Не люблю март...

В понедельник я летел на работу, как на праздник. Прискакал раньше на полчаса и развел бурную деятельность. Еще вчера бегал вечером в кондитерскую и прикупил упаковочку вкуснейших пирожных, чтобы побаловать студента и вроде как отпраздновать его успешную сдачу. Сейчас пирожные украшали собой середину стола, а кофеварка шипела на всех паром, расплескивая в воздух одурманивающий аромат кофе. Я достал кружки, поставил на столик сливки и уже хотел сбегать посмотреть, на месте ли студент, как столкнулся с ним нос к носу на выходе. - Куда это ты собрался? – потом бросил взгляд на столик и посмотрел на меня с прищуром, будто уличить хотел в чем-то грязном и порочном. – Ждешь кого-то? - Вообще-то тебя, - голова моя глупая, сначала говорит, потом думает. – То есть… - Не трудись, я все понял, - улыбнулся, а глаза ну никак у него улыбаться не хотят. Вроде все хорошо, только такое впечатление, что у него раздвоение личности. Смотришь на улыбку и тепло на душе, а поднимаешь взгляд на глаза, и становится холодно и морозно. – Я тоже пироженку купил, проставиться, - помахал он абсолютно такой же упаковкой, как и моя. У дураков мысли сходятся! Даже настроение немного приподнялось после его ледяных глаз. Его упаковку было решено убрать в холодильник и начать пока с моей, коль уж она лежала на столе. Я суетился с кофе, а Сашка неотрывно наблюдал за мной. Скажу вам, не очень приятное ощущение, когда каждое твое движение отслеживается и анализируется. - Зачетку принес отчитаться? – решил его немного отвлечь от наблюдений, а то не ровен час споткнусь на ровном месте от такого внимания. - А надо? – он вопросительно приподнял бровь. - Мне никто не говорил, что ее надо приносить. Я думал, что справки из института вполне хватит. - Ну, я думал, что ты похвастаться захочешь, - как-то не по себе мне стало. Вижу его, и на душе спокойней становится. Все-таки привязался к нему за такой короткий период, а ведь не хотел. Или у меня замещение произошло? Сам пока не понял, но думаю, что со временем все в моей голове наладится, и я перестану жить с собой не в ладах. - Нечем хвастаться, сплошные удавы, - кривая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего для меня. - Как прошли две недели без меня? – резкий переход от темы к теме меня насторожил, казалось, что он что-то знает, но пытается услышать это от меня. Про Стаса я ему ничего не скажу, ибо его это, как минимум, не касается. - Прекрасно! Дурью маялся от безделья. Странным было то, что он ничего не ответил, а чуть дольше обычного задержал свой взгляд на мне. Молча отсканировал и отвернулся, делая вид, что его пирожные интересуют больше, чем я. Ну и хорошо, что неприятных тем мы поднимать не стали. В общем-то, неделя прошла более-менее спокойно, но к четвергу страсти накалились с самого утра. Завтрак с Сашкой уже вошел в привычку, и менять ее я не собирался. Пока. Но в ближайшее время, думаю, что придется отказаться от нее, если он еще хоть раз испортит мне аппетит и настроение на несколько дней вперед. - Помнишь, я обещал, что буду тебя приобщать к публичности? – Панов засовывал в рот бутерброд и был очень доволен тем, какой эффект произвел на меня своим высказыванием. Я аж подавился. Он аккуратно постучал меня по спине и продолжил, - так вот, завтра у одного моего кореша днюха, и празднует ее он в «Павлине», и ты туда идешь, - сделал большой глоток кофе, выдерживая паузу, наблюдая за моей реакцией, - я уже договорился. Все знают, что я приду с тобой. - В качестве кого? - это первое, что пришло мне в голову. Он что, меня папиком своим хочет показать? - В качестве моего очень хорошего друга, - его совершенно не смутил мой вопрос, - и никакой подоплеки здесь нет. - И как ты себе это представляешь? Мне тусить с малолетками? - Со мной же ты тусишь? – он решительно не понимал, к чему я веду. – Тем более возраст это не главное, - больше он на эту тему разговаривать не захотел. Мне оставалось только подчиниться или послать все в глубокий анус. Весь день я был дерганный и не мог адекватно реагировать на любые вопросы. Разволновался, как девчонка перед первым свиданием. Ладно бы еще было свидание, а то посиделки с малышней в гей-клубе. Как оказалось, кореш Сашки богатенький сынуля очень известного политического деятеля, смотрящий на выходки сына сквозь пальцы. А сынуля не так прост, как кажется. Очень уж он любит мужчин в платьях, да и сам не прочь пощеголять в них. Такого я не понимал и надеюсь, что никогда не пойму. Оттого и знакомиться с таким красавчиком мне хотелось все меньше и меньше. Отговорки мои Панов не принимал, списывая на страх перед общественностью, а у меня кончились все аргументы, которые он же отбивал с легкостью, перекрывая насущными фактами. Пятница меня вообще вымотала до изнеможения и чем ближе дело подходило к вечеру, тем сильнее у меня начинался мандраж. Чуяла моя пятая точка, принимающая участие во всех мероприятиях, что будет все не так хорошо, как обещает аналитик. Собирался к выходу в свет слишком долго и тщательно, при этом все обдумывал. Как девица красная – и хочется и колется, и мамка не велит. И боязно и интерес подстегивает. Что может этот мелкий засранец задумать? Достал джинсы и джемпер, давно вышедшие из моего обихода, все-таки костюмы мне больше по душе. Уложил волосы, как мог, слишком уж они коротко стриженные. Вызвал такси и стал рефлексировать. Варечка моя меня поддерживала, напутствовала на благие дела. Если бы я знал к чему все это приведет, то точно бы остался дома.

