six feet beneath the moon

**** - Насколько, чёрт возьми, это должно быть забавно? - Луи хмурится. - Что ты имеешь в виду? - спрашивает Гарри, звуча искренне растерянным; он запрыгивает на капот машины, его ботинки скользят по заснеженному металлу. Это старый фольксваген, глубокого тёмно-зелёного цвета, и Гарри забирается на него с ногами, выглядя как один сплошной силуэт на фоне белого неба. Владелец оставил люк авто открытым, что было очень глупо с его стороны. Гарри смеётся, поднимая руки вверх, как птица. - Это удивительно. Резко выдохнув, Луи прячет руки в карманах куртки и смотрит вдаль. Пляж выглядит далёким замёрзшим и размытым, он выглядит совсем крохотным за эти миллионы-миллионы миль, но Томлинсон всё ещё может слышать звук разбивающихся о чёрные скалы волн так же громко, как удары сердца. Он переводит взгляд в другую сторону, обратно к дому, и ему нравится свет из окна – это золото против тьмы. Музыка просачивается наружу издалека, её еле слышно, а на крыльце есть несколько людей, которые стоят и курят, но Луи не знает никого из них. Кажется, что зажжённые края сигарет это одинокие планеты в белом дыме. - О, да ладно, Гарри, - шипит Луи, возвращаясь взглядом к машине, - спускайся вниз, блять. Нас арестуют из-за тебя. Гарри только смеётся в ответ, и это звучит немного напряжённо, так как он лезёт на самый верх авто. Его движения немного скованны, когда он ползёт наверх, слышен лишь звук его ботинок, шагающих по металлу. Сейчас снег падает крупными хлопьями, снося в сторону. На это становится сложно смотреть. Они стоят прямо под заснеженным деревом в окружении машин, которые скрывают их от дома, и всё же... Сердце Луи замирает в груди, ведь он действительно не хочет провести эту ночь в камере. - Я уйду от тебя, если ты не слезешь, - кричит Луи, скрещивая руки на груди. Дверь на заднем дворе открывается и хлопает за ними, музыка на некоторое время становится громче и снова замолкает. Луи просто считает до трёх, прежде чем владелец машины придёт и выбьет из них дерьмо. Честно говоря, он без понятия, что происходит у Гарри в голове, но даже если сейчас он скажет что угодно, Томлинсон не уверен, что сможет заставить себя уйти. Он смотрит, нахмурившись, на крышу автомобиля и понимает, что больше не может смотреть на Гарри. - Ладно! - выкрикивает Луи. - Я ухожу отсюда! - Хэй, - говорит кто-то, и слова звучат очень расплывчато. Луи похолодел. Он думает, что это конец, это действительно так, его посадят - но затем Луи слышит, как в машине стучат по стеклу, он смотрит вниз и видит, что теперь внутри за матовым стеклом сидит Гарри и улыбается ему с пассажирского сидения. - О мой бог, - выдыхает Луи. - Ты, блять, издеваешься надо мной! Гарри смеётся над этим, но Луи не думает, что может услышать что-либо из машины. Снег между ними делает вещи трудно различимыми, так что он подходит ближе к машине и стряхивает снег рукавом, чтобы лучше видеть Гарри. За стеклом Хаз смотрит на него с небольшой улыбкой, и это глупо, но он чувствует его слишком близко, хотя Гарри сидит внутри машины, а Луи стоит снаружи, а снег сыпется прямо ему на голову. - Хэй, - говорит Луи. - Иди сюда. - Что? - изогнув брови, кричит Гарри в непонятках. Луи кивает в сторону дерева за его спиной. Он не был уверен, что говорит настолько тихо. - Вылезай. Наконец, Гарри понял это, но он не слушает Луи, конечно, не слушает. Его глаза светятся, и он слабо улыбается, качая головой. Луи моргает и хмурится, когда видит, как Гарри двигается назад, ещё дальше, так что оказывается на водительском сидении. - Что ты делаешь? - Луи недоволен. Гарри пожимает плечами и похлопывает по пассажирскому сиденью. Этот мелкий засранец улыбается. Луи уверен, что ему понадобиться час, чтобы заставить того вылезти из машины. - О, блять, моё тело сейчас окоченеет, - стонет Томлинсон, влезая в авто через люк ногами вперёд. Снег лежит на его спутанных волосах, куртке, коленях, его руки онемели, так что он подносит их ко рту, грея своим дыханием, когда отодвигается и упирается спиной в дверь. - Я не чувствую лица. - Давай, на яркую сторону, - смеётся Гарри. - Я здесь. Он до