Ты - мое спасение и моя боль

Румпельштильцхен взглянул на лист бумаги и сразу все понял. - Румпель, почему ты написал это письмо Майклу? О какой сделке здесь идет речь? – требовательно спросила женщина. - Круэлла, милая, это не то… - Так значит мой развод, крах моей жизни в Нью-Йорке – это не случайность и никакой не рок судьбы... значит это ты… - в ужасе прошептала Де Виль. - Послушай, - начал мужчина, - ты не понимаешь, это было нужно для нашего дела… - Нет, Румпель, это ты послушай, - прервала его женщина, голос ее становился все громче, а глаза горели яростью, - ты заключил сделку с моим мужем, ты заставил его развестись со мной, ты лишил меня моей прекрасной жизни, я была бы счастлива там, в Нью-Йорке, у нас с Майклом была бы прекрасная семья, и каждое Рождество мы устраивали бы шикарные приемы для всех наших знакомых. - Разве это счастье, жить с нелюбимым мужчиной? Я спас тебя, Круэлла. - Ты обманул меня, заставил поверить, что я потеряла все из-за глупого Автора, который не позволяет мне быть счастливой, но нет, Румпель, это ты отнял у меня счастье. Я была бы довольна своей жизнью и с радостью состарилась бы в Нью-Йорке рядом со своим мужем, - яростно выпалила женщина. - И вы стали бы прекрасной копией твоих родителей, - не сдержался Голд. - Как ты смеешь, - Круэлла посмотрела на него своим самым злобным взглядом. - Слушай, я должен все объяснить, дорогая, - начал мужчина. «Сейчас она скажет, что не хочет ничего слышать и уйдет», - подумал Румпель. - Не хочу ничего слышать, Румпель, смотри, не забудь отправить письмо, - сказала женщина, и дверь за ней резко захлопнулась, заставив колокольчик громко зазвенеть. Румпельштильцхен глубоко вздохнул. Он знал, что сейчас объяснять что-то Круэлле бессмысленно, она должна сама все обдумать, прежде чем выслушивать его. Голд надеялся, что Де Виль никогда не узнает, что причиной его развода стал он, вернее сделка, что он заключил с ее мужем. Румпель как-то за ночь выяснил слабые места корпорации Файнберга и одним нажатием клавиши мог обанкротить всю компанию. С этим условием он и обратился к мистеру Файнбергу, который долго думал над этим, но все же согласился на развод, Круэлле он сказал что-то о несовместимости характеров. Румпелю нужно было, чтобы Круэлла покинула Нью-Йорк и этого ужасного мужчину, он по своему заботился о ней и не мог допустить, чтобы она повторила ошибку своей матери. Он знал, что она вышла замуж за отца Круэллы и среди всей этой роскоши и богатства так никогда и не была счастлива Голд вспомнил, как он впервые посетил дом Де Виль в том мире и познакомился с ее родителями.

