Не люблю март...

- Вызывали, Никита Васильич? - опять подкрался сзади и напугал. И эта его субординация меня доканает. В субботу тыкал, а теперь выкает. Пока я возился у холодильника, выставляя свою интимную часть напоказ, этот партизан наблюдал за мной. Я обернулся и окинул его цепким взглядом. Несмотря на то, что сегодня понедельник и только прошли выходные, Сашка выглядел очень уставшим. - Что-то случилось? – неправильно понял он мое молчание. Я махнул головой ему на кофеварку с готовым кофе и глазами указал на маленький стол, где уже разложил бутерброды. - Садись, поешь, а то совсем синий какой-то, - закрыл холодильник и подошел к кофеварке, - бурные выходные? – не знаю, зачем я это спросил. И уж совершенно точно не знаю, хочу ли я знать правду. Сашка стоял около стола и мялся, не зная, как себя вести. В руках он, как всегда, держал тетрадь и ручку, на всякий случай, вдруг дам какое-нибудь задание. Но моим заданием было впихнуть в него хотя бы бутерброды. А то студенты вечно голодают. - Очень бурные, - невесело отозвался он. - Четыре доклада написал, два конспекта и контрольную по экономике решал. У меня скоро зачеты начнутся. - Тем более, иди и ешь, силы надо восстанавливать, - я уже разлил кофе по чашкам и стоял у стола в ожидании напарника. Сложив на моем столе свои канцпренадлежности, он подошел к столу с едой и окинул взглядом снедь. Вопросительно приподнял бровь и хмыкнул. - Подкуп или соблазнение? – вот же ж нахаленок! - Ни то, ни другое, - улыбнулся ему, как родному. – От мыслей спасался и не заметил, как приготовил на целую ораву. - Интересный способ убежать от проблем, - Панов сел за стол и ухватился за бутерброд. Откусил приличный кусок и с набитым ртом пробурчал: - Не боишься, что о нас слухи пойдут? - Какие слухи? Мы работаем! – я, конечно, напрягся, но потом понял, что мне настолько все равно и моя репутация давно уже никак не подрывалась. Может, оно и к лучшему! – А чтобы не быть голословным, у меня к тебе будет небольшое задание. - Как скажете, босс!

***

За два дня мы подъели все мои заготовки, зато Сашка решил сделать ответный ход и до конца недели таскал для нас что-нибудь перекусить. Не знаю, может, кто и заметил что-то, но косых взглядов или шепотков за спиной я не слышал, да и Ирина не звонила – первая сплетница компании – она-то уж точно никогда не умела держать язык за зубами. Как-то незаметно Сашка стал мне пока, конечно, не другом, но хорошим товарищем. Поговорить с ним или просто помолчать стало жизненноважным для меня. Надеюсь, что ему такое общение не в тягость. - Никит… Василич, - несмело обратился он ко мне, когда мы вместе ковырялись над сверкой одного очень деятельного клиента, с которым не сходилась сумма в одну копейку. Быстро можно найти крупные недочеты, а такая мелочь, как иголка в стоге сена. Я, не отрываясь от листов, промычал что-то невразумительное, но дал понять, что слышу, - может… - он даже губу пожевал, я краем глаза заметил это его движение, - в пятницу сходим куда-нибудь, пивка дербанем, футбольный матчик посмотрим? Отметим начало зачетной недели. - Угу, не отвлекайся, - а про себя подумал, по-дружески посидим или все-таки свидание? А потом дошло, - Что? - какие сверки нафиг? - Я говорю, у меня на следующей неделе зачеты пойдут, - засмеялся он, - так что, меня две недели не будет. Я же справку приносил, а ты подписал. - Да? – не помню, хоть убей! - Тогда точно сходим, - я подумаю обо всем потом, а пока сверка.

***

- Может, ну его этот бар, а? – ныл я, выходя из офиса дождливым пятничным вечером. – Сейчас в магазин сгоняем, пивка купим, чипсов или рыбки, и у меня посидим. Варьке скучно не будет, да и нам, я думаю, тоже, - как-то двусмысленно получилось, но Сашка парень толковый, поймет как надо. - Что же ты такой нелюдимый? – вроде и улыбается, а глаза опять серьезные, - Ты чего от народа бегаешь? – сел в машину на пассажирское сиденье и пристегнулся. Раньше калачом туда не заманишь, а теперь и приглашать не надо. Дождался, когда я сяду и заведу машину, - Вот скажи мне, ты когда последний раз где-нибудь был? – даже повернулся ко мне. Я задумался… Надолго задумался. А ведь действительно, я даже и вспомнить не могу, когда я ходил в злачные места. Сашка, словно читал мои мысли: - Корпоративы не в счет, - он покачал головой, - вот видишь! А чего видишь? Ничего хорошего я не видел в своем отшельничестве. Я ведь сам поставил на себя клеймо одиночки, когда понял, что люблю Стаса. Поначалу, я вел активную половую жизнь, не взирая на чувства, а со временем стал приходить к выводу, что считаю себя грязным. Откуда это в моей голове, не знаю. Но каким-то невообразимым способом моя умная голова решила, что я изменяю Стасу и дала установку телу, которое с легкостью послушалось приказа. На других я уже не смотрел, да и Стаса не видел. Просто жил и лелеял свои чувства. Дурак! - Пусть так, но давай в другой раз, - я завел машину и тронулся с места, прекрасно понимая, что сейчас он мне уступил, но в следующий раз поблажек не будет. - Вот сдам зачеты, и отметим, - Сашка потер руки, - и ты не отвертишься, - запихнул их в карманы куртки и стал похож на попугая. - Договорились. - А я у тебя и не спрашивал. Надо же с чего-то начинать.

***

- Слушай, включи хотя бы музыкальный канал, пусть фонит. Тоска смертная, - Сашка сидел у меня на кухне, держа на коленях Варвару, которой нравились его медленные ласки. Мурчальник был включен в считанные секунды, и она уже вся расслабленная, расползлась по нему. – Девочка моя, - почесал он ее за ушком, - самая красивая, - провел рукой от головы до хвоста. И завершил ласку чмоком в макушку. Вот не знаю, кого и к кому я приревновал, но то что приревновал, это самое точное описание тех чувств, что сейчас бесились внутри меня. Хотел ли я свернуться клубком на коленях Сашки, или чтобы моя девочка заняла свое излюбленное место на моем плече, решить было невозможно. Я смотрел на них и завидовал тихому счастью. Они словно нашли друг друга. Запретив себе так остро реагировать на всякие проявления моей красавицы, ибо она всего лишь животное, подвластное инстинктам, я решил занять свои руки. Ухватился за пульт и стал переключать каналы, прыгая, как кузнечик с травинки на травинку. Вечер пятницы, а по ящику смотреть совершенно нечего. Оставил канал с импортной музыкой, чтобы к словам не прислушиваться и стал метать на стол съестное, которое с вечера припас. Как знал, что уговорю его на домашние посиделки. Панов быстро свинтил крышки с бутылок и одну протянул мне. - За что пьем? – решил выказать свою активность. – Давай за твои зачеты, чтоб сдались. - Не-не-не, - остановил он меня, перехватывая мою протянутую руку с бутылкой, - давай-ка лучше выпьем за тебя и твою новую жизнь, которая начнется через две недели. Я с недоумением уставился на него. О какой новой жизни он говорит и почему через две недели, когда я ее начал с понедельника после злосчастной субботы? - Не понял. - Поймешь!