Чего только не бывает в другом мире!

Аномальная жара настигла окрестности Кусагакуре. Яркое солнце без разбора плавило на своём пути всё живое и не совсем. Воздух неприятно стоял, не было никакого намёка на ветер. Икуроми пряталась в тени дерева и, облокотившись об его мощный ствол, злилась на весь этот чертов мир. «Сейчас бы мне топ, шорты, сланцы и очки, а не вот это всё… — Под «всем» имелся в виду плотный плащ, который, ввиду своего в основном чёрного цвета, манил солнечные лучи. — И поскорее бы Какузу вернулся. А то надоело уже торчать здесь… с этим». Мутная, расплавленная темнота глаз смотрела на мужчину, безмятежно лежащего в нескольких метрах на выжженной, как в Аду, земле. Молодой человек, в кайфе (или под ним) вглядывающийся в небо, был очень и очень хорош собой: раскрытый нараспашку плащ открывал вид на крепкий торс и смачные кубики пресса. Грудь в тихом припадке подымалась и опускалась, работая в собственном страстном темпе. Икуроми сначала закатила, а после отвела глаза, не в силах лицезреть эту картину, возможно, в каком-то смысле возбуждающую и прекрасную для девушки, но крайне испорченную некоторыми… недостатками: торчащим из грудной клетки ритуальным копьем, выведенным алым знаком чёрного бога на земле, лужей свежей, сильно пахнущей крови и бездыханной тушкой какого-то мужика неподалеку. — Мерзость… — поморщилась Колоонзо. Живот бушевал, в горле стоял неприятный ком — она еле сдерживала рвотные позывы. — О великий Джашин-сама! — фанатично крикнул Хидан и, как напарница, закатил глаза, но уже от удовольствия. — Как прекрасна эта боль! — Заканчивай уже с этим, — прошипела она. — Из-за тебя мы уже здесь второй час торчим. Незадолго до этого довольно печального происшествия Мацураси успел растрещать иномирянке о своём «великодушном Джашине-сама», «ахуенных ритуалах» и «пиздатой боли». Болтал он об этом очень и очень много, да так, что вконец бедная Икуроми сотню раз мысленно вопросила себя и Пейна, за что ей выпала участь оказаться именно с этим безумцем в паре. О, не стоит забывать и про их третьего, не менее безумного казначея. Он хоть и был поспокойнее, но от этого не менее раздражительнее. За те недолгие дни, что они ходили в полном составе своей команды, Ару старалась не говорить лишний раз, пускай джашинист очень часто и подбивал её на бессмысленные разговорчики, за что Какузу грозился убить его. Хотя, что уж болтать о казначее, когда даже сама иномирянка, доведённая до белого каления ежесекундной бранью, шипела на Хидана с угрозами. К слову, потасовки с и между напарниками успели стать для Ику обыденным явлением: то она накричит на пепельноволосого маньяка, то Какузу вмажет ему по самое не хочу. И сейчас Арууке чувствовала, что дело близится к очередной ругани. Мало того, что Хидан, будучи в окраске, как у Зецу, с дикими воплями истыкал себя (тем самым и противника, который так некстати встретился им по пути), побарахтался в собственной крови со стонами, так ещё и растянул весь этот процесс на долгие часы. Да ещё и под палящим солнцем! — А ты не охуела мне приказывать? — приподняв голову, воскликнул нукенин, но тут же сморщил лицо и ойкнул: — Блять, как же больно! — Матерись меньше, уже уши вянут, — раздражённо отчеканила Колоонзо. — Так и хочется оторвать тебе голову, честное слово. — Харе цитировать Какузу! — Мацураси кое-как, но всё же поднялся. Харкнув кровью, он резко вытащил из себя копьё и зашипел. — Прям пиздец какой-то… Какузу… Арууке вздохнула. Вот уж кого не хватало сейчас, чтобы хорошенько продисциплинировать сего нерасторопного человека. Жаль, что казначей без объяснений убыл в тартарары часами ранее. — Ты безнадёжный. А ещё противный. Зачем вообще было устраивать эту клоунаду? Ты мог просто убить этого мужика и всё. — Слышь, — стрельнул он угрожающим взглядом, — следи за своим язычком, так ведь и отрезать его могу. Да чтоб ты знала, безмозглая неверующая, резня — это основа моей веры. А оставлять людей недобитыми — большой грех, и я не вижу причин нарушать эти заповеди. — Язычник встал на ноги, подправил свой чудом уцелевший плащ и продолжил говорить: — Может, по мне и не видно, но я весьма религиозен. — О, поверь, я давно это заметила. — В общем, не убить этого мужика — полный отстой! — Нукенин заметил, что вся его одежда в крови и безобразно ругнулся. Арууке скривилась лицом. Он в раздражении брякнул: — Чего это я вообще перед тобой распинаюсь? Атеистка хренова! — Более склонна называть себя агностиком, нежели атеистом. В нашем мире вера — сугубо личное дело каждого. — Да вы с Какузу бесите меня! Неверующие! Вы даже не достойны слушать о Джашин-сама! — Какая жалость, что я больше не услышу твоих речей о нём, — состроила грустную мину иномирянка, а затем усмехнулась. Оторвавшись от дерева, она вышла из тени. — Пойдём уже, религиозный ты наш. Хидан фыркнул, но отпираться не стал. Он закинул трёхлезвийную косу себе на плечо и отправился куда-то с гордым видом, что знает, куда идёт. Колоонзо последовала за ним, но в конце зачем-то обернулась через плечо. Она чувствовала вину, жалость и испуг. Мёртвый мужчина не смог посмотреть на неё в ответ и продолжил пусто вглядываться в проплывающие над ним облака.

