Чего только не бывает в другом мире!

Жанна расползлась в противной змеиной улыбке, почти такой же, как у Орочимару. Душа переполнилась радостью, сердце бешено стучало в предвкушении следующих событий, глаза не могли нарадоваться самому катастрофическому из всех когда-либо существовавших катастрофических обломов врага в лице Колоонзо. Ах, чего только стоило одна рожа Икуроми, исказившаяся в гримасе гнева и отчаяния одновременно! А оттенки растерянности и недоумения в чёрноте глаз старшей из сестёр вводил Гецорию в экстаз. — Не верю, — Арууке старалась говорить как можно спокойнее, но эмоции брали вверх. Внезапно она сорвалась на крик: — Не верю! Хотелось крушить, хотелось ломать, хотелось заехать до костей пропитанным чакрой кулаком в морду Мицуми. Той самой Мицуми, большую часть своей жизни являющейся лучшей подругой Колоонзо. Той самой, что сейчас стояла среди членов команды Кобура. Той самой… — Удивлены? — ласково поинтересовалась Жанна, наслаждаясь представшей картиной. — Не ожидали, что Айдайка перебежит на нашу сторону? — Ты лжёшь! — Самообладание медленно, но верно умирало. Ику зверела: — Ты всё лжёшь! Это твоё гендзюцу! Мицуми действует не по своей воле! — Так уверена в этом, Ару? — Ехидность в глазах Гецории. Такую обезображенную яростью Арууке ещё никто не видел, и это зрелище весьма забавляло. — Так и быть, скажу правду: Айдайка действует строго по своему желанию. Я руку к этому не прикладывала, уж поверь. — Я не собираюсь верить тебе! Ты лжёшь! Ты всегда лжёшь! — Голос старшей Колоонзо вконец сорвался и охрип. Зрачки её свирепо подрагивали. — Это… — Правда, Икуроми, это правда! — прокричала Жанна. — Я, может, не такая уж и святоша, но врать не люблю. Почти. Что, всё ещё не веришь? Реально так уверена в своих доводах? Так давай поскорее разрушим их, не ругаясь и не споря. Просто спросим всё у самой Мицуми…  Жанна насмешливо покосилась на подле стоящую одноклассницу. Словами невозможно описать душевное состояние Фукусаны, но вот внешнее — вполне осуществимо. Она выглядела, как зашуганный кролик: плечи вжаты, голова опущена, руки плотно по швам. Айдай испуганно глядела в землю и очень, очень боялась поднять взгляд на Колоонзо. До дрожи боялась увидеть там презрение, гнев и откровенную ненависть, обращенные к ней за своё… предательство. По всем известным этому миру шаблонам, когда она выскочила из леса, то должна была направиться в сторону двух Акацуки, ужасно гордым своей маленькой победой над Тамерланом. Но, к их невероятному удивлению, Мицу вдруг замешкалась, остановилась и… сменила курс. Побежала к довольным ситуацией Кобура. Просто взяла и внезапно сменила себе союзников. «Смотри на меня. Не молчи. Не смей молчать, Мицуми!» — тряслась от коктейля эмоций Икуроми. Подруга не собиралась отвечать и что-либо предпринимать в целом. Ару тоже не знала, что делать и как себя вести. Неужели ей сейчас нужно заорать? Может, заплакать? Начать крушить всё подряд? Захлебнуться в злости? Или потеряться в жуткой обиде? Уголки губ, подрагивая, то поднимались, то опускались, словно Колоонзо не могла решиться, улыбаться ей или наоборот. Глаза бегали туда-сюда, пытаясь найти ответ на поставленный перед вопрос. Видимо, это удалось сделать. Арууке пришла к выводу, известному только ей, а следом, к всеобщему недоумению, рассмеялась. Стоило пару раз поморгать, как застывшие в глазах слёзы потекли по щекам. Смех вдруг прекратился. Икуроми горько усмехнулась и, не убирая пронзительного взгляда от Мицу, затравленно изрекла: — Какого хрена, Фукусана? — А в голосе и боль, и обида, и удивление, и гнев, ещё сдерживаемые остатками мученически