Проклятый дар

      Птицы уже давно покинули эти места, гиблая земля медленно убивала всё живое, ядовитые туманы не рассеивались и клубились у корней деревьев, создавая мертвую перину. Живая душа появлялась здесь только тогда, когда другого пути не было, и на короткий срок разрушала зловещую тишину, хотя когда-то эльфы считали это место прекрасным и звали Великой Пущей, они нежились на полянах под солнцем и устраивали праздники в тени великих деревьев, теперь же без оружия войти в эту древесную мглу мог лишь смельчак или же тот, кто уже простился с жизнью. И если здесь ещё были светлые существа, они бежали бы в страхе от тьмы, всё здесь дышало ей. Птицы взвились в небо и огласили о бое в недрах леса, но ни один звук не поднимался выше голых крон деревьев, он скорее падал на землю, где мгновенно разлагался и дополнял картину смрадным запахом.       Схватка на одной из тех немногих полян, где ещё можно было найти зелень, продолжалась уже несколько часов. Трое из семерых были обезглавлены, оставалось еще четверо. Вязкая кровь на траве и телах еще живых существ свидетельствовало о наличии далеко не одной раны, но противник не желал отступать. Свиста разрезаемого глефой воздуха и рычания, нападавших, не было слышно за пределами поляны. Весь лес, будто замер, наблюдая за неравным боем, ожидая, когда он сможет полакомиться мясом светлого существа, напитаться его кровью, когда он сможет поглотить этот неуместный свет, прорезающий тьму. Но, наконец, последний враг пал, и тьма застонала, не получив долгожданной добычи. Колыхание ветра в кронах разозленных деревьев принесло легкий аромат цветов, а значит, отряд эльфов уже здесь и надо уходить, на этот раз, не прибрав за собой. За несколько легких шагов воин достигает раскидистого дуба и также легко взбирается наверх, застывая в гниющей кроне дерева, не обращая внимания на его грубый скрежет.       Через мгновение на поляну высыпается патрульный отряд эльфов и останавливается в паре метров от семи обезглавленных трупов. Глава отряда удивлен не меньше своих воинов от представившейся картины: семь орков, словно глыбы бурой тины, лежали, распластанные на земле в лужах вязкой и источающей гниль крови. Они и подумать не могли, что столкнутся с таким, получая приказ проверить западную часть леса. Единственные вопросы, которые возникали от созерцания нелестной картины, не имели ответов: как эти твари зашли так далеко в их лес и оставались до этого незамеченными и кто их убил?.. На лице воина, следившего за отрядом, скользнула довольная ухмылка и он тихо спрыгнул с ветви, плавно удалившись, лавируя между деревьями, зализывать раны и готовится к новой встрече, оставив на поляне запах мятной травы, что не укрылось от главы отряда, ведь в этом лесу мята была на вес золота, а здесь казалось все, источало ее свежий запах.       Через пару часов отряд закончил убирать лес, что не очень понравилось тьме, хотевшей забрать себе эти трупы, а не придать их огню, и к закату прибыл во дворец. Пока эльфы переговаривались между собой о случившимся и с подозрением смотрели в живой дышащий мрак, окружающий их дом, попутно очищая лошадей и оружие, их командир уже спешил с докладом к королю. — Владыка, когда мой отряд делал обход по западной части леса, на одной из полян было обнаружено семь мертвых орков неестественно больших размеров. — И это должно меня заинтересовать? — левая бровь дрогнула и исказилась вверх. — Да, мой Король. Они пали не от наших клинков. — Вы избавились от них? — еле уловимая гримаса пренебрежения проплыла на красивом лице. — Да. — Уже нашли того, кто это сделал? — искра любопытства вспыхнула и утонула в глазах. — Нет, мы прибыли слишком поздно. — Распоряжения о поисках даны? — покой вновь завладел красивым лицом. — Да, Владыка. — Хорошо. Ступай… — проговорил король, прикрывая глаза, но заметив, что собеседник не спешит покинуть залу, спросил: Что-то еще? — Да… Я думаю, что убийца наблюдал за нами. — Какие основания заставляют тебя думать так? Неужели в западном лесу ещё обитают белки? — нетерпение на границе злой иронии прошло рябью брошенного камня в воду. — Поляна, она была пропитана запахом мятной травы. — Ты уверен в этом? — миг удивления был погребен под скопившимися тяжёлыми мыслями. — Да. Думаю, что тот, кто сразил их, был одним из нас. — Хорошо, ступай, — задумчиво отдал приказ король, и воин покинул залу, оставляя её под гнетом мрака.       