six feet beneath the moon

Несколько моментов, которые происходили в заснеженном фургоне.

I

В тишине голос Гарри звучит достаточно громко: - Я бы хотел жить там, где всё, что бы ты не пожелал, сбудется. Луи вздыхает, лежа на боку лицом к кудрявому. Они смотрят друг на друга. Лунный свет скользит по фургону, их телам, лицам. - Было бы очень скучно. - Да, - соглашается Гарри, усмехаясь, - но я был бы королем мира.

II

- Я расскажу тебе одну историю, - говорит Гарри, его голос рассеивается в темноте. - Это одна из моих любимых. И ты не можешь что-то говорить, пока я не закончу. И смеяться тоже не можешь. Луи гудит в ответ, находясь между реальностью и сном, но он всё слышит. Гарри начинает рассказывать что-то. Луи не может разобрать все слова, но он уверен, что это история о вампире, который потерял свои зубы и больше не может быть вампиром. Закрыв глаза, Луи видит темноту, белый снег и маленького мальчика-вампира, который плачет, сидя на дереве. - Что ты думаешь? - спрашивает Гарри, закончив рассказ. - Печально, - отвечает Луи, - а теперь спи. Гарри смеется, и его смех режет слух в тишине. - Сволочь.

III

- Ты знаешь, - начинает Гарри позже, намного позже. Его голос звучит невнятно, а окна пляжного домика до сих пор мерцают всеми цветами радуги в темноте. - Ты знаешь, что у меня есть родинка, которая похожа на Плутон, на спине? Плутон* - планета, а не собака, естественно. - Естественно, что она, - передразнивает Луи с усмешкой, через секунду резко приподнимаясь на локтях, - чушь. Ты серьезно? - Да, - Гарри кивает и сонно улыбается. - Это правда. За окном кружится снег, такой белый против черного, как смоль, неба. Луи в полудреме, поэтому все его слова медленные и неразборчивые. Тем не менее, довольный Гарри растягивается на животе, располагая ладони под щекой, и весь его вид заставляет Луи чувствовать тяжесть уже в тысячный раз. И это почти срывается с его языка. - Ну, давай, - говорит он, не зная, на что подписывается, - покажи мне. И Гарри не противится совсем. Он опирается на колени так, что его задница теперь в воздухе, и он похож на ребенка. Кудрявый немного приспускает штаны, чтобы показать Луи родинку рядом с ямочкой в нижней части спины. Она выглядит лучше, чем планета, и Луи легко проводит по ней пальцем, слишком легко. Гарри издает чуть слышный звук, потому что он также упирается щекой в пол фургона, прямо над одеялом. Луи стоит на коленях позади него, не зная, что делать. Усталость дает о себе знать, и он выговаривает слова очень медленно. Лунный свет также освещает фургон. - Вообще не похоже на Плутон, - говорит Луи, его, большой палец все еще прижат к родинке. - Хм, - бормочет Гарри, возвращаясь в прежнее положение. - Всегда была похожа. И его голос звучит, блять, как же звучит его голос. Они оба полу-сонные, и телу Луи так легко снова почувствовать то, как тихо стонет Гарри, непрерывно толкаясь в его руку. И Луи бы сделал что-нибудь для этого, он хочет это сделать, но он устал. Он устал и видит, что Гарри почти уснул, так что он просто тянет его за бёдра вниз, оставляя его ноги раздвинутыми. Гарри даже не сопротивляется, одеяло скомкалось под их телами, и Луи ложиться вниз на живот, упираясь щекой в спину кудрявого. Он лежит между его бёдер, и он слишком устал, чтобы думать о том, как странно это выглядит, просто ему очень нравится ощущение мягкого свитера Гарри из овечьей шерсти на коже. - Луи? - сонно бормочет Гарри. - Тсс, - Луи просовывает руку Гарри под свитер, выводя ленивые, сонные рисунки на его спине, - спи. Так они и уснули, Луи, уткнувшись лицом в поясницу кудрявого, и Гарри, уткнувшись лицом в собственные ладони. Время тянулось медленно для них.

IV

Перед тем, как они окончательно заснули, кто-то говорит: «Я хочу увидеть, как ты выглядишь летом». Луи не уверен в том, кто это говорит, но это последнее, что он слышит перед тем, как уснуть.

V

Снаружи ничего нет. Лишь мягкий звук соприкосновения снега с землей. Планета вращается невероятно быстро.