погибающего самообладания. Но силы были не резиновыми, а виноватый вид Айдай заставлял их сильнее дрожать по швам. Фукусана поджала губы, сильнее вперила взор в землю, крепче сжала подол кофты в ладонях — вела себя, как провинившийся ребёнок перед родителем. — Отвечай. — Арууке выдавила это из себя грубо и жестко. Она порывисто дышала. Злостно пульсировала вена на шее. Айдай молчала, будто и не собиралась давать ответ, как и не собиралась оправдывать себя и свои действия. Это всё. Закончился обратный отсчет до взрыва. — ОТВЕЧАЙ! — взревела Арууке, и рёв её пронёсся по всей равнине. Мицуми пошатнулась. Испуг заставил её поднять голову и… потерять дыхание, столкнувшись с глазами Ику. И без того всегда чёрные, сейчас они казались бездной, ледяной, бездонной, устрашающей. Мицу всем телом вздрогнула и втянула плечи ещё сильнее. — Какого хрена ты молчишь? — Даже на расстоянии в шесть метров ощущалась её обезумевшая от гнева аура. — Какого хрена ты стоишь среди них?! Отвечай! — Мне жаль! — выпалила Мицу и горько расплакалась. Слёзы катились одна за другой, оставляя на щеках влажный след. Судорожные всхлипы вырывались наружу, из-за чего девушке пришлось зажать себе рот двумя руками. Теперь всхлипывания будто заменил глухой кашель. Опозоренный проигрышем Тамерлан страдальчески закатил глаза. Его раздражали подобные сентименты. Тзиппа с Ренаттой, как и Жанна, безотрывно следили за событиями. Это, наоборот, их веселило и интриговало. Айым не смотрела на эти разборки. Не могла. «Мне должно быть плевать на них, ведь прошло целых пять лет… — Аи из-под полузакрытых глаз смотрела то на Икуроми, то на Мицуми. — Но почему… почему же, черт возьми, мне так плохо от их страданий?» — Ей просто надоело, Ару, — вмешалась Жанна и лукаво улыбнулась. Икуроми хоть и не сводила пронзительного взгляда с лучшей подруги, но краем уха всё же внимала её словам. — Айдайке надоело быть частью Акацуки. Она устала поддерживать вас, Колоонзо, устала беспричинно убивать, устала быть в кругу безжалостных убийц. Устала. Ей на-до-е-ло, понимаешь? — Ей не место в такой компании уродов, как Акацуки! — Тзиппа подала надменный голос, смотря свысока. — И держалась она только ради вас, эгоисток. Вы хотя бы раз задумывались, каково ей находиться в вашей сраной организации? — Следи за своим поганым языком… — выцедила Арууке. — Следит, прекрасно следит, — парировала Гецория. — Слушай, Ару. Ты когда-нибудь задумывалась, чем заставляешь заниматься свою родную сестру и подругу? Быть преступницами? Убийцами? Изменить ход событий? Из-за привязанности к мужчинам погубить целый мир? Уничтожить всех людей? — Привязанность? Уничтожение? — рассерженно повторила за ней Икуроми. — Ты понимаешь, что за хуйню несешь? — Аруша, мне прекрасно известно, что вы собираетесь изменить так называемый «канон»… — Жанна драматично склонила голову набок. — Ты ведь хочешь спасти Хидана от смерти? Сасори? Пейни? Остальных? — Она рассмеялась. — Благородно, я аплодирую стоя! Но Ару, девочка моя, ты ведь не думала о последствиях! Не задумывалась, что если ваши акацучики останутся в живых, то их план Красной Луны воплотится в реальность и весь Мир Шиноби помрёт к чертям! — Не тебе осуждать ещё несовершенные действия. — Лютая ненависть в голосе старшей из сестёр. — У меня больше знаний о каноне, чем у тебя, и… — Плана нет, — обрезала Гецория. Её лицо вмиг стало серьёзным. — У тебя нет никакого плана, Арууке. Ты ещё сама не решила, кого будешь спасать, а кого — нет, в какие события вмешаешься, а какие оставишь нетронутыми. Ты не владеешь ни одной ситуацией, ты не подготовлена. И если что-то вдруг пойдёт