Реальная виртуальность

- Ну что, убедился? - хмыкнула Анька сзади меня. - Может она просто к подругам пришла. - Братик, ты дебил. Мы месяц за ней следим, а ты... - я дал по газам и проехал полметра. Сзади заматерилась Аня и долбанула меня по спине. - А я ей верю. Мы, вроде как, друзья, - я усмехнулся своим же словам. - Рассуждаешь как девчонка, - фыркнула сестра и на всякий случай схватила меня за талию, - Ах, она не может мне врать, она же моя подружка на веки! - плохо нынче передразнивают меня. - Причем здесь дружба, Аннет? - я улыбнулся. Затылком чувствовал, как Анька растягивает губы в хищной улыбке. За последний месяц, что мы провели вместе, наши отношения, вообще-то, не сильно изменились, но мы перестали, по крайней мере, плеваться ядом друг в друга. - Ах да, наша Лерочка публично унизила тебя, - ее коварству не было предела, - Дай угадаю, ты больше не так тепло к ней относишься, как в начале. - Долго же до тебя доходило, тугодумка, - Анька хихикнула и покрепче вцепилась в меня, когда мы начали движение и поехали. Ну да, за прошедшее время мое мнение о Васнецовой изменилось, и причины тому были. Просто меня раздражает сам факт, что все думают, какая она хорошая, а на деле обычная загнанная в угол идиотка. По началу все действительно шло хорошо; она сдружилась с Линкой, к ним приплелся Алекс, который и меня с собой утащил. Мы мило общались, как знающие друг друга полжизни подружки, и мне действительно начала нравиться эта девчонка. На сколько я видел, она тоже потихоньку ко мне оттаивала. Больше не была тихой и замкнутой, смело хохотала надо мной и Алексом, когда мы с ним, под осуждающим взглядом Линки, устраивали очередную пакость. Все шло как по маслу. Мы даже пару раз гуляли отдельно ото всех. Васнецова держала меня за руку, мило улыбалась и краснела под моим взглядом. Я ею заинтересовался. Друзья думали, что мы с ней уже встречаемся, и до этого было недалеко. Конечно, как по мне, это было несерьезно. Но все шло хорошо, и я решил плыть по течению. Шло время, и Васнецова все больше приветствовала мое внимание. Я решил, что раз уж мы с ней так хорошо сложились, что девчонка позволяла себя изредка целовать, пора действовать. В тот день я как раз собирался предложить ей встречаться и был настроен на положительный ответ, но, как оказалось, совершенно зря. Тихо сказав ей свою речь, чтобы никто не услышал, я получил в ответ взгляд, наполненный презрения и насмешки. А потом она встала и на всю столовую начала мне высказывать, так сказать, накипевшее. Я тогда не особенно понимал, что происходит, но отчетливо уловил ее слова о том, что она никогда не станет встречаться с таким идиотом, как я. Сильно. Конечно, после ее выступления она стала кумиром всех отвергнутых мною девчонок, а я стал предметом неудачных шуток от парней. Они, не скрывая, смеялись надо мной и тем, что какая-то там мышка смогла отшить меня. Я был задет за живое, но все равно надеялся, что Васнецова хотя бы извинится. Как же. Через несколько дней она пришла как ни в чем не бывало, с улыбкой поздоровалась со мной и села за парту к Линке. Я был в шоке. Обида, копившаяся во мне несколько дней, стала расти в геометрической прогрессии. Как раз вовремя подвернулась под руку Анька, вдруг вспомнившая, откуда ей знакомо лицо Васнецовой. Я не собирался мстить, но ее пламенные речи о том, как мы сможем прижучить мою обидчицу, сделали свое дело. Ситуацию подогревали насмешки, лившиеся ото всюду в мою сторону. Даже сейчас, спустя месяц, надо мной продолжают насмехаться, придумывая новые небылицы, но на ту же тему. А я делаю вид, что не замечаю. Делаю вид; на самом деле с каждым днем мне все тяжелее становится терпеть персону Васнецовой рядом, улыбаться ей в ответ и делать вид, что я ее друг. Мы въехали во двор обычной пятиэтажки, где жила Анька, пока ее предки, совсем забывшие про дочь, были в разъездах. Девчонка сняла с головы шлем и протянула его мне. - Спасибо, что довез, придурок, - я усмехнулся. - Всегда пожалуйста, - не поддаваясь на ее издевки, я получаю