Глава 33. Нужно было остаться дома
5 апреля 2020 г., 15:44
Я снова посмотрела на свою ногу и снова тяжко вздохнула жалобно промычав в подушку. Ну и как мне теперь смотреть ему в глаза? Почему я такая неудачница, когда дело заходит о Шедоу?!
***
Настали летние каникулы, и мои родители взяли небольшой отпуск, чтобы провести время со мной. Первую неделю мы занимались косметическим ремонтов в доме, так что я даже начинала подумывать, что может быть это и правда окончательный мой дом, и мы больше не будем переезжать. Но поняла, что лучше не надеяться. Хоть и оставался все год школы, но я с легкостью могла переехать на другой конец страны, если этого потребует ситуация. Мне не сильно нравится моя комната, так как она выглядит так, будто я тут просто на пару дней. Именно поэтому я люблю рассматривать комнаты своих ровесников: всегда найдутся какие-нибудь ненужные, но до жути милые побрякушки, множество фотографий или гирлянд, развешанных грамот на стене, или необычные рисунки, выстроенные в цветастый коллаж. Моя же комната — это вечные коробки, спрятанные в шкафах или стоящие в углу. Но из-за небольшого ремонта, я всё-таки закрыла глаза на свои принципы и достала из одного чемодана гирлянду, повесив её над кроватью. От одной безделушки труднее собирать вещи не станет если что. На выходных родители засобирались в гости к друзьям, а именно к родителям Соника. Признаться, ехать не хотелось. При упоминании Соника, я всегда вспоминала Шедоу, а с ним у меня были непонятные отношения, в которых я пока разбираться не хотела. Нет, я не прячу голову в песок, просто пока… мне нечего ему сказать. Но мои личные переживания рассказывать родителям я не собиралась, а мама не собиралась слушать мои «капризы остаться дома». Чуть не переругавшись на пустом месте, папа закрыл всю тираду, сказав что я еду и это не обговаривается. На вопрос зачем, мама ответила, что хочет больше времени провести со мной в кругу семьи пока есть возможность, да и тётя Кэрри давно меня не видела и хочет поболтать. В общем, проиграв битву аргументов, так как мне сказать было нечего, я простонала как умирающий кит и пошла к себе, предварительно убедившись, что это только на одну ночь и обратно. С другой стороны, если мы только на вечер, значит всё должно пройти хорошо. У себя включила единственную гирлянду и пролежала весь вечер на кровати так и уснув. Что мне снилось я не могла вспомнить, но когда папа пришёл меня будить, я определенно не хотела отпускать сновидение. Сходив в ванну и наскоро одевшись в винтажные джинсы и белую футболку, заплела иглы в пучок. Через час папа выгнал машину из гаража, я закинула портфель в багажник и с камерой в руках запрыгнула в салон. Сняла кроссовки и с ногами забралась на сиденье, пристегнувшись. Мама вышла из дома через пятнадцать минут, и мы поехали. Немного поболтав, родители переключили разговор на рабочую тему, поэтому я надела наушники и вместе с музыкой уснула. По приезду мои ноги затекли, так что я не скоро могла выйти из машины. На телефоне было четыре часа дня. Я обняла Джеймса и Кэрри, после чего мне сообщили, что Соника нет дома. На слова мамы Соника, что она сейчас ему позвонит и скажет вернуться, я поспешно запротестовала, сказав, что сама ему позвоню. Естественно, я этого делать не стала. Соник наверняка сейчас гуляет с ребятами, а если это так, то мне точно не стоит звонить. Папа и Джеймс возились в беседке у мангала, а женская половина готовила на кухне. Я же была связующей, если нужно было что-то отнести с улицы домой или наоборот. Кэрри спрашивала как у меня проходят каникулы, а у мамы отпуск. Мы говорили на разные темы, а когда на кухне дел не осталось, мы вышли все на улицу. Я сделала пару фотографий взрослых. Мне казалось, что они счастливые в эту вечернюю и тихую субботу. Может быть, ради этих снимков и стоило поехать. А потом пришёл Соник с Эми. Мы обнялись, и Кэрри спросила почему ёж так долго, если его просили прийти пораньше. На удивленное выражение