сих пор сидит в машине, но повернулся на своём сидении так, чтобы видеть лицо Луи, и парень осознает, что здесь только они вдвоём. Томмо без понятия, кому на самом деле принадлежит эта тачка, но вообще, здесь довольно уютно, настолько, что он не может признать это вслух. Здесь нет задних мест. Пледы и одеяла разложены на полу и заставляют конечности Луи отмереть, и он это ценит. - На самом деле это вовсе не яркая сторона, - говорит он, сузив глаза. - Грубиян, - говорит Гарри, открыто издеваясь. Смеясь, он отворачивается и роется в бардачке. Луи хмурит брови, но он уже не задаётся вопросом, почему Гарри считает копание в чужом бардачке хорошей идеей. На самом деле он даже не хочет это знать. Теперь, когда он думает об этом, то понимает, что многого не знает о Гарри. Он знает только, что у него дурацкая фамилия, что он играет в группе, что у него несколько знакомых, которые случайно являются знакомыми Луи тоже, и то, что он уезжает утром. Кроме всего прочего, у него прекрасные губы. - Хэй, смотри, что я нашёл, - неожиданно говорит Гарри. - А? - Луи переводит взгляд на переднее сиденье. Гарри поворачивается и светит чем-то прямо в лицо Луи, и эта штука яркая, словно маленькая луна. - Дерьмо, опусти её вниз, кудрявый. Какого хрена... - шипит Луи, уворачиваясь от неё. Гарри смеётся, держа фонарик под подбородком. - Буу. - Чёрт возьми, - Луи смеётся, видя звёзды в глазах. Он трёт веки, пытаясь сфокусироваться и сделать всё не таким ярким. - Что ты делаешь? Пытаешься ослепить меня? Гарри снова жутко улыбается, и фонарик освещает его снизу вверх - его ресницы оставляют тени на скулах, свет скользит по его лицу и дальше на крышу автомобиля. Снег снаружи кружится ещё быстрее, яркий, словно электрический, на фоне темнеющего неба, и Гарри просто наблюдает за Луи с небольшой ухмылкой, половина его лица остаётся в тени. Луи встряхивает головой. - Кто-нибудь говорил тебе, что у тебя тяжёлый взгляд? - Не моя вина, ты ничего не можешь с этим поделать, - Гарри улыбается. Он тычет фонариком в его рукав и белый искусственный свет уходит туда, где должны быть его руки, яркий и головокружительный. Гарри направляет руку на окно, и свет острыми линиями разрезает мутный воздух. - Смотри, - говорит он мягким голосом, - это маяк. - Это ни капли не похоже на маяк, - ухмыляется Луи. - Это и не должно быть похоже на маяк, чтобы быть маяком, - изогнув брови говорит Гарри, продолжая улыбаться. И прежде чем Луи может что-то сказать на это, Гарри выключает фонарик и бросает его на водительское кресло. Люк на крыше всё ещё открыт, снежинки падают внутрь, голос Гарри напряжён, когда он лезет на заднее сидение, - Так что, теперь ты чувствуешь своё лицо? Луи не может ответить сразу из-за отвлекающих рук Гарри, пальцы которых вышагивают по крыше машины. Он опускает их, поддевая куртку на своих плечах, и прежде чем Луи успевает что-то сказать, он сдёргивает её и бросает на люк, тем самым закрывая их от ветра. - Что? - спрашивает Луи, нахмурив брови. - Твоё лицо, - объясняет Гарри, - оно к тебе уже вернулось? - Оу, - говорит Луи, понимая, наконец. Он чувствует смущение на своих щеках, его зубы всё ещё стучат, и это странно, потому что он не чувствует холода, хотя от его дыхания исходит пар, так что он должен это чувствовать. - Нет, не совсем. Дай мне ещё минуту. - Позволь мне помочь, - говорит Гарри мягко, приближаясь к его коленям. Луи закатывает глаза и отталкивается от двери так, что оказывается прямо напротив Гарри, скрестив ноги в темноте. Между ними свалены пледы, лунный свет медленно расплывается по стенам. Луи чувствует тяжёлый взгляд Гарри на своём лице, и он удивлён, что его собственный голос звучит так уверенно. - Что, теперь ты доктор, а не призрак? Ну и что делать, если я получил обморожение? - Луи поднимает брови, когда Гарри улыбается. - О, это серьёзная медицинская проблема. Тебе лучше не лезть. - Я попробую помочь тебе, - Гарри говорит медленно, улыбаясь уголками губ. - Я могу это исправить. Луи только усмехается этому, смотря как Гарри ползёт к нему, их тела так близко, что пространство между ними моментально согревается. Луи