не так, ты даже не сможешь проконтролировать и всё подорвётся. — Хочешь сказать, план есть у тебя? — Икуроми в иступлении сжала руки в кулаки. — Ещё какой и уже давно. Более того у меня есть цель, и я активно стремлюсь к ней. Мои мотивы девственно чисты: я хочу сделать этот страшный мир чуть лучше. И для этого мне нужно, чтобы события текли своей чередой и всё шло, как должно быть. А вы, Колоонзо, можете помешать всему этому. — Тогда с хрена ли тебя сдались Аса и Мицуми? — Такая безмозглая! — Ренатта сделала чрезмерно умный вид. — Тебе было сказано, что Фукусана по своей воли пришла к нам. Она просто вас ненавидит, так сложно понять? Колоонзо ошарашенно взглянула на названную. Айдай снова стояла, опустив голову, скрывая свои глаза, и молчала. Молчала, значит, не отрицала. Значит, была согласна со сказанными Ренаттой словами. Ненавидит. Икуроми пошатнулась, одной рукой схватилась за голову. Ненавидит. Удар по сердцу. Ненавидит. Сознание мутнело с каждой секундой. «Ненавидит?» — В Арууке что-то умерло. Тамерлан откровенно наслаждался этой сценой, боль старшей Колоонзо была его счастьем. Ренатта с Тзиппой с ухмылками переглянулись. Жанна не убирала с лица улыбки. Айым закрыла глаза и взмолилась, чтобы всё это поскорее закончилось. Одно только присутствие бывших подруг давило на неё, а их разбитый дух убивал и её. Резкий всплеск энергии почувствовали абсолютно все. Волосы Арууке встали дыбом, по всему телу прошлись электрические заряды, в радиусе метра зашаталась земля — от отрицательных эмоций силы иномирянки в разы увеличились и сдерживать Райтон стало невозможно. — Это ты… — сотрясала округу Ару, ослепленная гневом, смотря на Жанну. — Ты ей что-то внушила. Это ты! Всё ты! — Не можешь принять правду? — смеялась Гецория. — Никак не признаешь свой эгоизм? — Заткнись, Жанна! — Она обнажила свои клинки. Кобура приготовились к контратаке. Безумная Икуроми уже собралась ринуться на них, но… — Хватит. Такого бесцветного голоса и стеклянного взгляда у Шизуй ещё никогда не было, по крайней мере подобного никто не мог припомнить. Она всё это время молчала, не двигалась, делала вид, будто её и вовсе здесь нет. Однако сейчас, за секунду до необдуманного порыва сестры со всеми вытекающими из этого неблагоприятными последствиями, она твёрдо вытянула руку в сторону, преграждая путь к врагам. Телегей действовала подобно вытрезвителю. С глаз спала проклятая пелена необъятной злости — Арууке очнулась и кристально чистым, удивлённым взглядом уставилась на Тюку. В один момент по телу прошла дрожь от страшной мысли, что и имото ополчилась против неё. — Шизуй… — Без лишних слов ясно, что она умоляет и молча просит: «Хоть ты не оставляй меня… Не предавай…» Раньше Икуроми никогда бы не посмела думать о подобном. Да чтобы Шизуй, её двойняшка, предала? Абсурдней мысли ещё не бывало. Однако… Мицуми, человек, стоящий на втором месте в её жизни, только что перешла на фронт врага. Это окончательно подорвало уверенность. Теперь Ику попросту не знала, чего и от кого ожидать. Но это не Мицу. Это Шизуй. Это совсем другой человек, с другими стереотипами, идеологиями и… поступками. — Хватит, говорю. Мы — Колоонзо, и мы выше того, чтобы драться со всяким сбродом. Лицо Тамерлана и Тзиппы вытянулись от злости, и легко было понять их возмущенную мысль: «Как она нас назвала?!» Айым искренне удивилась тому, как хладнокровно Тюке удалось принять предательство Айдай. До этого она могла поклясться чем угодно, что именно младшая из сестёр бурно, громко и излишне эмоционально перенесёт это. Тем не менее всё произошло как раз наоборот. — Шизуй… — Вконец рухнула