лица синего, я наигранно рассмеялась, пихнув того в бок, и попросив подыграть. Тот только пожал плечами. Эми стала прощаться со всеми, сказав, что пойдёт домой, но моя мама и Кэрри остановили её, приглашая зайти. Подруга медлила, не решаясь, а потом мама Соника и вовсе позвонила родителям Эми, чтобы те тоже приходили. И вот это называется семейный вечер… Через полчаса к нам подтянулись родители ежихи, и все вошли в дом. Стояла десятиминутная организационная суматоха, а когда все сели за стол, то полилось шампанское и глупые, но почему-то смешные анекдоты. Мы сидели так примерно час, когда мама Соника мягко намекнула сыну, Эми и мне, что мы можем идти наверх. — Да, вам же наверное с нами скучно, — кивнула моя мама, поправив короткие иглы. — Нет, совсем нет, — я выпрямила спину, поближе пододвинувшись к ней. Мне не хотелось быть третьим колесом двухколесного велосипеда. Для пущей убедительности, я поставила голову на ладони, уставившись на мать. — Мари, ты чего? — мама хихикнула, сделав маленький глоток из бокала. — Иди с ребятами пообщайся, вы же так редко видитесь. — мой просящий взгляд она проигнорировала. — Но ты же хотела провести время вместе, — поставив ударение на последнее слово, я ждала, что мои намёки вроде «Мам, мам! Плохая идея, что мне там делать?!» будут услышаны. Но нет. Чудо не свершилось. — У нас ещё будет время дома, а сейчас перестань греть уши. Соник, Эми, заберите её, — мама насмешливо щелкнула меня по носу, а я мысленно опустила челюсть до земли, искоса посмотрев на папу, который вчера был на стороне мамы. Вот тогда какого фига мне нужно было ехать, если побыть вместе «у нас ещё будет время дома»?! Я встала из-за стола и поднялась наверх за ребятами. Эми села на кровать, Соник за компьютер. Закрыла за собой дверь, тоже пристроившись на кровати. Схватила подушку, прижав к груди, и повалилась на покрывало спиной. — Ну колись, что случилось? — Эми ткнула меня в бок из-за чего я вскрикнула. — Ничего, — я увернулась от следующего «укола», рассмеявшись. Эми улыбнулась. — Тогда что за театр одного актёра только что был? — Соник развернулся к нам, загружая на компьютере фильм. — Ну… просто, — непробиваемый аргумент, я согласна. Ежиха накинулась на меня, щекоча, и я не выдержала ещё раз рассмеявшись. На их внимательные взгляды я отвела собственный в сторону книжного шкафа. — Вам явно хотелось остаться вдвоём. — О чём ты? — Эми залилась краской. М-да, косить под дурочку она явно не умеет. — Мы тебя давно не видели и хотели пого… — Извините, — ёж взял телефон, отвечая на звонок. Мы с Эми притихли, переглянувшись и уставившись на Соника. — Да, привет. Всё хорошо, говори. Да, дома. Ага, хочешь забрать? Я могу зав… погоди минутку, — Соник загадочно встал и вышел из комнаты под наши сопровождающие взгляды. — Чего это с ним? — я приподняла бровь, сильнее прижав подушку. Эми пожала плечами. — Обычно он не уходит поговорить в другую комнату, — ежиха пригладила свои короткие иглы и залезла на кровать с ногами. Я не удержалась, чтобы не подколоть её. — А чем обычно вы занимаетесь? — я резко приблизилась к подруги с интересом смотря на её реакцию. Та заторможено смотрела в ответ, не понимая мою оживлённость. — Да брось, Эми! — я всплеснула руками. Подушка укатилась в сторону, а ежиха рефлекторно отодвинулась назад. — Я имею ввиду как далеко вы зашли? — Ммы? Т.ты о чём? — Эми нервно хихикнула, сглотнув и прокашлявшись. Она покраснела, а я ещё больше раззадорилась. — Колись, — я ткнула её в бок как она меня пару минут назад. — Мари, перестань! — Эми смеялась, пока я ей мстила, до тех пор как ежиха упала на кровать. Я села к ней на живот и вцепилась мертвой хваткой в её плечи, когда она попыталась встать. — Тебе бы хотелось, чтобы сейчас на моём месте был Соник? — я загадочно посмотрела в её веселые глаза, нежно касаясь её игл. Эми свела брови к переносице на манер «ты чокнутая?». Но да, я дурачилась. Это была месть за щекотку. — Он бы нежно коснулся твоей щеки, а