r u mine ?

Не то чтобы Хосок мега-пикупер и охуенная альфа-самка, но закадрить Сокджин не кажется сложным. Для начала она находит её на фэйсбуке и в твиттере, непринуждённо подбирается поближе короткими разговорами в катоке по вечерам и обнаруживает её вдруг более интересной, чем ожидала, — там, внутри мелкой онни, куча тайн, скрывающихся за недосказанностью, что-то игривое и неприкасаемое одновременно, и Хосок не замечает, как увлекается. - Юнги вписала нас сегодня, - на паре фотожурналистики говорит Тэхён. Она выглядит сегодня просто сногсшибательно в коротком чёрном платье и с распущенными рыжими локонами, перехватывая взгляды всех парней, — Хосок весь день изображает из себя её телохранителя и называет принцессой. - Ты пойдёшь? - спрашивает Тэхён. - Не знаю, а я точно могу пойти? Юнги, она... - Всё нормально, - Тэхён машет руками, на секунду прикрывая глаза, а Хосок в очередной раз удивляется, как можно быть такой красивой. - Тогда ладно, - говорит она. Тэхён не против ещё поболтать, но препод зло косится на них, и разговоры откладываются до лучших времён. Хосок горестно вздыхает через каждые две секунды, пока до неё не доходит просто охуительный факт — Сокджин-то тоже подруга Юнги и наверняка будет там. После этого мир для Хосок расцветает в новых красках. На перемене они все встречаются в столовой. Хосок пропускает Тэхён с поклоном и просит принцессу быть осторожнее, пока принцесса давится от смеха, и не замечает, как Сокджин смотрит на них, хмурясь. В итоге всё заканчивается тем, что Чонгук перехватывает всё внимание Тэхён на себя, а Сокджин угрюмо молчит оставшееся время, и Хосок просто не знает, что и думать. У Юнги классная квартира — двухкомнатная, с ремонтом и огромными окнами. Хосок завидует минуты две, а потом виснет на Сокджин, чуть не заваливая её на пол, и грозится обокрасть такое шикарное жилище. - Чимин-а, иди сюда, - первая бутылка водки заканчивается вместе с цинизмом и хладнокровием Юнги одновременно. Чимин, пошатываясь, усаживается рядом, чтобы в следующую секунду оказаться на тощих коленях старшей и смущённо опустить взгляд, пока Юнги молча утыкается носом в её плечо. Хосок, достаточно невосприимчивая к алкоголю, хихикает и обещает себе отложить этот момент в задворках памяти. А ещё думает о том, что хочет также с Сокджин — чтобы она тоже напилась и краснела от каждого взгляда Хосок, чтобы смущённо поправляла свою кофточку, когда проворные пальцы невзначай касаются оголённой кожи. Вместо этого Хосок открывает новую бутылку и с трудом подавляет желание выдуть с горла. Сокджин, единственная трезвая из них шестерых, не отрывает от неё взгляда, и в какой-то момент оказывается слишком близко — Хосок чувствует горячее дыхание на своей щеке. - Пойдём, - говорит Хосок, поднимаясь и хватая Сокджин за руку. - Вы куда? - Тэхён останавливает их. - Покурить, - Хосок вталкивает Сокджин на кухню и закрывает за собой дверь. Она достаёт пачку из кармана, вытаскивает сигарету и молча приближается к Сокджин, заставляя её вжаться в подоконник. В голове наконец начинает немного рябить от водки, и Хосок просто ловит момент — спокойно затягивается сигаретой и прижимается к Сокджин, по-хозяйски обнимая её за талию. По рукам бегут мурашки, когда Хосок чувствует, как Сокджин трётся о её щёку своей. Абсолютно, чёрт возьми, трезвая. - Даже не надейся, что я забуду это на следующий день, - ловя взгляд Сокджин, говорит Хосок. Она стряхивает пепел и ведёт пальцами свободной руки по спине Сокджин, мягко поглаживая тёплую кожу до тех пор, пока не чувствует лёгкую дрожь и вцепившиеся в плечи острые ноготки. Они возвращаются обратно спустя десять минут, и Сокджин определённо пьяна — вниманием Хосок и руками Хосок. Вечер заканчивается быстрее, чем им обеим хотелось бы. На следующий день они совершенно случайно (на самом деле случайно) пересекаются у раздевалки. Хосок балаболит, как может, и брызжет направо и налево тупыми подкатами, но Сокджин не перестаёт смеяться, прикрывая кулачком рот, пока очередь перед ними уменьшается. Впервые за всё время учёбы Хосок лелеет надежду об огромной очереди, чтобы иметь возможность слышать тихий смех и редкие замечания подольше, и отстранёно замечает, что после появления Сокджин многие вещи стали какими-то приятными. Они обе делают вид, что ничего не было, но Хосок не считает это проблемой — даже если Сокджин вдруг