защитная оболочка. Старшая расплакалась тихо, без всхлипов. Плечи её поникли, голос стал совсем не слышным. Сильная и уверенная Икуроми была морально ослаблена и вдребезги разбита. Мицуми, теперь с Кобура, что значит, и против Колоонзо. Телегей, обычно улыбчивая и вечно оптимистичная, на этот раз холодная и равнодушная. Мир точно сошёл с ума. — Просто вспомни, черт возьми, нашу цель. Мы пришли вернуть Асу. Слёзы и крики оставь на потом. А сейчас… давай побыстрее со всем покончим. Сёстры будто поменялись местами: Арууке стала младшей, а Телегей — старшей. Ведь последняя сейчас вела себя наиболее подобающе, чем и впечатлила Жанну. Гецория загордилась Шизуй, будто она была её сестрой, в то время как остальные Кобура лишь накипали и грезили о бое. Шизуй принялась выполнять манипуляции руками с намерением использовать технику, но в середине умудрилась сделать ошибку в печати Кролика. Дзюцу прервалось, не успев и начаться. «А в душе ты не такая спокойная, какой хочешь казаться внешне», — расплылась наблюдательная Жанна. Шизу стиснула зубы и поспешила повторить процесс. У неё тряслись руки. Доли секунд — и она выдала: — Футон: Порыв ветра! Кобура разбежались в разные стороны от мощного потока воздуха, как тараканы от смертельного спрея. Гецория затаила дыхание, предвкушая достойную битву. Иномирянскую битву.

***

— Тори! — Невольно вырвалось имя врага. Икуроми попыталась разглядеть одноклассницу за те доли секунды, что у неё были. Взгляд абсолютно чёрных глаз затухший, бледные губы плотно сжаты в тонкую линию, выражение идеального, будто мраморного лица непроницаемо. Чрезмерно добрая и милая Мишка (так величал её почти каждый) стала пустышкой, точно превратилась в покладистую куклу. Точнее, в марионетку. Тори столкнулась с Ику самой первой и сейчас прилагала все силы, чтобы проткнуть её кунаем. Колоонзо еле успевала уклоняться и с трудом отражала молниеносные удары. «Это больше не Мишка. Так или иначе, чего бы с ней ни сотворили, я обязана её обезвредить…» Видимо, не судьба: к Тори прибежала подмога в лице неустанного Тамерлана, всё жаждущего размазать кого-то (Колоонзо) по земле, и Ренатты, лютой противницы Ару ещё со времён начальной школы. Арууке отскочила от врагов на пару метров — этим самым она выиграла себе пару секунд, вынула клинки из ножен и зарядила их энергией Райтона. По серебряному окладу в одно мгновение прошёлся ток, и теперь парное оружие вовсю блистало молнией. Время иссякло. Враги стремительно наступали. На Икуроми набросилось аж три оппонента, потому она и решила всем телом облачиться в лёгкий покров Молнии. «В лёгкий», ибо так менее затратно — всё-таки впереди ещё целый бой, и чакру необходимо экономить. Ускорив себя таким образом, Ару успешно миновала пару-тройку гневных ударов Тамера, а затем с защиты переключилась на нападение и в полную силу начала использовать свои клинки. Тамерлан не сдавался, атаковал рьяно и отчаянно, вкладывая все силы в каждый кулачный удар. Шинобивские ножики и прочее он с собой не носил, так как считал себя слишком крутым для подобной фигни. Это его сейчас и подвело, ведь идти на клинки с голыми кулаками — себе дороже. Неловкий размах — и вот заряженное током оружие Ику хлестануло ему по руке. Парень вскрикнул (ему всегда тяжело было выносить даже плевую боль), ушёл в сторону от бойни и в ужасе схватился за окровавленную кисть. Он едва не лишился пальцев. — Стерва… — с ненавистью прошипел Тамер, одичавшими глазами впиваясь в Арууке, еле успевающую уклоняться от стремительных ударов Ренатты и Тори. Первая — мастер по оружию, вторая — быстрейший член Кобуры. Неудивительно, что Ару