Элронд принялся писать. Спустя несколько минут в комнаты зашел Элрохир. — Где твой брат? — Отец, он отправился с дунаданцами выслеживать орков. — Скажи, ты вспомнил ее? — Да, отец… — Я видел её… — Где?! — Она была гостьей у Трандуила. Тогда я не узнал ее, но сразу понял, что был знаком с ней, только никак не мог вспомнить. А сегодня, я все понял… и боюсь, что с ней случилось что-то ужасное, такие чары сами не спадают, сын мой. — Я готов прямо сейчас отправиться в путь, отец. — Хорошо, возьми с собой небольшой отряд и будь осторожнее. — Да, отец. Я найду её и верну домой… — Да хранит тебя Великий Эру, сын мой. Пусть дорога твоя будет чиста и прекрасна, как воды Андуина, — благословил отец сына и передал ему два письма, одно для Владыки Лихолесья, другое для Деи: Скачи быстрее ветра! — Будет исполнено, Владыка! Окрыленный воспоминаниями, эльф в считанные минуты собрал отряд, ему не терпелось снова увидеть подругу и наконец, извиниться за свои слова. Но не только он был одухотворен в этот миг, его брат, в это время сражавшийся в шуточном поединке с другом вдруг пропустил удар. — Хэй, Лад. Да, ты никак проиграл мне! — смеясь, сказал нуменорец. — Я вспомнил! Друг! Я вспомнил! — вскочил эльф и заключил в объятия друга. — Бьорэн, кажется, ты слишком сильно приложил нашего эльфийского друга, — усмехнулся дунаданец. — Заклятие спало! — Что? — Заклятие спало! Она сняла его! — Кто? — Дея! — мужчины странно переглянулись, это имя им явно ни о чем не говорило: Лет сто — сто пятьдесят назад, в нашем замке жила девушка. Мы с братом души в ней не чаяли, а Эл наверно и больше, — рассмеялся Принц. — Разве обычные люди могут жить так долго? — А она никогда не была человеком, в ней я думаю эльфийского даже больше, чем во мне, хотя по ее виду так не скажешь. Чего стоила ее странная прическа, клянусь, мне иногда казалось, что ее волосы оживут, будто змеи и начнут кусаться! — Друг, ты сказал, что ее волосы были подобны змеям? — Да, старик. — Думаю, я видел твою подругу, когда был еще совсем молод. Тогда мы путешествовали близ Копий Мории и встретили очень странную эльфийку. Она была чуть ниже нас, имела более короткие ушки и диковинную прическу на голове. — Скажи, друг, а у нее была глефа? — Да, она носила брошь в виде глефы. — Это точно была она! Как жаль, что мы не встретились раньше! А теперь, друзья, я вынужден покинуть вас, думаю, меня ждут дома! — Да, хранит тебя Эру, друг! — И вас, братья! Приезжайте в Имладрис, я вас с удовольствием познакомлю! — проговорил счастливый эльф, оседлал коня и поскакал домой, предвкушая долгожданную встречу.        Путь до реки был долгим и трудным для хлипкого Голума, тащившего слишком большую ношу. Наконец тропа закончилась и вывела на берег узкой реки. — Все-с теперь можно-с кушать! Мы будем-с отрывать по кусочку — от тела, мыть, а потом есть-с. Голум умный. Голум молодец! Такую-с еду добыл-с! С чего начать?.. Может-с с пальцев? Или с головы-с? Тепленькие свеженькие мозги-с! Мммм объедение-с… Я ещё не ел-с эльфов-с. Узнаем-с какие они на вскус-с. мягкие-с… вкусные-с… да. дааа. да… Не знающее сострадания существо приволокло труп к воде и наполовину спустило его в воду, разрывая одежду на теле, его тонкие пальцы с острыми ногтями разрывали плоть, отрывали куски мяса, полоскали их в воде и откладывали рядом на камни. Если бы сейчас кто-то увидел Дею, он навряд ли бы узнал ее: одежда почти не скрывала тела, кусков мяса не хватало в нескольких местах, а кожа была изорвана в клочья, открывая внутренние органы, которыми ещё не успели прельститься.        Но Голуму было не суждено сегодня полакомиться свежим мясом. Он услышал шаги и тихие разговоры эльфов. — Эльфы-с! Надо спрятаться! переждать-с! , — прошипела тварь и скрылась в ближайших кустах, а на берег вышла небольшая группа эльфов. Они шли по кровавому следу, оставленному телом девушки, в этот раз Голум не был столь хитер и оставил за собой след. — Обыскать все вдоль реки, он не мог уйти далеко! — отдал приказ глава отряда, и эльфы разошлись по берегу. — Ваше Высочество! Я нашел его! Здесь в кустах! Он сбегает! — Нет! Нет-с! Бежать! Быстрее-с! Но как же-с ужин-с! Мы вернемся за ним! Прочь! Прочь отсюда!.. Да. Да, Моя Прелесть-с… — За ним! Мы не должны его упустить! — отдал приказ эльф, а сам направился к реке, ему показалось что там, среди камней кто-то лежал. От тела его отделял лишь