***

Румпельштильцхен сидел в своем замке и работал над новым зельем, когда лакей сообщил о том, что за ним прислали карету. - Кто посмел прислать карету в мой дом? – презрительно спросил Темный. - Мисс Де Виль, сэр, - отрапортовал парень. Губы Румпеля растянулись в довольной улыбке. Только она могла так поступить, Темный прошел в карету. - Куда мы отправимся? – спросил он. - В поместье Де Виль, - ответил кучер. Дорога была довольно долгой, и Румпель заскучал, но вскоре карета въехала в огромные ворота, и перед его глазами предстал самый величественный замок, что он видел. Даже его, привыкшего к роскоши и богатствам, поразила красота этого поместья. Гектары земли были в собственности Де Виль. Румпель выбрался из кареты, и лакей проводил его в прихожую, которая также отличалась изысканностью. С широкой лестницы, что, кажется, была бесконечной, спускалась женщина в шикарном красном платье. - Румпельштильцхен, - сказала Круэлла, спустившись, - я рада, что ты приехал, надеюсь, тебе понравилась моя карета, - улыбнулась она. - Ты первая, чья карета вернулась невредимой из моего замка, дорогуша. - Значит, я особенная, - самоуверенно ответила Де Виль, из гостиной послышался мужской смех, - ах, да, мои родители задержались здесь ненадолго, но мне кажется, что они никогда не уедут, - закатила глаза женщина, - идем, поздороваешься. Румпеля это не особо прельщало, но ему было любопытно посмотреть на ее семью. - Мам, отец, - сказала Круэлла, войдя в гостиную, - это мой… - она запнулась, - Румпельштильцхен, он давно хотел с вами познакомиться, правда, Румпель? – подтолкнула его женщина. - Мистер Де Виль, - Румпель пожал руку отцу семейства, - миссис Де Виль, - Темный поцеловал руку женщины, - вот в кого Ваша дочь такая красавица. Круэлла была очень похожа на своих родителей. От обоих она переняла лучшие черты лица. Ее мать – Беатрисса Де Виль была очень красивой женщиной, с идеальными манерами и приятным голосом. Она всегда была одета по последней моде, волосы ее были уложены лучшим образом. Беатрисса была гордой, нетерпеливой и жутко самоуверенной женщиной, но свою дочь она любила всем сердцем. В 18 лет, как позже узнал Румпель, она вышла замуж по расчету за Филиппа Де Виль – высокого мужчину плотной комплекции с до дрожи пронзительным взглядом. Никакой любви в этом браке не было, но терпеть друг друга они могли. - Так Вы новый ухажер Круэллы? – деловито поинтересовался мистер Де Виль. - Отец! – запротестовала Круэлла. - Да… - начал Румпельштильцхен, - что-то вроде этого. - Прекрасно, - пропела миссис Де Виль, - какой у вас доход? Они будто бы понятия не имели о том, кто он такой, это немного выводило Темного из себя. - Довольно хороший, - сухо ответил он. - Отлично, - улыбнулась Беатрисса, прошлый ухажер Круэллы был бедняком, кажется, - равнодушно сказала она. - Мама! – не выдержала Круэлла, - мы пойдем за стол. Наверное, Дорота уже все накрыла. - Конечно, дорогая. Мы поужинаем позже. Круэлла быстро вышла из гостиной. - Прости за них. Они не особо приветливы. - Да уж, самодовольства им не отнимать, - сказал Румпель, - меня больше интересует твой прежний ухажер-бедняк, - усмехнулся Темный. - Он не был бедняком, у него просто был всего один замок, - закатила глаза Круэлла, - и вообще нельзя интересоваться прошлым дамы. - Простите, мэм, мне мою грубость. Как я могу исправить эту ошибку, - иронично сказал Румп. - Ты еще успеешь искупить все свои ошибки, - ухмыльнулась Де Виль. В шикарной столовой был накрыт не менее шикарный стол, за которым они поужинали. После ужина пара вышла в сад. Они расположились в красивой беседке. - Знаешь, ты очень похожа на свою мать, - сказал Темный. - Ничуть, - отмахнулась женщина. - Можешь даже не отрицать, скулы, глаза, губы… и мне кажется, что есть в твоем характере что-то от нее. - Я ни капли не похожа, ни на мать, ни на отца, - продолжала настаивать Круэлла, - я уникальна, разве ты не заметил? - Дорогуша, ты не перестаешь меня удивлять. - Я еще даже не начинала удивлять, - улыбнулась женщина, поцеловав губы Темного. Румпельштильцхен страстно встретил поцелуй. Руки его скользили по талии женщины и опустились до бедер. Круэлла не сопротивлялась, она только сильнее впивалась в него губами. Румпель задрал платье Де Виль, его рука скользила по внутренней стороне бедра женщины, он просунул руку под белье Круэллы, лаская ее промежность: он легко скользит пальцем по половым губам, массирует клитор и проникает внутрь. Темный почувствовал, как по телу женщины прошла дрожь, ее дыхание стало частым, а из губ вырвался хриплый стон. Она не переставала целовать его губы. - Круэлла, милая, - послышался голос Беатриссы, - где же вы, это неприлично убегать с мужчиной в сад поздним вечером. - Проклятье, - хрипло произнесла Круэлла, отрываясь от губ мужчины, - моя мать никого не оставит в покое. Румпель резко встал, когда миссис Де Виль подошла к беседке. - Дорогая, мы с отцом ждали вас в гостиной, чтобы поговорить, а ты убежала в сад. - Мам, мы хотели подышать воздухом, и… - Ты же знаешь, что этикет запрещает это, - перебила ее Беатрисса, - а теперь идемте со мной. Румпельштильцхен почувствовал себя под ее взглядом молодым юношей, которого застали врасплох, и послушно отправился за ней. Оставшийся вечер они провели в гостиной у камина, обсуждая с Филиппом Де Виль политические дела во всех ближайших королевствах, пока миссис Де Виль тонко не намекнула, что пора закругляться, и карета ждет его на улице. В обратном пути Румпель обдумывал прошедший вечер. Круэлла явно была похожа на свою мать, даже их взгляды были схожи. Румп знал, что она никогда не признает этого.

***

Мистер Голд отбросил воспоминания и принялся за работу в лавке, но ничего делать не получалось, лицо Круэллы, смотревшее на него с гневом и разочарованием не выходило из его головы. Он волновался за нее, куда она поехала после разговора с ним, что она намерена теперь делать. Вернувшись поздно ночью домой, Румпель решил заглянуть в волшебный шар, чтобы проверить, как дела у Круэллы. Увиденное поразило его.