***

— Мне жарко, — заявила Арууке. — Мне похуй, — отозвался Хидан. Они шли вниз по равнине и плавились. — Мне говорили, что у Акацуки есть соломенные шляпы с колокольчиками… — На самом деле никто подобного ей не говорил, иномирянка знала это по канону. — И где же они? — Да хер его. Ару вздохнула. Болтать больше было не о чём. Она решила продолжить действовать на нервы: — А ещё меня бесит этот плащ. Какого чёрта он такой плотный и чёрный, да ещё и с красными облаками? Вот это тема была бы, если бы Лидер ввёл лёгенькую голубенькую форму с белыми завиточками. — Совсем долбанулась? — вспыхнул Хидан. — Мы те че, пиздобратие каких-то педиков, чтобы в голубом ходить? — Или кольца, — проигнорировала его крики Ику, задумчиво смотря на иероглиф «отхождение» у себя на фирменном украшении. — Они так нагреваются на солнце. Уж лучше бы были серьги, как думаешь?.. А-а-а, нет, лучшая альтернатива — чокеры. Это типа ленточки, которые носят на шее. В общем, как ошейники, только стильные. У нас были бы красные чокеры с подвеской золотой луны… И такой же алый маникюр. С шеллаком и «изюминкой» в виде стразы на одном из ногтей… — Ты прекратишь нести всякую ересь?! — не выдержал Мацураси. — Ну, ты доставал меня все эти дни, а это лишь моя маленькая мстя. — Ару лукаво улыбнулась. — А так, серьёзно говоря, по правилам Акацуки я могу снять плащ и кольцо? Или я таким образом наш дресс-код нарушу? — А я ебу? Иди рыжего с этим донимай, я-то с хули знаю? — Хидан ещё пару секунд похмурился, а затем вдруг ехидно выдал: — Хотя, знаешь, плащ можно снять. И раз уж тебе так жарко, то и всю оставшуюся одежду тоже. — Полегче, пикапер… — посмеялась было Икуроми, но вместо этого взвизгнула, когда нукенин внезапно оказался впритык к ней и сдёрнул с её плеч плащ. Даже такой лёгкий испуг спровоцировал иномирянку использовать Райтон — молния тотчас ударила по Хидану. Тот рассмеялся. В малиновых глазах играли раззадоренные огоньки. — Потеряйся, Мацураси! — гаркнула Арууке. Ткань липла к телу — кутаться обратно в плащ не хотелось. Девушка вконец сняла его с себя, оставшись в облегающей футболке и свободных штанах. Улыбка Хидана показалась ей маниакальной. Она на пожарный отошла от него чуть подальше. — Харе так смотреть на меня, — сердито отозвалась Ику на голодный, скользящий по ней взгляд. — Хватит, я сказала! Тебе что, глаза выколоть надо, чтобы усёк? — Не забывай, что Какузу здесь нет, — пропел он сладким тоном, намекая на её беззащитность или отсутствие свидетелей. — Знаешь, что я могу с тобой сделать в ближайших кустах? — Ягодки пособирать? — Колоонзо не позволяла себя запугивать. Когда Хидан внезапно пошёл на неё, она лишь вздрогнула и ускорила шаг. — Только тронь меня — я всё расскажу Лидеру. — И чё этот выродок мне сделает? — усмехнулся джашинист жалким угрозами. Он вернул им прошлую дистанцию в один шаг, накрутил на руку длинные чёрные волосы девушки, собранные в высоких хвост, и несильно дёрнул, заставив её чуть вскинуть голову назад. Он перешёл на шёпот: — Неужто убьёт меня? — Душу высосет. — Арууке отодрала от себя чужую лапу и зашипела, когда тот случайно вырвал ей пару волос. — Попрошу Пейна об этом. Уверена, ему это будет только в радость. Долго злиться на напарника было глупо, бесполезно и трудно, учитывая, что поблизости больше никого для беседы нет. Она сменила тему: — Куда мы вообще идём? — Просто молча пиздуй за мной, женщина, и всё будет охуенно! — подмигнул ей язычник и зашагал быстрее. — Мне уже страшно, — буркнула Икуроми себе под нос. Её всё же услышали и ответили с задором: — И правильно!