продолжает сидеть со скрещенными ногами, когда Гарри приподнимается, ставя своё колено рядом с другой стороны. На нём только джемпер с выглядывающими из-под него фланелевыми пуговицами рубашки и темные, порванные на коленях джинсы. Луи на секунду чудится, что он должен снять куртку, чтобы ему было легче дышать и двигаться, но затем Гарри кладёт свои руки на его скулы. Томмо замер. - Как на счёт этого? - спрашивает Гарри заботливо. - Ты можешь почувствовать это? Луи качает головой, делая вид, что нет. Требуется секунда, чтобы он сказл об этом прямо. - Думаю, я замёрз. - Ладно, - говорит Гарри медленно, слегка улыбаясь. Его дыхание обжигает кожу подбородка, когда он поворачивает голову Луи в сторону, осматривая другую щёку. Прежде чем Луи может засмеяться или просто двинуться с места, чтобы уйти, Гарри кладёт обе руки на лицо Томлинсона, проведя большим пальцем по его виску. - Скажи мне, что ты чувствуешь. Всё тело Луи стало горячим от этого. Он только моргает и говорит. - Ничего. - Плохо дело, - Гарри улыбается, сузив свои зелёные глаза. Они выглядят как фейерверк в темноте. А прямо за ним, за лобовым стеклом, пляжный домик выглядит таким замёрзшим и далёким. Зажглись рождественские огни, эта радуга звёзд, что размыто мерцает в темноте. Гарри бормочет, и Луи возвращает взгляд к нему. - Всё гораздо хуже, чем я думал. - Похуй, - говорит Лу, открыто ухмыляясь. - Ты доктор. Лечи меня. Гарри смеётся, от этого его глаза загораются. Луи усмехается, и Гарри, продолжая держать руки на его лице, говорит. - Замри на секунду, - Луи закатывает глаза, но слушается и не двигается. Он просто опускается на колени, пока Гарри ведёт ладонями вниз по его лицу, тепло и мягко. Томлинсон закрывает глаза, когда пальцы Гарри оказываются над ними, и снова открывает их, когда руки Гарри путешествуют дальше, большие пальцы останавливаются на уголках его губ. Томмо еле дышит, его рот немного приоткрыт, когда он может сфокусироваться на том, как Гарри надавливает пальцами на его нижнюю губу, только слегка. Тепло накрывает его тело словно волна. - Как это должно мне... - слова Луи неясные из-за пальцев Гарри. - Прости, - вздыхает Гарри, опуская руки. Он выглядит смущённым, словно он на самом деле это чувствует, и Луи старается игнорировать то, как сердцебиение отдаётся в его языке, но это сложно, когда Стайлс на него смотрит, зелёные глаза мечутся между его губами и глазами. Гарри зажмуривает глаза, лунный свет пробивается сквозь окно и окрашивает его кожу в серебристо-голубой. Он снова открывает их, зрачки расширены, и он хмурится в пустоту,где-то над плечом Луи. - Прости, - говорит он снова, брови всё ещё нахмурены. - Просто ты здесь, и ты выглядишь так прекрасно, что я действительно не уверен, что мне делать с моими руками прямо сейчас. Луи резко выдыхает, истерично смеясь. Пространство в машине стало меньше, чем было секунду назад. - Верни их на мои губы, - говорит он. Гарри моргает, смущённый, и Лу ухмыляется. - Давай, Хаз. Сделай это до того, как я умру здесь от обморожения. Гарри всё ещё выглядит смущённым, но он снова придвигается ближе, располагая свои руки на щеках Луи. Они тёплые. Он возвращает большие пальцы на нижнюю губу Томмо, и его губы неожиданно стали полны звёзд. Гарри поднимает свои брови, глядя на Луи, словно спрашивает "так нормально?". - Эй, нет, чувак. Ты здесь врач, - говорит Луи, двигая губами под пальцами Гарри. - Не жди, что я скажу тебе, что делать. Луи признаёт, это глупо. Это очень-очень глупо. Гарри близко, он слишком близко, и это не так уж легко, не хотеть этого. - Ладно, - говорит Гарри медленно, и он улыбается слегка сконфужено, ведь Луи единственный, кто сводит его здесь с ума. Губы Луи странно изгибаются, и он смотрит на то. как Гарри смотрит на его губы, продолжая держать пальцы на его нижней губе ещё секунду, прежде чем опустить их на его горло. Неожиданно Луи может услышать как бьётся его сердце, может чувствовать это на своём языке, слабый пульс. - Амм, - говорит Гарри, - позволь мне просто... Он бросается вперёд, неуверенно и неуклюже, его нос утыкается в подбородок Луи, а затем переходит вниз по