потом опускал руки всё ниже и ниже и исцеловал бы твоё лицо и шею, а потом… — я застыла у ушка раскрасневшейся ежихи и… легонько дунула в него, из-за чего девушка вздрогнула, а я рассмеялась. В комнату открыли дверь, и мы обе обернулись. Соник застыл в дверях, смотря на нас. Я снова обернулась на красную ежиху. — Что вы делаете? Я разразилась гомерическим хохотом, а после ежиха скинула меня с себя в сторону. Я загнулась в три погибели. Пучок испортился, иглы так и грозились распуститься. — Девушку у тебя увожу, — остановиться я уже не могла, ещё раз посмотрев на Эми. Та вскинула глаза на ежа и залилась ещё большей краской, хотя я думала это невозможно. Почему-то мне показалось, что она всё-таки представила Соника на моём месте пару секунд назад. — Оу, Соник, а Эми оказывается… — Заткнись, пожалуйста, — девушка придавила мой рот подушкой и припечатала к кровати. — Ох, Мари, лучше тебе забыть, что ты сейчас собиралась сказать! — я смеялась ровно до того момента как заметила рядом с Соником ещё одну застывшую фигуру. — Здравствуй, — прозвучал приятный баритон, и мой смех сменился оглушающим кашлем. И давно он там стоит? Эми убрала подушку, видимо решив, что я задыхаюсь. Сделала попытку сесть, всё ещё не восстановив дыхание. — П…привет, — выдала так скомкано из-за чего теперь надо мной ржала Эми. Я зарядила в неё той же подушкой, всё ещё кашляя. — Шедоу, какими судьбами? — Эми прижала предмет к себе, облокачиваясь о спинку кровати. — С подработки зашел забрать колонку, — спокойно выдал чёрный, когда Соник пропустил его в середину комнаты. И именно сегодня, а не завтра или в какой-либо другой день! Парень порылся у себя в столе и выудил оттуда электронное устройство, протягивая Шедоу. — Может останешься? Мы собирались посмотреть фильм, ты как-то говорил, что тоже хотел его посмотреть, — спросил Соник, из-за чего я начала нервничать. Почему всё не слава богу?! — Да, оставайся, — парировала Эми, косясь в мою сторону как злобный чёрт. Вот это подруга, называется… Я дежурно улыбнулась, когда парень посмотрел в мою сторону. Надеюсь он не заметил мою гримасу, адресованную Роуз. — И всё же… — начал Шедоу, но ёж схватил его за плечо. — Да ладно тебе, я знаю, что завтра у тебя выходной, значит спешить домой незачем. Просто останься, — как-то сильно напористо выдал Соник. Он что специально?! Я отвесила челюсть, чуть не кашлянув ещё раз. Шедоу усмехнулся, сбрасывая руку друга и снимая кожаную куртку, бросил портфель в угол. Видимо он правда собирался сразу уйти, раз не снял верхнюю одежду в прихожей. Кстати эта была та куртка, которую он одолжил мне в свой день рождения. На следующий день мне так и не хватило смелости прийти и отдать её лично, так что я попросила об этом Соника. — Соник, я хочу сделать попкорн, не подскажешь где он лежит? — я улыбнулась другу, встав с кровати. — На верхней полке в последнем шкафчике у окна, — ответил юноша, размяв шею. — Что-то не припомню, — я вытаращила на него глаза, призывая пойти со мной. — Ты же мне сегодня из него бокалы доставала на… — Соник всё же соизволил посмотреть в мою сторону и увидеть мой кулак и грозный взгляд. — Хорошо, пойдём. Мы скоро. Как только мы спустились вниз и прошли мимо шумной гостиной, войдя на кухню, я припечатала парня к стенке за ворот футболки. — Полегче, — усмехнулся Соник, убирая мои руки. — Какого. Чёрта. Соник?! — выделяя каждое слово, я была готова взорваться прямо здесь и сейчас. — Зачем ты его позвал? — Он мой друг, почему я не могу его позвать? — спокойно ответил вопросом на вопрос ёж, доставая с полки два пакетика с попкорном, о которых я и так знала. — Ты специально?! — ох, как чувствовала, что не надо ехать. Я сняла болтающуюся резинку с игл и надела на руку. Нервно поправила прическу, пока Соник запихивал попкорн в микроволновку. Я достала большую миску ещё с одного шкафчика. — О, Мари, Шедоу даже не знал что ты здесь, пока не вошёл в дом, — да, скорее всего я себя просто накрутила. Соник высыпал