большой валун, за который если бы он знал что увидит, никогда бы не зашел. Увиденное ввергло эльфа в шок. Некогда красивая сильная девушка лежала обезображенная и разорванная на части, мертвыми глазами взирая в небо, даже сейчас ее взгляд казалось, хранил тайну. — Дея… О, Эру… Что ты натворил, отец… никто не заслуживает такой смерти… — юноша опустился на колени рядом с телом, он боялся смотреть на него, но не мог отвести взгляд и лишь шептал извинения, а по щекам текли слезы. — Милорд, мы упустили его. Он скрылся в пещерах отпрысков Шелоб, думаем там он, и сгинет, став едой для них. Ваше Высочество, что с вами? На что вы смотрите? — спросил воин и сделал пару шагов к принцу. — Ни шага дальше! Возвращайтесь во дворец! — приказал эльф, не давая спутникам увидеть тело. — Как прикажете, Принц, — отряд развернулся и скрылся среди деревьев. Оставшись один, Леголас пересилил себя и закрыл глаза девушки, а затем поднял ее на руки и вошел в реку: Покойся с миром, Дея. Пусть река станет последним пристанищем мага воды. Прости нас за все. Великий Эру, возьми ее душу себе! Пусть она вечно сияет на небе новой звездой, — прошептал Леголас и опустил тело девушки в воду, течение сразу подхватило ее и медленно унесло прочь. Ты ушла, оставив след за собой, И теперь ты стала яркой звездой. Ты ушла, подарив нам весь мир, Что для нас он, как отчаянный миг. Но зачем же такою ценой! Мы хотели пойти за тобой? Улыбнись теплым летним дождем, Обернись светлым солнечным днём, Постучи в наши души мечтой, Сохрани для нас свой образ земной. Белым ангелам машешь рукой, Мы хотели пойти за тобой… За небесами ты прячешь свой взгляд, За островами оставила клад, Из детских слез, из печали и снов С нами, с нами твоя любовь… Эльф еще долго провожал ее взглядом пока, наконец, на небосводе не стали потухать первые звезды. Во дворец он вернулся далеко за полдень и направился к отцу. Его он нашел в большой зале с советником, за обсуждением предстоящего Совета у Элронда. — Владыка, вам уже лучше? — Да, сын мой. Ты ранен? — Нет, милорд. Голум сбежал, нам не удалось его поймать. Мои войны загнали его к тварям Шелоб и там потеряли след. — Что ж, в таком случае отправляйся сам в Имладрис и держи ответ перед Владыкой Элрондом. — Как прикажете, Владыка, — эльф поклонился и направился к выходу из залы, но в нерешительности замер у дверей. — Что-то еще, Леголас? — Я видел ее… — Кого? — Я видел, что с ней сделала эта тварь. Никто не заслуживает такой смерти, отец, — не поворачиваясь, сказал эльф и вышел. Эта встреча далась ему очень тяжело, он не мог смотреть отцу в глаза, перед его взором все еще было мертвое тело девушки. Поэтому услышав приказ, отправиться в Раздол, Леголас обрадовался, теперь у него есть время все обдумать и самое главное не встречаться с Владыкой. — Оставьте меня, — приказал Владыка и советники вышли из залы. Звенящая тишина, повисшая в воздухе действовала на нервы и он не выдержал, схватив стул, он со всего размаха ударил им об стол, дубовый стул разлетелся на щепки, а эльф в ярости опрокинул огромный стол и закричал. Когда последний отзвук крика затих, изможденный мужчина опустился рядом со столом и облокотился на него, зарываясь руками в волосы. — Прости, меня, Дея… сын прав, никто не заслуживает такой смерти. Я клянусь тебе! Я найду этого мага и отомщу ему за твою смерть. Великий Эру, верни мне ее… обещаю тебе, я больше не отпущу ее от себя, только верни мне ее свет, прошу тебя…        Приток Андуина поглотил в свои воды бездыханное тело и плавно опустил его на мглистое дно. Дух соединившийся с душой и телом Деи, не мог дать ей погибнуть и отдал все свои жизненные силы на ее лечение, теперь второго шанса на возрождение у нее не было, каждая серьезная рана могла лишить ее жизни, а магии в ней осталось лишь на несколько превращений. Вода вокруг забурлила и засветилась красным сиянием, раны стали затягиваться, а тело меняться, разрывая остатки одежды, наконец, она раскрыла глаза, поднялась на поверхность и в последний раз взглянула на лес, больше она сюда не вернется… никогда… …тихий всплеск хвоста, дуновение ветра, шелест листвы, разбитое сердце… все это навсегда останется в прошлом, с этой ночи начинается совсем другая история… и эльф, видевший ее в последний раз, не проронил ни слова, лишь молча смотрел, как она уплывает вдаль, а после с едкой ухмылкой направился в гущу леса.