***

— Да пошёл этот Какузу…  Икуроми бы поморщилась от следующего потока нецензурщины, если бы не была в наушниках. Музыка — вот её радость и спасение в этом жестоком мире.

«…Я запинаюсь, продолжая говорить, Дрожу перед Вашим Величеством, И режу себя, только бы выпустить слова…»

Песня лилась по душе Арууке. В то же время Хидан разрывался в брани, хая своего напарника своими лучшими словами. — …заебал он меня! — так и закончил Мацураси свою гневную тираду. — Всё, к хуям!.. Старшая Колоонзо удивилась смене направления их пути, но ничего не сказала, а лишь засеменила следом. Когда пышное зеленью деревце обратило, наконец, на себя её внимание, иномирняка поняла, что настал час привала. Да, отдых — самое то после стольких часов ходьбы под жарким светилом. Когда они дошли, нукенин выкинул косу и рухнул у подножия дерева. Песня закончилась. Икуроми соизволила вынуть наушники из ушей. — И в чём же дело? — с усмешкой спросила она. — Его джашинистское величество разрешило тебе прилечь? — Заткнись, блять, я устал! — разразился Хидан. Он заложил руки под голову и закрыл глаза. — Всё, нихуя не знаю, будем здесь, пока солнце не съебётся за горизонт. — О, так ты у нас за главного в отсутствии Какузу? — Ику не прекращала его донимать. — Какузу ни хрена не главный!.. — А ты скажи ему это в лицо, когда он придёт. — Вот и скажу, когда он, блять, прискачет сюда! — Вот и скажи. Продолжения перепалки не случилось. Ару приподняла бровь от удивления: обычно Хидан не успокаивался, пока лично не ставил точку в их «беседе». Однако сейчас он, видимо, и вправду сильно выдохся (конечно, после его-то кровавого ритуала) и сразу впал в дрёму. Через пару минут Икуроми присела рядом. Ей стоило только протянуть руку, чтобы дотронуться до него, и она, вопреки собственной логике, сделала это: пальцы прикоснулись к его макушке, слегка задели мягкие светлые волосы, а затем аккуратно пригладили выбившиеся из прилизона пряди. Дыхание Мацураси едва заметно изменилось. Арууке тихо усмехнулась и убрала руку. От прикосновения Хидан явно проснулся, но притворился спящим. — На тебе был таракашка, — на всякий случай оправдалась она, наврав. Веко нукенина слегка дрогнуло — он хотел было открыть глаза, но вовремя одёрнул себя, решив не палиться. Колоонзо вздохнула. Хидан ей определённо нравился, особенно сейчас, когда он такой беззаботный и невинный в полусне. Однако было в нём что-то (много чего), что пугало и отталкивало. Колоонзо решила лишний раз не провоцировать ни себя, ни его, и ушла куда подальше. Сидеть в тени дерева, конечно, заманчиво, но так бесполезно — уж лучше потратить время на что-то дельное. Например, на решение того, что делать, когда Шиппуден наступит. Кого спасать? На чьей стороне быть? «На акацучей, конечно же», — удивилась Ику своему странному вопросу и дала весьма очевидный ответ. Но что-то в нём всё же было подозрительное и ненадёжное. Иномирянка чувствовала, что её мнение вскоре может измениться, и от этого приходила в ещё большее недоумение. Ну не предпочтёт же она Акацуки Коноху. Действительно, будь у неё выбор, она бы непременно выбрала жизнь Сасори, чем Сакуры; Хидана, чем Асумы; Дейдары, чем Саске. Итачи и Нагато ей не менее дороги, потому нужно придумать, как излечить первого, а второго поставить на ноги. Ах, владела бы она каким-нибудь крутым ирьёниндзюцу… Ику пошла к другому «островку» деревьев, чтобы протренироваться с Райтоном и при этом не разбудить напарника. Она шла и отчего-то вспоминала их с Шизуй детство: тогда они до ужаса фанатели от «Наруто», придумывали своих персонажей, давали им безграничную силу и разрабатывали ну уж слишком мери-сьюшные истории их жизни. У Колоонзо