На следующее утро все Лихолесье гудело от нескончаемых разговоров об орках и о тайне их смерти, высказывались самые нелепые мысли, вплоть до того, что сам лес с ними расправился, потому что давно не лакомился свежей плотью на своей территории, ведь каждый знал о живой тьме, обитавшей в глубине сумрака. Казалось бы, этот случай канет в Лету, но через пару месяцев все повторилось — в южной части леса. На этот раз орков было не так много, всего четверо, но этого хватило, чтобы король приказал снарядить отряды в восточную и северную части леса. Так как восточная часть леса была не большой, то уже через десять дней отряд набрел на новое место сражения и послал весть королю: об очередной находке в лице трех орков, только смерть настигла их уже очень давно, а значит искать здесь уже нечего, след успел остыть. Через пару часов главнокомандующий выдвинулся в путь, намереваясь узнать кто «защищает» границы их дома и насколько он опасен для королевства. И единственный вопрос, не дававший ему покоя, был… почему именно сейчас этот воин перестал заметать за собой следы, не значит ли это то, что он хочет, чтобы его нашли?.. Не идут ли они в ловушку…       Достигнув своего отряда в семнадцать дней, он присоединился к нему и продолжил путь к северной границе. Когда до нее оставалось чуть меньше дня, на них напали, и на этот раз орков было значительно больше. Это были уже не лазутчики, это был отряд, состоящий не только из глины пропитанной тьмой, но и из гоблинов, и варгов.       Небольшой арьергард эльфов нес потери. Непрерывающаяся песня клинков то затихала, то вновь усиливалась, подпитываясь рычанием, потом и звоном разрываемой плоти. Кто-то падал раненый от ядовитого клинка, кто-то от сильного удара и каждый рисковал больше не встать и быть погребенным заживо во мгле. Когда эльфам начало казаться, что бой проигран и надо постыдно бежать, на поляне появился воин, сражавший противников с лёгкостью ветра в поле сонной травы. Он настолько легко двигался между огромными тушами, словно плыл по течению шумной реки, но не подпускал к себе ближе, чем на несколько футов, точнее это орки не могли подойти к нему близко, как будто им что-то мешало. Его движения завораживали взгляд, эльфы впервые видели такую технику боя, скорее это была смесь танца и владение клинком, вроде бы можно было даже разглядеть эльфийские приёмы, но они настолько быстро перерастали в нечто иное, что точно сказать нельзя было, были это они или нет. Через пару часов все было кончено. Только не для таинственного война, потому что в ту секунду, когда последняя туша орка соприкоснулась с землей, мечи эльфов молниеносно были наставлены на него, а сами они постепенно замыкали кольцо, блокируя пути отступления. — Именем Владыки Сумеречного леса, кем бы вы ни были, вы заключаетесь под стражу, — прогремел голос главнокомандующего и, выжидающе, замер, эльф не спускал глаз с существа в странной для Средиземья одежде и скрывающем под капюшоном лицо. — И это вместо тысячи слов благодарности, как я понимаю?! Видимо можно было вас и не спасать! — заливаясь смехом, проговорил воин: Хорошо, я проследую за вами, только если мое оружие останется при мне, — закидывая глефу за спину и делая пару шагов к эльфу, сказал неизвестный: Вам не нужно меня бояться, Ваше Высочество, я не причиню вреда ни вам, ни вашим эльфам. Но если вы все же боитесь меня, то можете связать руки, только затягивайте посильнее, а то я ведь могу и сбежать!       Сказанное произвело должный эффект на всех, кроме принца, ему не давал покоя странный голос незнакомца, будто бы слышимый сквозь пелену, немного подумав, он убрал меч и отдав приказ связать пленника и сложить оружие, развернулся направившись в чащу. Как только была закончена зачистка следов, а раненые и убитые эльфы водружены на коней, сильно поредевший отряд вместе с пленником проследовал за своим командиром.       