решила забыть, что дрожала на тёмной кухне, прижатая к подоконнику, Хосок вполне способна снова привести её в замешательство, на которое точно не закроешь глаза. Отдав одежду в гардероб, Сокджин приводит себя в порядок, смотрясь в зеркало, а Хосок, стоящая неподалёку, вдруг замечает мелкий недочёт — у Сокджин немного задралась юбка сзади. Не то чтобы Хосок пялится на её зад... Ладно, возможно, Хосок действительно очень открыто и палевно пялится на её зад. - Сокджин, - подойдя сзади, зовёт она. - Будь осторожнее. У тебя тут юбка задралась, а вокруг куча голодных парней, - она поправляет её сама, подцепив ткань пальцами и оттянув её вниз. И, да, она совершенно случайно касается её бёдер и абсолютно так же случайно немного прижимается к ней на миллисекунду. Сокджин, замерев, смущённо благодарит, смотря в глаза улыбающемуся отражению Хосок. Они расходятся по кабинетам, а Хосок невольно представляет, как классно было бы обнять Сокджин вот так, со спины, уткнуться лицом в местечко под шеей и услышать тихий выдох. - Хосок приходится признать, что она не просто немного, а охуеть, как увлеклась — становится сложным не ждать Сокджин перед парами, после пар и во время пар; сложно не писать ей какую-то ересь в каток и иронично комментировать её твиты; невообразимо сложно перестать бросать двусмысленные фразочки, на которые Сокджин либо не реагирует, либо отвечает в тон. С каждым днём всё круче и круче ненароком касаться Сокджин, её рук, коленок, волос, и не чувствовать сопротивления, а наоборот — еле заметной, но отдачи. На четвёртую неделю мысленных и не очень мук Хосок решается — приглашает Сокджин в кино. Всего лишь кино, на какой-то тупой романтический фильм, ничего особенного, но Сокджин отказывается. Всё это попахивает полнейшей лажей, когда они стоят в конце коридора на этаже журфака в полнейшей тишине и не знают, что друг другу сказать. - Ты будешь занята? - спустя пару минут молчания, спрашивает Хосок. - Может, в другой день? - Хосок, - Сокджин смотрит сначала в сторону, пальцами заправляя прядь за ухо, а потом переводит взгляд на неё, и вины в её глазах хватит на половину мира сразу. - Тебе не стоит ждать от меня чего-то больше дружбы. И... будет лучше, если мы перестанем общаться. Не злись на меня, хорошо? После этого Хосок идёт домой, забивая на все пары, покупает себе бутылочку пива и угрюмым взглядом почти прожигает дырку в экране ноутбука. Она просто понять не может, в какой момент всё пошло не так, — Сокджин не противилась ни одной её пошлой шуточке и постоянно высказывала свой интерес к Хосок, и, господи боже, блядь, тут даже последний долбоёб понял бы, что дело не чисто. Так в чём же проблема? Где она проебалась? - Сплошной пиздец — именно так охарактеризовывает своё состояние Хосок. Она втюрилась в пятикурсницу за три месяца до её выпуска, так та ещё её и отшила, и, чёрт, всё это кажется слишком серьёзным. Но единственное правило Хосок по жизни гласит: не настопизди, и до этого времени она успешно его придерживалась, и сейчас тем более не собирается нарушать. Они часто пересекаются. В раздевалке, столовой, коридорах. Так уж вышло, что университет не лучшее место для людей, которые хотят прекратить какое-либо общение. Сокджин изо дня в день проходит мимо неё в своих дебильных глаженых юбочках, с длинными волосами и потрескавшимися губами, а Хосок умирает от желания попросить её улыбнуться. Всё это продолжается пару недель, хотя по часам Хосок как минимум год, а потом Юнги вылавливает её в коридоре после пар и отводит в сторону. - И чё ты творишь? - спрашивает она, скрестив руки. Хосок смаргивает пару раз и совершенно теряется. - Ну... Я стою, - растерянно говорит она, приподнимая одну бровь. - Решила так просто сдаться? - Юнги усмехается. - Я не должна в это лезть, просто скажу кое-что — ты нравишься Сокджин, но она очень боится после той истории с её бывшей тёлкой, поэтому хватит быть такой тактичной и ломать драму. Сокджин уносит с алкоголя за считанные секунды, если что. Хосок даже слова сказать не успевает, потому что Юнги разворачивается на каблуках и уходит с таким лицом, будто не она только что толкала странные мотивирующие речи. Смотря ей вслед, Хосок мысленно обозначает этот день отправной точкой. - - Стоп-стоп-стоп. Хосок и сама удивляется, откуда у неё столько смелости, когда хватает Сокджин за руку возле входа в университет. - Нам