Часть пятая. "Палата №3".
Сидя на зелёной июльской траве, девушка не заботилась о том, что может испачкать колени или голубое платье до колена. Мэрайя улыбалась солнцу и собирала полевые цветы в букет. Чуть дальше, — у озера, — сидела её подруга, сплетая цветки в венок. Иногда она останавливалась, чтобы погладить пока что маленький живот. Вприпрыжку подбежав к ухмыльнувшейся уже-не-Беловой, русоволосая присела около неё на траву и принялась о чём-то болтать с ней, делая тем временем такое же цветочное украшение. Вскоре к ним присоединилась компания из четверых человек: Андрей Кисляк, который, в честь своего дня рождения и праздника Ивана Купала, утром просил называть его графом; Яна когда-то-Самойлова, соответственно графиня, на голове которой красовался венок из ромашек; Александр Костров, которого уже час подкалывал выше упомянутый граф Кислый, и Антон Антипов, который, бывало, помогал другу подколоть другого друга...
От яркого и красочного сновидения Мэри оторвал посторонний грохот в палате. Разочарованно нахмурившись, она открыла глаза и ей предстала забавная картина: Оля наклонилась, чтобы поднять упавший стул с пола, но при этом ошарашенным от своего же поступка взглядом смотрела на русую. — Как это на тебя похоже... — пробурчала она, закатив глаза и аккуратно подтянувшись на кровати, чтобы сесть, упираясь спиной в кровать. Когда взгляд Медведевой пал на окно, та поняла, что проспала-то часа три, не меньше. — Спасибо, — произнесла она, принимая пакет с фруктами от подруги. — Наконец-то ты очнулась, — улыбнулась рыжая. — Теперь-то я могу рассказать последние события? — приподняв брови и сев на только что поднятый стул, спросила девушка. Округлив глаза, её однокурсница хитро ухмыльнулась и, поудобнее усевшись в постели, застеленной светло-голубыми простынями и пропахшей медикаментами, кивнула.— Не мельтеши, меня и без этого тошнит, — тихо и грустно, стараясь не заплакать, проговорила Ольга, после чего парень остановился, а в следующую секунду присел на корточки перед рыжеволосой, сидящей на табуретке. — Я тебя люблю, — промолвил Антон, целуя руки удивлённой Беловой. — Нет, не так... Я Вас люблю. Зелёные глаза девушки бегали по лицу парня и медленно наполнялись слезами. Слабо улыбнувшись, она потянула его в верх за воротник рубашки, заставляя встать и поравняться с ней. Зарывшись носом в её волосы, он вдохнул запах фруктов. Антипов отстранился от неё лишь когда услышал всхлип. — Ты чего? — стирал со щёк рыжей слёзы он. — Я испугалась... — начала объяснять поток солёной влаги она. — Я думала, ты не рад, бросишь меня или... — глупый монолог Оли был остановлен нежным поцелуем.
— Как?! — слёзы уже градом лились по щекам Ольги. — В какой она больнице?.. С-спасибо. — Что случилось? — испуганно спросил Антон, крепко обнимая любимую и успокаивающе поглаживая её по спине. Прерывисто, со всхлипами, но девушка смогла рассказать ситуацию. — Тише, тише... Тебе нельзя волноваться, — теперь он был уверен, ведь только два часа назад они вернулись из женской консультации со справкой о беременности. — Поехали, — затем, не дав ей что-либо спросить, продолжил: — в больницу, я тебя одну в таком состоянии не оставлю.
Немного успокоившись, девушка сидела возле палаты подруги, разглядывая дрожащие руки. Антипов тем временем пытался что-то узнать о пострадавшей. Белова не сразу заметила, как около неё кто-то со вздохом приземлился. Как оказалось, это был Костров. Вопросительно уставившись на него, рыжая поздоровалась. — Объясняю сразу: эта авария произошла около моего дома. Как только я об этом узнал, примчался сюда. Почему Мэри шла ко мне домой (а я знаю, что она шла именно ко мне домой)? — Ну... — сначала беременная замялась. — В общем, она... Хотела поговорить с тобой. Ей надоели Ваши "отношения", — начала она, но встретилась с непонимающим взглядом Саши. — Ты ей нравишься и она хотела об этом сказать. — Сообщишь мне, когда она очнётся, окей? Кстати, она мне нравится...
— Ты ему рассказала всё?! — воскликнула русоволосая. Оля виновато опустила взгляд, извиняясь. — Забей... — И... Я сообщила ему только что, — указывая на отправленное пять минут назад сообщение на телефоне, призналась она. Глаза Медведевой округлились. — И, скорее всего... Он уже здесь, — засмеялась Белова, читая пришедшую на телефон sms'ку. В дверь постучали и уже через несколько секунд показалась голова брюнета, а затем он сам. Издав смешок, рыжеволосая поспешила встать, напоследок бросив: — Только не шалите тут. Больница всё-таки. Воцарившееся молчание напрягало. Резало по ушам, отбивалось в стены. Друг на друга они не смотрели. Вернее, он смотрел, но она отводила взгляд в сторону. "И почему?" — спрашивается. Мэрайя взглянула на него и внутри запорхала маленькая бабочка. В руках Саши красовались её любимые лилии. Невольно улыбнувшись, мимолётно посмотрев на его уста, случайно прикусив губу, приняла подарок. Гляделки. Как знакомо. У этой игры есть три версии, но в данном случае проиграет тот, кто первым отведёт взгляд в сторону. Не выдержав напряжения, брюнет опустил взгляд и сел на рядом стоящий стул. — Ты как? — поинтересовался он, снова посмотрев ей в глаза. Медведева ясно уловила нотку нежности и волнения в голосе Кострова. — Всё в порядке, правда, — еле сдержавшись, чтобы не улыбнуться, заверила его она. — Всего лишь перелом ноги и руки... Через месяц всё будет зашибись! — уголки её губ дрогнули, заставив вновь прикусить губу. — Мэри... Ты мне очень нравишься, правда, но... — Александр грустно усмехнулся. — Мои прошлые отношения были неудачные и я боюсь ошибиться, понимаешь? Давай пока что будем друзьями. Согласна? — та кивнула. — Выздоравливай и... Прости меня, — поцеловав девушку в лоб, парень вышел из палаты №3. Первая минута после разговора Сашей. Первая слеза по правой щеке. Вторая минута после разговора Сашей. Вторая слеза по левой щеке. Двенадцатая минута после разговора Сашей. Истерика, остановить которую не смогла даже лучшая подруга — Оля. Двадцать третья минута после разговора Сашей. Под действием успокоительного Мэрайя засыпает.