Все время в пути эльфы пребывали в постоянной готовности нанести удар по заключенному, если тот вдруг надумает отказаться от своих слов или вздумает бежать. Только ночью незнакомец услышал, как молчавшие целый день эльфы переговаривались, искоса поглядывая на пленника, пытаясь узнать по внешним признакам к какой расе он принадлежит. Так. Неужели всего два варианта эльф и дунэдайн… то есть просто человеком я быть не могу, что они имеют против людей?.. вполне нормальная такая раса. ну туповатые слегка, но ведь это поправимо, да и живут они не так долго как эльфы, откуда уму взяться то… хорошо что хоть к гномам и гоблинам не причисляют и на этом спасибо… Не перестаю я удивляться им, такие умные, а простых вещей порой не замечают, так кичатся своим происхождением, что бояться замарать руки, неженки… хотя их Принц не похож на своих собратьев… интересно будет познакомиться с его отцом… Уже через несколько часов не придя к общему мнению голоса затихли, и лес погрузился в тишину. К этим разговорам прислушивался и принц, который давно понял, что пока незнакомец не снимет рассеивающие чары, никто не узнает, кем он является, а то, что это были именно они, он уже не сомневался, так как сам не раз их использовал, но больше всего его волновал вопрос, почему этот воин оставил тех орков в восточной части леса, хотя до этого их патруль ни разу не находил тел, сделал он это намеренно или же его что-то спугнуло тогда, и не придется ли защищать свой дом от новой опасности, будто бы им не хватает того, что без оружия нельзя покинуть пределов дворца.        После полудня следующего дня отряд с пленником наконец покинул мрак леса и пленник увидел солнце, которое не мог лицезреть уже многие месяцы, скрываясь в тени мрачных деревьев, он остановился и стал нежиться под его теплым и мягким светом, поэтому войнам пришлось силой заставлять его идти в замок. Путь к тронной зале занял какие-то минуты и войн больше смотрел себе под ноги, чем по сторонам, массивные двери отворились и запустили отряд в холодную залу. Король, величественно восседавший на троне, казался статуей выполненной блестящими мастерами и ожившей, когда Эру довольный их подношениями вдохнул в нее жизнь, он пристально обвел взглядом своих воинов, отмечая тех, кто не вернулся из боя и остановился на пленнике с интересом разглядывая его, ощущалось, что он единственный кто видит, как на самом деле выглядит незнакомец. — Приветствую тебя, путник. Что привело тебя в мои земли? И чем мы обязаны тебе за сохранность наших границ? — Приветствую тебя, король Лихолесья, владыка Трандуил. Увы, но я должен перед вами просить прощения, — проговорил незнакомец, низко поклонившись: Ведь по моей вине орки оказались в ваших лесах. — Вот как… Тогда я обязан казнить тебя или хотя бы бросить в темницу, — стража в несколько мгновений окружила неизвестного, на что тот лишь ухмыльнулся. — В этом нет необходимости, Владыка. Ваши темницы не смогут удержать меня. — Боюсь, что твоя магия будет бессильна… — Я так не думаю, она сильнее, чем, кажется. — И я должен верить тому, кто боится показать свое лицо? Сними морок, докажи свою силу — сказал Трандуил и слегка улыбнулся. — Как прикажете, Ваше Величество, — усмехнулся пленник и щелкнул пальцами. В миг его охватил синий туман, заставив всех отступить на пару шагов и обнажить мечи. Леголас же с тревогой посмотрел на безучастного отца, любопытство которого выражалось лишь в его взгляде, и слегка кивнул страже, давая знак быть наготове, хотя это и не требовалось, все эльфы были крайне собраны и готовы нанести удар в любую минуту. Туман исчез также внезапно, как и появился, посмотрев на путника нельзя было сказать, что он сильно изменился, но теперь можно было его полностью разглядеть. На нем были черные тяжелые ботинки, черные обтягивающие штаны из неизвестной ткани и не скрывающие длинные стройные ноги, черная куртка сидела, плотно прилегая к телу и казалась искусно сделанной из какой-то мягкой породы камня. На куртку была прикреплена глефа, причем не просто прикреплена, а с помощью магии, так как не было видно, где заканчивалось древко