уже умудрилась пропустить несколько ударов и получить ранения. Тамерлан усмехнулся. В отличие от Колоонзо, у него есть регенерация, доставшаяся ему при переходе в этот стрёмный мир. Он кое-как стерпел это отвратительное чувство, эту боль, восстановился и, придя в нормальное состояние, решил продолжить битву. Но фиг ему с маслом. Битва была чисто женской. Икуроми пуляла молнией направо-налево, Ренатта с убойной скоростью махала своими специальными ножиками, Мишка билась кунаями. Бедному Тамеру было некуда пристроиться. С какой стороны ни подойди, с какой ни атакуй — сам поранится, нежели заденет противницу. Парня это взбесило не по-детски. Тамерлан сконцентрировался (неизвестно, как это возможно с такой-то нервной системой), что-то прошептал себе под нос и, затратив большую часть чакры, с громким криком ударил ладонями по земле. И снова эта ползучая хрень с символами. — Фавн подери! — вскрикнула Ару, краем глаза завидев уже знакомое дзюцу, голодной змеёй ползущее к ней. Она хотела повторить игру в догонялки с этой странной техникой, но… Слишком много ударов. Тори и Ренатта стояли спиной к Тамеру, не видели приближающегося нечто и потому продолжали порывисто атаковать всем режущим арсеналом. Арууке не могла остановить бой ни на секунду. «Он ведь не подорвёт своих же товарищей? — Взгляд Икуроми в какой миг пал на символы, остановившиеся прям возле неё. Расширившись, они засияли. — Или…» Произошёл взрыв. В глазах Тамерлана вспыхнул огонь. Жутко довольный результатом, парень заулыбался. — Икуроми! — Шизуй в ужасе обернулась на страшный «БУМ». Она как раз вела бой неподалёку, как вдруг округу сотрясло. Теперь на том месте образовалась завеса из пыли. Ничего не было видно. Как там Ару? Жива ли? Телегей затаила дыхание. Она отвлеклась всего на пару секунд и совсем позабыла о своих противниках. Удар пришёлся в живот — младшую Колоонзо отбросило куда-то к деревьям. Благо, она не врезалась в один из столбов, а лишь проскользила спиной по земле. Шизуй согнулась пополам и судорожно пыталась вдохнуть воздух. Тщетно. Она задыхалась. Мучительно не могла сделать ни единого вздоха. Не шевелясь и не дыша, Тюка пролежала так, казалось, целую вечность. Из уголка рта текла кровь, падая на растрепанные, запачканные в пыли и грязи волосы, на свету яркого беспечного солнца имеющие приглушенно рыжий цвет. Потихоньку-потихоньку, но кислород всё же пробился в лёгкие. Телегей не порывисто, а совсем легонько, осторожно задышала, получая при этом приличную порцию боли. И диплом об окончании мед института не нужен, чтобы понять, что повреждён один из внутренних органов. Телегей, не смея разогнуться из погибели, с трудом поднесла руку к животу. Кисть её покрылась зелёным свечением. «Мне кажется, среди Шикуцуми должен быть медик. Может, подружишься с ирьениндзюцу на досуге, а, Шиз?» Не зря же анэ послушалась. Даже самая слабая медицинская техника сейчас оказалась весьма кстати. Зелёный свет дарил необычайное тепло и постепенно избавлял от боли. Через пару секунд младшая Колоонзо попробовала подняться на ноги, что у неё получилось без проблем. «А в нашем мире я бы после такого не смогла встать…» — сокрушительно заметила Тюка. Раньше она никогда бы не подумала, что Камиль, хороший малый со школы, добрый и ранимый пухлячок, сможет когда-либо ударить кого-нибудь, тем более её (а ведь они были в таких хороших отношениях). Да ещё и с такой страшной силой! Телегей сплюнула кровью на землю и вытерла рукой рот. «Как только не преобразовывает людей этот сраный мир…» — грустно подумала Шизуй и поскакала обратно на поле битвы, откуда её так беспардонно выпроводили.

