М плюс М: Сложная математика Книга вторая

- Эй, проснулся? – услышал я бодрый голос Ильи. - Мм… - я поворочался в кровати и сонно спросил, - сколько времени? - Уже одиннадцать, - ответил он, - я часа два назад встал, разгребаю твой мусор, почти все уже вынес. Он вышел из-за колонны и по-деловому сложил руки на поясе. На нем была его футболка, в которой вчера ходил я, и джинсы. - Разбудил бы… - я медленно сел, спустив ноги на пол, зевнул и принялся растирать глаза. Илья подошел ближе, забрался на кровать и сел сзади, обхватив меня руками. - Ты так сладко спал, жалко было будить, - он уперся подбородком в мое плечо. - Если уже одиннадцать, то через час должна приехать машина из Икеи, - вспомнил я. - Угу, - он уткнулся носом в мою шею, - поэтому я встал пораньше, чтобы тут прибрать. - Поэтому ты должен был разбудить меня, - ворчал я. - Не беспокойся, - он выпустил меня из своих объятий, и сел рядом, - я почти уже все закончил. На него невозможно было злиться. Я встал с кровати, оделся и сделав все утренние процедуры стал помогать Илье с уборкой. Он был прав – дел почти не осталось – в квартире царил почти идеальный порядок. Конечно, не мешало бы вымыть полы, но мы решили сделать это, после того, как доставят и соберут всю мебель и технику. - Любишь рисовать на обоях? – вдруг спросил меня Илья, когда мы закончили с уборкой. - О чем это ты? – я не сразу понял, что он имеет ввиду. - Я про твой рисунок, на стене – там в углу, - он загадочно улыбнулся. - Ах, да… точно, - смущенно протянул я и направился к тому месту, о котором говорил Илья. - Я рисовал его четыре дня, кажется, - пробормотал я, уставившись на стену. Илья подошел сзади и положил руку на мое плечо. - Это он? Марк? - Угу. - Такой грустный… - На самом деле он не любит показывать свои эмоции, всегда хочет казаться сильным. Но в тот день он думал, что я сплю, и тогда я случайно увидел его… и он был таким настоящим, - я сглотнул, - таким живым… И первая мысль, которая пришла мне в голову: я хочу нарисовать этот момент, хочу запомнить его навсегда… Я подошел ближе к стене и приложил палец к нарисованной слезе. - А чем ты его нарисовал? – спросил Илья, подойдя ближе и внимательно всматриваясь в рисунок, который занимал примерно пять квадратных метров стены. - Эм… - я улыбнулся, - всем, что было у меня в рюкзаке – что-то ручкой, что-то маркером, немного карандашами, тон акварелью и гуашью наносил… - я вдруг перестал улыбаться и тихо сказал, - нужно будет его закрасить… - Чего?! С ума сошел?! – воскликнул мой друг. – Да, это шедевр! Я, наверное, никогда в жизни не смогу нарисовать нечто подобное, а ты его закрасить хочешь?! Я удивленно посмотрел на Илью: - Но это ведь… Закончить фразу так и не смог, просто замолчал и отвел взгляд в сторону. Илья взял меня за руку и потащил за собой: - Ладно, пойдем уже что-нибудь съедим, а то скоро не до этого будет. *** Когда сотрудники Икеи, помогавшие нам все собирать и устанавливать, наконец, ушли - на часах было уже почти шесть вечера. Мы с Ильей были жутко уставшие, злые и голодные. - Нужно заказать что-нибудь поесть, - пробормотал я, утопая в подушках нового дивана. - Угу, - кивнул Илья, развалившийся рядом со мной. - У меня нет сил… - сказал я и сполз в сторону, положив голову на колени Ильи. – И денег на телефоне нет. - Я, кстати, перевел тебе сегодня утром немного денег, так что, - он сделал паузу, - ты бы проверил свои сообщения, мм? - А где мой телефон? – спросил я, с трудом поднимая свое уставшее