тогда имелась и общая тетрадь, в которой они рисовали своих героев и описывали их супер-дупер техники. «Эх, сейчас бы владеть парочкой из них…» Собственно, а почему бы и нет? Икуроми тоже подумала об этом и замерла в хмуром раздумье. Было какое-то пафосное дзюцу, которое они с Шизуй придумали и потом активно использовали, когда играли в «шиноби» против брата. Иномирянка пыталась вспомнить название техники и её суть, но они настойчиво ускользали из памяти. Кажется, там что-то было связано с клонами… «Кровавые Клоны! — Ару ухватилась за ниточку и от этого даже занервничала, боясь потерять контакт. — Как теневые, только при ранении не развеиваются, а, подобно настоящим, получают рану и хлестающую из неё кровь. Противник, смертельно ранив клона, будет сбит с толку, когда тот не исчезнет, а рядышком появится оригинал…» Будучи взбудораженной вспомнившейся техникой, Колоонзо с упоением начала думать, как же воплотить придуманную в детстве технику в реальность. Она была совершенно уверена, что это можно сделать, и даже знала, у кого спросить принцип её исполнения. Прячась среди кустарников и жалкой парочкой деревьев, Арууке прокусила палец и ударила по земле, воскликнув: — Техника Призыва! Раздался привычный слуху хлопок и появился дым. Икуроми приготовилась рассказать Фавну о своей гениальной идее, как вдруг присмотрелась в прибывшее к ней существо и офигела. Призвался отнюдь не Фавн. — Привет. Вы это… с Демонического Округа, верно? — Она не смогла выдать из себя ничего умнее. Существо под два метра ростом свысока глянуло на мелкую призывающую. Арууке изо всех сил старалась не дрожать от устрашающей ауры. У стоящего перед ней нечто были длинные алые волосы, откуда торчали белые дьявольские рога. В больших, казалось бы, подведённых чёрным карандашом глазах в жутких бликах отливали жёлтые зрачки. Будто смазанные тёмной помадой тонкие губы были сжаты в плотную линию. Крупные и острые, как у эльфа, уши подрагивали, точно улавливали каждый шорох в округе. На шеи у демона висело ожерелье, на котором, вместо милых драгоценных камушков, болтались вырванные у кого-то клыки. Новый призывной выглядел совсем не так, как Фавн. Если безглазый демон и был буквально нагим, с выпирающими, как у анориксички, рёбрами и со свисающей со всех конечностей кожей, то этот, в свою очередь, был сравним с человеком-готом: с чёрной накидкой, у которой на вороте и концах рукавов были крупные вороньи перья, майкой-сеткой, закрывающей накаченное тело, рваными штанами и крупным золотым поясом. «Только бы не убил. Только бы не убил. Только бы не убил…» — Икуроми натянуто улыбалась. — Кто меня призвал? — раздался довольно приятный на слух голос, низкий, но галантный. Демон, полностью проигнорировав ранее заданный вопрос, крутил головой из стороны в сторону, но ничего, кроме растительности и Икуроми, не видел. Он снова посмотрел на Ару и, нахмурившись, спросил: — Ты, что ли? — Да, немного, — нашла, что ответить Колоонзо. «Точно считает меня какой-то букашкой. Нужно произвести на него какое-нибудь впечатление!» — Извините. Хотела призвать другого демона, но, видимо, дала слишком много чакры. Со мной такой бывает: часто заносит… — Вот как. — Он просканировал её едкими жёлтыми глазами. — У тебя странная аура, никогда не встречал такую. Назовись. «Он видит ауры? Что-то новенькое…» — Ару довольно улыбнулась. — Арууке Метытова. — Демон приподнял бровь, так как иномирянские имя и фамилия резали слух так, как, например, если бы кто-то говорил с человеком на мягком английском и вдруг резко перешёл бы на жёсткий немецкий. — Я прибыла из другого мира, можно даже сказать, что из другой вселенной. Но здесь, в Мире