***

- Твою мать! – обводил я глазами помещение, в которое меня притащили, как на аркане. Непонятно, что я среди этого хлама делаю. Пусть я гей, но не настолько, чтобы спокойно тусоваться рядом с трансами и непонятно вообще каким полом. Для меня мужик должен всегда оставаться мужиком, а не раскрашенной бабой с яйцами. Во мне бушевала буря эмоций и все они были окрашены сплошным негативом. Никогда бы не подумал, что Сашка может ошиваться в таких местах. Этот мелкий засранец, приобщитель к публичности, стоял рядом и дрыгался под оглушающую музыку, не обращая на меня никакого внимания. Ухватил его за руку и подтянул к себе, состроив улыбку на лице, чтоб другие охрану не позвали, вдруг я прибью его ненароком. – Ты куда меня притащил? Саня честно не вкурил чего я такой злой, хлопал невинными глазками и несмело улыбался. - Тебе не нравится? – а сам отвернулся от меня, и стал глазами искать своих друзей, которые по его словам уже прилично накачались. - Бля, как такое может нравиться? Что это вообще такое? – обводил я глазами разноперое общество. Складывалось ощущение, что я попал на карнавал в Бразилию. - Не переживай ты так, сейчас найдем Даню и я вас познакомлю. - Я пошел домой, - слегка толкнул Сашку плечом при развороте и направился к выходу, где стоял огромадный мужик с рацией, тщательно пережевывал жвачку и качал головой. Видно здесь все прутся от Квест Пистолс. - А ну стоять! – хрена се, Сашкин голос прорезался даже сквозь музыку. Я остановился, но к нему не развернулся. Этот паразит подошел ко мне сзади и в затылок начал выговаривать мне, при этом мои волосы на теле вставали дыбом от его жарких выдохов. – Ты сейчас же развернешься и пойдешь со мной. Вечер только начался, а ты уже удочки сматываешь. - Мне здесь делать нечего, возраст как-то неподходящий для такой рыбалки. Да и улов так себе. - Знаешь что, дед старый, мы сейчас сядем за столик… вдвоем… закажем выпивку и подберем тебе парочку. А потом делай что хочешь. - Что мы сейчас? – я даже воздухом подавился. – Может, еще и ценник на меня налепишь? - Спокойно, здесь никто тебя не тронет. Здесь все свои, - обвел он рукой беснующуюся толпу. Все свои меня раздражали, музыка давила, а прилипчивые взгляды были хуже жвачки на ботинках. Пока я колебался, меня отбуксировали к столику и уже сделали заказ. Как бы мне сегодня себя не потерять?