тело с дивана. - На подоконнике, вон там, - он указал рукой. – Я его на зарядку поставил еще утром, а то он дохлый в ноль был. Я подошел к окну и включил телефон. Он сразу начал пищать и вибрировать – все приложения спешили сообщить мне свои новости. - Ой, Марк что-то написал, - взволнованно сказал я, увидев три непрочитанных сообщения от него. Открываю диалог. «Сегодня меня не будет до 14-00 Забери свои вещи» 13 июня 09-13 «Сегодня меня не будет до 16-00 Забери вещи» 14 июня 08-16 «Дима, уж два дня не могу до тебя дозвонится Я волнуюсь Перезвони, пожалуйста» 16 июня 21-50 Сердце быстро стучало в груди. Ладони сразу стали влажными. Просит, чтобы я перезвонил? И что мне делать? Перезвонить? Сейчас? Но это сообщение он написал почти десять дней назад, и после этого больше от него ничего не приходило… Так странно… Плевать на все! Я ведь с ума сойду, если сейчас же не перезвоню ему! Тут же набираю его номер – он все еще стоит у меня на быстром вызове. - Абонент временно недоступен, - тихо повторяю я вслух. Блядь! Подношу руку ко рту и нервно покусываю подушечки пальцев. Что за дерьмо? Почему у него отключен телефон? Чувствую, как от волнения дрожат мои ноги. - Все в порядке? – спрашивает Илья. - Я… да… все нормально, - пытаюсь собраться. - Так… что мы закажем поесть? Пиццу? Я пытаюсь улыбнуться ему, а сам еле на ногах стою. - Давай пиццу, мне все равно, - бросает Илья, - я, пиздец, с голода уже помираю… - Хорошо, - делаю глубокий вдох – нужно успокоиться. – Сейчас закажу… *** Когда мы закончили есть, на часах было уже почти восемь вечера. - Я снова живу, - сказал Илья, широко улыбаясь, и поглаживая себя по животу, - а ты как? – обратился он ко мне, поднимаясь со стула. - Наелся, - я улыбнулся ему. - Ладно, нужно домой собираться, - сказал он, убирая грязную посуду в раковину. - Домой? – я подскочил со стула. – А разве ты не останешься? - Нет, - он направился к выходу из кухни. - Почему? – я последовал за ним. - Нужно сменить одежду, - сказал он, стягивая с себя уже совсем грязную футболку, - я здорово у тебя перепачкался. - Наденешь мою, - предложил я. - Нет, - он взял свою рубашку со спинки дивана, надел ее и принялся застегивать пуговицы. - Останься, - жалобно попросил я. – Пожалуйста. Я не хочу снова оставаться один... - Я не могу, - закончив с пуговицами, он направился к выходу. Все это время он не смотрит мне в глаза. Что-то изменилось в его поведении. Но что не так? Почему он хочет уйти? - Не можешь? – растерянно спросил я, снова преследуя его. - Почему? - Не могу и все, - буркнул он, обувая свои кеды. Да что за фигня?! - Илья, что происходит?! - я схватил его за рубашку и толкнул к стене, а потом плотно прижал его к ней, навалившись своим телом. - Дима… - он попытался освободиться, - пусти! - Хочу, чтобы ты остался… - сказал я, не давая ему возможности вырваться, и прижался губами к его щеке. - Прошу, не уходи... - Дима… ты ведь сам хотел, что между нами все было, как раньше, чтобы ничего не менялось, - резко сказал он, - если я останусь, то мы опять переспим. - Все равно, - я обхватил его лицо руками и поцеловал в губы. – Давай переспим… - Отвали! - воспользовавшись моей слабостью он оттолкнул меня. – Я не хочу, чтобы ты так решал свою проблему! Не хочу быть кем-то, кого ты трахаешь, чтобы забыть его. Ты вчера говорил, что хочешь быть моим другом – так будь другом! Я не смогу тебе заменить его… и кроме того, я знаю, что ты все еще его любишь… - Илья… - пробормотал я. – Почему ты