Шиноби, меня все называют Икуроми Колоонзо. Рогатый прищурился и сделал шаг навстречу своей призывающей. Сердце Ику пропустило удар, испуганно сжалось и трусливо убежало в пятки. Дьявол продолжил шагать, пристальным взглядом изучать девушку, нарезая вокруг неё круги. В один момент Колоонзо заметила за его спиной огромный меч и еле сдержалась, чтобы не присвистнуть от внушительного оружия. — Верю. — Он вдруг остановился на том же месте, где и появился изначально. То страшное напряжение, что всё это время висело в воздухе, неожиданно спало. Ару облегченно выдохнула. — Да. Я один из представителей Демонического Округа. — А как тебя зовут? — У демонов не бывает имен. — Как это? — Это у вас, людей, есть имена. И все потому, что вы сами не знаете, кто вы такие. А мы знаем, и поэтому имена нам не нужны. — Вот как…— Вид иномирянки стал совсем задумчивым. — Тогда как мне тебя называть? — Придумай. Мне всё равно, — сказал демон и, давая Ару время на размышления, медленно стал озираться по сторонам. — Мир Шиноби, значит. Давно здесь не был. Он вновь зашагал, но далеко от призывающей не отходил. С интересом в глазах демон вылез из тени дерева и, испытав на себе весь гнев всё жарящего солнца, тотчас отступил. — Где именно мы находимся? — задал он вопрос, обернувшись к Икуроми. Та вздрогнула и незамедлительно ответила: — Вроде бы недалеко от деревни, скрытой в Траве. — Кусагакуре… — задумчиво прошептал демон и ненадолго ушёл в свои мысли. Когда что-то для себя решил, то снова обратился к девушке: — Придумала имя, Икуроми? — Ну-у… Думаю, тебе вполне пойдёт имя «Акира». — Ясно. — Он даже не моргнул. Такая мелочь, как имя, действительно не волновала его. — Зачем ты меня призвала? — Я? — Арууке запнулась, вспоминая, чего же ей и вправду надо было. — А, точно. Я хотела поговорить с Фавном, но случайно призвала тебя. Ты, кстати, знаешь его? — Кого? — не понял Акира. — Фавна, — повторила Ику, но внезапно вспомнила, что имя Фавну дала именно она, следовательно, Акира его не знает. ― Он, кажется, живет на нижнем уровне Демонического Округа. Дрыщавый такой, с красными глазами на ладонях. Не думаю, что его можно с кем-то перепутать. — Лес, — понятливо кивнул красноволосый. — Знаю его. «Раньше люди звали меня по разному: земля, вода, огонь, воздух, лес…» — всплыли в памяти слова безглазого демона. Икуроми поражённо вскинула брови. «Значит, не только люди так его называли…» — Раз уж ты пришёл вместо Фавна, то и говорить я буду с тобой. — Собравшись с силами, иномирянка начала свой скромный монолог: — Я владею знаниями, которые в будущем помогут мне и моим подругам спасти этот мир. Скоро наступят тяжелые времена, развяжется мировая война, которую нужно предотвратить, пока есть время. Мои потенциальные противники обладают безграничной силой, сравнимой с силой божества, поэтому мне нужна помощь демонов. — И ты хочешь, чтобы я помог? — Именно. Расскажи мне о своих способностях, а также, если ты в курсе, то и о способностях Фавна. Ещё неплохо было бы узнать, каких демонов, кроме вас двоих, я могу призывать. Это я так, на пожарный интересуюсь, чтобы в грядущих боях не вышло нестыковок… О, также хотела спросить о тонкостях создания одной техники. И да, как мне можно будет попасть в Демонический Округ. Думаю, я смогу потренироваться там, хотя бы на нижнем уровне, ведь время, насколько я знаю, у вас идёт быстрее, чем здесь, что очень удобно и выгодно. Видимо, Акира долго не говорил с людьми, оттого выплеснувшиеся на него человеческие слова очень трудно переваривались ему. Он тихо вздохнул. Явно понял, что разговор будет долгим. — Хочешь, можем присесть. — Колоонзо кивком указала на траву и улыбнулась.