нужно поговорить, - доверительно сообщает она, не выпуская Сокджин из своей хватки. - Отказы не принимаются. - Хосок, я же просила, - вздыхает Сокджин. Так или иначе — она выглядит раздражённой и уставшей, но и радостной тоже, будто всё это время только и делала, что ждала подобной выходки. Хосок подбадривает себя этой мыслью и уверенно выдаёт своё излюбленное: - Да мне ваще насрать. А потом: - Идём. Её мамы нет дома, зато есть бутылка вискаря, которая определённо поможет им сблизиться и выяснить все проблемы. Хосок так и говорит Сокджин, когда вталкивает её в свою квартиру и просит быть, как дома. - У тебя красиво, - разглядывая сервизный набор на полках серванта, говорит Сокджин. Она изучает всё, как археолог или магистр в области планировки квартир, и Хосок это дико улыбает. Всучив Сокджин стаканы, она подхватывает виски, колу и шоколад и показывает путь в свою комнату. Она ожидает, что Сокджин напьётся и расскажет всё, что её беспокоит, но с каждым стаканом старшая становится всё более задумчивой и где-то на седьмом выдаёт короткое: - Ты мне пиздец, как нравишься, Хосок, - заставляя Хосок подавиться долькой шоколада. - Ты мне тоже, Сокджин, - сглотнув, Хосок отвечает. Она не чувствует себя пьяной, хотя выпивали они наравне — у мелкой онни, кажется, действительно плохая устойчивость к алкоголю. Со стаканом в руке, расстёгнутыми пуговицами на блузке и наимилейшим шухером вместо укладки она выглядит ещё более привлекательно, чем обычно, вызывая внутри Хосок бурю эмоций и желаний. И не то чтобы Хосок не хотела напоить её и трахнуть. Это, конечно, было одним из вариантов, но далеко не лидирующим, поэтому размякшая Сокджин в её руках немного выбивалась из начального плана. - Подожди, стой, - оторвавшись от Сокджин достаточно, чтобы сохранять дистанцию, но при этом не отрывать от неё рук, говорит Хосок. - Ты ёбнулась. - Да, наверное, - слишком серьёзно отвечает Сокджин. Она послушно садится на место и молчит несколько минут, игнорируя Хосок, а потом начинает тихо говорить: - Я всё ещё переживаю из-за той истории, поэтому испугалась твоего внимания, но... Ты правда мне нравишься, очень сильно, понимаешь, я, пожалуй, пойду домой, где мой телефон? Надо вызвать такси, прости, что так вышло, ох, ну где же он, почему я так быстро пьянею, о, телефон! Хосок, всё это время наблюдающая рыскающую по кровати Сокджин, наконец отмирает и широко улыбается, хватая старшую обеими руками за талию и усаживая её на место. - Успокойся. Останешься у меня сегодня, обещаю не домогаться. Сокджин, резко утихомирившаяся, приставляет палец к губам и задумчиво спрашивает: - А если я хочу, чтобы ты домогалась? - Солнце будит Хосок всего на пару минут раньше Сокджин — она успевает только убрать футон в шкаф и расчесаться, когда с кровати раздаётся болезненный стон. - Вот поэтому я не пью, - хрипло сообщает Сокджин, когда Хосок обращает на неё своё внимание. Очень сложно было уложить Сокджин на кровать и прервать её попытки сползти на пол к Хосок, но оно того стоило — увидеть спящую Сокджин, укутавшуюся в одеяло, словно в кокон, и с трогательно подложенной под щёку ладошкой, круче, чем проёбывать пары, смотреть сериалы и пить пиво. - Прости, я себя вчера очень глупо вела? - приняв сидячее положение, спрашивает Сокджин. От неё пахнет алкоголем и почти выветрившимися духами. - Ты помнишь, что ты говорила? - спрашивает Хосок, садясь рядом с ней. Сокджин закусывает губу и молча кивает, опуская взгляд. - Тогда я могу тебя поцеловать? - Хосок придвигается ближе и наблюдает, как щёки и ушки Сокджин краснеют. - Можно я сначала в ванную схожу? - тихо спрашивает она, всё ещё пряча глаза. - Можно нет? - в тон спрашивает Хосок. Слегка подавшись вперёд, она поднимает голову Сокджин за подбородок и мягко прижимается к её губам своими, прихватывает их и отпускает, а затем чувствует, как тонкие пальцы вцепляются в её шею. У Сокджин потрясающе мягкие губы и прерывистое дыхание; внутри Хосок взрывается вселенная, когда эти губы приглашающе раскрываются, впуская её язык внутрь. Сокджин вся подаётся вперёд, привставая на кровати, и ведёт пальцами по её плечам, мягко царапая кожу ноготками. Хосок отстраняется спустя пару секунд и ловит слабую улыбку Сокджин глазами, пытаясь отдышаться. Она слегка склоняет голову набок и прижимает Сокджин к себе. - Да, стоит чаще вас спаивать, Сокджин-щщи.