так… - Я видел, с каким трепетом ты смотрел на его портрет, - перебил он меня, - и как дрожали твои руки, когда ты набирал его номер – это очевидно - ты все еще влюблен в него! И я уверен, что он тебя тоже любит! Вам просто нужно поговорить! Разберитесь уже между собой! – рявкнул он, и принялся торопливо завязывать шнурки. Я отошел к стене и прижался к ней спиной. - Ты ошибаешься… он больше не любит меня… он мне сам это сказал, - прошептал я, отпустив глаза в пол. - Значит, обманул, - отрезал Илья, - на рисунке, что ты нарисовал, он ведь из-за тебя плакал? Да? Так иди и посмотри еще раз и еще раз! И смотри до тех пор, пока не увидишь, как сильно он любит тебя! Я не знаю, почему он так сказал тебе, но… вероятно, у него были на то причины. Причины?.. - О чем ты говоришь? – не понимал я. - Тебе виднее, - загадочно произнес он, подошел ко мне и сжал мою руку, - я понимаю, ты не хочешь сейчас быть один, но тебе это нужно. Обдумай все хорошенько и попробуй во всем разобраться. Разобраться в себе в первую очередь. Я тебя не брошу, понял? – он обнял меня. – Не оставлю тебя, не бойся. Завтра утром я вернусь, хорошо? - Хорошо, - я почувствовал, как в глазах начинает щипать. Я крепко прижал его к себе и уперся своим лбом в его. - Дурак, - сказал он и усмехнулся, - ревешь, что ли? - Спасибо тебе, - тихо сказал я, чувствуя, как по моей щеке катится слеза. *** - Держи, - Илья сунул мне в руку пакет, - здесь завтрак. Я купил себе кофе, а тебе чай, все правильно? - Угу, - кивнул я, прижимая пакет к себе и широко зевнул, - а сколько времени? - Девять, кажется, - ответил он, склонившись вперед и развязывая шнурки на кедах. - Так рано?! – возмутился я. - Ты вчера, помню, с ума сходил от одиночества, вот я и решил, что стоит быстрее к тебе вернуться, - возмущенно ответил он, - кстати, как спалось? Ты в порядке? Илья разулся, и мы направились на кухню. - Одному было паршиво, - признался я, - я давно не спал один… - Чего?! Ты почти две недели спал один! - Да, это… как сказать, если честно, я смутно помню эти две недели – все как в тумане… словно сознание бродило где-то отдельно от тела… - сонно бормотал я. - Оно, похоже, до сих пор где-то бродит, - хмыкнул Илья и забрал пакет из моих рук, он поставил его на стол и принялся доставать продукты. – Что решил делать, кстати? Ты думал над тем, что я сказал тебе? - Думал, - я сел на стул и подперев рукой подбородок задумчиво посмотрел в сторону, - наверное, ты прав – Марк странно себя повел… он мог сказать мне все что угодно, послать меня, но признаться, что больше не любит меня, хм… это на него не похоже. Я позвонил ему еще несколько раз, но он все еще недоступен. Свое последнее сообщение он написал мне вечером шестнадцатого июня, а в сети в последний раз был семнадцатого в обед и больше там не появлялся. Это тоже очень странно. - И что думаешь делать? - Наверное, стоит заехать к нам… к нему домой, - с запинкой ответил я – все еще не привык, что его квартира больше не мой дом. - О’кей, заодно и вещи свои прихватишь, - сказал Илья. Мы позавтракали и продолжили уборку в квартире – вчера только мебель расставили и вымыли полы - нам еще предстояло все барахло из моих коробок по полкам раскидать. - Смотри, что я притащил, - сказал Илья, когда мы закончили с коробками, и достал из рюкзака дрель, - повесим картины и будет вообще красота! - Здорово! – сказал я и принялся снимать с картин ткань, в которые они были обернуты для сохранности. Мы начали примеряться, как и где лучше