содержимое пакетика в миску и засунул второй в микроволновку. Я взяла горсть воздушных кукурузинок и запихала себе в рот, зло пережёвывая. — Но смотри как он легко решает все наши проблемы. — Фто? — промычала я с набитым ртом, не улавливая суть в словах ежа. Соник протянул мне стакан воды, а после достал ещё три, поставив на поднос с графином. — Теперь ты не будешь третьей лишней, которой ты так не хотела сегодня быть, — я замерла, в последним раз сглотнув воду и большими глазами уставилась на ежа. — Теперь всё твоё внимание переключится на Шедоу и… — юноша вытащил второй покет из микроволновки и высыпал его в ту же миску. — ты не будешь уводить у меня девушку, — Соник усмехнулся, когда увидел моё выражение лица. — Да я же пошутила! — Соник опустил мне на руки поднос, а сам взял миску с попкорном. — Да как ты могла поступить так с другом, которого знаешь с пелёнок?! — наиграно разочаровался Соник, из-за чего мне хотелось дать ему подзатыльник за эту убогую актёрскую игру. — Это я у тебя хочу спросить, Соник, — процедила сквозь зубы, пока мы шли до комнаты ежа. — Тише, не злись, — ёж остановился у двери, запихнув мне в рот кукурузинку. — А то воду разольёшь. Давай просто хорошо проведём время, ладно? — я беззвучно вздохнула, кивком показывая, чтобы Соник открыл дверь. Ёж перевёл изображение на экран телевизора, Эми разложила подушки на кровати. Я залезла на кровать, взяв миску с попкорном в руки и сев в позе бабочки. Соник с Эми сели с одного края от меня, а Шедоу с другого. И так мы смотрели полфильма. Не знаю был ли он интересный, так как в самом начале я сильно нервничала сидя рядом с ежом, а потом было уже ничего не понятно. В середине фильма я заметила, что держу уже какое-то время почти пустую миску, поэтому решила спустить её на пол. Чуть наклонившись, я хотела опереться о край кровати, но меня пихнули в спину, так что я не успела удержаться, столкнулась с Шедоу. Миска благополучно перевернулась и на нас высыпалось всё то, что там оставалось. — Прости, — виновато опомнилась я, убирая лоб с груди юноши, но тот ничего не сказал в ответ. Просто пялился на меня такими глазами, будто увидел что-то странное. И только потом я запоздало поняла, что опёрлась рукой вовсе не о покрывало… а о ткань джинсов Шедоу между ног… Твою мать! Я быстро отдёрнула руку, покрываясь краской. Мне казалось даже в этом полумраке было видно, как горят мои уши. — Изв…я не… мвв… — выговорить ничего не получалось, так что мои бедный мозг начал соображать как ещё можно загладить свою вину, поэтому я в спешке начала стряхивать с ежа попкорн. — Мм.Мари… остановись, — еле выговорив, Шедоу закрыл глаза и… едва заметно покраснел. Мои руки стряхивали попкорн с его джинсов… Ну почему я такая идиотка?! — Да что со мной?! — я подняла руки вверх как преступница. Хотя это мало чем отличалось от правды. — Извини! Мне… мне нужно выйти! — чуть ли не пропищала я на всю комнату, выбегая в коридор. Бо-же-мой! Мне хотелось залезть на дерево, что росло за домом и никогда оттуда не слезать. Всё же спрятать голову в песок. Нет, лучше вообще уехать. Мам, пап, мы переезжаем! Это будет первый раз, когда им это скажу я, а не они мне. Я запустила руки в иглы, сжав на затылке и сев посреди коридора. В комнату я точно не вернусь, а внизу меня тоже не примут. Ну что за фигня?! Я сжалась в комочек. Моё лицо и уши горели, а вспоминая реакцию Шедоу, я была готова лезть на стенку. Ну как могла так вляпаться?! И что мне теперь делать? Встала около лестницы, подумывая всё-таки спуститься к родителям, но… это же будет очень странно! Хотя не страннее того, что сейчас произошло… Боже, Мари! Нужно было всё-таки разругаться с родителями и остаться дома! Ручка комнаты друга дернулась, а моё сердце замерло. — Мари? — услышала я голос Эми, но сердце не выдержало, а мозг отказывался трезво мыслить, так что я оступилась… Толком и не вскрикнув, полетела вниз через пару ступенек, а приземлившись, взвыла от резкой боли. — Мари! — услышала