***

Был уже поздний вечер, когда Какузу добрался до места, где он чувствовал чакру своего горе-напарника. Остановившись перед каким-то одиноким деревом, казначей глянул на Мацураси, стоящего и почесывающего затылок, раздражённым взглядом. Он только пришёл, а Хидан одним своим видом уже бесил его. — Какузу? — заметил напарника язычник. Как и ожидалось, джашинист побежал на него с криками, матами и косой. Какузу легко уворачивался от свирепых атак до тех пор, пока Мацураси не остыл. Тот вмазал было по бесстрастному товарищу, но, увы и ах, не попал и воткнул все три лезвия косы в землю. — Сука, ты где пропадал?! — Не твоего ума дело, — в своей типичной манере выдал Какузу и огляделся. — Где Колоонзо? — Мне откуда, блять, знать, я ей не мамка… — Хидан вытащил своё излюбленное оружие и закинул его к себе на плечо. — Проснулся — смотрю, а её, Джашин подери, нигде нет! — Вообще-то я здесь, — махнула рукой подходящая к напарникам Икуроми. — Привет, мальчики. Какузу, с приходом. Казначей вперил в неё пронизывающий взгляд, который она чудом вытерпела и не дёрнулась. Какузу нахмурился: он ясно чувствовал тёмную ауру, исходящую от напарницы, и не мог понять, откуда она взялась. — Где ты шлялась? — Хидану вежливости не занимать. — Не «шлялась», а «была», — тактично поправила Ику. — Я тренировалась неподалеку. Кхм… А у тебя тут новый друг, я смотрю… — Она с грустной неприязнью посмотрела на тушку, которую нукенин Водопада держал одной рукой и, видимо, волок по земле всё это время. Мацураси с такой же брезгливостью обратил внимание на труп. — Идемте, — снизошёл до них Какузу и отправился в путь. — Зайдем на чёрный рынок, а потом займемся выполнением миссии. — Контрабандный пункт, значит… — тихо произнесла Арууке. Она взглянула на еле различимый в темноте силуэт тела, женского или мужского — непонятно. — Какой ужас… — Какузу, а ты не охуел приказывать?! — прокомментировал джашинист главенство напарника. — Блять, как же ты меня бесишь! Названный лихо игнорировал неугомонного. Икуроми решила попытать удачу и, подойдя к финансисту организации справа, спросила его: — Какова же наша миссия? — Сопроводить торговый караван, идущий с Страны Железа, — не медля ответил Какузу. Ару, считавшая Акацуки нереально крутой преступной группировкой, выполняющей кровавые и ужасные задания, такого поворота не ожидала. Собственно, как и Хидан. Он мгновенно взъелся: — Сопровождение каравана? Пейн совсем охренел отправлять нас на такие детские миссии? Мы для него что, сборище генинов?! — Приказы Лидера не обсуждаются. Так что заткнись, Мацураси, иначе оторву тебе голову. — Знаешь что, Какузу? — сквозь зубы процедил пепельноволосый. — Съешь хуй. Какузу резко остановился. Хидан, довольный реакцией напарника, ухмыльнулся. Арууке обреченно прикрыла глаза. «Чувствую, до каравана мы доберёмся не скоро. — Икуроми интуитивно отступила на несколько шагов, завидев, с какой злостью горят зелёные глаза развернувшегося к своим товарищам казначея. — Или вообще не доберёмся…» Как ни странно, но всё обошлось, к тому же без потерь. Колоонзо не следила за временем, но была уверена, что прошло достаточно много часов, прежде чем они добрались до точки торговли. Она с недоверием смотрела на каменную башню высотою в пятиэтажное здание. Хидан также не блистал энтузиазмом находиться в подобном месте. Какузу же, напротив, стремительно шёл ко входу в виде железной двери. Акацуки легко зашли внутрь. Кругом витали песчинки пыли, стоял запах прогнившего мяса, сено хаотично валялось там и сям, железные баки с засохшей синей субстанцией были кем-то очень давно перевёрнуты. Здесь было жутко — Ару поёжилась. Она думала, что сейчас они поднимутся по лестнице, но Какузу, вопреки её ожиданиям, подошёл к самому тёмному углу помещения и коснулся грязной стены ладонью. В каменном полу вдруг образовалась дырка — это открылся безо всяких там взрывов, сверканий, хлопков, дыма и других шинобивских спецэффектов потайной ход. Казначей прыгнул в открывшуюся у его ног дыру. Хидан, матерясь, отправился следом. Икуроми страдальчески подумала, что не подписывалась быть черепашкой-ниндзя, но всё