и начиналась материя, возникало ощущение, что они единое целое, завершал же образ большой капюшон и пара кинжалов на бёдрах. Пока эльфы с интересом наблюдали за метаморфозами, путник не упустил шанс и в одно мгновение оказался за спиной у Трандуила, подставив к горлу длинный тонкий клинок, только тогда из центра зала исчез двойник. Как только наваждение прошло, эльфы со страхом перевели взгляд на короля и пленника, понимая, что если он захочет, то в считанные минуты перережет их всех, незнакомец же легонько провел кончиком носа у короля за ухом и оставил царапину от лезвия на нежной коже, рассмеявшись, опустил клинок, воины не могли даже пошевелится, не веря своим глазам. — Я доказал вам? — усмехаясь проговорил пленный. — Да, этого более чем достаточно, — просмеялся король. — Отец, да он же мог с лёгкостью убить тебя! Над чем ты смеешься? — воскликнул Леголас и сам вынул клинок. — Я не нарушаю своих слов, Принц! — проговорил воин, и в его руках блеснуло два длинных кинжала, а путы, сковывающие руки упали на пол. — Как я могу верить тому, кого даже не видел? — не унимался будущий король. Кивок головы и стража образует большой круг с клинками в руках. Принц не собирается отступать и наносит один удар за другим, воин же больше уворачивается от эльфа, чем сражается с ним, что еще больше распаляет юношу. — Мой Принц, если вы так хотели пригласить меня на танец, могли просто спросить, необязательно было доставать меч, — смеется воин. — Хватит увиливать! Сражайся! — Хорошо, — кривая ухмылка, звонкий смех и Принц перестает вести в этом танце, теперь роли меняются, и он вынужден защищаться. Блеск и лязг мифрила прерывался лишь смехом и тихим рычанием. Когда исход боя казалось, был уже предрешен, Король остановил его. — Довольно! Будь добр, путник, открой свое лицо. Я верю тебе. — Благодарю за доверие, владыка, — ответил воин, спрятав клинки, и преклонил колено, эльф, не ожидавший резкой смены, чуть не обезглавил своего противника, его клинок просвистел прямо над капюшоном, разрезая его. Материя медленно упала на плечи, открывая лицо. Каково же было удивление эльфов, когда пред ними предстала девушка, да к тому же еще и человек, или не человек, эльфы никогда не слышали, чтобы люди так превосходно пользовались эльфийской техникой боя, да и вообще магией, они ведь не так давно только дома себе научились строить… Ровные черты лица, невиданная прическа с золотыми и серебряными бусинами на змеях волос и темно-зеленые глаза буквально привораживали и совершенно не вписывались в общую картину мира. — Но этого не может быть, — прошептал принц, поражённый тем, что какая-то малолетняя девчонка смогла смогла выстоять в бою против него. — Кто ты? — спросил король. — Мое имя — Дея. — Ты не человек. — Верно, подмечено, Владыка, я не человек, но и не эльф и даже не гоблин, если у вас всё ещё есть сомнения на этот счёт. То, кем я являюсь, знает только Митрандир, но он не сможет нарушить клятвы, данной мне. — Что ж надеюсь, нам не придется его пытать… — с улыбкой проговорил король и, помолчав, продолжил: Так зачем ты подвергаешь мой народ опасности, Дея? — У меня к вам есть предложение, Владыка. — Говори! — Я предлагаю вам себя. — Да как ты смеешь, такое говорить королю!!! — вспылил Леголас. — Остынь сын мой… Наследнику рода не пристало оскорблять гостей в своём доме, — укоризненно посмотрев на сына, сказал король: В качестве кого ты мне себя предлагаешь, дитя? Неужели в качестве придворного мага? Таких у меня во дворце достаточно… Или же может воина? Но какой эльф захочет сражаться с тобой плечом к плечу?.. А может, ты столь же превосходно умеешь готовить, как пользуешься нашим языком и с радостью поселишься в моей кухне? — усмехнулся король и по залу прошли редкие улыбки. — Я давно не дитя, Владыка, и не потерплю, чтобы надо мной смеялись, я говорю предельно серьезно. И предлагаю вам себя в качестве вашей спутницы. — Правильно ли я тебя понимаю? Ты предлагаешь с тобой сходить в гости? Куда же мы отправимся? В связи с последними событиями эльфы ещё не скоро будут устраивать празднества, скорее все силы уйдут на защиту моих владений, которые