***

«Не могу… открыть глаза…» — Икуроми глухо кашляла, лежа в эпицентре завесы из пыли. Как ни странно, но ничего не болело. Пока что. Хотя не суть, самое главное, что она жива и не лишена никаких конечностей. «Ещё бы, пылища такая, — констатировал Люцифер, а точнее, его ментальная оболочка, что совсем изредка могла материализовываться. И то, только чтобы отражать мелкие удары.„Тень“ демона почесала нос, шмыгнула и присела на корточки перед Ику. — Ты бы померла, жалкая смертная, если бы я тебя не спас». «Такова твоя работа. — Старшая Колоонзо задрожала, пытаясь подняться. Острая боль разразилась в районе правого плеча и бедра. — Тс, этот мудак подорвал нас троих… Засранец, не думала, что он посмеет…» «Призови же меня, — лилейным голоском пропел демон. Его голубые глаза обратились жёлтыми. — Я на мало что способен в такой-то оболочке. Мне нужно мое физическое тело из Демонического Округа…» Икуроми наконец полностью встала на ноги и вслепую зашагала куда-то. «Впереди целый бой, я не могу безалаберно тратить чакру, тем более на твой призыв. Ты не боевой, вряд ли чем-то поможешь». «Зато я умный, — обиделся он. — Я во многом шарю!». «Уймись. Против меня аж семь человек… с Фукусаной даже восемь. — Икуроми помрачнела. — Как она могла нас предать? Нет… не так. Как я умудрилась этого допустить? Просто немыслимо…»

***

— Придурок! Как ты посмел?! Как посмел?! — истерила Ренатта, а в унисон с ней сквернословила и Тзиппа. Тамерлан с еле подавляемой усмешкой выслушивал их. — Подорвал нас с Тори! Ублюдок! Тогда Мишка едва успела схватить Ренатту за шиворот и отскочить всего на два метра, как вдруг полоска с символами взорвалась. Пострадали девушки весомо: у одной обожжены руки и ноги, у другой — спина. Одежда превратилась в жалкие ошмётки ткани. И если Тори сидела на земле ровно и молча, смотря куда-то в пространство перед собой, словно происходящее никак не относилось к ней, то Ренатта неистово вопила, жаловалась сестре и Жанне на товарища. Айым, как и Мишка, абстрагировалась от товарищей и пребывала в своём внутреннем мире. Айдай вела себя, как мышка, и не издавала ни звука, как и Камиль, что околдованно стоял столбом и не двигался. — Вам ничего нельзя доверить! — обругала их любимица Змея. — Неужели нам с Аи придётся вмешаться в бой? Ах, а ведь я так хотела протянуть время до последнего. Или… вам всё же дать ещё один шанс, м? — Наступает, — кратко оповестила всех Акёми, оборвав Жанну, и кивнула куда-то в сторону. Кобура оглянулись. Действительно, Икуроми не спеша надвигалась на врагов. Вид у неё был не самый свежий: акацучьего плаща и в помине не было (видимо, выкинула его за ненадобностью), так что всем прекрасно было видно обожжённое плечо; на лице, рядом с левым глазом, кровоточащая царапина тянулась прямиком до щеки; ободранное красное колено хорошо дополняло прочие порезы, оставленные в бою против Ренатты и Тори. Так или иначе, Арууке держалась достойно: не хромала, шла ровно и свысока смотрела на врагов, не страшась их количества. Жанна усмехнулась. Резкая перемена Ару в лице её вдруг развеселила. Глаза старшей Колоонзо испуганно забегали по окрестности. Она не видела Шизуй. — Нападайте. — Голос Гецории была на удивление мягок. — Сейчас же. Повторять дважды не нужно было. Первыми понеслись куклы — Камиль и Тори, следом самый отчаянный — Тамерлан, замешкавшись, побежала и Тзиппа, а Ренатта, подумав, что народу и без неё хватает, продолжила отсиживаться. Жанна выжидала конкретного момента, чтобы вмешаться в битву, а пока просто стояла и со своей фирменной змеиной улыбочкой следила за событиями. Айым и Айдай даже не думали встревать. Однако, первая знала, что её очередь рано или поздно настанет. И если не сейчас, то ближе к концу. «Ты хороша. Но