равно последовала за напарниками. Члены Красной Луны гуляли по канализации, углубляясь в неё. — Пиздец какой-то… — констатировал Хидан, морщась от вида облепленных некой слизью стен. В этом полной воды и неприятных запахов месте был ещё один проход, который привел напарников в жуткую комнату с многочисленными ящиками, как в морге. Помимо этого, здесь стоял обыкновенный письменный стол с неаккуратно сложенной стопкой бумаг, а за ним сидел странный мужчина, бледный,большеглазый, с маленьким носом и пухлыми, будто накаченными ботоксом губами. — О, Какузу-сан! — Он вскочил с места. Какузу смерил его надменным холодным взглядом, как и любого другого смертного. — Прошу вас, прошу! — Бледнолицый поклонился, выдвинул один из ящиков и кивнул на него. — Кладите! Казначей положил мёртвое тело своей жертвы на выдвинутый поднос. Большегубый в мгновенье выудил из кармана своей накидки книжонку, очевидно, «Бинго» — ту самую, в которой подробно расписана информация о заядлых отступниках и цены за их головы. Мужчинка залистал её, ища что-то и одновременно кидая взгляд на тушку. Видимо, пытался установить личность умершего. — Неплохо, Какузу-сан, очень даже неплохо! — восхитился он, вглядываясь сначала в нужную страницу, а потом в мертвеца. — Значит, с меня сейчас двадцать пять миллионов… Пара секунд — и перед финансистом Акацуки уже стоял железный чемодан, который тот незамедлительно открыл и узрел огромное количество зелёных бумажек. В ядовито-зелёных глазах появился несвойственный их обладателю восторг, однако выражение лица Какузу всё также оставалось флегматичным. Икуроми тяжело выдохнула. Ей сейчас как никогда нужно идти тренироваться, но, вместо этого, она ошивается в морге. Кожу живота стало жечь сильнее — иномирянка, поморщившись, приложила ладонь к больному месту. Это была уже вторая по счету поставленная за эту жизнь печать, но в этот раз её поставили не ирьенины, а демон. Арууке прикрыла глаза, вспоминая их с Акирой недавний разговор… «Не каждый день меня вызывает иномирянка, хотящая победить мать Ооцуцуки Хогоромо — Кагую… — красноволосый выглядел довольным, как чёрт. — Что же, я поделюсь с тобой своей силой. — Спасибо. Значит, теперь я могу призывать тебя в любой момент? А ты точно поможешь мне в битвах? — Рассчитывайте на меня, Икуроми-сама. — Демон отчётливо выделил суффикс, который ранее не использовал по отношению к призывающей, и перешёл на уважительный лад. — Вы можете использовать Технику Призыва, чтобы я явился к вам в своей физической оболочке. Но есть и другой способ вызвать меня… — И какой же? — заинтересованно спросила Колоонзо и вздрогнула, заметив недобрый блеск в жёлтых глазах Акиры». — Короче, мы подождём снаружи… — Воспоминания оборвались в ту секунду, когда Хидан схватил её за запястье и наглым образом потянул за собой. — Эй! — Ару споткнулась о неизвестно что, не успевая шагать в темп с напарником, но не упала благодаря его крепкой хватке. — В чём дело? — Да заебался я стоять там и вдыхать запах трупаков! — проскрипел Мацураси, даже не оборачиваясь. — Тем более этот мудак Какузу ещё собрался пересчитывать полученные деньги. А их там двадцать пять миллионов, вашу ж мать! Не успела Колоонзо и что-то сказать, как джашинист притянул её к себе, рукой обхватил талию и оттолкнулся вверх. Икуроми в испуге зажмурилась, когда потеряла из-под ног землю, а вновь почувствовав её, пошатнулась и едва не свалилась. Оглядевшись, она обнаружила себя у входа в башню среди железных балок и той самой дырки. — Не обязательно было меня так подхватывать, я и сама могла подняться, — самоуверенно фыркнула девушка. Нукенин молча смотрел ей в глаза, при отсутствии белка готовые слиться в окружающим мраком, и прерывисто дышал. Арууке не обладала достаточной выдержкой, чтобы выдержать на себе настолько пристальный взгляд, и оттого уставилась в пол. — Можешь отпустить меня. Я никуда не убегу, если тебя это беспокоит. Он действительно до сих пор сжимал её запястье и прижимал к себе. Мацураси хмыкнул, оттолкнул от себя недалёкую девчонку и скоропостижно ретировался из башни. Икуроми снова осталась наедине со своими мыслями.