тройную дозу гнева со стороны сестренки. Она прищурила глаза, кивнула, развернулась и пошла к подъезду, но стоило ей пройти несколько шагов, как она замерла. Я посмотрел в направлении ее вытаращенных глаз. У дома стоял уже хорошо известный мне человек, а по совместительству парень Аньки, Антон. Он именно тот кадр, от которого все мамы пытаются уберечь своих дочерей. Невоспитанный, грубый, тупой. Сколько Аня от него натерпелась, я вообще молчу. Всего за месяц устал вытирать ее слезы вперемешку с соплями. А бросить не может, любит его дура. - Помочь? - спросил я, опасливо косясь на Антона. - Сама разберусь, - бросила в ответ Вишневская и пошла к подъезду уверенным шагом, но я все равно заметил, как выпрямилась ее спина, а руки сжались в кулаки. Справится она, как же. Я слез с мотоцикла и последовал за сестрой, которая уже успела дойти до своего парня и слушала его крики. Решил пока не лезть. Если я вмажу ему просто так, то будет как-то не по-людски. - Ты, пигалица тупорылая, почему трубки не берешь?! - Телефон у подруги оставила! - смело крикнула в ответ Анька, но из глаз ее катились слезы. - Значит, такая тупая! - Замолчи! Я не виновата в твоей злости! Не я проиграла вновь все деньги! - он замахнулся на нее, и тут я понял, что ждать больше нельзя. Схватив его руку, я повернул парня к себе. - Я не думаю, что бить девушку - это по-мужски, - спокойный голос. - Да кто ее бил? Кому вообще нужна эта дура? - кулаки зачесались. - Ну тогда иди отсюда, - я надеялся, что дело не дойдет до драки. - Кир, уйди отсюда сам, пожалуйста, - тихо произнесла Анька, все еще пытавшаяся выглядеть сильной. - Так ты его знаешь?! - взревел Антон, - Кто он, твой любовник? - Попрошу не сыпать глупыми обвинениями, - сдерживаясь из последних сил, процедил я. - Шлюха. Эта фраза послужила доя меня спусковым крючком, и я без задней мысли замахнулся и ударил этого козла по лицу. Вскрик Аньки заставил меня посмотреть, все ли с ней в порядке. Теперь она стояла и рыдала в голос, закрыв руками лицо. Ее бойфренд, уложенный моим ударом на асфальт, встал и потрогал разбитую губу. - Антон, не надо! - крик сестры отвлек меня, и я не уловил тех секунд, когда и сам упал на землю. Челюсть тут же прошибла резкая вспышка боли. Но я не успел опомниться от нее, как этот придурок начал пинать меня в бока. Ребра болели нещадно. Я просто лежал, корчась, и не мог понять, как остановить эту пытку. Чисто рефлекторно я схватил Антона за ногу, и парень упал рядом с мной. Мы одновременно вскочили на ноги и посмотрели друг на друга. Этот идиот тут же пошел в наступление, решив прописать мне парочку ударов, от которых я уклонился и, выиграв секунду замешательства, схватил парня за шею, начав со всей силы бить кулаком в живот. Он застонал, но не расслабился. Собравшись, Антон толкнул меня, и я уперся в дерево. Мне перекрыли кислород. Те секунды, пока я задыхался были удивительными. И я мазохист, раз уж именно в тот момент почувствовал себя спокойным, как никогда. Даже не сопротивлялся, пока меня душили. А потом все резко прекратилось. Воздух вновь начал наполнять мои легкие, и я опустился на колени, глотая его. В глазах было темно, я ничего не видел. Начал тереть лицо руками, чтобы привести себя в чувство. Рядом без сознания лежал Антон, возле которого стояла ревущая в голос Анька со стеклянной бутылкой в руках. - Она не разбилась как в фильмах, но я его вырубила, - сказала она. - Мы отличная команда, - улыбнулся я. Анька рыдать не перестала, но на ее лице возникла какая-то злорадная улыбка. - Теперь я его точно брошу. Он моего братца побил, - сестра выкинула бутылку в урну около подъезда. - А тебе не все равно? - не упустил возможность поддеть ее. - Мне? Мне вообще плевать, недоумок, но причина же нужна, верно? - она развернулась и пошла к подъезду. - Что, даже не окажешь первую помощь? - Кати домой и оказывай себе помощь сам, - я без лишних слов понял, что дома ее и так ждут неприятности. Пошатываясь, дошел до мотоцикла и поехал домой. Этот день был скучным, но вечер спас положение.