лицу, останавливаясь на шее. - Ох, - выдыхает Луи, сдерживая смешок. Его тело чувствует тяжесть. - Что ты... - Ммм, грею тебя, - бормочет Гарри, щекоча кожу Луи поцелуем. Внезапно Луи чувствует тепло, и он удивлён тому, что позволил этому случиться. Это самая дебильная вещь, которую можно было сделать, позволить Гарри целовать его шею таким образом, но в этом нет ничего необычного. Гарри такой странный, словно он не чувствует, как только что открыл рот и стал нежно засасывать кожу на шее Луи, оставляя метку. Томмо чувствует, что они вдвоём единственные, кто вообще существует. Весь мир сконцентрирован в этой машине, в этом чувстве, в темноте и в пространстве между их телами, и в прорывающимся к ним лунным светом. Это странное чувство, странное, спокойное и опьяняющее, и Луи чувствует, что если бы ему пришлось обратно подняться через люк в эту секунду, то вокруг не осталось бы ничего, кроме звёзд, космоса и снега. - Ты можешь это почувствовать? - спрашивает Гарри, и Луи пытается не реагировать. Какого чёрта, он ведь так долго не подпускал никого так близко, а тут тёплые губы Гарри медленно касаются его шеи, слегка покусывая то место, где можно почувствовать пульс. Здесь жарко, повсюду жарко. - Я это чувствую, - говорит Луи с хрипом. Он старается улыбнуться. - Гарри, я чувствую это, ты можешь остановиться сейчас... - Я просто разгоняю твою кровь. Вот и всё, - Гарри отодвигается, улыбаясь, его щёки красные. - Ты заставляешь мой член встать, вот что ты делаешь, - выдыхает Луи, говоря в шутку, перед тем как накрыть лицо рукой. Всё вокруг кажется таким горячим. Он на самом деле хочет снять с себя пальто, но он знает, что если сделает это, то пожалеет. Несмотря на то, что куртка Гарри закрывает люк, холодный воздух всё ещё проникает внутрь через щели, замёрзшие окна, и заставляют разум Луи чувствовать напряжение. - Что? - спрашивает Гарри с немного расширенными глазами. - Я правда...? Луи качает головой, улыбаясь. Это так странно, что Гарри ведёт себя как ребёнок в этой ситуации. - Ты невозможен. - Хочу, чтобы ты знал, на самом деле я очень и очень прост, - Гарри ухмыляется, по-прежнему оставаясь на коленях перед Луи. Его волосы и тело в тени, тьма во тьме, и Луи может разглядеть его очертания, но его тепло здесь повсюду, и это головокружительно. - Я не знаю, почему я... - начинает Луи, и замолкает на секунду, потому что он сам толком не знает, что собирался сказать. Он облизывает свои губы, тогда как Гарри улавливает это движение и приближается к нему, Томмо кладёт руку ему на спину, прямо за шеей. Гарри моргает, когда они сталкиваются лбами, их лица так близки друг к другу, что они соприкасаются носами. - Я считаю, что буду скучать по тебе, если ты поцелуешь меня ещё раз, - говорит Гарри, сглотнув. - Если ты будешь скучать по мне, - говорит Луи, переставая улыбаться. - тогда это твоя вина. Гарри только ухмыляется, и Луи уже ничего не может поделать с этим. Он тянет его на себя, и когда их губы встречаются, весь остальной мир теряет своё значение. Это электрический разряд, словно весь ток на планете гудит в его венах, а не там, где он должен быть на самом деле, в городе, либо же просто на экранах телевизоров. Гарри выдыхает, и этот короткий и тихий звук отдаётся в губы Луи, проходя через него. Он отступает немного растерянно, и он почти смеётся, когда замечает, как лунный свет освещает Гарри , делая его лицо серебряным в полумраке. Вот это пиздец так пиздец, даже луна хочет быть похороненной в нём. - Луи, - говорит Гарри, и сейчас его рука располагается за шеей Луи, тепло и уверенно. - Луи, иди сюда... - Заткнись, - бормочет Луи прямо в губы Гарри. - Я и так здесь. - Иди сюда, - выдыхает он, сейчас его очередь, и он знает, что это не честно, потому что Гарри так близко насколько можно, но Луи хочет быть ещё ближе. Гарри кивает, выдыхая судорожное "да" в поцелуй, когда Луи кладёт руку на его бедро, запуская её прямо под его свитер, притягивая ближе. Воздуха всё меньше, и Луи слышит как снаружи взрываются фейерверки, но он просто продолжает целовать Гарри, снова и снова, и снова, до тех пор, пока не становится