их развесить – квартира была куда больше моей прежней комнаты, поэтому было не просто решить – каким образом распределить их на такой огромной площади, учитывая, что картин всего было шесть штук. - Давай эту сюда? – Илья взял одну из них, где был нарисован японский пейзаж и указал на стену. - Ладно, - согласился я. Илья встал на стул и вкрутил в стену шуруп. - Подай, - он отдал мне дрель и потянулся за картиной. И в момент, когда я передавал ему полотно, уголком рамки он случайно поцарапал мне грудь – я был без футболки, в одних шортах. - С-с-с… ай, - заскулил я. – Черт… Царапина проходила через всю грудь слева прямо через сосок. - Ты в порядке? – спросил Илья. - Да… кажется... - я отвернулся, чувствуя, как к паху приливает кровь. Да что со мной такое? Я что… возбудился? Но почему это произошло? Из-за этой царапины? Илья повесил картину и спрыгнул со стула. - Дай посмотрю, - сказал он. - Не надо, - я не давался ему, продолжая поворачиваться к нему спиной, - чуть-чуть кожу содрал… все нормально. - Эй! Ты чего?! – он схватил меня за плечи, развернул и прижал к стене, - э-э, у тебя что стояк?! – он тут же отстранился и уставился на меня широко распахнутыми глазами. - Отвали, - я обнял себя руками и стыдливо отвел глаза. - Ну-ка, - он снова подошел ко мне и убрал мою руку от груди, - вот как, - он осторожно провел пальцем по свежей царапине, - случайно задел твою эрогенную зону? – он усмехнулся. - Дело не в этом, - пробубнил я, чувствуя, как мои щеки заливаются краской. - А в чем тогда? – он загадочно улыбался, продолжая водить пальцем по моей груди. - Не хочу об этом говорить… - я сглотнул. - Тогда я буду пытать тебя, - он схватил меня за правый сосок и больно ущипнул. - Илья… - я закрыл от наслаждения глаза, издал тихий стон и тут же стыдливо закрыл лицо руками. Сердце быстро стучало в моей груди. Возбуждение усиливалось. - Как ты легко заводишься, - он усмехнулся. – В чем же причина? Мм? – он снова ущипнул меня за сосок. - Остановись… прошу, не делай так, - с придыханием сказал я. - Как не делать? Вот так? – усмехнулся он, продолжая щипать меня. - Боль… меня возбуждает боль... – выпалил я, крепко зажмурив глаза. Если он продолжит так пытать меня – я точно рехнусь. Я и так уже с трудом стоял на ногах от возбуждения. - Ты что… э-э.. мазохист? – он заглянул в мое раскрасневшееся лицо. - Да, - чуть слышно сказал я, вновь обнял себя руками и отвернулся от него. Я тяжело дышал, пытаясь справиться с возбуждением. А еще я чувствовал, как горю от стыда – мне было не по себе от того, что Илья узнал о моей слабости, в которой мне было стыдно признаться даже самому себе. - Теперь понятно откуда у тебя столько шрамов, - задумчиво сказал он, - так, значит, Марк удовлетворял… хм… эти твои потребности? Я ничего не ответил. - Ясно, - он положил руку на мое плечо, - видимо ты сильно от него зависел, а он, похоже, зависел от тебя – раз ему так нравилось издеваться над твоим телом. Тебе этого не достает? – вдруг спросил он. - Да, - признался я. – Кажется, да… - Дима… у тебя, похоже, серьезные проблемы, - он вздохнул, - ладно, иди в ванную… успокойся, в общем. Если нужно помочь… - Не надо… - прошептал я, стискивая зубы. - Тогда иди уже скорее, - он толкнул меня в плечо, – а то еще шорты испачкаешь. *** После обеда мы поехали на квартиру Марка. Илья остался ждать меня на улице – кто знает, как отреагирует Марк, если увидит нас с ним вместе. Я открыл замок своим ключом и вошел. Тишина. В квартире все было