Универсальная единица смысла

— Не понравились цветы? — Влас уточнил за завтраком максимально будничным тоном, не отрываясь от чтения документов.  — Понравились, — Никс налил себе сок и сел напротив альфы за обеденный стол. — Просто я бы задохнулся, если бы оставил все в комнате. Поэтому цветы сейчас стоят вдоль коридора. Никс полночи их переносил.  — И все же, — Никс притянул одну ногу к себе и положил подбородок на колено. — Я тебе никак до конца не могу понять.  — И что же во мне такого непонятного? — Влас отложил документы и посмотрел на Никса.  — То ты всю дорогу говоришь, как неправильно я живу, то даришь цветы.  — Справедливости ради, я не думал, что вчерашний день так закончится. Вот ты часто ссорился с отцом?  — Мы вообще не ссорились. Иногда Зейн был не в настроении.  — То есть ты никогда не закатывал истерик с битьем посуды или чем-то в этом роде?  — А это обязательное условие?  — Нет. Просто интересно, как вы приходили к общему решению. Никс наклонил голову вбок.  — Видишь, о чем я тебе и говорю. Ты не привык отстаивать свою точку зрения — либо соглашаешься, либо убегаешь от реальности.  — И?  — Люди приходят к решению проблемы, которое устраивает их обоих, путем ссор.  — А при чем тут битье посуды?  — Я образно.  — И что ты предлагаешь?  — Если тебе что-то не нравится, говори об этом. Никс прищурился, посмотрел на Власа и сказал.  — Мне не нравится твой галстук. Потом встал из-за стола, но, повернувшись, сбросил стакан на пол.  — И истерика с битьем посуды, — добавил Никс, задумчиво наблюдая за тем, как целый стакан, который каким-то образом не разбился, катиться к окну. Влас улыбнулся, но закрыл лицо папкой с документами.  — А галстук у тебя все равно ужасный, — Никс еще раз посмотрел на стакан и пошел на улицу. Возвращаться в комнату не хотелось. Омега не спал почти всю ночь, то и дело переводя взгляд на те букеты, которые оставил у себя в комнате. Цветов и правда было слишком много, запах был приятным несколько минут, а потом вызывал головную боль. И все же… Зейн тоже красиво ухаживал, и комнату, заполненную цветами, Никс, однозначно, видел не впервые в жизни. Но из этого ничего не следует. Замужество с Зейном было шансом на лучшую жизнь. Сейчас Никсу не нужны ни деньги, ни защита. Ну ответит он на ухаживания Власа. А что дальше? Опять замуж, только в этот раз это будет чревато огромными проблемами. Столько сложностей, а в замен лишь Влас, который и так все время тут, в этом доме. Никс вышел к парку, окна на который выходили из их с Зейном спальни. В тот вечер, когда Зейн сообщил Никсу о том, что болен, омега очень долго смотрел в окно.  — И что делать? — спросил тогда Никс.  — Не знаю… Никс подошел к Зейну, сидящему на кровати, и обнял его, прижав голову мужа к животу. Зейн обнял в ответ. Его руки дрожали. На утро Зейн был таким же, как всегда. Никс даже поверил, что решение скоро найдется. Надо было поддержать, а Никс продолжал видеть в умирающем человеке всё того же сильного альфу Никс предпочел тогда ничего не знать и Зейн исполнил это желание, оградил омегу даже от собственной смерти. А Влас сейчас хочет совершенно обратного. Усложнить себе жизнь, а взамен получить… только Власа. Никс обернулся и посмотрел на дом. ***  — Что делал целый день? — Влас вернулся домой ближе к вечеру. Никс сидел на кухне, пил чай и листал новости.  — Бездарно тратил свое время на Интернет, — Никс глотнул чай.  — Что пишут?  — Ну про нас с тобой статьи я даже не открывал, — Никс отложил телефон и посмотрел на Власа. — Помнишь ты с утра сказал, что нужно высказывать свои желания вслух, и, если вдруг, они не совпадают, то пытаться договориться?  — Помню, — Влас выглядел уставшим, по повернулся к Никсу, пока кофемашина наливала кофе.  — Брак с Зейном мне дал все, чего у меня не было. Идеальную жизнь. И это никуда не делось с его смертью. Мне нет нужды отвечать на твои чувства. Влас усмехнулся и взял кружку с кофе.  — Справедливо, — Влас подошел к столу и присел на корточки рядом с Никсом, так, что их глаза находились на одном уровне. — Денег у меня ровно в два раза меньше, чем у отца, отношения со мной уничтожат твою репутацию, а еще со мной придется, наконец, самому решить, чего ты хочешь от жизни.  — Сплошные минусы, — Никс впервые смотрел на Власа так близко. Все же при внешнем сходстве, глаза у них с Зейном были совершенно разной структуры, что ли. У Власа как будто океан и темные вкрапления. Скалы. Шторм… Никс впервые вгляделся в глаза человека, которого знал так долго, наблюдал, как зрачки расширяются, потом слегка сужаются.  — Просто есть кое-что еще, — Влас осторожно взял Никса за подбородок. — То, чего ты еще не замечаешь, потому что никогда не испытывал. Никс видел как глаза, в которые от так внимательно смотрел, приблизились к нему, шторм, казалось, поглотит его самого без остатка. Прямо сейчас. Влас поцеловал, Никс ответил скорее машинально, чтобы не отвлекаться от мысли о том, как редко он смотрел в глаза Зейну так же пристально.  — Иногда мы делаем что-то, — Влас был так близко, что Никс физически ощущал каждое слово. — Не потому что так проще, а потому что результат того стоит.