мокро, пока язык Гарри скользит по его губам и Луи засасывает его, глупо, отчаянно и жадно. Он снова отстраняется, и Гарри издаёт небольшой недовольный звук откуда-то изнутри, это самый охуенный звук, который Луи слышал в своей жизни, но он не говорит этого, он просто целует Гарри очень жёстко, чтобы заткнуть его. Рот Гарри похож на вкус перечной мяты и его губы слегка потрескались, но Луи это нравится. Он очень твёрдый, и ему было бы чертовски неловко, если бы он не чувствовал Гарри, сжимающего его бёдра. Они продолжают целоваться, стоя на коленях друг перед другом, и трутся бедрами вверх и вниз, вверх и вниз, вверх и вниз. Здесь нет никакого ритма, что смешно, насколько сильно это возбуждает, и он едва может остановить это. Трение заставляет Томмо стонать, и тогда Гарри смеётся прямо в губы, оттягивая Луи за волосы. - Ах, - шипит Луи, и тянется обратно, возвращая голову в норму, - не так жёстко, Гарри, господи. - Прости, - говорит Гарри, но в любом случае он улыбается, так как не жалеет об этом. Его голос звучит ласково, когда он дёргает Луи за край пальто. - Хочешь, чтобы я потянул за них мягче? Например, так? - Я не буду тебя останавливать, - говорит Луи, но он так возбуждён, что даже не может произнести это разборчиво. Гарри улыбается и ведёт рукой вверх по волосам Луи, нежно проводя пальцами по затылку. Окна машины запотевают, а пальто Луи стесняет движения, так что он в самом деле не двигается. Он просто остаётся на месте, стоя на коленях и медленно дыша, пока Гарри перебирает его волосы. Это напоминает ему мытьё головы в ванной, и тишина накрывает его тяжелой тёплой и сонной волной, а руки Хаза на его голове заставляют всё тело дрожать. - Гарри, - выдыхает Луи, голос тихий и остерегающий. Он прочищает горло. - Блять, прекрати это. - Я думал, что ты сказал, что не будешь останавливать меня, - Гарри хихикает, упираясь лбом в Луи. Их бёдра задевают друг друга и это слишком, это всё слишком. - Тебе это нравится, разве нет? - говорит Гарри. Луи закатывает свои глаза, но он должен сдержать стон в то время как Гарри наклоняется для того, чтобы поцеловать его в губы, снова и снова, и снова. - Ну же, Луи, скажи мне, что тебе это нравится. Я тоже хочу тебя. - Мне нравится это, - стонет Луи, всё его тело гудит, когда Гарри засасывает его нижнюю губу. Гарри отстраняется, и неожиданно его рука оказывается на внутренней части бедра, и Томмо истерически смеётся, потому что он не уверен, что может как-то переварить происходящее. - Пошёл ты, мне нравится это, да, мне чертовски это нравится... - А мне нравишься ты, - говорит Гарри, посмеиваясь, словно рассказал хорошую шутку или что-то вроде. Луи морщится, и он хочет что-то сказать, но Гарри отстраняется от него, падая вниз на одеяла, как до этого рухнул в снег. Луи моргает, немного хмурится, когда смотрит на Стайлса в полумраке. Его голова лежит в нескольких сантиметрах от спинки переднего сиденья. Луи качает головой. - Зачем ты... ты не можешь целовать меня и затем просто уйти. - Я же здесь, давай, коснись меня, - Гарри ухмыляется, немного вытягивая ноги. - Хочешь отсосать мне, Лу? И Луи знает, что Гарри шутит об этом, он знает это, и всё же. То как Гарри смотрит на него сейчас, заставляет чувствовать себя в пальто немного теснее, так, словно лунный свет, проходящий через окно, это то, в чём они могут утонуть. Так что он опускается на колени, ползёт вперёд на четвереньках, пока не нависает над Гарри. - Гарри, - говорит Луи, закидывая руки Гарри по обе стороны от головы, - детка, - он придвигается немного ближе, так близко, что лицо кудрявого немного расплывается, так близко, что их носы и кисти вот-вот загорятся. Так, что глаза Гарри светятся ярко-зелёным и забавными в лунном свете. - Ты хоть представляешь, насколько сильно я хочу взять в рот твой член? - спрашивает Томмо, ведя большим пальцами по запястьям Гарри. Кудряш тихо выдыхает, и этот звук отдаётся прямо в паху Луи, жар заполняет низ его живота. – Знаешь, это на самом деле цель моего вечера сегодня, сосать твой член, - голос срывается и выходит слишком нежным и слишком серьёзным. И чёрт возьми, Луи до сих пор не