***

Какузу задерживался. Опять. Хидан отдыхал в тени дерева. Опять. Икуроми тренировалась где-то неподалёку. Время шло, а у этих Акацуки ничего не менялось… Иномирянка расстегнула плащ и приподняла футболку: на животе красовалась будто татуировка в виде замудрённой печати, как у джинчуурики, ещё красноватая ввиду недавнего создания. «Это позволит вас вызывать мою ментальную оболочку, которая на протяжении какого-то времени будет защищать вас…» — Вспомнились слова Акиры. Арууке поморщилась, вспоминая, что произошло перед тем, как Какузу явился к ним с мёртвым человеком в руках. «Куда я могу поставить вам печать? — Жёлтые глаза опасно блестели. Ику понимала, что подписывает договор с дьяволом, но отступать было поздно. — На живот. Ей пришлось задрать футболку, попутно заметив, что та печать, что когда-то поставили ей шиноби Кумогакуре, уже исчезла, как видимо, не так давно, но вовремя — не то пришлось бы умещать на своём теле аж две татушки. Демон поднёс свою громоздкую когтистую ладонь к животу. На кончиках его пальцев вспыхнули синие огоньки. — Будет больно, — не стал он обнадёживать девушку и, прежде чем она успела осмыслить услышанное, прикоснулся огнём чакры к нежной коже. Арууке закричала, но тут же закрыла себе рот и крепко-накрепко сжала зубы. На зажмуренных глазах стояли так и не упавшие слезинки. Рогатый довольно расплылся и продолжил выжигать странные символы на человеческой коже». — Что же… — Ару выставила перед собой правую ладонь и, повторяя за Акирой, вызвала на кончиках пальцев огоньки чакры. — Посмотрим на результат той страшной пытки… Иномирянка закрыла глаза и на обречённом выдохе ударила себя в живот, впившись пятью огоньками в края печати. Слезинки всё же вырвались и горестно потекли по щекам. Следуя наставлениям демона, Икуроми «крутанула» рукой по часовой стрелке и тем самым активировала печать. Секунда — и около семидесяти процентов чакры просто улетучилась далеко, надолго и безвозвратно. Девушка бессильно упала на колени. «Какого чёрта…» — только подумала она, как её вдруг подняли. Нет, не на руки, не за волосы, не за шею и прочие конечности. Просто подняли на ноги. Колоонзо, помимо утраты большей части своих жизненных сил, чувствовала, будто что-то поддерживает её, не давая упасть. «Акира?» — мысленно предположила Арууке и тут же получила утвердительный ответ. Она оглянулась назад и увидела за своей спиной нечто жуткое и чёрное, нависавшее над ней, как злой дух. Постойте… Если приглядеться, то в этом двух метровом создании и вправду можно различить Акиру, только вот не такого, как раньше: волосы, одежда, пояс, кожа — всё стало чёрным. Складывалось впечатление, будто это был не сам он, а лишь его ожившая тень. «Моя ментальная оболочка, — раздался в голове голос, хриплый и низкий. — Вы совсем без сил. Не беспокойтесь, столько энергии ушло из-за того, что печать была активирована в первый раз». «О таком заранее предупреждать надо! — возмутилась Арууке. — Как же я в таком состоянии пойду? Какузу обязательно заметит, что я ослабла…» «Не волнуйтесь. Я помогу. Я буду находиться за вашей спиной до тех пор, пока не кончатся мои силы, или вы не дезактивируете печать». «А через сколько закончатся твои силы? — уточнила Колоонзо на всякий случай. Ответа не последовало, Акира вдруг смолк. — Что, уже закончились?! Так быстро?!» «Сзади». — Сзади? — вырвалось у опешившей Ару. Она обернулась и в одно мгновение увидела летящее в неё оружие, успеть защититься от которого по-любому бы не смогла. Зато это сделал Акира: он вовремя поймал кунай в нескольких сантиметрах от правого глаза своей ошарашенной призывающей. Демоническая чёрная ладонь сжалась, разломав шинобивский ножик на две части. — Тс, черта с два! — гневно шикнул противник, вмиг появившийся со своей бандой в паре метрах от Икуроми. Та хотела совершить атаку Недочидориганом, то есть Шаровой Молнией, и начала было собирать энергию Райтона в правой ладони… Однако всё тщетно. Чакры после активации печати осталось катастрофически мало, да так, что ни на одну стихийную технику не хватит. — Кто вы? — громыхнула Колоонзо тоном Какузу, стараясь заверить врагов, что находится в прекрасном состоянии, хотя на самом деле была без сил и держалась на ногах исключительно благодаря Акире. Он был её единственной надеждой не умереть, если вдруг развяжется бой. А он, судя по интуиции, обязательно развяжется. Кинувшим в иномирянку кунай оказался молодой парень примерно того же возраста, что и сама девушка. Он был брюнетом, высоким, хорошо сложенным, с самовлюблённым напыщенным взглядом. Позади него крылось шестеро других парней, четверо из которых были дрыщиками, почти как Фавн, и смотрели на Арууке так, что она сразу поняла, что её бояться и опасаются. Оставшиеся двое держались в самом конце, они были смуглыми, коротенькими, накаченными, но, очевидно, глупенькими. Одежду сей группировки Икуроми узнала незамедлительно и от этого насторожилась всем телом. «Фиолетовые пояса… Ошибки быть не может. — Колоонзо нахмурилась. — Эти люди — приспешники Орочимару».