ты подвергла опасности. —  Да он смеется надо мной!!! Что ж Ваше Величество я принимаю правила игры! Нет. Я предлагаю, вам жениться на мне. — Разве девушка может делать такие предложения? Кто-то придумал новый закон и мне не сообщил? Или может, ты, считаешь себя равной Мне? — Нет, Ваша Светлость, никто не издавал новых законов и ни одна из традиций не была изменена, но факт остаётся фактом — я предлагаю вам взять меня в жёны, если вы конечно знаете как это, хотя у вас же есть сын, но с другой стороны заиметь наследника не составляет труда, вы наверняка пользуетесь популярностью у слабого пола, а вот с супружеством можете и не быть знакомы, — ответила девушка, смотря в глаза королю Лихолесья, а он в свою очередь в ее и никак не мог понять, чем вызвана такая дерзость. — А время на обдумывание твоего предложения у меня есть? Или ты хочешь получить ответ в течение трёх дней, как это заведено у людской расы? — казалось, в зале повисла леденящая тишина. — Ваше Величество, времени у вас предостаточно, только вам решать примите вы мое предложение, или же нет. — Кто мешает мне сейчас отказать тебе? И закончить эту затянувшуюся шутку? — Ваше любопытство… Вы ведь хотите узнать кто я… — Хорошо, я обдумаю твое предложение, Дея, так ведь тебя зовут, верно, а то что-то я запамятовал… пока ты можешь расположиться в комнатах в западной части замка, Леголас тебя проводит. — Благодарю, мой король, но в провожатых я не нуждаюсь, — присев в реверансе, сказала девушка и растворилась в воздухе, в синей дымке, оставив удивленных эльфов и легкий запах мяты. Все еще таинственно ухмыляющийся Трандуил распустил эльфов и приготовился слушать гневные речи сына. — Отец, ты действительно собираешься жениться на этой дерзкой девчонке? Как она вообще смела так говорить с тобой! Как она смела так говорить о моей матери?! Неужели тебе не дорога память о ней?! — Замолчи! И никогда не смей говорить такие вещи при мне! Когда ты займешь мое место, ты поймешь почему я так сделал! А теперь ступай, тебе надо тренироваться! Я не потерплю, чтобы глава моих воинов был так слаб!  — проговорил король и снова был прерван. — Я бы одолел ее, если бы ты не остановил бой! Скажи, что ты пошутил?! Прошу тебя… — Нет, я не шутил, Леголас! И не смей оспаривать мои решения, особенно при посторонних! Или ты забыл, как должен себя вести наследник трона?! — грозно сказал король сыну, а после, повернув голову к выходу, тихо проговорил, — В ней скрыта магия… которая древнее этого мира… Возможно, что мне удастся ей завладеть, ведь наверняка ее век не так долог, как наш, тогда для Арды взойдет новое солнце. А пока она будет здесь, ее нельзя отпускать. — Да будет так, отец… И всё же это была она на той поляне, это она привела сюда орков и это она следила за нами. Тебе было об этом известно, когда ты говорил с ней? — Да. — Я не доверяю ей, отец, и буду за ней следить, даже если ты будешь против, — тихо сказал Леголас и покинул залу, твердо решив выяснить правду. Его не покидало чувство, что она принесёт много бед в их дом и кто знает, чем это может закончиться для их народа… — Это будет весьма интересно… весьма…- сказал Король в тишину сводов, оставшись один. Эта магия не давала ему покоя, он помнил, с какой любовью его отец говорил о Валар, возможно ли что один из них решил ослушаться и прийти в эти темные земли, не освященные светом Великих Древ…       Солнце закатывалось за горизонт и обрамляло дворец алыми лучами заката, казалось, будто бы вместе с этим светом утекают последние капли спокойной жизни из Великой Пущи. Заканчивался новый день и что последует за ночной мглой, ведомо было лишь Эру, но он не делился своими планами с покинутыми детьми… Над дворцом медленно всплывали звезды, последние молитвы улетали в небо, и марево сна завладевало умами существ… В Сумеречном лесу начиналось новое столетие, ознаменованное приходом тайны, но что она принесет с собой? Долгожданный свет и тепло или же вместе с этой тайной мрак покроет весь мир… Эльфы, как никто чувствовали даже самые легкие изменения в Арде, но сейчас было затишье и все что им оставалось — молить Эру о новом восходе Солнца.