понимает, как эта ночь могла закончится таким образом, он действительно не понимает. - О мой бог, - Гарри улыбается, звуча наполовину возбуждённым, наполовину смущённым. - Заткнись. - Хэй, ни за что, - говорит Луи, отпуская запястья парня. - Держи свои руки над головой, - говорит Луи и затем отступает, сползая вниз по телу Гарри, располагаясь прямо между ног, скользя ладонью по джинсам, тем самым поглаживая его бёдра. - Я хочу отсосать тебе, Хаз. Позволь мне это сделать. - Блять... - выдыхает Гарри, его бёдра дрожат. - О, и это всё, что ты можешь сказать, правда? - спрашивает Луи с ухмылкой, поглаживая пах Гарри. Гарри твёрдый и кровь в теле Луи приливает всё ниже и ниже, ниже и ниже. - Ты можешь предложить это, но можешь ли ты это принять? - Могу, - Гарри закусывает губу, его голос стихает, когда большой палец Луи проводит по его ширинке. - Так что, ты будешь в порядке, если я отсосу тебе? Ты не будешь против? - спрашивает Луи, его руки трутся о член Гарри через ткань джинс, слегка надавливая. - Ты можешь сказать мне стоп и я остановлюсь, - говорит он, проводя большими пальцами по тазобедренным косточкам. - Я взрослый мальчик, Луи, - говорит Гарри, сужая свои глаза. Его щёки застилает румянец. - Я могу справиться с небольшим отсосом. Луи смеётся. Так забавно, с каким серьёзным лицом Гарри может говорить это, словно это как-то может изменить действия Луи. - Ох, действительно, - Томлинсон улыбается, стягивая джинсы Гарри вниз на бёдра, оставляя их на лодыжках, прежде чем стянуть с него ботинки, позволяя тем самым снять джинсы совсем. Он даёт ногам Стайлса снова вытянуться и снова располагается между ними. - Конечно, ты можешь. - Что ты... - начинает Гарри, оперевшись на локти, но Луи шикает на него. - Тихо, ты, - говорит Лу. - Я вообще-то стараюсь сконцентрироваться здесь внизу. Для этого нужно время, и, да, я сделаю это. Луи сглатывает. Боксеры Гарри обтягивают его возбуждение, кожа на бёдрах такая тонкая и Луи сжимает её с обех сторон, и это так чертовски горячо, что на мгновение Луи чудится, что он надеется на то, что не вспомнит об этом. Много времени прошло с тех пор, как он как он касался кого-то, как касался Гарри этим вечером, так что это самое меньшее из того о чём он заботится - сделать хороший минет. Нахмурившись, он наклоняется и прижимается губами к ткани боксеров, приоткрыв рот напротив головки. - Охуеть, - выдыхает Гарри, его голова немного запрокинута. Луи смотрит вверх, оставляя губы на члене Гарри, когда он ухмыляется. - Да ладно, я едва коснулся тебя. Гарри лишь тяжело выдыхает на это. Луи борется со смехом, встряхивая головой, и тянется обратно вниз, спуская боксеры кудрявого по бёдрам вниз, и далее по ногам до лодыжек. Член Гарри стоит, упираясь в бедро, и Луи сглатывает, просто глядя на это. - Приятель, - говорит он, спустя секунду, - у тебя довольно привлекательный член. - Спасибо, - отвечает Гарри, и то, насколько рвано он звучит, заставляет Луи краснеть. Он опускается вниз, устраиваясь удобнее между ног Гарри, и его запах опьяняет, оставляя лёгкое головокружение. Господи. Луи действительно хочет отсосать Гарри. Прямо сейчас. И несмотря на то, что он произнёс это в своей голове, он всё ещё не может поверить в это. Он не уверен, что чувствует по поводу этого, и он не хочет думать о том, как он будет чувствовать себя после этого утром. Всё, что он знает, это то, что прямо сейчас дыхание Гарри прерывистое, но оно громко раздаётся в тишине, и он смотрит на Луи из-под капюшона, а половина его лица освещена лунным светом. - Ты никогда не... - начинает говорить Гарри, когда Луи перестаёт что-либо делать. - Заткнись, - говорит Луи, и прежде чем он успевает подумать о чём-то ещё, он опускается вниз и засасывает головку Гарри в свой рот. - Блять, - Гарри выдыхает, мир разрывается и стирается. Луи стонет, понимая, что сосать член, это намного сложнее, чем он думал вначале. Член Гарри длинный и толстый и всё ещё давит на губы Луи, когда он сосёт, не отстраняя головы, позволяя своему языку просто скользить по нему, расслабляясь. - О, боги, я сдаюсь, - выдыхает Гарри, звуча на грани истерики и