***

- Надеюсь, ты разбил свой мотоцикл, - было первое, что я услышал, войдя в класс. Кондратьева смотрела на меня, и я, кажется, слышал, как ее мозг строит предположения по поводу моей боевой раскраски. - Сплюнь, - буркнул на нее Алекс, не отрываясь от телефона, но ему пришлось это сделать, и тогда он офигел, - Прошу, скажи, что это сделала страстная женщина! - это сделал вполне не страстный Антон. - Оставь свои фантазии при себе, - Линка сморщила нос. - А в твоих фантазиях по-любому есть я. Не отрицай, я... - я ухмыльнулся и вдел наушники в уши, но послушать музыку мне не дали. На плечо легла рука, и я повернулся. Васнецова смотрела на меня хмурым, переживающие взглядом. Между ее бровей появилась складка, а губы сжались настолько сильно, что побелели. - С кем ты подрался? - ну почему действительно нормальная и настоящая версия прозвучала именно из ее уст? - Я сражался за честь дамы, - ухмыльнувшись, обнял Леру за плечи и посмотрел на нее. Она моего веселья не разделяла. - Какой еще дамы? - Самой прекрасной на этом свете, - меня стукнули кулаком в плечо. Мои глаза непроизвольно закатились, а пальцы, крученные в фигу, уткнулись Аньке под носом. - Кто же это, не томи! - картинно завопил Алекс, остановив перепалку с Линкой. - Ну точно не твоя любимая Кондратьева, - фыркнула сестра, а моя подружка покраснела и зло прищурила глаза, - Естественно это я. Кто еще может быть настолько красивым? - Слушай, мне вообще кажется, что это ты Кира побила, - протянул Савельев, - Правда-правда, я так думаю. Скажем, он тебе что-то не то сказал, ты разрыдалась, вон, какая моська опухшая, а потом побила его. Я посмотрел на Аньку и понял, что Алекс скоро станет единственным, кто пострадает от ее рукоприкладства. Васнецова недовольно повела плечами и выбралась из моих объятий. Она зло глядела на Вишнескую и стучала своими ноготками по столу. Я мысленно усмехнулся. Ну неужели другие не видят выражения ее лица, которое вечно выдает ее чувства? Наблюдая за ней, я понял, что мимика Леры может стать находкой для шпиона. И пока девушка не замечала, я следил, как меняется ее лицо в компаниях людей. Например, она не могла терпеть пошлые шуточки Алекса, сходясь в этом с Линой, жалобы которой она тоже терпеть не может. Пару раз я даже подмечал, что моя компания в принципе все чаще и чаще не устраивает ее. Не порядок. Мне нужно быть к ней как можно ближе. - Заткнись, Савельев. От звуковых волн твоего голоса у меня разболелась голова. Будь героем, спаси человечество от себя. Сдохни, - сказала тем временем Анька и повернулась ко мне, - Нам с моим любимейшим братиком надо поговорить, - ее рот скривился в притворной улыбке. Я кивнул и пошел за ней. - Разве вы общаетесь? - этот вопрос остановил меня. Повернувшись, посмотрел на недовольную и даже чуть обиженную Васнецову и мысленно отметил, как мне нравится это ее выражение лица. - Я резко понял, что хочу поддерживать хорошие отношения со своей сестрой. Тем более мы с ней - одноклассники. Ну разве не здорово? - и, не дожидаясь ответа, я вышел из класса, уверенный, что теперь вдвойне плохое настроение Васнецовой точно обеспечено. В коридоре меня ждала Анька, улыбающаяся самой широкой и плотоядной улыбкой, какую можно только представить. Я подошел к ней, и мы обменялись многозначительными взглядами. Сестра выразительно рассматривала меня, пока не вынесла вердикт: - Говорят, шрамы украшают мужчину, но ты все такой же страшный. - Это мне говорит человек-опухшее-лицо? - Хочешь, чтобы предположение твоего друга-идиота исполнилось? - Хочешь меня отшлепать? - Заткнись и слушай меня сюда, - понимая, что проигрывает, Анька решила сменить тему, - Мы с тобой идиоты! - Говори за себя... - Так вот... Заткнись... Так вот, я подумала и поняла, что мы с тобой зря потратили столько времени на слежку за твоей подружкой, ведь есть простой способ узнать все наверняка! - она выдержала драматическую паузу, думая, что я брошусь спрашивать о ее гениальных догадках, но этого не произошло, - Ох ладно, придурок, так и быть, расскажу. Смотри, в каждом детдоме есть своя база данных, да? Во-от! Нам просто нужно залезть туда и все. Наступил момент молчания между нами. Она пялилась на меня, ожидая восхвалений ее догадливости, а я смотрел и думал, расстроить мне ее или нет. Ох, черт, ну конечно же, нужно подпортить ей настроение, а то она слишком радостная. - Анька, ты действительно идиотка, если считаешь, что я дурак. Думаешь, я не пробовал залезть туда? Пробовал, но мама чуть ли не пинками меня от этого шкафа погнала... - Значит нужно ее выкурить! - не растерялась она, а потом злорадно рассмеялась, - Эй, Ферб, я знаю, чем мы займемся!