☆

Луи просыпается и видит, что все вокруг бледно-голубое. Он удивленно моргает, на мгновение думая, что сейчас еще ночь, но потом понимает, что темно лишь потому, что окна фургона покрыты слоем снега. Он не может видеть, что на улице. Он дыхание превращается в белое облако, а его зубы стучат от холода. Ему требуется секунда, чтобы понять, что Гарри рядом всё ещё спит. Во сне они неосознанно придвинулись друг к другу, поэтому одна нога Гарри находится между ног Луи. Кудрявый такой теплый несмотря на то, что одеяло покрыто тонким слоем инея. - Черт, как холодно, - говорит Луи, принимая сидячее положение. Рука Гарри съезжает Луи на живот, и он издает странный звук, нахмурив брови. Луи разглядывает парня в тусклом синем свете. Его щека выглядывала из-под одеяла, волосы спутались в одну сторону, и этот вид делает Луи неуверенным, он не знает, что ему с этим делать. Он не знает почему, но всё выглядит по-другому в утреннем свете – это словно ледяной шок, неожиданно, он должен держать руки при себе, они не должны прикасаться, не должны. Он кусает щеку изнутри, не видя, как Гарри лениво открывает глаза. Кудрявый смотрит вверх и встречается взглядом с Луи. Никто из них не произносит ни слова. Гарри ухмыляется и целует Луи в живот. - Доброе утро. - Доброе, - говорит Луи, его голос приглушен, вероятно, из-за того, что Гарри уткнулся носом в его бок, чуть выше бедра. Внезапно кто-то стучит в окно. Луи хмурится, поворачиваясь, чтобы увидеть, как Бен смотрит на них через стекло. Он стряхнул с него снег. На лице широкая улыбка, вокруг шеи обернут тёплый шарф. - Доброго утречка, ребят, - Бен кричит, потому что их разделяет стекло. - Вставайте. Я отвезу вас на вокзал. И я даже не хочу знать, чем, чёрт возьми, вы занимались в моём фургоне.