головокружения, сжимая бёдра. Брови Луи нахмурены, и он засасывает усерднее, стараясь заглотить член Гарри, но парень продолжает вести себя странно, наполовину стоная, наполовину смеясь, извиваясь и пытаясь вырваться. – Я сдаюсь, Луи. Я не могу выдержать это, не могу... Луи отстраняется, и член Гарри ударяется о его нижнюю губу, когда он хмурится. - Какого хрена, ты не мог ещё подождать? Я в конечном итоге делал это всего минуту. - Мне жаль, - говорит Гарри, всё ещё продолжая корчиться, как грёбаный псих. - Извини, это просто... это было очень приятно. Правда, на самом деле хорошо. Луи строит гримасу. - Тогда тебе действительно стоит перестать дурачиться, и я вернуться к начатому. Сможешь сделать это для меня? - Да, я могу сделать это, - Гарри кивает, снова опираясь на локти. Он смотрит на лицо Луи, уголки его губ приподняты, и на секунду Луи кажется, что он выглядит так же, и он надеется, что лунный свет не попадает на него, потому что он практически может почувствовать, насколько его лицо красное. Он чувствует себя странно, сексуально озабоченным и отчаянным, и не понимает, почему ему это так нравится, почему Гарри сводит его с ума. Закатив глаза, Луи снова приближается. - Постарайся не кончить через 30 секунд, ладно? Гарри смеётся, пропыхтев что-то вроде "я постараюсь", и затем успокаивается, когда Луи сжимает руки на его бёдрах, и продолжает держать ноги широ разведёнными, всё ещё продолжает. Его член покраснел и сочится смазкой, и Луи снова засасывает его в рот. - О мой бог, - Гарри хнычет, закусывая губу, когда Луи засасывает глубже. Луи чувствует его тяжесть на языке, и жар всё растёт и растёт, пока он лижет член Гарри, беря его глубоко в глотку, и отстраняясь, чтобы поцеловать бёдра, косточки и вернуться обратно, чтобы лизать, лизать, лизать и засасывать глубже. Это грязно и влажно, и Луи плевать на всё- нет ничего хуже чистого минета, так он думает - и его рот уже болит, но Гарри стонет, заполняя стонами тишину, громко, с придыханием и медленно. И ради всего святого, у Луи от этого встаёт. Он закрывает глаза, и фокусируется уже на том, как Гарри ощущается на его языке. И он думает о своей квартире - о тихой темноте и головокружительном статическом свете телевизора, окрашивающего его кровать в голубой цвет. Он представляет, как бы это было - раскинуть Гарри на его кровати и оттрахать его, может, позволить Гарри трахнуть его в ответ, но после он одёргивает себя от этой мысли. И это полный бред, думать о том, что это возможно больше, чем на одну ночь. Он думает что, пока его бёдра толкаются вниз на пол фургона, он может сделать что-то для него. Снизу нет ничего, кроме одеяла, что могло бы заглушить стоны Гарри, когда Луи засасывает его член жёстче, глубже, слушая, как он подходит к грани. - Луи, - говорит Гарри коротко и отчаянно, - я сейчас... - Сделай это, - отвечает Луи, и он звучит не лучше. Его голос сорван, когда он отстраняется и оставляет поцелуи по всей длине его члена. Его нос трётся о низ живота, когда он шепчет, - сделай это, Хаз, давай. И затем требуется лишь пара секунд, чтобы Гарри кончил, коротко выдыхая "о, господи", в то время как его тело напрягается, а затем снова опускается. Луи ползёт вверх и падет прямо на тело Гарри, оставляя грубый поцелуй, дыхание обоих тяжёлое, а тем временем снаружи кружится снег, искрясь электрическим светом против чёрного как смоль неба. У Луи такое чувство, словно он попал в ловушку подо льдом, но это вовсе не паника - он чувствует себя чертовски хорошо, будто он готов остаться здесь навсегда, впитывая звуки, которые издаёт Гарри, когда он доводит его до пика, просто вжиматься в его член, чтобы кончить самому. И он объезжает бёдра Гарри, как грёбаная наездница, и это совсем не то, что он позволял себе сделать когда-либо - никогда - он чувствует себя более чем хорошо. Их тела трутся, и он выдыхает "блять", когда кончает. Он ничего не видит перед собой, и Гарри тянет его обратно к своим губам, целуя снова и снова, и снова, лишь едва касаясь, и это доводит до головокружения, от этого трудно дышать. - Блять, - говорит Луи немного позже, почти смеясь, - я только