Реальная виртуальность

— Кирилл, — она с обеспокоенным выражением лица тронула меня за плечо, но я продолжал молчать, игнорируя Васнецову, — Ну чего ты молчишь? Обиделся? — давно уже, Лера, давно. А обиду мою подогревают вечные смешки и издевки со стороны мужской половины школы и игнор от прелестной женской части. — Отстань от него, красотка, иди лучше ко мне, — Савельев призывно похлопал себя по коленям, — Я соскучился по женскому обществу, Лерыч, —, но она, закусив губу, продолжала грустно смотреть на меня. Не пройдет. — Кирилл? .. — прозвенел звонок, и Васнецова вынуждено села за парту. Этот урок длился бесконечно долго, несмотря на что, что я обожал биологию. Ожидаемая мной перемена, когда все пойдут в столовую, и я публично смогу унизить Леру, никак не приближалась. Рядом со мной захрапел Алекс, и я заботливо ткнул его под ребра, чтобы не палился. Пару раз ловил на себе взгляды Аньки, которая послала мне уже сотню сообщений с вопросами по типу: «Ну что, все в силе?» — сестренке было невдомек, что отныне это только мое дело, и соучастие с ее стороны мне не требуется. — Что бы ты не задумал, не стоит. — Ты о чем? — удивленно посмотрел на моего обычно веселящегося друга, который сейчас был серьезен. — Просто не стоит и все тут, — пожал плечами Савельев и достал из кармана джинсов телефон. — Тут уж я сам решу, — безэмоционально сказал я и отвернулся. Что бы он понимал, его-то не унизили из-за какого-то отказа девчонки. Сам факт того, что Лера мне отказала не выглядел ужасным даже для меня, но, как известно, подростки нынче злые пошли. Парни, у которых я частенько уводил девчонок, за что меня ненавидели, быстренько сориентировались в этой ситуации и выставили меня посмешищем, что было весьма обидно. Как так?! Никому не известная Лера Васнецова, кинула любимца девочек Кирилла. Все из-за нее, она специально отказала мне у всех на виду. Я видел это по ее глазам, в которых смешались сожаление и торжество. Она во всем виновата.

***

В столовой было много народа. Старшеклассники усердно выпихивали из очереди пятиклассников, которые боялись им возразить… Разве что Алексу попался какой-то борзый ребенок. — Придурок малолетний! Ты у меня еще получишь, я тебя запомнил! — прокричал он вдогонку мальчишке, рискнувшему дать пинка этому дураку. — Савельев, мне уже жалко мальчика, — сморщив нос, пропела Линка, — Столько внимания к его персоне — это хорошо, но плохо то, что это внимание идет от тебя. Не ломай мальчику жизнь… и психику, — Лера, сидящая сбоку от меня захихикала, но, поймав мой взгляд, в миг стала серьезной. С улыбкой поманил ее пальцем, чтобы прошептать заветные слова на ушко…

POV Лера.