☆

В фургоне царит полумрак, однако одинокий солнечный луч крадётся по лицу кудрявого. Луи пялится на него, ничуть не смущаясь. Он даже не пытается это скрыть. Стекла запотели из-за холода, а глаза Гарри пытаются привыкнуть к свету. Черты лица у него не острые, размытые в полумраке фургона. И он выглядит таким уютным, тёплым. Рядом, на свободном сидении, лежит чемодан с вещами, и это реально фигово, что он уезжает, думает Луи. Он всего лишь покидает страну, а такое ощущение, будто он покидает планету. Будто как только он сойдет с поезда и исчезнет из виду, то перестанет существовать, растворится в воздухе. Дышать становится трудней, но Луи не может заставить себя закрыть глаза. Всё внутри него серое, как и небо снаружи. Оно светлее, чем вчера, когда он проснулся один в своей квартире, где тишину прерывало лишь гудение чайника. И он продолжает вспоминать о прошлой ночи, о луне, о их поцелуе и телах, движущихся, как НЛО в темноте. Он перестает думать об этом. Он говорит, тихо. - Хей. Гарри смотрит на него. Одна щека его оранжевая из-за солнечных лучей, и он слегка улыбается: - Привет? - Хорошо выглядишь, - говорит Луи, улыбаясь. Ему нравится то, что он может заставить Гарри смеяться или улыбаться, не прилагая особых усилий. Он задается вопросом, измениться ли это, если они узнают друг друга лучше. Он задается вопросом, понадобится ли тогда больше усилий или всё останется, как и было прежде. Легко. Он толкает лодыжку Гарри ногой. - Как себя чувствуешь? - Хорошо, спасибо, - говорит Гарри и улыбается Луи. - Что насчёт тебя? - Отлично, - отвечает шатен, - бесподобно. Несмотря на то, что время для Луи тянется чертовски медленно, поезд приближается. Взгляд Луи направлен на Гарри, а взгляд Гарри - на него. Так смешно, что они пытаются запомнить каждую частичку друг друга, даже если знают, что это невозможно. - Какой твой любимый цвет? - спрашивает Луи. Гарри моргает и издает смешок. - Зачем тебе? Что ты собираешься сделать? Луи закатывает глаза. - Ш-ш-ш, просто скажи свой любимый цвет. Гарри поджимает губы. - Синий, наверное. Что насчет тебя? - Синий, - он соглашается. - А самое любимое место на планете? Гарри улыбается на этот вопрос. - Автомобиль, когда идет дождь. Когда я был ребенком, думаю, мне было восемь лет. Тогда мы с мамой уезжали куда-нибудь за пределы города каждые пару недель, чтобы увидеться с бабушкой и дедушкой. И каждый раз, когда мы ехали, клянусь, шёл дождь. И я до сих пор это помню, представляешь? Как дождь тарабанил в стекло маминой машины, - он пожимает плечами. Луи молчит и просто смотрит на кудрявого, и в этот момент поезд подъезжает к перрону. И это поезд Гарри. Это происходит слишком неожиданно для Луи. На него трудно смотреть. В двух метрах от них открываются двери, и Луи не знает, что должен сказать сейчас. Они оба молча смотрят друг на друга. - Хорошее место, - говорит Луи первое, что приходит в голову. Гарри издает смешок, встает, прочищая горло, и накидывает сумку на плечо. Луи продолжает сидеть. Он чувствует, что должен встать, но это не его поезд. Это поезд Гарри. Станция заполнена людьми, торопящимися куда-то и бегущими по заснеженному перрону. Гарри смотрит вниз, на Луи, с улыбкой, его кудряшки упали на лицо, но это неважно для Луи. - Я отлично провел время, Луи, - говорит Гарри тихо. - Было приятно познакомиться с тобой. Луи кивает, скрестив руки на груди. - Да, мне с тобой тоже, приятель. Счастливого пути. Гарри улыбается, но его глаза нет. Люди начинают выходить из поезда, а новые – заходить, Луи на секунду чувствует слабость в своей голове. В этой тяжёлой тишине время течёт медленно, и в тоже время очень быстро, звёзды меркнут, крики динозавров пробуждают лавины, а снег превращается в дождь, который льёт как из ведра, осыпаясь замороженными каплями на окна поезда, заставляя оранжевый свет стать размытым и бледным. Гарри один раз ввивает и машет рукой, прежде чем окончательно отвернуться, пробираясь между рядами, и это… Это странно, как быстро Луи упускает его, внезапно и не понятно по какой причине. Он смотрит Гарри в затылок, пока тот пробирается между рядами, и он никогда раньше не думал о том, чтобы встать и пойти за ним. - Гарри, - говорит он, но слишком тихо, поэтому кудрявый продолжает идти. Луи спотыкается, когда несколько человек протискиваются мимо, и он снова говорит намного громче: - Гарри, эй! Подожди! Гарри оборачивается, смотря на парня недоуменным взглядом. - Подожди, - говорит Луи, наконец, догнав его. Они стоят прямо перед дверьми, и холодный воздух заставляет кожу Луи напрячься. Гарри выжидающе смотрит на парня, а тот лишь пожимает плечами, и он даже не знает, как объяснить то, что он сейчас делает. Единственное, что Луи сейчас чувствует – это напряжение, волосы Гарри спутались из-за ветра, и ему очень хочется прикоснуться к ним, снова пропустить их через пальцы. - Просто хотел сказать, - начинает он, вспомнив, наконец, - что я надеюсь на то, что у тебя будет хорошее путешествие и прочее, потому что будет фигово, если ты плохо проведёшь эти восемь месяцев. Гарри моргает, его рот открыт. - Просто подумал, что я должен это сказать, - добавляет Луи, засовывая руки в карманы. - Ну,тогда пока. Несколько секунд ничего не происходит, пока Гарри внезапно не обнимает Луи за шею, что прижаться чуть потрескавшимися губами к его щеке. Кудрявый застывает на мгновенье, а потом вздыхает, отстраняясь. - Да, хорошо, - он улыбается, выглядя почти легкомысленно. - Не скучай по мне слишком сильно. - Если бы я мог это сделать, - с усилием выговаривает Луи, - до свидания, Гарри. - Пока, Лу, - Гарри смеётся, а потом разворачивается и уходит. Луи медленно выдыхает, когда поезд снова трогается с места.

☆

Позже, когда Луи возвращается в свою квартиру, он думает о том, что сказал Гарри о маяках, не похожих на маяки, и затем достаёт телефон из своего кармана, чувствуя свободу, словно корабль нашедший свою гавань. Для: Лиам Пейн, Найл Хоран, Зейн Малик От: Луи Томлинсон 1 января 2015, 9:17 утра скучаю по вам, кучка приятелей. я вел себя как дерьмо, надеюсь, что мы можем поговорить сегодня. может выпьем? хх