***

- Не могу понять, почему именно я - чувак с зелеными волосами! - Заткнись, придурок, у меня вообще башка треугольная!.. И вообще, как мы твою маму из кабинета вытащим? - спросила Анька. - Пойдем, по ходу разберемся, - махнул я рукой и слез с мотоцикла. Мы вошли в детдом, в котором ничего не изменилось за месяц, что меня здесь не было. Даже... - Кири-илл!!! - первые пять секунд я даже понять не мог, что происходит, лишь потом вспомнил о принцессе, провозгласившей меня свои женихом, - Ты пришел! - прошептала девчонка. Ну да, я же типа обещал. - Привет, - подала голос Анька, и Марина, повисшая у меня на шее, с недоверием посмотрела на нее. - Это кто? Твоя девушка? - Сестра. - Ей можно доверять, или она злая ведьма, - я усмехнулась и тоже прошептал: - Ведьма, но добрая. Пока что. Ей можно доверять, - девочка отцепилась от меня и пошла знакомиться с Анькой. Она протянула руку и назвала свое имя, но Вишневская не реагировала, а только смотрела на Марину, которая оказалась стойким бойцом, и не опустила руку. Мне самому уже стало неловко, когда сестра, наконец-то, очнулась, улыбнулась и пожала руку. - Кир, у меня есть план, - сообщила Анька, - Просто гениальный план. Как и я сама. - Не верю. Ты не можешь быть гениальной. - Заткнись и слушай... те меня сюда. Маринка, - она посмотрела на девчонку, - ты у нас боец? - Еще какой, - ухмыльнулся я. - Отличненько, - хлопнула в ладоши Вишневская, - Слушай, Маринка, держи телефон. Сможешь, когда на него придет смс кого-нибудь побить? А дальше последовало две реплики одновременно. "Ты совсем сдурела?!" от меня, и "Да легко!" - от Марины. Куда катится мир? - Тогда... Нет времени объяснять, побежали, - Анька схватила меня за руку и потащила в кабинет моей матери. Мы прошли пару коридоров, сделали несколько поворотов, пока наконец не пришли в место назначения. Я, собравшись с мыслями, постучал. Но перед тем, как войти, дал Аньке свой телефон, как она и просила. Мы вошли, и поздоровались с моей мамой, по лицу которой увидели, что очень не вовремя решили ее навестить. - Поговорить надо, теть Ир, - жизнерадостно пропела Аннет, плюхаясь в кресло. Я видел, как она печатает сообщение. - И о чем же? - а вот об этом мы не подумали. Произошла заминка, и в кабинете повисла тишина. - Ну... - И? - Знаете... - Можно Анька будет жить у нас? - вырвалось из меня неосознанно; первое, что в голову пришло. Были удивлены все; и я, и Анька, и мама. Особенно я, Анька и мама. Прям очень удивились. - Да, - вдруг закачала головой Вишневская, - можно я буду с вами жить? - мама на это только пару раз хлопнула глазами. - Анечка, - она сделала глоток воды из стакана, стоящего на столе, - а чем тебе не нравится бабушка? - Вы же сами прекрасно понимаете, что сожитель из нее никакой, - буркнула Аня, а моя мама содрогнулась при мысли о собственной родительнице. Плохие у них отношения с моей бабушкой. У всех. Мне-то все равно, я ее видел всего пару раз, потому что она сама не хотела меня видеть, так как я сын человека, за которого вышла замуж моя мать. Бабка ненавидела папу, это я знал точно. Это все знали. А сейчас, на старости лет, старуха, по рассказам сестры, совсем из ума выжила. Ко всему придирается, всем недовольна, постоянно кричит. Мне жалко Аньку, скрывать не буду. - Знаете... - договорить мама не успела, так как в кабинет влетела одна из воспиталок детдома со своей сбивчивой речью, - Я сейчас приду, - гаркнула маман перед уходом. Часть дела сделана. Как только дверь захлопнулась, мы с Анькой подбежали к шкафу с личными делами. - Как там фамилия у твой подружки? - Васнецова. - Так. Васильков, Абдулов, Кириленко, Вихров... Что за черт?! Они стоят не в алфавитном порядке! - Забей и ищи, - буркнул я. - Вообще, как можно так обращаться с документами? Я бы так не смогла. А если ребенка придут усыновлять что, полчаса искать его дело? - причитала Вишневская, по очереди вытаскивал личные дела и засовывая их обратно. - Если кого-то придут усыновлять, то личное дело будет искать секретарша, а не мама. - Все равно я считаю, что это неправильно! - она замолчала, глядя на бумаги, вытащенные из шкафа, а потом удовлетворенно улыбнулась, - Что и требовалось доказать, - и протянула мне личное дело. Прямо с фотографии, приклеенной в специальное поле, на меня смотрели глаза. А под фото расположилась надпись: "ФИО: Васнецова Валерия Викторовна".