я голос Эми, которая быстро спускалась ко мне. Я схватилась за ногу, часто задышав, пытаясь заглушить боль, но ничего не получалось. Из глаз рефлекторно потекли слёзы. С зала выбежали родители, а сверху спустились ребята. Я уткнулась носом в собственную коленку, пытаясь закрыться ото всех иглами. На вопросы взрослых что произошло я ничего не говорила, поэтому всё объясняла Эми. Нога жутко болела, слёзы не останавливались. Я даже не знала из-за чего больше реву: из-за боли или от досады, что Шедоу это видит. Меня пересадили на стул и приложили лёд к лодыжке. Боль потихоньку проходила, но в больницу съездить всё-равно было нужно. Папа хотел сесть за руль, но потом все неожиданно вспомнили, что как бы выпивали, так что везти меня было некому. Я часто дышала, задыхаясь в слезах, Кэрри гладила меня по голове, пытаясь успокоить. Мама вызывала такси. И таким образом, я всем испортила вечер. Как только приехала машина, папа перенёс меня в салон, и мы с родителями поехали в больницу. Там мне сделали рентген и… наложили гипс до голени. Все объяснения что со мной выслушивала мама, а я только стирала слёзы с покрасневших щек и старалась больше не плакать. Ну что за кошмарный день?! И как только вспоминала все сегодняшние события, слёзы наворачивались сами… Приехали мы за полночь. Родители Эми ушли домой. Ребята ещё были у Соника, но ни с кем сейчас я разговаривать не хотела, поэтому притворилась, что уснула, когда меня занес домой папа, кладя на диван в зале. Меня решили не будить, накрыв одеялом. На все вопросы мама тихо отвечала всем на кухне. Мне было обидно, что все увидели меня такой жалкой, в особенности… Я снова посмотрела на свою ногу и снова тяжко вздохнула жалобно промычав в подушку. Ну и как мне теперь смотреть ему в глаза? Почему я такая неудачница, когда дело заходит о Шедоу?! Боль прошла, а обида и стыд всё никак не желали уходить. Так я и заснула, не справившись с этими чувствами. На следующее утро Кэрри приготовила вкусный завтрак, стараясь меня взбодрить. После родители начали собираться домой, а мы с Соником играли в приставку. О вчерашнем дне мы тактично не вспоминали. Не вспоминали до того момента, пока не пришла Эми. Я сползла с дивана на пол, когда она со мной поздоровалась. Почему-то перед ней мне было неловко. Соник знает меня слишком давно, и у нас есть такие общие секреты, которые мы под страхом смерти никогда никому не выдадим, поэтому с ним мне комфортно всегда. А ежиха — это другое дело. Я кивнула в ответ, когда девушка села рядом. Соник в это время разрисовывал мне гипс странными надписями. И Эми чуть ли не со слезами на глазах внезапно начала просить прощение за то, что толкнула меня в кровати, желая отомстить за мою вчерашнюю выходку, но никак не ожидала что я так удачно приземлюсь. А потом она хотела меня успокоить, выйдя вслед за мной из комнаты, но в итоге напугала, и я второй раз удачно приземлилась. Я помассировала виски, стараясь объять всю информацию, но потом вздохнула и вяло улыбнулась, говоря что всё нормально. Было ли всё в порядке? Конечно нет. Но зато Эми перестала волноваться. А потом меня перенесли в салон машины, и мы уехали. Слова «лучше бы осталась дома», я благополучно проглотила. Месяц я просидела дома, все поездки, которые были распланированы с родителями и друзьями, я пропустила. Треть лета прошла просто замечательно… И теперь мама всегда опасалась, когда я проходила около лестниц, но самой мне страх они не внушали. Просто знала, что споткнулась из-за собственной беспечности. Раз мне написал Шедоу, спросив о здоровье. И даже читая сообщение, я краснела от стыда. Но ответила в своём непринуждённом стиле, что всё хорошо. Пару раз к нам приезжал Соник, и друзья со школы приходили навестить меня, рассказывая случаи с поездок или прогулок, на которые я так и не попала. Отпуск родителей закончился. А мне нужно было ехать снимать гипс. Признаться, я невероятно хотела от него уже избавиться. И от костылей тоже. Но родителям