Право на счастье.

Альфа отложил бумагу в сторону и потёр переносицу. Настенные часы показывали половину четвертого, а на задворках сознания было обозначено, что сегодня пятница. Все это говорило о том, что работать осталось полчаса, так как рабочий день по пятницам сокращенный, вот только работать осталось полчаса всем, кроме него. Мужчина откинулся в кожаном кресле и уставился в потолок. Усталость давала о себе знать, но работы было столько, что он просто не мог себе позволить расслабиться, даже на выходных, а про отпуск и речь не шла. Хотя он и сам себе признавался в том, что вина в такой нагрузке лежит только на нём самом. Когда он был ещё молод, хотя и сейчас весьма не стар. Эрику всего-то 32. Выглядел он весьма впечатляюще: высокий рост, под 190 см, хорошо сложенное тело с подкачанными мышцами и смуглой кожей, тёмные волосы цвета вороньего крыла, которые каскадом спадали на плечи, завиваясь на концах, обрамляли точеное лицо с ярко выраженными скулами, прямым носом, чуть припухшими губами и глазами цвета морской волны. Он встретил свою пару, когда ему было 14. Какими же счастливыми они тогда были, ведь в столь юном возрасте получили то, о чём многие могут только мечтать и, сбиваясь с ног, ища свою истинную пару, так и остаться с ничем. Их любовь была чистой и нежной, а вот страсть при первой течке омеги весьма сумасшедшей и безответственной, в последствие чего, в его нынешней жизни есть луч света, который заставляет его жить. Пусть кто-то скажет, что стать отцом в 16 – это не самый лучший шаг, но он ни о чём не жалел. Взрослеть пришлось быстрей желаемого, но что поделать, надо было содержать молодую семью, поэтому окончание школы и учеба в институте сопровождалась подработкой в фирме отца, президентом которой он теперь является. За годы работы в ней альфа стремился не только стать опорой для своей молодой семьи, но и быть тылом для своего, уже не молодого, отца. Он был младшим сыном - альфой из пятерых детей: трое самых старших – омегами, ну и ещё один брат, на десять лет старше него, был альфой и весьма долгожданным. Наверное, именно поэтому он вырос столь безответственным и ветреным, так как все задували, как там говорится, ему в зад, а теперь имеют, что имеют. Он был весьма поздним ребенком, но не менее желанным, а как сказал отец, когда Эрику исполнилось 20, он стал подарком судьбы и опорой для всех. Постепенно, с взрослением, все разбрелись, кто куда и связь поддерживали по праздникам, поздравляя друг друга звонками или sms. Со временем Эрик укрепил бизнес отца, развил его и теперь гордился фирмой, которая входила в пятерку лучших страны, по версии «Forbes». Но радость за достижения в бизнесе за руку держит грусть, теперь это уже грусть. Спустя столько лет именно такой лик обрела печаль, злость, горечь утраты и адская боль. Это случилось, когда ему было 19, его любимого сбила машина. Исход был плачевным. После недельной комы и множества операций его половинки не стало. Он долго винил себя из-за того, что не мог ничего сделать. Пьяного водителя, которого упрятали в тюрьму на пожизненное. Винил судьбу за жестокость, винил и жил ради сына. Он жил ради своего маленького чуда, которому, в тот злосчастный день, было всего 3 годика, жил и всячески старался перенести боль утраты и помочь с этим малышу, объясняя, что его папы больше нет. Так прошли годы, и теперь, сидя в своем кабинете, он думал о сегодняшнем дне и поглядывал на стопки бумаг, которые возвышались на его столе, сообщая о весьма не радужных выходных. Глубоко вздохнув и помассировав виски, он попытался настроить себя на работу, но его отвлёк стук в дверь. - Да, - усталым голосом. - Прошу прощения, но приехал господин Щорс, - в дверной проем заглянула голова секретаря, - он не по записи, но настаивает на встрече, - войдя в кабинет, закончил Клайд. На фоне дубовой двери парень смотрелся весьма выгодно и презентабельно, он был одет в синий костюм и бледно-розовую рубашку, ворот которой был затянут галстуком, светлые волосы доставали до середины шеи, глаза, цвета мускатного ореха, подчеркивали бледность кожи, а припухлые губки так и манили. Еще 3 года назад, когда Клайд пришёл на собеседование, Эрик заприметил этого миловидного омегу, но уже тогда парень дал понять, что чётко разделяет работу и личную жизнь. Строить отношения со студентом 3 курса не было желания, а вот помощник нужен был позарез. Так и решилось всё. Для Эрика этот юноша стал просто незаменимым, он всегда был в курсе всех событий, ни о чём не забывал, был старателен и быстро адаптировался к различным ситуациям, а главное – он всегда был весьма проницателен, что облегчало работу и общение в разы. - Ну что поделать, пусть войдет, - обречённо произнес президент, - ах, и да, забери эту папку, - протянул руку альфа. - Кофе? – забирая папку с документами, спросил секретарь. - Пожалуй, - улыбнулся Эрик. Ему нравилась проницательность помощника, за которую он частенько его баловал премиями и лояльным отношением. Секретарь скрылся за дверью, а через пару секунд в неё вошли двое мужчин. Один из них был хорошо знаком Эрику, а вот второго он видел впервые. - Добрый вечер, господин Мэтью, - произнес коренастый альфа с рыжими волосами, цвет которых удачно выделяли изумрудные глаза, - прошу прощение за столь поздний визит. У меня внезапно изменилось расписание и завтра я улетаю, а Вы знаете, что я не люблю оставлять дела не завершёнными, - немного виновато пояснил Джек Щорс. Он прошел к креслу для посетителей напротив стола, за которым сидел Эрик, а за ним проследовал юноша лет двадцати пяти. Жестом руки владелец кабинета предложил присесть, что и сделали посетители, благодарно кивнув. - Хочу представить Вам моего помощника – Тома Кирка, - Щорс повернул голову в сторону рядом сидящего парня. Это был просто восхитительный омега. Эрик, с неприкрытым восторгом, рассматривал юношу. Его взгляд скользил по длинным волосам пшеничного цвета спадающим каскадом по плечам, глазам медового цвета, обрамленные светлыми, пушистыми ресницами, маленькому курносому носику, розовым пухлым губкам. Он был одет в тёмно-серый костюм тройку: белую рубашку с расстегнутой верхней пуговицей. Смотреть на него было сплошное удовольствие, которое прервал голос Щорса. - Он будет меня замещать и все вопросы, связанные с нашим сотрудничеством, Вы можете решить с ним, - с неприкрытой ухмылкой произнёс альфа. Дальнейший разговор состоял из выяснения текущих и намечавшихся дел. - Всего хорошего и удачной поездки, - пожал руку Щорса, затем взгляд упал на Тома и, пожимая руку последнему, добавил, - был рад знакомству и надеюсь, что в дальнейшем наше общение будет весьма плодотворным. - Я тоже на это надеюсь, - ответил омега, и на его щеках появился легкий румянец. Проводя посетителей и отпустив Клайда, Эрик вернулся в кабинет и уселся в свое кресло, прикрыл глаза. Пред ним возник образ Тома, а в кабинете витал запах меда и корицы, который исходил от омеги. Ухмыльнувшись своим мыслям, альфа открыл глаза и потянулся за мобильным телефоном. Слушая гудки в телефоне, он принял решение, что эти выходные он проведет не в стенах этого кабинета.