по-прежнему, все мои вещи лежали на своих местах – Марк ничего не выбросил, даже моя зубная щетка все еще стояла в стаканчике на полке в ванной. Да, и, кстати, в коридоре был идеальный порядок – от разбитой посуды и разбрызганной крови не осталось и следа. Самого Марка здесь не было. Странно, подумал я, его ноутбук на месте, но он никогда не оставляет его дома, когда уезжает на работу или учебу. Я заглянул в холодильник, взял пакет с молоком и прочитал дату – шестнадцатое июня – я снова удивился. Обычно Марк покупает молоко через день – не может без него кофе пить. Что же с ним произошло? Я вернулся в спальню, достал из платяного шкафа несколько своих рубашек, толстовку и джинсы, и сунул их в свой рюкзак. Потом подошел к прикроватной тумбе и открыл ее – меня сразу охватили ностальгические чувства – все наши игрушки были на месте. Все лежало так, как обычно – на своих местах. Я взял наручники, покрутил их в руках и невольно улыбнулся. Почему я так скучаю по всем этим играм?.. Как же мне этого всего не хватает… я глубоко вздохнул и убрал наручники на место. Вдруг в углу ящика я заметил анальную пробку, и некоторое время прожигал ее своим взглядом. Ну, здравствуй, подружка. Доставила же ты мне проблем. Неожиданно я ощутил жуткое желание вновь почувствовать эту приятную наполненность внутри себя – я тут же схватил смазку и стянул с себя джинсы. Медленно я ввел пробку в свой анус. Боже… как приятно… *** - Ну, как все прошло? – спросил меня Илья, когда я вышел из подъезда. - Его не было там, - сказал я, а потом добавил, - такое чувство, что он вообще дома уже неделю не появлялся. - И где он может быть? - Не знаю… - я пожал плечами, - может у родителей? Хотя… почему он оставил дома свой компьютер?.. Это вообще на него не похоже… - История становится все загадочнее и загадочнее… - задумчиво протянул Илья. – Может, перекусим и подумаем над тем, что будем делать дальше? - Давай, - я тяжело вздохнул. Мы вернулись в центр города и зашли в одно популярное местечко. Когда нам принесли наш заказ, Илья сказал: - Ты какой-то бледный. Все в порядке? - Я просто все думаю о том, что увидел сегодня в квартире… Я точно уверен, что его давно не было дома... И телефон его отключен... Пиздец, я весь на нервах... В голову уже всякое дерьмо лезет... - я взволнованно покусывал нижнюю губу. - Поедем к его родителям? - Да, - твердо сказал я. - Думаешь, они что-то знают? – спросил Илья. - Возможно… - мой голос дрогнул. – Хотя… я думаю, что она точно что-то знает, - я испуганно смотрел на девушку, которая решительно направлялась к нашему столику. - Кто "она"? – Илья, заметив мое волнение, тут же оглянулся - и начал искать взглядом объект, который так встревожил меня. - Его бывшая… - только успел сказать я, как Лена уже достигла нашего столика. - Урод! – рявкнула она на меня. – Это все из-за тебя! В следующий миг я почувствовал, как ее ладонь обожгла мою левую щеку. - Придурок! Сидишь тут развлекаешься, а на Марка тебе уже плевать? – ее глаза стали влажными. – Это ты его довел! Ты! Я подскочил со стула: - Что случилось? Что с ним? – мой голос дрожал. – Что с Марком? - А ты не знаешь? – она прожигала меня взглядом ненависти. - Да скажи уже, что случилось! – выплеснул я. Лена глубоко дышала и не отрываясь смотрела на мое лицо. Кажется, даже время остановилось и все вокруг замерло на несколько этих невероятно длинных секунд. - Он в следственном изоляторе, - наконец, тихо произнесла она, - скоро суд, его могут посадить на восемь лет.