что кончил в мои чёртовы штаны. - Ты можешь надеть мои, если хочешь, - Гарри улыбается, глядя на Луи тёплым взглядом. Луи лежал распростёртый прямо между его ног, его лицо выглядело тёмно-сининим в полумраке. - Сомневаюсь, что они подойдут, - говорит Луи, возвращая улыбку. И проводит пальцем по носу Гарри. - У тебя чудовищно длинные ноги, тебе кто-нибудь говорил об этом? - Нет, никто и никогда не говорил мне этого, - Гарри хмурится, - потому что это не так. - Потому что это не так, - передразнивает Луи, смеясь в лицо Гарри. Он всё ещё опьянён оргазмом, всё его тело горит, как после карнавальной пляски, и он не уверен, что хочет, чтобы этот момент когда-нибудь прошёл. Вздохнув, он немного отодвигается и проводит носом по щеке Гарри, а затем по его шее, оставляя небольшой поцелуй в ухо. Он может пожалеть об этом утром, но Гарри смеётся, словно ему щекотно, и это заставляет Томмо почувствовать тепло во всём теле. Выдыхая, он закрывает глаза и чувствует, что за ним вселенная. - Больше ни слова, - говорит Томлинсон, его пальцы касаются губ Гарри, - Спи. Хаз смеётся, целуя его пальцы, но слушается. Его голос похож на мурлыканье. - Спокойной ночи, Лу. В фургоне по-прежнему холодно, но руки Луи больше не трясутся.

☆

Луи просыпается ночью, потому что ему нужно покурить. Гарри лежит рядом на спине, и Луи не может точно сказать, спит он или нет, хотя фургон заполнен тихими звуками его дыхания, что напоминает Луи звук волн, движущихся по линии берега. Вздохнув, Луи поднимается на ноги. Удивительно, что они до сих пор не знают, что это за фургон и кому он принадлежит. Луи шарит руками по потолку, пытаясь найти люк, потому что в фургоне очень темно. - Ты куда? - внезапно говорит кто-то, и Луи поворачивается, чтобы увидеть хмурого Гарри. Его волосы спутались, что заставляет Луи улыбнуться. - Никуда, - отвечает Луи, снова отворачиваясь. - Просто иду покурить. Оставайся здесь. Гарри не отвечает, так что Луи предполагает, что он уснул. Он находит люк, открывает его и высовывает голову наружу. - Блять, - шипит он, морщась от того, что морозный воздух раздражает кожу. Снежные хлопья быстро опускаются на землю, так быстро, что звук метели заглушает шум океана. Луи в темноте нащупывает сигарету и поджигает, удивляясь, что у него получилось с первого раза. Он наблюдает, как оранжевый огонек расплывается пятнышком из-за снега, и медленно вдыхает дым. Сразу становится спокойно, когда он выдыхает серый дым в темноту. Он смотрит в сторону, где находится пляжный домик, сильнее укутываясь в пальто. Вероятно, уже четыре утра, но люди продолжают веселится. Темные силуэты двигаются за стеклом, но Луи едва может их разглядеть из-за расстояния и снежной пелены. Вдруг рука Гарри достигает колена Луи, дергая ткань джинсов. Ребенок. Луи кривит губы в усмешке, делает затяжку, а Гарри поднимается наверх, пока полностью не вылезает из люка. Он смотрит на Луи хмурым взглядом. - Чувак, - Луи смеется, одновременно выпуская дым, - ты что, правда не мог подождать? Гарри не отвечает, только качает головой. Они оба молчат, а ветер гудит громко. Он ворошит волосы Гарри, сдвигая их на один бок, когда он стоит рядом с Луи, вытянув руки по швам. Вокруг бледно-голубой снег. Их взгляды встречаются, и уголки губ Луи чуть приподнимаются. Гарри не следует его примеру. Он смотрит на парня с самым серьезным выражением лица, которое Луи видел сегодня вечером, и это заставляет сердце ёкнуть в груди. Он не хочет этого. Только не сейчас. Луи отворачивается и закрывает глаза, выдыхая дым, а потом наклоняет голову назад, облокачиваясь локтями на крышу фургона. Снег, пушистый и холодный, падает на его лицо, веки, губы. Этот момент был бы не так прекрасен, если бы Луи не почувствовал рядом тепло другого тела. Гарри кладет ладони на бедра Луи, двигая ими вперед, пока они не скрещиваются у шатена за спиной. Луи ничего не видит, но чувствует, как грудь кудрявого прижимается к его груди, а губы исследуют его шею. Он не вырывается, ощущая, как кудри щекочут подбородок. - Холодно там без тебя, - бормочет Гарри. А Луи лишь сжимает веки крепче, скользя рукой по мягким кудрям.