***

После третьего стакана какого-то коктейля, все происходящее уже не казалось таким уж и отвратным. Яркие женские шмотки на здоровенных мужиках уже не резали глаз, музыка звала танцевать и душа просила встряски. - Смотри, - Сашка кивнул головой на соседний столик, - тот милаха не сводит с тебя глаз. - Где? – я поднял голову и завертел ей из стороны в сторону, чтобы найти милаху. Но кроме Сашки мне милахами никто не показался. Увидев того, на кого мне указывали, я даже дышать перестал. Мужчину украшала небольшая лысина, прикрытая отросшими волосенками, сам он, конечно, широкоплеч, мускулы выставляет напоказ при помощи очень облегающей черной футболки и... борода. Кошмар! Не люблю растительность! Этот, я даже не знаю, как его назвать, решил, что я отвечаю его знакам внимания, сначала подмигнул, а потом, помахав ручкой, послал воздушный поцелуй. Я отвернулся и поморщился. - Ты чего? Это же Руст, - Сашка так удивился. Можно подумать, что я здесь завсегдатай и знаю этого Руста, как себя. - Не в моем вкусе, - ухватился я за стакан с коктейлем, и, вытащив из него все трубочки, одним глотком выпил. Этот Руст не то, что не в моем вкусе, он вообще для меня, как инопланетянин. Уж больно его жесты были манерны, да и весь он мне не внушал доверия. - Послушай, пообщайся с ним хотя бы, - Сашка предпринял попытку по сближению, - он очень завидный жених, - он сложил ладони в молитвенном жесте и скорчил просящую рожицу. - Я лишен чувства зависти, поэтому такой дар не для меня, - отбрехивался, как мог. А потом случилось то, что случилось. - Привет, дорогуша! - вот, блядство! Руст отодвинул стул, стоящий рядом со мной и приземлил свою тушу. Глаз с меня не сводит, лыбиться чему-то. Я Сашке потом голову оторву, а пока отбиваться надо. - П-п-ривет, - еле смог выдавить из себя. - А я не тебе, - ответило нечто и отвернулось к моему спутнику. Что-то мне стало не по себе и даже как-то обидно. Санька неприкрыто заржал над ситуацией, а я его веселья не разделял. Парень как-то злорадно посмотрел на нас, а потом выдал: - Потанцуйте, голубки, - настроение у Панова было просто великолепным, и он стал нас хватать за руки, вытаскивать из-за стола, толкая в спину и направляя в самую толпу. – А я пока с друзьями пообщаюсь. Этот Руст оказался идеальным танцором, при его габаритах такие выкрутасы сделать было практически невозможно. Толпа свистела и поддерживала его, а я просто стоял на месте, притопывая ногой и наблюдал за происходящим. Не зря это заведение называется «Павлин», Руст сейчас был очень похож на него, исполняя брачный танец по соблазнению самочки. Самочкой оказался я, и чем больше он привлекал мое внимание, тем гаже я себя чувствовал. Тут резко заводная музыка сменилась на медляк, пока я раздумывал, как лучше сделать ноги, меня уже притянули к себе за талию и стали раскачивать в такт. - Не пугайся, - павлин стал шептать мне на ухо, - я не обижу. - Да я и не боюсь, - ага, такая оглобля, против которой я точно не устою в физическом плане. Руст подхватил мои руки и положил их себе на шею, заставляя прижаться к нему плотнее и обнимать. - Вот видишь, совсем не страшно, - он мягко погладил меня по спине, и я отчетливо ощутил страх, идущий от моей многострадальной девочки. В пассивах я давно не ходил, но если я не смогу нормально сказать нет, то стану им. Очень жалею, что не заказал коньяк, а пил какую-то бормотуху. Сейчас бы отключился. Пока я предавался унынию и успокаивал свою задницу, прося ее не зажиматься, вокруг нас начало творится что-то странное, и я даже не заметил, как мой павлин напрягся и стал всматриваться куда-то в темноту. А потом резко отскочил от меня и со словами: - Наших бьют, - ринулся в месиво из тел. Я проморгался, присмотрелся, и, увидев знакомую спину Сашки, которого какой-то урод тряс, как грушу, не раздумывая, побежал на помощь.

***

Драка продолжилась на улице, потому как охрана не смогла справиться с такой массовой потасовкой. Я все время пытался защитить Панова, но меня куда-то оттесняли от него и не давали до него добраться. Боковым зрением наблюдал, как он умело машет кулаками, но силы его были на исходе и мельница крутилась все медленней и медленней. Оттолкнув от себя какого-то мужика-бабу в жутком платье, я ринулся на помощь, но получил тычок в спину и споткнулся об чью-то ногу. Хорошо, что успел выставить руки вперед, иначе бы всю морду об асфальт стесал. Но правой щеке все же не повезло, ее драло нещадно. Кое-как поднялся и поковылял к Сашке на помощь, не обращая внимания на боль в руке и ноге. Ухватив его за футболку, выволок из толпы и потащил в сторону такси, припаркованных вереницей у входа. Таксисты стояли и наблюдали за картиной, чуть ли не ставки делали. Увидев нас, первый подсуетился и быстро открывая дверь, помог засунуть туда взбешенного парня. Сашка сопротивлялся, что-то орал, но я его не слушал, мечтая оказаться в своей квартире. Водитель оказался мужиком бывалым, не подъебывал, но и не молчал. Пытался всю дорогу нас развлечь своими, как ему казалось, смешными историями. Я его не слушал, но головой кивал. Сашка, сидя сзади, шипел и слал проклятия на мою голову, за то, что оттащил его и не помог защитить поруганную честь какого-то Алекса. Москва без пробок – это прекрасно. Спустя двадцать минут, мы уже сидели у меня на кухне и оттирали друг друга от грязи и крови. - Бля, ты тот еще красавец, - Сашка ткнул ватой с перекисью в мою щеку, я зашипел, но промолчал, - асфальтная болезнь в тридцать три, это просто роскошь. Отвечать ему не стал и в отместку ткнул ваткой ему в рассеченную бровь. Он даже глазом не повел, делая вид, что совсем не больно. Истукан! Варенька сидела на диванчике и наблюдала за нами, иногда подавая жалобный голосок. Сразу видно, что женщина - ей лишь бы пожалеть. - Сейчас в душ, а потом спать, утром поговорим, - сказал я, складывая все медицинские прибамбасы в коробочку. Панов не ответил, молча снял с себя то, что осталось от футболки, и ушел в душ. Я же решил, что спать на одной кровати вполне нормально, не было у меня сил разбирать диван в гостиной.