мой план прекрасней! — всё не сдавался Люцифер, голося в голове Ику. — Вними же мне…» «Отстань, не до тебя сейчас!» Икуроми неслась навстречу врагам. Завидев, что она складывает печать, Тамерлан фыркнул и тоже решил использовать дзюцу. — Райтон: Чёрная пантера! По Ару прошлись заряды молнии. Они приобретают чёрный цвет каждый раз, когда девушка смешивает обе чакры — синюю и красную, того мира и этого. Секунда — и вот с её руки слетел мощный поток энергии. Чёрная кошка опрометью бежала на Кобура. Тзиппа, Тори и Камиль, как по команде, отскочили в стороны, и только Тамер пошёл напролом. Он снова что-то прошептал себе под нос, в один момент резко остановился и ударил ладонью о землю — навстречу электрической пантере уже мчался непонятный четырехлапый зверь из чёрных символов. Был бы здесь Сай из команды номер семь, точно обвинил бы в плагиате на своих чернильных животных. Ару чертыхнулась. Нечто Тамерлана прошло сквозь её пантеру без последствий и спокойно продолжило наступать — молния её ни колышила. — Техника Призыва! — Тори впервые подала голос. Не мягкий и добрый, как раньше, а уже ледяной и равнодушный. Раздался характерный этому дзюцу хлопок, поднялась дымовая завеса. Когда она спала, на всеобщее обозрение предстали, как ни странно, три панды. Трехметровые панды. Очень злые панды. Вооруженные нунчаками панды. Одна из них, грозно зарычав, бросилась к удирающему от пантеры, как Джерри от Тома, Тамеру. Тот еле успел уйти в сторону, прежде чем громоздкий мишка прыгнул и, пользуясь силой тяжести, нагло приземлился на электрическую кошку. Призывной мужественно взял жуткий удар током на себя и, игнорируя черные разряды, больно бьющие кожу и поднимающие шерсть, направился к обомлевшей Икуроми. До этого момента ещё никто никогда не избавлялся от её техники таким экстравагантным способом. Арууке огляделась: один мишка и кое-как пришедший в себя от шока Тамерлан стояли впереди, другие две панды и Тори — слева, справа — замершее по команде непонятное творение Тамерлана, сзади — Камиль и Тзиппа. Икуроми окружена. Выхода нет, бежать некуда. — Вот и всё, Колоонзо! — кичливо сказал Тамер. — Наконец-то здесь и сейчас ты помрёшь! — Но ты всё ещё можешь отказаться от Акацуки и перейти на нашу сторону, — вдруг предупредила её Тзиппа. Парень, не ожидавший такой подставы, вмиг взъелся: — Она? В Кобура?! — Он нервно засмеялся. — Не смеши! Я Фукусану еле терплю, а ты ещё этой предлагаешь подобное! — Ну так что? — полностью проигнорировала его Тзиппа, более терпеливая к противнице. — Арууке? Услышав своё настоящее имя, Икуроми вздрогнула. Так странно было слышать его здесь, в Мире Шиноби, от одноклассницы. Однако, в лице она никак не поменялась. Предложение Кобура её не интересовало. Гордость и собственные идеалы ни за что не позволят Ару объединиться с подчинёнными Змея. — Ясно, — поняла её ответ Тзиппа. — Ты ещё пожалеешь об этом… Футон: Ядовитые иглы! — Колоонзо… — Тамер дико улыбнулся и вознёс руку, как Гитлер. Его непонятное создание ринулось на оппонентку. — Помри же! Икуроми прикрыла глаза. Похоже, на этом всё и закончится.

***

Айым пятилась. Её била дрожь. Айдай издала не то крик, не то писк и потеряла сознание, шумно упав на землю. Ренатта поморщилась и отвела взгляд. — А ведь я думала, победить тебя будет куда сложнее… — разочаровалась Гецория, обращаясь к тому, что осталось от тела давней подруги. Свежая трава была алой. Земля осквернилась кровавым месивом. Тамерлан хорошо постарался: если бы он не заставил своего взрывного животного накинуться на Икуроми, то она, возможно, пострадала бы, но выжила после техники Тзиппы. Но, видимо, такова судьба… — Что же… — Жанна разошлась в ухмылке, в этот раз отдающей грустью. — Осталось только разобраться с Шизуй.