не дали выходного дня, везти меня снова было некому, а гипс нужно было срочно снять. Поэтому моя гиперзаботливая мать, что боялась меня теперь везде пускать, договорилась с Соником, что он встретит меня на станции и доведёт до больницы. И вот день икс. Я надела летнее платье в горошек ниже колен, ибо джинсы просто физически не могла натянуть. Собрала иглы в косу и обула кроссовку. Другую положила в портфель, чтобы надеть как снимут гипс. Всю дорогу я просмотрела пейзажи, что проплывали мимо бежавшей электрички. Выйдя на станции с помощью проводницы, я осмотрела перрон. Соника не было. Черканув сообщение о том, что я приехала, в ответ пришло, что он скоро будет. Решив не ждать, поднялась с перрона и вышла к главной пешеходной дороге. Идти было трудно, поэтому я уже предвкушала то время, когда свободно выпорхну из больницы на своих двоих. Поправила косу, отдышавшись и снова огляделась. Знакомого лица среди прохожих не оказалось. Выудив телефон из рюкзака, снова спросила где этот синий ошивается, сказав, что жду его у дороги. Прочитал. И не ответил… Ненавижу, когда так делают… — Здравствуй, — послышалось рядом, так что я отвлеклась от экрана телефона, с недоверием подняв голову. Лучше бы я ошибалась. — Привет, — не пытаясь скрыть удивление, неуверенно ответила. Передо мной в нескольких метрах стоял Шедоу. Я непроизвольно кинула свою взгляд на его штаны, а потом отвернулась в сторону, мысленно давая себе пощёчину. Извращенная душа… Я снова вспомнила то гнетущее чувство месяц назад, что сжирало меня изнутри. — Т..ты случайно Соника не видел? А то мы договорились встретиться, а его всё нет. — Соник не придёт, — секунд через десять выдал парень, когда я собиралась позвонить синему. Я быстро подняла взгляд на ежа, что заложил руки в задние карманы джинс. На какое-то время я перестала дышать, захлебнувшись предательством друга. В смысле не придёт?! — Тебе же нужно в больницу, я провожу, — ёж сделал шаг вперёд, но я отскочила от него, еле сдержав равновесие. — Не стоит, — сказать, что я это сказала без улыбки, значит промолчать. Как отрезала. А когда опомнилась, прикусила язык, приподняв один уголок губ. — То есть… я кое-что оставила в электричке, нужно срочно сообщить службе на вокзале. Извини. — Но больница… — я не желала сейчас слушать Шедоу, поэтому развернулась и как можно быстрее старалась уйти, переставляя костыли. — Схожу в другой раз, — стараясь увеличить расстояния, я судорожно вспоминала когда ближайшая электричка до дома, и что сказать родителям по приезду. — Ладно, — как-то загадочно протянул юноша, и я услышала, как его шаги совсем близко. — Не ходи за мной, — чуть ли не выкрикнула я, ускоряясь на сколько это было возможно. Взгляды прохожих заставляли меня чувствовать ещё более жалко. Ну за что?! — Мари, ты так грохнешься, — предупредил Шедоу, но разве меня сейчас это волновало? — Мари! — и восприняла я его слова только тогда, когда действительно чуть не свалилась, но благо ухватилась за росшее рядом дерево. Костыли упали вместе с телефоном. Рюкзак съехал в сторону. Я запрокинула голову, закрыв глаза и глубоко вздохнув. Ужасно нелепая ситуация. Можно было и одной добраться до травмпункта! Я поправила съехавший рюкзак, когда Шедоу поднял мои костыли и телефон. Защитное стекло украшала глубокая царапина в пол экрана. — Ты как? — спросил ёж, поставив костыли у дерева и отдав мне телефон. — Плохо, — призналась, отведя взгляд в сторону. Сил улыбаться у меня уже не было. — Можешь меня просто оставить? Я не хочу сейчас говорить. — я сдалась, закрыв глаза рукой, пытаясь скрыть выступившие слёзы. Почему я снова собиралась плакать? Мне самой интересно это знать… — Тебе нужно в больницу, — с этими словами, отобрав рюкзак, меня нагло перекинули через плечо. — Чт… — я ойкнула, когда парень чуть подкинул меня для своего же удобства, а во вторую руку взял костыли. — Шедоу, отпусти! — Не ёрзай, а то упадёшь, — это единственное, что он сказал, сильнее сжимая мои