— Я знаю твой секрет. Такие простые, непонятные никому слова. Они похуже кувалды по голове заставили мою кровь стучать в висках. А маниакальная улыбка, с которой Кирилл смотрел на меня, пугала до такой степени, что пришлось до боли закусить губу, сдерживая всхлип. Понимание пришло сразу же… почти. Прийти-то оно пришло, а вот осознание, что передо мной сейчас сидит тот парень, который был так добр ко мне последние полтора месяца, отказывалось приходить. Неверие. Надежда, что все это шутка или недоумение. Что угодно, лишь бы не тяжелая правда. Но горящий ненавистью взгляд Вишневского говорил, что все действительно пошло по самому худшему сценарию. Я была уверена, что парень воспользуется полученной информацией, поэтому лишь спросила: — За что? — прошептала одними губами, не слыша ничего, никакого гула, коим была наполнена столовая. Только слова Кирилла, никак не отпускающие меня. — Не догадываешься? — конечно догадываюсь. Конечно знаю, за что он так презирает меня вот уже недели две-три, но все это время я надеялась, что мне это кажется. — Кирилл, я… — он резко дернулся в мою сторону, от чего пришлось откинуться на спинку стула. — А знаешь, как я мечтаю, чтобы ты сейчас оказалась на моем месте? Чтобы вся репутация, которую я строил несколько лет, в один миг рухнула из-за отказа детдомовской девчонки, — в этот миг я прекрасно поняла, что он сделает все, чтобы это же и случилось со мной. Захотелось сделать хоть что-то, унизиться перед ним как угодно, лишь бы он молчал. Нельзя. Нельзя, чтобы люди знали. — Прости меня, — прошептала я, глядя в его глаза, находящиеся близко-близко. В носу защипало, а глаза наполнились слезами. Всего час назад я с улыбкой пыталась выведать, почему мой друг молча сидит за партой и ни с кем не разговаривает. Всего час назад я была уверена, что Кирилл — мой друг. И этот человек всего за минуту заставил меня ненавидеть его. Всего одной фразой. — Не унижайся передо мной, Васнецова, копи силы на толпу, — с теплой улыбкой сказал он и медленно встал на ноги, поднимая вверх руку, чтобы привлечь к себе внимание. Все это он проделал, смотря только мне в глаза. Постепенно в столовой голос за голосом медленно, но верно начал затихать. «Не надо!» — сказала я одними губами: «Пожалуйста». Не моргая, смотрела на него, чувствуя, как по щеке стекла слеза. Пожалуйста, Кирилл, не надо. Молю тебя, не делай этого. Меня всю трясло. Для него это была месть, но он не понимал, что мне не привыкать к издевкам. Намного страшнее будет, если меня вернут в школу при детдоме, где меня ненавидят настолько за то, что именно я учусь в этом заведении, что в первый же день меня можно будет везти в больницу с переломами. Это намного страшнее потери репутации, которой у меня, по сути, никогда не было. Вокруг повисла тишина, и я поняла, как шумно было до этого. Кирилл до сих пор смотрел мне в глаза, ничего не говоря, а я не смела отвести взгляд. «Пожалуйста, Кирилл!» — Ну? И чего ты заставляешь нас ждать, а? Кир, говори быстрее, нам все жрать охота! — в этом молчании голос Алекса прозвучал неожиданно громко, отчего Вишневский перестал смотреть на меня, опустил руку и огляделся вокруг. Определенно, он привлек к себе внимание. Прикрыв глаза, я уже мысленно входила в класс детдомовской школы, натыкаясь на взгляды, наполненные яростью. — В субботу на моей даче состоится вечеринка, приглашены все желающие, но выпивка с вас, — вдруг прозвучали слова, к которым я не готовилась, и в этот же момент Кирилл присел на стул рядом со мной. Не рискнув смотреть на него, уткнулась взглядом в толстовку Лины с изображенным на ней мультяшным динозавром. Сказать «спасибо»? Нет, сейчас лучше промолчать.

***

— Ненавижу! Все из-за вас! — прокричала я на веселившихся с меня соседок по комнате. — Да-да, мы во всем виноваты, — покивала Карина, а потом как бы невзначай: — Знать бы еще в чем… — Он все знает, и он меня ненавидит, — я села на кровати и закрыла лицо руками. — А поконкретнее? — А поконкретнее… Кирилл, который ненавидит меня из-за того, что я поступила с ним по-свински по вашему, кстати, совету, знает, что я девчонка из детдома, — грудь сдавило в который раз за этот ужасный день. Я завалилась на бок, стараясь сжаться в комочек, и наконец-то расплакалась.

POV Кирилл.

— Я думала, что ты всем расскажешь, — прозвучал голос Аньки, вышедшей из подъезда. — Я тоже так думал. — Так почему промолчал? — пожав плечами, я дождался, пока эта язва сядет сзади меня, и выехал с ее двора.