ноги. Смотреть прохожим в глаза мне было неловко, так что я опустила голову, утыкаясь носом в спину Шедоу. Пару раз мне всё же хотелось на него ещё раз прикрикнуть, чтобы он соизволил отпустить меня, но скорее всего, я бы зря потратила силы. Опустили меня на лавочку только тогда, когда мы оказались рядом с травмпунктом. Шедоу отошёл к ларьку, а вернулся с водой и салфетками, протягивая их мне. Я кивнула в знак благодарности, вытирая глаза салфеткой. После этого ёж поставил костыли около лавочки и сбросил портфель рядом со мной. — Я обычно столько не плачу, — решила должным сказать, так как в последние встречи с ним я только этим и занимаюсь. Но Шедоу проигнорировал мои слова. — Успокоилась? — ну почему он такой добрый? Глотнула воды, кивнув. — Кхм, за тот раз… — на самом деле, я думала, что мне уже опускаться в его глазах ещё ниже просто некуда. — Мне жаль. Я даже грустно усмехнулась, ибо постоянно прошу у него прощение. Это даже уже не смешно. — Всё нормально, давай просто не будем об этом вспоминать, — он встал с скамьи, подавая мне костыли. — Идём. Легко сказать не вспоминать такой позор… надеюсь, моё покрасневшее лицо Шедоу спишит на жару. Мы медленно дошли до травмпункта, отсидели очередь и, наконец, мне сняли гипс, сказав попробовать походить. Помнится, я мечтала выпорхнуть из больницы на своих двоих? Сейчас я могла только хромать… Но мне сказали, что как только снова разработаю ногу, то всё будет в порядке. Оттерев голень от белой пыли салфетками, я полностью обулась. Не без помощи ежа, я вышла на улицу, прихрамывая. Сообщение Соника я проигнорировала. И ещё какое-то время буду игнорить. Я хотела забрать у Шедоу костыли, но тот воспротивился, сказав, что отдаст их, как только я сяду в электричку. А мне хотелось попрощаться с ним тут… — Что ты делаешь? — я изогнула бровь, когда увидела как ёж открыл камеру на телефоне, фокусируя её на моих ногах. — Соник попросил фотку, — у меня отвисла челюсть на слова Шедоу. И этот гад ещё и у Шедоу спрашивает! — Не отправляй! — но Шедоу поднял на меня глаза, когда уже нажал на значок «отправить». Я поджала губы, сощурив глаза и отвернувшись. — Он спрашивает, почему ты не отвечаешь, — констатировал факт парень, смотря в дисплей телефона. — Мы можем о нём не говорить? — процедила сквозь зубы, стараясь не наорать на Шедоу. Ёж убрал телефон в карман джинсов, усмехнувшись. Пару минут мы шли молча, потому что я не знала о чём поговорить. Но потом юноша сказал какую-то беззаботную и ни к чему не принуждающую фразу, из-за чего мы оба втянулись в разговор. Пару раз останавливались, ибо я уставала идти, и мышцы, которые месяц не работали, начинали ныть. Но потом снова опиралась о руку Шедоу, возобновляя ход. Мы дошли до вокзала, потратив в два раза больше времени, чем это обычно требует. Ёж остался ждать со мной электрички. В последние минуты мы замолчали. Меня это не гложило и, надеюсь, Шедоу тоже. О том поцелуе спрашивать не стала. Да и зачем? Шедоу наверняка опять изящно уйдёт от темы, перевернув разговор так, что я снова останусь виноватой. Электричка остановилась на перроне. Шедоу помог мне подняться по лестнице и отдал костыли. Мы попрощались, не обнявшись. Просто чуть дольше обычного смотрели друг другу в глаза. И ровно как и всегда, я ничего не могла в них прочесть. Двери закрылись, помахала ежу в ответ на прощание, и электричка тронулась. Сев на свободное место и пристроив у окна теперь ненужные костыли, я оперлась лбом о прохладное стекло, поправив юбку платья. Кондуктор проверила билет и ушла к следующим пассажирам, снова оставляя меня с моими мыслями. У нас с ежом довольно странные отношения, и не сказать, что это было приятное волнение, но я точно знала, что мы давно уже не друзья. — Но и не пара, — вырвалось с моих губ, из-за чего на меня покосился парень, который сидел напротив. Я только грустно усмехнулась, так как сегодня натерпелась массу неоднозначных взглядов к своей персоне, так что ещё один мне погоды не сделает.
